Мнимый враг

Лера сидела, уставившись куда-то перед собой, но на самом деле она ничего не видела. На балконе было тихо, отдаленный городской шум был заглушен звоном в ушах от боли, и в этой тишине её мысли начинали звучать громче любых слов. Неужели я не важна ему?.. Мысль возникла внезапно и неприятно кольнула где-то внутри. Лера тут же нахмурилась, будто хотела отогнать её, как что-то нелепое и несправедливое. Блин… а может я просто накручиваю себя? Она нервно провела рукой по волосам и тихо вздохнула. Если подумать честно, Петя ведь ничего такого не сделал. Ничего обидного, ничего резкого, ничего, за что можно было бы по-настоящему зацепиться. Он просто… был собой. И всё равно внутри сидело это странное чувство. Как будто она ждала от него чего-то большего. Как будто хотела, чтобы он вёл себя по-другому — внимательнее, ближе, теплее. Лера опустила взгляд. А вот Питер… Имя всплыло в голове почти автоматически, и вместе с ним возникло совсем другое ощущение. Почему-то ей казалось, что Питер вряд ли когда-нибудь повёл бы себя так же. Он бы, наверное, постоянно вертелся рядом, что-нибудь говорил, шутил, отвлекал её, задавал вопросы. Он бы не оставил её вот так наедине со своими мыслями. Он бы делал всё, чтобы она чувствовала себя важной. И от этой мысли Лера неожиданно нахмурилась ещё сильнее. Потому что дело было не в этом. Да, возможно, Питер был бы рядом чаще. Возможно, он был бы внимательнее, проще, понятнее. С ним, наверное, было бы легче. Даже… спокойнее. Но Лера вдруг отчётливо поняла одну вещь. Она не любила Питера. Ни капли. Это было почти странно - понимать это так ясно. Питер мог быть идеальным, мог быть заботливым, мог делать всё «правильно», но её сердце всё равно не тянулось к нему. Ни тогда, ни сейчас. Потому что ей нужен был Петя. И именно из-за этого всё было так сложно. С Петей всё было не так просто, не так очевидно. Иногда он мог быть рядом, иногда - будто немного в стороне. Иногда он говорил что-то, от чего становилось тепло, а иногда молчал, и это молчание заставляло её придумывать сотни лишних мыслей. Но именно его она любила. И от этого становилось только тревожнее. Лера тяжело выдохнула и провела ладонями по лицу. Может дело вообще во мне?.. Может я не та, кем можно дорожить, не та, кто достоит любви Мысль появилась тихо, почти неуверенно. Может быть она сама всё усложняет. Может быть она слишком много думает, слишком внимательно ловит каждую мелочь, каждую паузу, каждый взгляд. Может быть всё на самом деле проще, а она просто делает из этого огромную проблему. А может… Лера чуть поморщилась. Может я просто скучная?.. Слово неприятно зацепилось внутри. Скучная. Неинтересная. Та, рядом с которой в какой-то момент становится… спокойно до равнодушия. Она попыталась представить себя со стороны. Как она разговаривает, как смеётся, как ведёт себя рядом с людьми. Иногда ей казалось, что она вполне нормальная. Даже живая, весёлая. Но иногда - что рядом с ней просто тихо. Слишком тихо. И вдруг Лера сама тихо усмехнулась. Или сейчас я опять себя накручиваю?.. Потому что если быть честной, была ещё одна мысль, о которой она не очень любила думать. Ей не нравилось не быть в центре внимания. Она не была из тех людей, кто специально тянет всё внимание на себя. Она не кричала громче всех, не старалась выделиться любой ценой. Но где-то внутри всё равно жило это странное желание - быть замеченной. Быть той, на кого смотрят. Той, о ком думают. И когда этого не происходило, внутри появлялось неприятное чувство пустоты. Что вообще творится у меня в голове… Лера снова уставилась в одну точку, чувствуя, как мысли продолжают кружить по кругу. То ей казалось, что проблема в Пете. То - что проблема в ней. То - что она вообще всё придумывает. Но среди всех этих сомнений была одна вещь, в которой она почему-то не сомневалась ни секунды. Она любила его. И именно поэтому каждое его молчание, каждая мелочь, каждая неосторожная мысль задевала её гораздо сильнее, чем должна была. Вещь, что постоянно мешалась в кармане джинс снова дала о себе знать, девушка без задней мысли потянулась и достала вещицу. От ужаса она чуть не выронила ее, руки задрожали. Тот самый пузырек таблеток. Вдруг она почувствовала рядом чье то присутствие, обернувшись, она дернулась… никого. И вдруг голос. Вы-пей… вы-ы-ыпей… ВЫ-ПЕЙ! ВЫПЕЙ! Руки с болью сжали волосы на голове, казалось, что это «что-то» корнями глубоко застряло в ее сознании. — Кто это!? — закричала Лера. — Как кто? — ласково поинтересовалось нечто. — Я - это ты, твое сознание, мы - одно целое. Я хочу тебе помочь, просто слушай мой голос. Секунда и сознание фигуристки отключилось, она чувствовала как делает что-то, но абсолютно не отдала отчет о происходящем. Это было похоже на сон. Душа вернулась в тело лишь тогда, когда она чувствовала горечь таблеток на языке. Воздуха становилось все меньше, однако появилось знакомое спокойное, которое сейчас было больше похоже на транс. Девушка медленно спустилась по стенке на пол, обняв руками колени. Вдруг она почувствовала, что на балкон кто-то забежал. Не тень, всего лишь человек. Это была всего лишь радостная Алиса Лью, которая явно не ожидала встретить кого то в столь уединенном месте. Она хотела что-то сказать, да заметила рассыпанные таблетки. Невинное личико Алисы исказил ужас. — Ох, ты… я никому не скажу! Ты же не успела их выпить? Лера отрицательно мотнула головой. Конечно, а что ей еще оставалось делать. — Давай ты прямо сейчас выкинешь их, а я забуду о том, что видела. true, true — произнесла та, да так ласково, что на глаза Леры навернулись слезы. С ее железным сердцем давно никто не обращался так бережно. — Эй, ты чего? Лера, на ломаном английском вывалила все, что было на душе, конечно, упустив моменты с таблетками. Ей действительно невероятно сильно нужен был совет, а то так и с катушек можно полететь. — I just really don't understand him at times, sometimes he's the best in the world, sometimes... I don't know how to say it in English (Я просто правда не понимаю его временами, то он самый лучший на свете, то... не знаю как это на английском) Алиса понимающе кивнула, она искренне распереживалась за свою коллегу, да, именно коллегу. Не соперницу, не врага - коллегу. Это было заметно по совсем незначительным действиям: языком она постоянно гоняла прокол уздечки, такое не подделать. — Ты любишь Петра? — вдруг выпалила Алиса. — Да… — Маленькая ссора, большому чувству не помеха, а если чувств нет, то и реветь нечего. Лера слегка повернула голову, слушая. — Серьёзно, — продолжила Алиса. — Люди могут обижаться, недопонимать друг друга, придумывать всякое у себя в голове… это вообще обычная история. Она слегка пожала плечами. — Это не значит, что всё рушится. Лера смотрела куда-то в сторону огней и тихо сказала: — А вдруг это только для меня всё так серьёзно? Алиса фыркнула тихим смешком. — Лер, я вас со стороны вижу. Соколовская вопросительно подняла брови. — И что? Лью наклонила голову и чуть прищурилась. — И то, что если бы ему было всё равно, он бы на тебя так не смотрел. — Как? Алиса усмехнулась. — Как человек, который боится что-нибудь не так сказать. Та легонько толкнула Валерию плечом. — Иногда парни ведут себя странно не потому, что им всё равно. А потому что наоборот. Она посмотрела на неё внимательнее. — Ты просто сейчас пытаешься разобрать всё по деталям. Кто что сказал, кто куда посмотрел… Но чувства так не работают. Лера тихо выдохнула. — Я просто не хочу всё испортить. — Если это действительно большое чувство, его не так легко испортить. Музыка из комнаты на секунду стала громче - кто-то открыл дверь, потом снова закрыл. На лице обоих девушек заиграла улыбка. В груди всё ещё оставалась тревога, но она уже не была такой тяжёлой. И почему-то рядом с Алисой всё это начинало казаться… не такой катастрофой, как несколько минут назад. — А есть у меня одна история!! *рассказ от лица Алисы Лью* (Изменение канона, ОИ22 перенесены из Пекина в Москву) Дело было в 2022 году, я тогда дебютировала в Москве. Это было мое первое посещение России, ну о-о-очень волнительно. А ужаснее всего было расстаться с партнером, вроде совсем ненадолго, но мне тогда это казалось концом света. Мы еще и поругались перед моим отъездом, в общем, переживала я страшно. В один день, решила все бросить, купить билет на последние деньги и улететь домой, лишь бы была возможность с ней поговорить. И вот, бродила я по улицам - а куда идти не знаю, где находится аэропорт тоже не помнила. Села на лавочку в каком то неблагополучном райончике, так и уснула там. Ближе к рассвету, меня разбудила старушка, я сначала испугалась, ничего не понимала, а как она стала на английском разговаривать - сразу спокойней стало. Произошел вот такой диалог. — Чего сидишь здесь одна? — Просто нравится мне на лавочках ночевать, хобби такое. — Хм, понятно. А я сына жду, он у меня ночным сторожем работает, по утрам встречаю его — старуха кивнула на газетный пакет. — вон, с супом. — А муж ваш где? — зря я тогда этого вопрос задала, совсем не подумала. — Хах, помер давно, одна я осталась. Но я не горюю, не любила я его, по молодости выскочила «за правильного», а сердце мое другому принадлежало. — Как же так, вы всю жизнь провели с нелюбимым?.. значит, любви все таки не существует? — Как!? — искренне удивилась женщина, казалось, ее это даже обидело. — Вот видишь вон ту лавочку? Там Катька с Серегой целовались в шестьдесят пятом. Он ей стихи писал, а потом сбежал с женщиной-трактористкой. А вон у того подъезда Андрей Марине ногу сломал, когда пьяный ревновал. Теперь вместе в одну квартиру ходят: она на костылях, он водку носит. Существует. Только не такая, как в кино. Настоящая - она как мой суп: горит, обжигает, а потом остается только тёплая жижа на дне.