Сотворение правосудия и сна

Как «я» оказалась в этом мире? Помню день в пространстве. Тогда всё было тьмой, а кто-то был другим. Яркий золотой свет всегда сопровождал «меня», но «я» никогда не понимала его. Часто всплывало слово в голове. «Гелий»? Звучит никак. «Я» не помню чувств к неизвестному ярлыку. Не понимаю, смысла не вижу, глаза завязаны. Но старалась понять среди нот прострации. Кем «я» являлась? Среди гор гудел сильный ветер, сгибая зелёные травы мощностью потоков. Сад с плодовыми деревьями был «моим» замком. Обширная крепость, владения которой распространялись по высоте горы. Хотя «я» ничего не испытывала, смотря на изумрудные молодые листья и вечные фрукты, с презрением прокинала тех, кто осмелился отведать их. В отголосках воспоминаний «я» слышала частоты других элементалей. Гелиевы слёзы, так они называли эту часть дерева? «Я» никогда не плакала. Мир окружает ложь, а попросить о правде они боялись – такой ответ прокрался в «мои» первые размышления. Способность к анализу впечаталась в рассудок. «Моя» личность уже начала формироваться из украденных нитей характера других. Слеза за слезу. Я впервые почувствовала что-то кроме сжирающей пустоты и вечной апатии, заполняющей светящееся тело. Гелий – это я. Так мне сказал шум, сотканный из бесконечного количества голосов. А другое ничего не значит. Иное заражает мышление. Сколько лет прошло с того момента, как я подала ему руку? Знала бы – не задавала этот вопрос. Неужели моё приключение по забытью идентификации началось именно с того мгновения? Разум пустеет. *** Вновь выбиваюсь из оков Вакуума. Я должна быть благодарна Ему. Долг – единственное, что мне известно сейчас. Я служу не от благодарности, а от безликого чувства обязательства. Снова смотрю на яркий сад, но мой взгляд упал на чёрную небольшую долину. Всплыл в памяти эпизод, давний мираж. Передо мной белоснежный элементаль, по духу напоминающий меня. Он звал на помощь, но видение проблемы было альтернативным. Может, в глубинах его сил отозвалась ответственность за мир, и вместе с проклятием он получил дар. Я смогла почувствовать каплю сожаления к существу в море липкой флегмы. Чувствую движение мира как своё. Ощущаю невидимые нитки, которыми управляют шарнирной газовой формой. Хочу заботиться о мире, но разум время от времени очищается и превращается в очередную команду. Я бы хотела быть свободной. Независимой, как и те, под почвой и на ней. Я знаю – под слоем коры этой планеты находятся ядра. Что-то зовёт меня оттуда, мой очень высокий и яркий голос. Кое-что говорит мне: «Отдай то, что не принадлежит тебе!». Но я не знаю, какой смысл имеют эти речи. Разделить бы мои слабые несинтезированные чувства с кем-то… Но никого, кроме глухого дуновения ветра и шелеста листьев тут нет. Как и в моём разуме. *** В ладонях сжимаю что-то переполненное энергией из глубин этого света, подобное мне. Их было много. Не сосчитать. Они не думали, так же, как и я. Но они имели в себе энергию. Смесь d-кварков, u-кварков, электронов и глюонов… Я была такой же, но у меня было тело. Что эти атомы думают в мирном сне? Мне должно быть без разницы, но тёплое и успокаивающее ощущение манипулировало мыслями. Даже если это и было так, тогда мне придётся вырвать их из плена сна, как и меня что-то освободило из влияния Вездесущего Вакуума. Воображение представляло фрагменты их ярких тел. Свечение распространялось подобно краскам среди воды. Оно окрашивало полое ядро в розовые и алые оттенки, давая переход в цвет благородной падпараджи и утопая во тьме. Тела были созданы средь бела дня, осталось дать только самое важное… Имя, определяющее их идентичность. Это было первое, что они узнают в начале существования. О, частица моего чувства долга, пусть твоё имя будет чем-то новым – Неоном нарекаю. Пусть твой ярко-красный, напоминающий закат в долине блеск отделяет страшную темноту от мира. Действуй во имя обязательства ко всему сущему. Ах, спящий осколок заботы, поделись леностью и идиллическим сном с другими! Аргон, преврати их мечты в распускающиеся цветы фуксии, подобно оттенку твоей красочной ауры, и собери в чудесный букет, освещая ночное небо! Заново пропасть вернулась в сознание, разрушив художественный порыв редких чувств. Противоречие мешало сентиментальность и бесчувствие разрывая на части пустынное сознание. А глаза тех фрагментов покрылись проклятием. Как и тот алебастровый элементаль, Неон и Аргон обязаны страдать из-за моего бессилия. Но какая разница, раз мой разум опять окажется под загадочным контролем?