Глава 7. Третий вариант

***

Письмо было запечатано тонким кремовым пергаментом с аккуратным гербом — старый французский знак, который Малфой узнал бы из сотни. Он ещё не вскрыл конверт, но уже знал, от кого он. Кузина. Франция. Он задержал письмо в руках дольше, чем следовало. В аврорате стояла редкая тишина — пауза между дежурствами, отчётами и бесконечными мелкими запросами. Но стоило взгляду зацепиться за почерк на конверте, как это спокойствие рассыпалось. Он всё-таки вскрыл печать. Приглашение на свадьбу. Драко отложил письмо и медленно выдохнул. Разумеется, мама будет там. Нарцисса Малфой не задавала прямых вопросов. Она никогда не спрашивала, счастлив ли он. Она просто делала выводы — и действовала. Тонко. Безупречно. Так, что сопротивляться было почти неприлично. Она умела создавать ситуации. Случайные разговоры у окон. Случайные знакомства за ужином. Случайные взгляды, задержавшиеся чуть дольше, чем следовало. Она никогда не говорила: «Тебе пора быть с кем-то». Она говорила: «Как быстро летит время». И этого было достаточно. За почти тридцать лет он устал от этого. Разумеется, она не упустит возможности посмотреть на него тем самым взглядом — оценивающим, тревожным, слишком заинтересованным. Взглядом женщины, которая давно решила, что его жизнь нуждается в корректировке. Свадьба во Франции всегда означала одно: родственники, старые фамилии, разговоры о будущем и совершенно неслучайные рассадки за столом. Его мать никогда не действовала прямо. Она просто случайно оказывалась рядом с нужными людьми. Случайно усаживала его рядом с подходящей ведьмой. Случайно заводила разговоры о стабильности, семье и том, как быстро летит время. Пойти одному — означало подписать себе приговор. Она обязательно найдёт ему компанию. Настойчивую, разговорчивую, идеально подходящую по её представлениям — и абсолютно невыносимую по его. Пойти с кем-то настоящим было ещё хуже. Это мгновенно превратилось бы в представление, знакомство с семьёй, ожидания и выводы, которые невозможно отменить. Значит, оставался третий вариант. И он уже знал, какой. _______ В аврорате время измерялось не часами. Здесь время жило в паузах между шагами, в глухом звуке каблуков по мрамору, в сухом скрежете перьев по протоколам. И в том напряжении, которое появлялось за секунду до того, как случится что-то неприятное. Драко привык к этому напряжению. Он распознавал его так же точно, как едва заметный шорох чужой магии у охранных чар. Здесь не принято было задерживаться в коридорах. И уж тем более — смеяться. Поэтому звук показался неуместным сразу. Он поднял взгляд — и заметил движение в коридоре. Гермиона Грейнджер стояла чуть в стороне от основного потока, слишком близко к аврорскому крылу, чтобы это выглядело случайным. Рядом с ней был Терри Бут. Он говорил оживлённо, свободно, с той самодовольной лёгкостью, которая плохо сочеталась с этим этажом. Гермиона отвечала… странно. Слишком сбивчиво. Слишком старательно. Она говорила быстрее обычного, объясняла очевидные вещи, вдруг запиналась на словах, которые никогда не вызывали у неё трудностей. Как влюблённая школьница. Бут смотрел на неё с явной симпатией. С интересом, который он даже не пытался скрыть. Драко Малфой остановился у двери своего кабинета раньше, чем осознал это. Он оценил расстояние между ними, позу Бута, наклон головы Грейнджер. Привычка читать обстановку срабатывала быстрее мыслей. Он выглядел слишком уверенным. Слишком довольным собой. Грейнджер обернулась первой. На мгновение её взгляд сбился — затем выровнялся, стал собранным. Контроль вернулся на место. Этому нужно было положить конец. — Грейнджер, — произнёс Малфой ровно. — Потеряла что-то? Фраза прозвучала нейтрально, почти буднично, но её было достаточно, чтобы обозначить присутствие. Бут напрягся мгновенно. Быстро оценил ситуацию — и сделал единственно разумный вывод. Пробормотав что-то невнятное, он почти сразу исчез. — Я, пожалуй, пойду, — сказал он, обращаясь к Гермионе. — Рад был тебя увидеть. Она кивнула, не задерживая взгляда. Когда он ушёл, пространство между ними стало ощутимо плотнее. Коридор снова наполнился привычной тишиной аврората. — Удобное место для разговоров, — заметил Малфой. — Особенно личных. — Это было случайно, — отрезала Гермиона. — Как и то, что моя сумка оказалась у тебя. Он сделал шаг ближе. — Сомневаюсь. Но рад, что ты пришла сама. — У меня не было выбора. — Был. Ты просто решила им не пользоваться. Её взгляд стал жёстче. — Где она? — В кабинете. Он заметил, как в ней вспыхнула злость — и с удивлением отметил, что это доставило ему удовольствие. — Тогда пойдём. Без лишних слов. Без попытки отступить. Кабинет Малфоя был строгим и упорядоченным. Никаких личных деталей, никакого хаоса. Всё на своих местах — ровно настолько, чтобы ничто не отвлекало от работы. Сумка стояла у стены. Аккуратно. Не вскрытая. — Я была в архиве, — сказала она резко. Он не двинулся. Но внимание внутри него стало острее. — И? — Международные соглашения сразу после войны. Перечень уничтоженных артефактов. Пометки, сделанные позже. Перемещения без сопровождения. Отсутствующие отчёты. Он слушал молча. Не перебивал. Она продолжила: — Одни и те же фамилии. Повторяющиеся маршруты. Совпадения дат с аврорскими операциями. Он чуть наклонил голову. — Ты уверена, что это не ретроспективная подгонка? — Уверена. Без сомнений. Без дрожи. Интересно. — И к какому выводу ты пришла? Она сделала вдох. — Что часть артефактов официально уничтожена только на бумаге. Молчание в кабинете стало плотным. — И что кто-то имел к ним доступ позже. Он знал это. Или подозревал. Но слышать это от неё — другое. — Харроу? — спросил он. — Он слишком хорошо ориентировался, — ответила она. — Слишком быстро. Он встал. Медленно подошёл к окну. — Ты понимаешь, что обвиняешь систему, Грейнджер? — Я не обвиняю. Я проверяю. Конечно. Она проверяет. Он обернулся. — И почему ты решила прийти ко мне, а не к Поттеру? Вот здесь было важно. Она не отвела взгляд. — Потому что ты задаёшь правильные вопросы. На секунду что-то внутри него сдвинулось. Почти незаметно. — И потому что это твоё дело, — добавила она. Лучше. Он кивнул. Гермиона подошла к сумке, проверила застёжку, раскрыла сумку и быстро осмотрела содержимое. Она закрыла сумку. — Ты её открывал? — спросила она, не глядя на него. — Возможно, — ответил Малфой и только потом заметил лёгкую улыбку на своём лице. Он не дал ей продолжить. — Было крайне любопытно наблюдать за тем представлением, которое ты устроила с Бутом, — добавил он лениво. — Книга по флирту оказалась бесполезной? Да, он всё ещё был мудаком из Слизерина. И, судя по всему, это никуда не делось. Тишина в кабинете стала плотной, почти осязаемой. — Я не… — Гермиона запнулась всего на секунду и резко выдохнула. — Да, я не очень хороша в этом. Как ты, очевидно, понял ещё на допросе Харроу. Он не ожидал такой честности. Мысль пришла мгновенно. — Возможно, тебе просто не хватало правильной компании, — сказал он вместо того, что собирался. — Слушай, Малфой, — она устало потёрла переносицу, — я просто нервничаю, когда разговариваю с мужчинами, ясно? И я вообще не понимаю, зачем тебе это говорю. Я пошла. Спасибо за сумку. Он смотрел ей вслед, пока мозг работал слишком быстро. Она не покидала его мыслей с тех пор, как он увидел её неделю назад. И сейчас у него был шанс. — Окажи мне услугу, Грейнджер, — выпалил он прежде, чем она вышла. Она остановилась, бросила на него взгляд и холодно сказала: — Неинтересно. И сделала шаг к двери. Он не хотел этого делать. Но сделал. — Тогда, думаю, я просто упомяну Поттеру и его жене за одним из ужинов о том, что произошло. Странно, что они до сих пор не в курсе. Да, Драко Малфой был мудаком. Она резко обернулась — злая, покрасневшая. — Чего ты хочешь, Малфой? — Мне нужна пара. На свадьбу. Он увидел, как напряжение мгновенно ушло с её плеч. Она даже выглядела немного смущённой. — А ты не можешь попросить какую-нибудь чистокровную аристократку? — спросила она. Он сделал вид, что обдумывает. — Если я приведу «настоящую» пару, моя мать решит, что я готов к знакомству с семьёй и далеко идущим выводам. А если приду один — она устроит так, что я проведу вечер в компании ведьм, которых она считает для меня идеальными. И поверь, это худший из вариантов. — Я всё равно не понимаю, — сказала Гермиона. — Почему я? — Потому что это не будет по-настоящему, — ответил он. — Ты не станешь стараться. А значит — не будешь нервничать. Он приподнял бровь. — Или я заставляю тебя нервничать? Он с трудом подавил улыбку. — И, возможно, — добавил он небрежно, — это будет полезно для тебя. Небольшая практика. — Практика? — По улучшению твоих катастрофических навыков свиданий. Она прикусила нижнюю губу и молчала почти минуту. Он уже знал ответ. — Хорошо, — сказала Гермиона наконец. — Думаю… я должна тебе. — Значит, договорились, — произнёс Малфой спокойно. — Вторые выходные июня. — Хорошо, — выдохнула она. Она кивнула. — И если мне станет некомфортно — мы уходим. — Если мне станет некомфортно — мы тоже уходим, — добавил он. Она моргнула. — Ты? — Даже я. Повисла короткая тишина. — Тогда… — Гермиона глубоко вдохнула. — Договор? Она протянула руку — привычно, для рукопожатия. Малфой посмотрел на её ладонь, затем на неё. И вместо рукопожатия вытянул мизинец. — Ты серьёзно? — спросила она. — Это юридически надёжнее, — невозмутимо ответил он. — Клятва на мизинцах. Нерушима. Она закатила глаза. — Нам по тридцать лет. Его взгляд медленно скользнул по её лицу и на секунду задержался на губах. — По твоему клубничному блеску я бы так не сказал. Она вспыхнула — то ли от раздражения, то ли от того, что он был прав. Колебание длилось всего секунду. Потом она всё же вытянула свой мизинец. И их пальцы зацепились. Легко. Неловко. Почти смешно. Но в этом прикосновении было что-то неожиданно тёплое. Не игра. Не расчёт. Контакт. — Если ты нарушишь, — сказала она тихо, — я больше никогда не соглашусь тебе помогать. — Если нарушишь ты, — ответил он, — я расскажу всем, что ты нервничаешь рядом с Терри Бутом. — Ты невозможен. — Ты согласилась. Их пальцы всё ещё были сцеплены. Секунда. Две. Он почувствовал, как её кожа тёплая. Как она едва заметно сжимает его мизинец — неосознанно. Она первой разорвала контакт. И когда дверь за ней закрылась, Драко впервые за весь день почувствовал не напряжение. А предвкушение.