Часть 40

Марта лежала на кровати, прижавшись к стене, и не могла успокоить бешено колотящееся сердце. Вся красная, возбуждённая, смущённая — она ненавидела себя за эту слабость. За то, что он всегда выбивал её из колеи, не давал здраво мыслить и понимать реальность. Одно его присутствие — и мир переворачивался. Но в глубине души она знала: ей это нравилось. Нравилась его ухмылка — эта дурацкая, самоуверенная, от которой подкашивались колени. Нравилась его напорность, его умение брать то, что он хочет. Нравился его темперамент — взрывной, горячий, непредсказуемый. И конечно, то, что он собственник. Это безумно заводило. От одной только мысли о том, что Куоритч её ревнует, что хочет, чтобы она была только его, по телу разливался жар. Она хотела его. Хотела отношений с ним. Хотела просыпаться рядом каждое утро, видеть это лицо первым делом, чувствовать его руки на своём теле. Хотела быть его. Может быть, даже семью. Детей. Хомяка какого-нибудь... Но что-то останавливало. Бабник. Марта прекрасно знала, со сколькими женщинами он встречался и спал. Слухи по базе разлетались быстро. А потом он бросал их на произвол судьбы, даже не оглядываясь. Она не хотела быть игрушкой. Не хотела стать очередной галочкой в его списке побед. Она вообще не любила подчиняться мужчинам. Любила сбивать с них спесь, показывать им их место. Строить из себя неприступную крепость. Но с Куоритчем... с ним всё было по-другому. В их отношениях ОНА хотела подчиняться. Хотела быть его. Чтобы все это знали и понимали. Чтобы он носил это звание с гордостью. И ещё — она была безумно ревнивой. Мысль о том, что какая-нибудь Барта или другая девушка будет рядом с ним, вызывала такую ярость, что хотелось крушить стены. Она повернулась к дивану. И увидела лишь спину. Он отвернулся. Лежал на боку, широкие плечи мерно вздымались. Но Марта знала — он не спит. «Ждёт», — подумала она. Он ждал её решения. Первый шаг должен был сделать не он, а она. От неё зависело, будут ли они вместе. И Марта уже знала свой ответ. Она собрала всю свою силу воли, всю гордость, весь страх в кулак. Глубоко вздохнула. И повернулась к нему лицом. — Майлз, — позвала она тихо. — Я хочу,чтобы ты подошёл. Мужчина не двигался. Его большая грудь вздымалась в ровном ритме. Он лежал, не оборачиваясь. — Майлз,пожалуйста — повторила она громче. Настойчивее. Тишина. Минута. Две. Марта откинулась на подушку, чувствуя, как глаза начинает щипать. Грусть и отчаяние накрыли ее с головой.Непрошеные слёзы стали катится по её глазам,размывая её взор. — Не успела, — прошептала она,закусывая губу.— Опоздала. И вдруг услышала шаги. Тяжёлые. Уверенные. Приближающиеся. Она замерла. Куоритч подошёл к кровати. Лёг к ней вплотную . Резко прижав девушку к себе — так, что она ахнула. Горячие руки легли на её бёдра. Она чувствовала его тело — обжигающее, сильное, родное. Чувствовала его сбившееся дыхание. Он наклонился к её уху. — Ты наконец-то готова дать мне ответ? — прошептал он. — Да, — выдохнула Марта,быстрым движением вытирая слезу. Она зажмурилась, чтобы согнать страх и стеснительность. Сделала глубокий вдох. — Я хочу быть с тобой, — сказала она. — Я уже приняла решение,Майлз. Куоритч одним движением развернул девушку к себе. Теперь они лежали лицом друг к другу.Его рука легла на её ещё мокрую щеку и большой палец провёл по скуле. — Посмотри на меня, — сказал он серьёзно. — И скажи мне это в лицо. Марта открыла глаза. Встретилась с его взглядом. Он был серьёзен. Непроницаем. Изучающ. Он улавливал каждую её эмоцию, каждое движение мускулов, пытаясь понять, не врёт ли она. Она не врала. — Я хочу быть с тобой, Майлз, — произнесла она, глядя прямо в его жёлтые глаза. И она увидела, как его взгляд меняется. Смягчается. Становится понимающим. Радостным. Почти удивлённым — будто он не верил, что это возможно. — Марта, — выдохнул он, и в этом одном слове было столько всего, что у неё перехватило дыхание. Он притянул её к себе.Тут же рывком накрывая её губы. Этот поцелуй был лишён всякой осторожности. Без намёка на нежность — только голод, только жажда, только «наконец-то». Он целовал её так, будто боялся, что она исчезнет, растворится в воздухе, если он отпустит хоть на секунду. Марта задрожала. То ли от страха, то ли от желания и предвкушения. Её дрожащие пальцы вцепились в его грудь, царапая кожу, оставляя новые следы на уже исцарапанной спине. Она хотела оставить на нём свой след. Отметину. Знак того, что он принадлежит ей. Его язык коснулся её горячих губ. Попросил разрешения. И Марта открылась ему, позволяя углубить поцелуй до головокружения. Его вкус — мята, мужской парфюм и что-то неуловимо родное — заполнил её всю, лишая остатков рассудка. Её руки блуждали по его мускулистой спине.Ноги дрожали. Она чувствовала его каждый бугорок мышц, каждую линию, каждый его шрам. Её пальцы изучали его тело, запоминали, впитывали. Куоритч отвечал тем же. Его руки блуждали по её телу — по талии, по бёдрам, по спине. Он гладил её сквозь тонкую ткань пижамы, и каждое прикосновение отдавалось дрожью. Он оторвался от её губ на секунду, чтобы перевести дыхание, и посмотрел на неё. В его глазах было столько нежности, столько желания, столько всего, что Марта почувствовала, как слёзы снова подступают к горлу,мешая ей думать и мыслить. — Ты даже не представляешь, как долго я этого ждал, — прошептал он. — Как долго я хотел услышать эти слова,милая.   — Представляю, — ответила она. — Потому что я этого ждала не меньше. Он снова поцеловал её. Медленнее. Глубже. Осознаннее. Теперь в этом поцелуе была не только страсть, но и обещание. Обещание быть рядом. Обещание не отпускать. Марта отвечала ему тем же. Её пальцы зарылись в его короткие волосы, притягивая ближе. Она хотела чувствовать его. Всё. Целиком. Крупица благоразумия отозвалась в ней, когда она вспомнила, что за соседней дверью спят Лайл и Лизет. С огромным усилием она отстранилась. Тяжело дышала. Вся мокрая от его прикосновений и дыхания. Грудь вздымалась, кружево пижамы колыхалось в такт бешеному сердцебиению. Куоритч был красный. На его щеках виднелся румянец, дыхание сбилось, грудь ходила ходуном. Он смотрел на неё так, будто видел впервые. Будто не мог поверить своему счастью. — Нас могут услышать, — прошептала Марта, прижимая палец к его губам. Он перехватил её руку, поцеловал каждый пальчик, глядя ей прямо в глаза. — Пусть слышат.Они сами с огромной вероятностью не спят в обнимку.— выдохнул он. Глубоко вздохнув,Марта подняла на него глаза. — Майлз... — Я знаю, — кивнул он. — Не здесь. Не сейчас. Он запустил руку в её волосы, сжал их у корней — и замер, будто его пронзила боль. Облизнул губы, пытаясь успокоить дыхание. — Ты теперь моя, — сказал он хрипло. — Моя, Марта. Марта взглянула на него, изрядно покраснев от таких откровений, и легонько толкнула его в грудь. — Майлз, — начала она неуверенно. — У тебя было много девушек... Он перебил её. — Ни одна из них ничего для меня не значит— сказал он твёрдо.В его голосе не было ни тени сомнения.—Ни Барта. Ни другие, кто пытался заполучить моё внимание. Они были просто... развлечением. Способом скоротать время. Марта внимательно смотрела на него, слушала каждое слово, каждую интонацию. Ей нужно было убедиться. Нужно было поверить.Успокоить себя. — Любовь,Марта Это слово прозвучало в его устах так неожиданно, что у девушки перехватило дыхание. Мужчина продолжил. — Любовь делает меня верным. Верным тому, к кому я её испытываю. Он провёл пальцем по её щеке, стирая непрошенную слезинку девушки.Но Марта не могла успокоиться.Её накрыло.Марта зажмурила глаза,пытаясь успокоиться и хоть как то взять себя в руки. — Я буду верен тебе, Марта. Никто и взгляда косого не посмеет бросить в твою сторону. Все будут только головы с уважением склонять. Потому что ты— моя женщина. Он наклонился и поцеловал её в лоб. Нежно. Трепетно. Так, как целуют самое дорогое, что есть в этом мире. Мужчина наклонился к ней,дотрагиваясь щекой до её глаз.Отодвинувшись,Марта увидела,что у него появился мокрый след. —Надеюсь это не слезы горя?—спросил Майлз с улыбкой. —Нет..Это кое-что другое.—ответила  Марта,проводя рукой по лицу,окончательно стирая следы слабости. —Ну и слава богу.—со вздохом  произнес мужчина. Куоритч рывком натянул кусок покрывала,укрывая девушку.Он же расположился рядом,умостившись прямо возле неё. Марта прижалась к нему ещё ближе. Уткнулась носом в его большую грудь, вдыхая знакомый запах.В эту самую минуту, ей было откровенно хорошо. Она забыла про работу,проекты,Милану,генерала. Всё это подождёт.Сейчас ей нужно было другое. Она чувствовала в нём опору и поддержку. Чувствовала, что наконец-то там, где должна быть. В его руках. Она улыбнулась в его грудь. Счастливая. Спокойная. В его руках. Наконец-то она дома.