Глава 13. Ночной побег

— Как я и сказала, Чонгук, я готова быть твоим другом. Но только другом, не больше. Он явно хотел что-то добавить, но, простояв в нерешительности пару секунд, развернулся и ушел. Я не хотела признавать, но это очень сильно ранило меня. Как будто я опять протянула ему свое сердце на ладони, а он ножом полоснул по его живой, бьющейся ткани. Может, если бы он остался, если бы мы поругались… Да нет, наверняка тогда бы мне не хватило смелости порвать с ним. Но он ушел. И это лишний раз показало мне, что я сделала правильный выбор. Я запрещала себе злиться на Сыльби, но все же мне было немного обидно. Она не говорила, что они с Чонгуком еще общаются. И что она сказала ему такого, что он сорвался с места, чтобы приехать к ней? Почему она не могла сказать этого мне? Я отгоняла эти мысли, напоминая себе о том, как глупо все было в прошлый раз. Я должна была доверять ей; если она так поступила, значит, на то была причина. Телефон завибрировал. Я нахмурилась. Я не хотела смотреть, кто звонит, потому что боялась, что это Чонгук. Я не готова была сейчас слушать его оправдания. Звонок прекратился, и за ним последовал звук сообщения. Уже не в силах бороться с любопытством, я потянулась к телефону и посмотрела на экран. На удивление, там был не Чонгук. Сыльби: Приезжай на вокзал. Сейчас. Сообщение выглядело странно, без смайликов и с точками. Я нахмурилась. Я: Что-то случилось? Я прождала около минуты, но мне никто не ответил. Блин, опять я тут со своими переживаниями, а с Сыльби, может, что-то случилось! Какой же ужасной подругой я была. Схватив рюкзак, я кинула в него салфетки, пластырь, воду и контейнер с едой из холодильника. Подумав еще, добавила зарядку, носки, футболку и запасное белье. Кто знает, что с ней случилось… Выбежав из дома, я добежала до остановки и в последний момент успела запрыгнуть в нужный автобус. Я ненавидела бегать за автобусами, потому что потом мне казалось, что все пассажиры пялятся на меня. Как я тяжело дышу, потею и пытаюсь восстановиться. Но в этот раз меня это мало волновало. Я думала только о Сыльби, о том, что с ней могло случиться. И мне было страшно. Я приехала на вокзал через полчаса и сразу побежала искать подругу. Миновав несколько платформ, я наконец увидела ее. Она казалось очень бледной и встревоженной, но когда я подошла ближе, то заметила, что не все так плохо. Сыльби немного дрожала, но улыбалась, болтая с Чонгуком, а когда заметила меня, то бросилась меня обнимать. Я расплакалась. Я была так рада, что с ней ничего не случилось, так давно ее не видела (казалось, прошла целая вечность), что просто не смогла удержаться. Она немного отстранилась от меня, обняла меня за лицо и улыбнулась. — Я сбежала из дома, — коротко заявила она. — Мы едем в Сеул. Это было так неожиданно, что я даже не нашлась, что ответить. Я просто молча пялилась на нее, то открывая, то закрывая рот. — Ты сделала что?.. — наконец решилась переспросить я. — Завтра очень важные пробы, но родители бы меня ни за что не отпустили, — нервно начала объяснять подруга. — Поэтому я попросила Чонгука помочь мне сбежать. Я выпрыгнула из окна, а Чонгук меня поймал, и мы уехали на мотоцикле, пока родители не успели опомниться. — Ты что?! — я не верила своим ушам. — Но они же заявят в полицию… — Они не знают, где я, и я оставила телефон дома, — было видно, что Сыльби волнуется, но в то же время она звучала довольно уверенно. — Маын, мне кажется, это самое важное решение в моей жизни, и я хотела, чтобы ты была рядом. Я кивнула. Хоть меня и терзали вопросы, я решила пока что больше ничего не спрашивать. Сама не веря, что я это делаю, я купила билет до Сеула и оставила телефон в ячейке. Теперь я тоже дрожала. Это, наверное, сумасшедший поступок. Я была убеждена, что это мне аукнется. Родители узнают, или мы вообще в новостях засветимся. Но я не могла бросить Сыльби. Мне хотелось быть рядом с ней. Когда мы сели в поезд, все это стало казаться еще более невероятным. Мы сидели в полупустом вагоне, смеялись и говорили о том, где в Сеуле мы бы хотели побывать. Я сказала, что всегда мечтала увидеть башню Намсан (тут, конечно, сказались все дорамы, которые я посмотрела), а Сыльби хотела поесть в кафе матери какого-то своего биаса. Даже Чонгук казался не таким напряженным. Я сидела напротив него и иногда смотрела на него, задаваясь вопросом, правильно ли я поступила, так резко отграничив его. Но что-то в глубине души подсказывало мне, что ему сейчас больше всего нужен был друг, а не американские горки подростковых отношений. Я даже не знала, когда все успело так запутаться. Я поддалась на его ауру факбоя, и это затянуло нас в какую-то трясину. Ведь изначально я просто хотела быть его другом. Защитить, успокоить и помочь. Он поймал мой взгляд, но я отвернулась и уставилась в окно. Мне внезапно стало грустно, я думала о том, что ему, наверное, просто нужна была поддержка, но с девушками он никогда не дружил. Поэтому и решил, что хочет чего-то большего. Он ткнул меня коленом и я снова посмотрела на него. Сыльби мирно посапывала, немного облокотившись на мое плечо. Это, в каком-то смысле, оставляло нас вдвоем, и я, почему-то, почувствовала себя неловко. — Ты еще злишься? — тихо спросил он. Я покачала головой. Я не злилась. Просто мне было больно. — Тогда давай, пока мы в Сеуле, не будем ни о чем говорить или думать? — предложил он. Я улыбнулась и закрыла глаза. Я должна отказаться, но искушение было слишком велико — последние пару дней побыть рядом с ним. А после я буду просто другом. — Хорошо, — прошептала я.