Часть 56

Глава 56. День пятьдесят шестой. Май. Пятница. Первый день дома Часть 1. Утро. Пробуждение в своей постели Костя открыл глаза и несколько секунд не мог понять, где находится. Потолок был знакомым — белый, с лепниной по краям, такой же, как в его квартире. Но что-то изменилось. Он повернул голову и увидел Иру. Она спала рядом, раскинув волосы по подушке, и тихо посапывала. Утренний свет пробивался сквозь шторы, рисуя на её лице золотистые блики. Дом. Он дома. В своей постели. С ней. Костя улыбнулся и осторожно придвинулся ближе, чтобы рассмотреть её. Спящая Ира была такой беззащитной, такой красивой, что у него защемило сердце. Он протянул руку и осторожно убрал прядь волос с её щеки. Она вздохнула во сне, но не проснулась. «Моя», — подумал он. — «Наконец-то моя». Он не мог удержаться. Наклонился и поцеловал её в плечо — легонько, едва касаясь губами. Потом в шею. Она зашевелилась, что-то пробормотала, но глаз не открыла. Костя улыбнулся и продолжил. Его губы скользили по её ключице, по линии челюсти, к мочке уха. Он легонько прикусил её — и тут она открыла глаза. — Кость? — сонно пробормотала она. — Ты чего? — Доброе утро, любимая, — прошептал он, глядя ей в глаза. — Я просто не мог не разбудить тебя. Ты такая красивая. — Ммм, — она потянулась, улыбаясь. — Который час? — Ранний. Восьмой. — Ох, — она попыталась встать, но он притянул её обратно. — Кость, мне надо... — Ничего тебе не надо, — перебил он, целуя её в губы. — Лежи. Ты моя пленница. — Кость, режим, — напомнила она, но не сопротивлялась. — Тебе нельзя волноваться. — Я не волнуюсь, — ответил он, целуя её шею. — Я наслаждаюсь жизнью. И потом, Ира, я тоже врач. Я знаю свой организм лучше, чем Брагин со своими бумажками. Мне можно немного больше, чем прописано. — Брагин сказал... — Брагину сорок лет, он мужик в самом расцвете сил, но он не я, — перебил Костя. — И потом, он мой друг и коллега, но сейчас я дома, с тобой, и я чувствую себя отлично. Абсолютно отлично. — Самоуверенный, — усмехнулась она. — Самый самоуверенный твой бывший зам, — улыбнулся он. — А теперь поцелуй меня. Она поцеловала. Долго, сладко, забыв о времени. Его руки скользили по её спине, по талии, сжимали бёдра. Он был ненасытен. — Кость, — выдохнула она, отрываясь. — Нам правда надо вставать. — Не надо, — упрямо сказал он. — Ещё пять минут. — Ты вчера тоже говорил «пять минут», — напомнила она. — Значит, сегодня будет «десять», — он перевернулся, нависая над ней, и поцеловал в живот через тонкую ткань пижамы. — Я так соскучился. — Я тоже, — призналась она. — Но режим. — К чёрту режим, — заявил он, задирая её футболку и целуя обнажившуюся кожу. — Я хочу тебя чувствовать. Всю. Она застонала, выгибаясь. Его губы поднимались выше, к груди, к шее, к губам. Он целовал её жадно, страстно, и она отвечала тем же. — Кость, — прошептала она, когда он оторвался. — Мы не можем... — Можем, — возразил он. — Просто иначе. Его рука скользнула под её пижамные штаны, и она ахнула. — Ты с ума сошёл? — Сошёл, — согласился он. — По тебе. Его пальцы двигались медленно, уверенно, дразняще. Ира закусила губу, чтобы не застонать слишком громко. — Тише, — прошептал он. — Соседей разбудим. — Кость... — выдохнула она. — Это... ох... Она кончила быстро, сильно, вцепившись в его плечи. Он смотрел на неё, на её затуманенные глаза, на раскрасневшиеся щёки, и чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. — А теперь ты, — сказала она, приходя в себя. — Ложись. — Ира, не надо... — Ложись, я сказала. Он послушно лёг на спину. Она села рядом, провела рукой по его груди, по животу, ниже. Он зашипел от удовольствия, когда её пальцы сомкнулись вокруг него. — Ира... — Тихо, — прошептала она, наклоняясь. — Теперь моя очередь. Её губы сомкнулись вокруг него, и Костя забыл, как дышать. Она двигалась медленно, наслаждаясь каждым мгновением. Он зарылся пальцами в её волосы, не направляя, просто чувствуя. — Ира... я сейчас... — выдохнул он. Она не останавливалась. Он кончил с тихим стоном, выгибаясь. Она подняла голову, вытерла губы и улыбнулась. — Вот так, — сказала она. — Без нагрузок. — Ты невыносима, — прошептал он, притягивая её к себе. — Твоя невыносимая, — ответила она, целуя его в грудь. Часть 2. Режим. Первые испытания Через полчаса они всё-таки выбрались из постели. Ира отправилась в душ, а Костя поплёлся на кухню ставить чайник. Настроение было отличным, тело чувствовало себя прекрасно, и он решил, что Брагин со своими предписаниями может идти лесом. Когда Ира вышла из душа, завёрнутая в полотенце, он уже накрывал на стол. — Кость! — возмутилась она. — Ты чего встал? Тебе отдыхать надо! — Я отдыхал, — ответил он, ставя перед ней тарелку с яичницей. — В постели. С тобой. А теперь хочу тебя накормить. — Ты невыносим, — вздохнула она, садясь за стол. — Брагин узнает — убьёт меня. — Не узнает, — уверенно сказал Костя. — А если узнает, скажу, что я сам так решил. Я взрослый мальчик. — Взрослый, но больной, — напомнила она. — Выздоравливающий, — поправил он. — Ира, я правда чувствую себя отлично. Лучше, чем за последние недели. И это благодаря тебе. Она посмотрела на него долгим взглядом, потом улыбнулась. — Ладно, — сдалась она. — Но если что — пеняй на себя. — Буду пенять, — пообещал он, целуя её в щёку. Завтракали в тёплой, почти семейной атмосфере. Костя то и дело норовил ущипнуть её за бок или поцеловать в шею, Ира отбивалась, но беззлобно. — Кость, прекрати! — смеялась она. — Дай поесть спокойно. — Не могу, — признался он. — Ты такая вкусная. Даже вкуснее яичницы. — Льстец. — Правда. После завтрака Ира усадила его на диван с книгой. — Читай, — сказала она. — А я пока позвоню юристу. — О чём? — насторожился Костя. — Помнишь, ты вчера рассказывал про аварию? Про тормоза? Я хочу, чтобы это проверили. — Ира, — он взял её за руку. — Только осторожно. Маме не говори пока. Не хочу её волновать. — Знаю, — кивнула она. — Я попрошу юриста сделать это конфиденциально. Она вышла на балкон, набрала номер. Часть 3. Звонок юристу — Андрей Сергеевич? — сказала Ира, когда на том конце ответили. — Доброе утро. Извините, что беспокою в выходной. — Ирина Алексеевна, — голос юриста был бодрым. — Что случилось? — У нас появилась информация, которую нужно проверить, — начала Ира. — Константин вчера вспомнил детали аварии. Он говорит, что у машины отказали тормоза. Педаль была мягкой, как вата. И перед аварией ему звонила Покровская и угрожала. На том конце повисла пауза. — Вы понимаете, что это может означать? — спросил юрист. — Понимаю. Именно поэтому я звоню вам. Нужно, чтобы эксперты проверили машину. То, что от неё осталось. Но сделать это нужно тихо, без огласки. Я не хочу волновать мать Кости, пока нет подтверждений. — Я понял, — ответил Андрей Сергеевич. — У меня есть знакомые в автотехнической экспертизе. Сделаем всё конфиденциально. Но учтите: если тормоза действительно были повреждены, это уже не просто ДТП. Это покушение на убийство. — Я знаю, — тихо сказала Ира. — Поэтому и звоню. Мы должны знать правду. — Хорошо. Я займусь сегодня же. Держите меня в курсе, если Костя вспомнит ещё что-то. — Обязательно. Спасибо, Андрей Сергеевич. Она отключилась и несколько минут стояла на балконе, глядя на город. Мысли путались. Если это правда, если Покровская действительно пошла на такое... Она заслуживает самого сурового наказания. — Ира? — раздался голос Кости. — Ты там замёрзнешь. Она обернулась. Он стоял в дверях балкона, обеспокоенно глядя на неё. — Всё нормально, — сказала она, заходя в комнату. — Поговорила. — Что сказал юрист? — Сказал, что проверит. Конфиденциально. Костя кивнул, но в глазах его застыла тревога. — Ира, — сказал он. — Если это она... я не знаю, что сделаю. — Ничего не сделаешь, — твёрдо ответила она. — Этим займутся правоохранительные органы. Твоя задача — выздоравливать. Понял? — Понял, — вздохнул он. — Но обещать не могу. — Кость, — она подошла и обняла его. — Мы справимся. Вместе. Часть 4. Прогулка. Хулиганства После обеда, как и предписывал режим, Ира собрала Костю на прогулку. — Одевайся, — сказала она, протягивая ему лёгкую куртку. — Полчаса на свежем воздухе. — С тобой? — спросил он с надеждой. — Со мной. Кто ж тебя ещё выгуляет? — Я не собака, — обиделся он, но куртку взял. Они вышли во двор. Солнце светило, птицы пели, и в воздухе пахло весной и свежестью. Костя взял Иру за руку, и они медленно пошли по аллее. — Хорошо, — сказал он. — Как будто мы просто гуляем, и нет никаких проблем. — Проблемы есть, — напомнила Ира. — Но мы их решим. — Знаешь, — он остановился и повернулся к ней. — Я тут подумал. Мы никогда не гуляли просто так. Всегда по делу, или в больницу, или домой. — Было дело, — согласилась она. — На даче гуляли. — Точно! — обрадовался он. — На даче у Шуры. Я помню! Там был лес, речка, и ты в лёгком платье... — Кость, не отвлекайся, — она потянула его дальше. — Идём. — А я не отвлекаюсь, — он притянул её к себе и поцеловал прямо посреди аллеи. — Я наслаждаюсь моментом. — Кость, — она попыталась отстраниться, но безуспешно. — Нас увидят. — Пусть видят, — ответил он, целуя её в шею. — Я имею право целовать свою женщину. — Ты имеешь право соблюдать режим, — она легонько оттолкнула его. — Идём, а то Брагин узнает и будет ругаться. — Брагину всего сорок, он не старый ворчун, а мой друг, — проворчал Костя, но послушно пошёл дальше. — И потом, что он сделает? Посадит меня под домашний арест? Я уже там. — Ещё строже будет, — пригрозила Ира. — Не запугаешь, — усмехнулся он и вдруг, оглянувшись по сторонам, затащил её за куст сирени. — Кость! — зашипела она. — Ты что творишь? — Хочу тебя поцеловать без свидетелей, — ответил он, прижимая её к стволу дерева и впиваясь в губы. Она не сопротивлялась. Его поцелуй был жарким, требовательным, и она отвечала с той же страстью. Его руки скользили по её спине, сжимали ягодицы, забирались под куртку. — Кость, — выдохнула она, когда он оторвался. — Ты с ума сошёл? — Сошёл, — подтвердил он. — Но это пройдёт. А ты — нет. Он поцеловал её ещё раз и отпустил. — Идём, а то нас действительно увидят. Она рассмеялась и взяла его за руку. — Ты невыносим. — Твой невыносимый, — ответил он. Часть 5. Дневной сон. Сопротивление Вернувшись домой, Ира строго напомнила: — А теперь дневной сон. — Ира, я не хочу спать, — закапризничал Костя. — Я хочу с тобой. — Я буду рядом, — пообещала она. — Но ты должен лечь. — Лечь? — он оживился. — С тобой? — В смысле — в кровать, — уточнила она. — Я посижу рядом. — Это неинтересно, — надулся он. — Ира, ну пожалуйста. Давай просто полежим вместе. — Кость, Брагин сказал... — Ира, я врач, — перебил он серьёзно. — Я знаю, что моему организму сейчас нужен не столько сон, сколько покой и твоё присутствие. А покой я лучше всего чувствую, когда ты рядом. Брагин хороший хирург, но он не знает моего тела так, как знаю я. — Самоуверенный, — покачала головой она. — Профессиональный, — поправил он. — И потом, если я буду нервничать и переживать из-за того, что ты не рядом, это принесёт больше вреда, чем если мы просто полежим обнявшись. Медицинский факт. — Ты используешь медицину в корыстных целях, — усмехнулась она. — Использую, — согласился он. — Ради тебя — всё что угодно. Она посмотрела на него долгим взглядом и вздохнула. — Ладно, — сдалась она. — Идём. Но только лежать. — Договорились, — он просиял и потащил её в спальню. Они легли на кровать. Костя обнял её, прижал к себе. Несколько минут лежали молча, наслаждаясь тишиной и близостью. Но долго Костя не выдержал. — Ира, — прошептал он, касаясь губами её уха. — Ммм? — Я хочу тебя поцеловать. — Кость... — Просто поцеловать. Обещаю, больше ничего. Она повернулась к нему. Он поцеловал её — нежно, но с нарастающей страстью. Его рука скользнула по её спине, потом ниже. — Кость, — она попыталась остановить его. — Ты обещал. — Я обещал только поцеловать, — ответил он, целуя её шею. — А это просто... ласка. — Это уже переходит границы, — возразила она, но голос её звучал неуверенно. — Ира, я хочу тебя, — прошептал он. — Очень. Но я понимаю, что нельзя. Просто позволь мне чувствовать тебя. Ласкать. Она вздохнула. Его руки, его губы, его дыхание — всё это сводило с ума. — Тебе противопоказаны нагрузки, сегодня у нас итак уже было, — сказала она. — Ладно, но без проникновения. — Хорошо, — согласился он. — Но тогда и ты меня. — Что? — Я хочу чувствовать тебя. Всё, что ты захочешь мне дать. Она посмотрела на него, и в её глазах мелькнуло что-то озорное. — Хорошо, — сказала она. — Но тогда по-честному. — По-честному, — подтвердил он. Они лежали, переплетённые, и их руки творили чудеса. Он гладил её, целовал, доводил до исступления. Она отвечала тем же, исследуя его тело, находя самые чувствительные места. Они не торопились, наслаждаясь каждым мгновением, каждой лаской. Когда она кончила в первый раз, он прижал её к себе, тяжело дыша. — Ира, — прошептал он. — Ты невероятная. — Ты тоже, — ответила она, приходя в себя. — Но я ещё не закончила. Она скользнула вниз, и его тело выгнулось от удовольствия. Её губы, её язык, её руки — всё было таким правильным, таким желанным. — Ир... я сейчас... — выдохнул он. — Давай, — прошептала она. — Я с тобой. Он кончил с тихим стоном, зарываясь пальцами в её волосы. Она поднялась к нему, поцеловала в губы. — Вот так, — сказала она. — Без нагрузок. — Ты чудо, — выдохнул он. — Моё чудо. — Твоё, — улыбнулась она. — А теперь спи. У нас вечером много дел. Часть 6. Дорога к Шуре Вечером они выехали за Ильёй. Костя сидел на пассажирском сиденье и с нетерпением смотрел в окно. — Скоро? — спросил он в десятый раз. — Скоро, — терпеливо отвечала Ира. — Ещё минут двадцать. — Я так соскучился, — сказал он. — Ира, а он не обижается, что мы его так долго не забирали? — Нет, — ответила она. — Он всё понимает. Мы каждый день разговаривали по видео. — Я помню, — кивнул Костя. — Он показывал рисунки. Такие яркие, добрые. — Он очень талантливый, — улыбнулась Ира. — Весь в тебя. — В меня? — удивился Костя. — Я рисовать не умею. — А он умеет. Значит, в кого-то другого. — Наверное, в маму, — задумчиво сказал Костя. — В ту, которая его родила. Она, говорят, хорошо рисовала. Ира промолчала. Тема биологической матери Ильи была сложной. Наконец они подъехали к дому Шуры. Илья уже стоял на крыльце и махал руками. Увидев машину, он сорвался с места и побежал навстречу. — Папка! Мам Ир! — закричал он. Костя вышел из машины и едва успел поймать сына, который прыгнул ему на шею. — Илюшка! — Костя прижал его к себе. — Как же я по тебе соскучился! — И я! — заорал Илья. — Ты совсем здоров? — Почти, сынок. Почти. Ира подошла, обняла их обоих. — Мам Ир, — Илья переключился на неё. — Ты такая красивая! — Спасибо, родной, — рассмеялась она. — Ты тоже. Шура вышла на крыльцо, вытирая руки о фартук. — Ну, забирайте своего хулигана, — сказала она. — Загонял меня совсем. — Баба Шура! — Илья вырвался и побежал к ней. — Ты самая лучшая! — Лучшая, лучшая, — проворчала она, но было видно, что она рада. — Идите в дом, я пирогов напекла. Часть 7. У Шуры В доме пахло пирогами и уютом. Шура хлопотала у плиты, Илья таскал свои рисунки, разложив их на столе. — Смотрите, это мы на речке, — показывал он. — А это я с раком. А это вы с папой на скамейке. — Красиво, — похвалил Костя. — Ты настоящий художник. — Ага, — довольно кивнул Илья. — Баба Шура говорит, что я в неё пошёл. Она тоже рисовать умеет. — Умела, — поправила Шура. — В молодости. Они сидели за столом, пили чай с пирогами. Илья рассказывал о своих приключениях, о том, как ходил в лес, как нашёл ежа, как они с Шурой ловили рыбу. Костя слушал и не мог нарадоваться. Его сын. Его семья. — Ира, — сказал он тихо, когда Илья отвлёкся. — Спасибо тебе. — За что? — За то, что ты есть. За то, что ты с нами. За то, что сделала нас счастливыми. — Кость, — она взяла его за руку. — Это ты сделал меня счастливой. — Значит, мы квиты, — улыбнулся он. — Квиты. — О чём это вы шепчетесь? — подозрительно спросил Илья. — Целоваться будете? — Будем, — рассмеялась Ира. — Но позже. Часть 8. Возвращение домой Прощание с Шурой было тёплым. Старушка обняла каждого, всплакнула. — Приезжайте, — сказала она. — Я всегда рада. — Обязательно, — пообещала Ира. — Спасибо вам за всё. В машине Илья уселся на заднее сиденье и всю дорогу рассказывал, что они будут делать теперь, когда папа выздоровел. — Мы пойдём в зоопарк? — спрашивал он. — И в парк аттракционов? И на дачу? — Всё будет, — обещал Костя. — Только чуть позже. — А почему позже? — не унимался Илья. — Потому что папе нужно ещё немного восстановиться, — объяснила Ира. — Но он быстро поправится. — Я помогу! — заявил Илья. — Буду за ним ухаживать. — Договорились, — улыбнулся Костя. Дома Илья первым делом побежал в свою комнату. Она была такой же, как он её помнил, но что-то изменилось. — Мам Ир, — позвал он. — А у меня новые подушки? — Да, — ответила Ира. — Мы с папой решили обновить твою комнату. — Класс! — обрадовался он. — И шторы новые! — Тебе нравится? — Очень! — он обнял её. — Спасибо. Костя стоял в дверях и смотрел на них. Его семья. Его дом. Его счастье. Часть 9. Вечер втроём Вечером они устроили настоящий праздник. Заказали пиццу, смотрели мультики, играли в настольные игры. Илья был счастлив, Костя — тоже. Ира смотрела на них и думала о том, что это и есть настоящая жизнь. Не операции, не больница, не Покровская. А вот это — смех, уют, любовь. — Мам Ир, — сказал Илья, когда пришло время спать. — А ты сегодня почитаешь мне? — Конечно, родной. Она уложила его, почитала книжку, поцеловала в лоб. — Спокойной ночи, сынок. — Спокойной ночи, мам Ир. Передай папе, что я его люблю. — Передам. Она вышла из комнаты и увидела Костю, стоящего в коридоре. — Спит? — спросил он. — Спит. Тебя любит. — Я тоже его люблю. И тебя. Он притянул её к себе, поцеловал. — Ира, — прошептал он. — Спасибо тебе за этот день. За всё. — Это только начало, — ответила она. — У нас впереди много таких дней. — Много, — согласился он. — И я хочу каждый прожить с тобой. Часть 10. Ночь. Тревога и близость Ночью Ира не спала. Она лежала рядом с Костей, слушала его ровное дыхание и думала о том, что сказал юрист. Если тормоза были повреждены, это покушение. Покровская не просто истеричка, она опасная преступница. — Ир? — раздался тихий голос. — Ты не спишь? — Нет, — ответила она. — Думаю. — О чём? — О том, что мы узнаем завтра. О машине. Костя повернулся к ней, обнял. — Не бойся, — сказал он. — Что бы ни было, мы справимся. — Я знаю. Но вдруг это правда? Вдруг она действительно пыталась тебя убить? — Тогда она сядет, — жёстко сказал Костя. — Надолго. — А если у неё получится уйти от ответственности? Папа-депутат, адвокаты... — Не получится, — перебил он. — У нас теперь есть доказательства. И юристы. И мама. И все, кто нас поддерживает. Ира вздохнула. — Ты прав. Мы справимся. — А теперь давай не думать о плохом, — он поцеловал её в лоб. — Давай думать о нас. — О нас? — переспросила она. — О нас. О том, как мы счастливы. О том, что завтра будет новый день, и мы встретим его вместе. Она улыбнулась. — Ты прав. Забудем о плохом хотя бы на ночь. Он поцеловал её, сначала нежно, потом всё более страстно. Его руки скользили по её телу, находя самые чувствительные места. Она отвечала тем же, забыв о тревогах, забыв о проблемах. — Я хочу тебя, — прошептал он. — Снова. Не могу насытиться тобой. Безумно хочу тебя. — Я тоже, — ответила она. Они любили друг друга медленно, нежно, со вкусом. Его губы находили её, её пальцы исследовали его. Они не торопились, наслаждаясь каждым мгновением, каждой лаской. Когда всё закончилось, они лежали, обнявшись, тяжело дыша. — Я люблю тебя, — сказал он. — Я тоже, — ответила она. — Больше жизни. — Спи, — он поцеловал её в лоб. — Я рядом. Она закрыла глаза и прижалась к нему. За окном светало. Начинался новый день. И они встретят его вместе.