Часть 58

Глава 58. День пятьдесят восьмой. Май. Воскресенье. Дача. Покой и тревоги Часть 1. Сборы. Утро перед отъездом Ира проснулась от того, что кто-то настойчиво тряс её за плечо. Она открыла глаза и увидела Илью, который стоял над ней в полной боевой готовности — одетый, с рюкзаком за спиной, с горящими глазами. — Мам Ир, вставай! — закричал он. — Мы на дачу едем! Солнце уже высоко! — Илюш, — простонала она, глядя на часы. — Семь утра. Воскресенье. Дай поспать. — Не дам! — заявил он. — Папа уже встал, кофе пьёт. А ты спишь! — Папа — ненормальный, — пробормотала Ира, но села на кровати. — Ладно, иду. Она накинула халат и вышла на кухню. Костя действительно сидел за столом с чашкой кофе и улыбался во весь рот. — Доброе утро, любимая, — сказал он. — Илья прав, пора вставать. Нас ждут великие дела. — Какие дела? — спросила она, падая на стул. — Мы просто едем к Шуре. — Это и есть великие дела, — возразил он. — Свежий воздух, природа, шашлыки... Я так соскучился по всему этому. — А режим? — напомнила она. — Брагин сказал... — Брагин сейчас на даче с Мариной, — перебил Костя. — И уверен, что сам нарушает все предписания. Я здоров, Ира. Честно. Я чувствую себя отлично. — Ты вчера тоже так говорил, — усмехнулась она. — А потом у тебя голова разболелась. — Это от ревности, — отмахнулся он. — А сегодня я спокоен. Покровская уехала, мы едем к Шуре. Что может быть лучше? Ира вздохнула. Спорить с ним было бесполезно. — Ладно, — сдалась она. — Но если почувствуешь себя плохо — сразу скажешь. — Обещаю. Она поцеловала его и пошла собираться. Часть 2. Дорога В машине Илья сидел на заднем сиденье и всю дорогу распевал песни из мультиков. Костя вёл машину — впервые после аварии. Ира сидела рядом и то и дело поглядывала на него. — Кость, ты уверен, что тебе можно за руль? — спросила она в десятый раз. — Ира, я врач, — терпеливо ответил он. — Если бы мне было нельзя, я бы не сел. Расслабься. — Не могу я расслабиться, — призналась она. — Всё время кажется, что что-то случится. — Ничего не случится, — твёрдо сказал он. — Я здесь, с вами. И никуда не денусь. Она взяла его за руку, и они ехали так какое-то время, молча, наслаждаясь близостью. — Смотрите, корова! — закричал Илья. — А там лошади! — Красиво, — улыбнулась Ира. — Мам Ир, а на даче есть речка? — спросил Илья. — Есть, Илюш. Не очень большая, но искупаться можно. — Ура! — заорал он. — Я буду купаться! — Вода ещё холодная, — предупредил Костя. — А я закалённый! — гордо заявил Илья. Костя и Ира переглянулись и рассмеялись. Часть 3. Приезд к Шуре Домик бабушки Шуры стоял на краю деревни, утопая в зелени. Когда они подъехали, на крыльце уже стояла сама хозяйка — маленькая, сухонькая, с лукавыми глазами и боевым характером. — Наконец-то! — закричала она, размахивая полотенцем. — А я уж заждалась! Илюшка, иди сюда, обниму! Илья выскочил из машины и бросился к ней. — Баба Шура! — закричал он. — А я вам гостинцы привёз! Конфеты! — Ой, умница, — Шура чмокнула его в макушку. — Ну проходите, проходите. Костя, как ты? Поправляешься? — Поправляюсь, бабуль, — Костя обнял её. — Спасибо, что нянчилась с этим сорванцом. — Да ладно, — отмахнулась Шура. — Он мне только радость приносит. Ирочка, здравствуй, красавица. — Здравствуйте, Шура, — Ира обняла её. — Спасибо вам за всё. — Не за что, — улыбнулась Шура. — Идите в дом, я пирогов напекла. Часть 4. Разговор с Шурой В доме пахло пирогами и уютом. Шура хлопотала у плиты, Илья таскал свои рисунки, разложив их на столе. — Смотри, баба Шура, это я нарисовал! — показывал он. — Это мы с папой и мамой Ирой на речке. — Красиво, — похвалила Шура. — Талант у тебя, Илюшка. — Ага, — довольно кивнул он. Ира помогала Шуре накрывать на стол, Костя сидел на лавке и наблюдал за ними. На душе было тепло и спокойно. — Ирочка, — тихо сказала Шура, когда Илья отвлёкся. — Ты как? Я слышала, у вас там проблемы с этой... Покровской? — Были, — ответила Ира. — Сейчас она уехала. Надеюсь, навсегда. — Дай бог, — вздохнула Шура. — А Костя? Как он? Всё вспоминает? — По кускам, — ответила Ира. — Но главное помнит. — Это хорошо, — кивнула Шура. — А ты себя береги. Вон, худая какая, бледная. — Я стараюсь, — улыбнулась Ира. — Старайся, старайся, — проворчала Шура. — А ну-ка, садись за стол. Сейчас будем пироги есть. Часть 5. Застолье Они сидели за столом, пили чай с пирогами. Илья рассказывал о своих приключениях, о том, как они с Шурой ходили в лес, как нашли ежа, как ловили рыбу. Костя слушал и не мог нарадоваться. Его сын. Его семья. — Баба Шура, — спросил Илья. — А можно мы на речку пойдём? — Можно, — разрешила Шура. — Только осторожно, не купайтесь, вода холодная. — Мы только ноги помочим, — пообещал Илья. — Тогда идите, — махнула рукой Шура. — А я пока по хозяйству управлюсь. Костя и Ира вышли на крыльцо. Солнце светило, птицы пели, и в воздухе пахло весной и свежестью. — Хорошо, — сказал Костя, вдыхая полной грудью. — Как будто заново родился. — Ты и родился заново, — ответила Ира. — В прямом смысле. — Ира, — он взял её за руку. — Спасибо тебе за всё. — Ты уже говорил. — И ещё скажу. Он поцеловал её, долго и нежно. — Пойдём на речку? — предложила она. — Пойдём. Часть 6. На речке Илья уже бегал по берегу, собирая камешки. Увидев родителей, замахал руками. — Смотрите, сколько я нашёл! — закричал он. — А там рак! Я видел! — Опять рак? — удивился Костя. — Ты у нас прямо охотник за раками. — Ага! — гордо сказал Илья. Они сели на траву, глядя на воду. Илья носился вдоль берега, периодически подбегая, чтобы показать очередную находку. — Кость, — тихо сказала Ира. — Я так счастлива, что даже страшно. — Почему страшно? — Потому что слишком хорошо. А после хорошего всегда бывает плохо. — Не всегда, — возразил он. — Иногда хорошо бывает просто хорошо. И мы это заслужили. — Ты думаешь? — Я знаю. Он обнял её, и они сидели молча, слушая, как шумит река и кричит Илья. — Ира, — сказал Костя через некоторое время. — Я сегодня утром вспомнил ещё кое-что. — Что? — Нашу первую ночь. На кухне. После того, как я выкинул твой телефон. Ты была такой... такой... — Кость! — она замахала руками. — Илья рядом! — Он не слышит, — улыбнулся Костя. — Я просто хочу сказать, что это было лучшее, что случалось в моей жизни. — Во всей жизни? — Во всей. Даже до аварии. Она посмотрела на него, и в глазах её стояли слёзы. — Я тоже это помню, — прошептала она. — Каждую секунду. — Ира, — он взял её лицо в ладони. — Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю. Они поцеловались, и на этот раз поцелуй был долгим, глубоким, обещающим. — Мам Ир, пап, смотрите! — закричал Илья, подбегая с огромной ракушкой. — Я нашёл! — Красиво, — сказала Ира, вытирая слёзы. — Правда, красиво. Часть 7. Вечер. Шашлык К вечеру приехали Иван Николаевич и Мария Валерьевна. Шура встретила их на крыльце. — А, молодые! — воскликнула она. — Проходите, проходите. У нас сегодня шашлык будет. — Здравствуйте, — Мария Валерьевна обняла Иру. — Как вы тут? — Хорошо, — ответила Ира. — Отдыхаем. — А где Костя? — Мангал разжигает. Костя колдовал над мангалом, когда к нему подошёл Иван Николаевич. — Помочь? — спросил он. — Не, сам, — ответил Костя. — Я тут главный шашлычник. — Главный шашлычник — это Шура, — усмехнулся Иван Николаевич. — А ты так, ученик. — Ученик, но старательный. Они разговаривали, пока мясо жарилось. Иван Николаевич рассказывал о своих делах, Костя слушал, но мысли его были далеко. — Костя, — вдруг спросил Хромов. — Ты помнишь, что было перед аварией? Костя замер. — Помню, — сказал он. — Тормоза отказали. И перед этим звонила Покровская. — Ира говорила, — кивнул Иван Николаевич. — Мы подключили своих людей. Если это она, она сядет. — Дай бог, — вздохнул Костя. — Держись, сынок. Мы с тобой. Часть 8. Ужин За ужином все сидели за большим столом, ели шашлык, пили чай. Илья уже клевал носом, прижавшись к Шуре. — Баба Шура, — бормотал он. — А можно я завтра опять на речку? — Можно, милый, — гладила она его по голове. — Иди спать. Костя отнёс его в дом, уложил в кровать. Вернувшись, сел рядом с Ирой. — Уснул? — спросила она. — Уснул. Счастливый. — Все счастливые, когда спят, — улыбнулась Мария Валерьевна. — А мы давайте ещё посидим. Они сидели на веранде, разговаривали о том о сём. Ира чувствовала, как напряжение последних дней отпускает. Здесь, с этими людьми, было безопасно. — Ирочка, — сказала Мария Валерьевна. — Мы с Иваном Николаевичем хотим вам сказать. Что бы ни случилось, мы с вами. Вы наша семья. — Спасибо, — прошептала Ира. — Правда, спасибо. — Не за что, — ответил Иван Николаевич. — Мы своих не бросаем. Часть 9. Ночь. Только вдвоём Поздно вечером, когда все разошлись по комнатам, Костя и Ира вышли на крыльцо. Было темно, звёзды высыпали на небе, где-то вдалеке ухала сова. — Хорошо, — сказал Костя. — Как будто и не было этой аварии. Как будто мы просто приехали отдохнуть. — Хорошо, — согласилась Ира. — Только ты слишком активный для выздоравливающего. — Это ты меня так завожу, — он поцеловал её в висок. — Сама виновата. — Я? — Ты. Ходишь тут, красивая, а я должен держать себя в руках. — И держи, — усмехнулась она. — Не могу, — он вздохнул и притянул её к себе. — Совсем не могу. — Кость, — она упёрлась руками ему в грудь. — Мы не дома. Нас могут увидеть. — И пусть, — ответил он, целуя её в шею. — Мы взрослые люди. — Кость... — Тш-ш, — прошептал он. — Просто побудь со мной. Она прижалась к нему, чувствуя его тепло, его руки, его дыхание. И это было лучше всяких слов. Часть 10. Возвращение Утром они позавтракали, попрощались с Шурой и поехали домой. Илья всю дорогу спал на заднем сиденье, утомлённый свежим воздухом и впечатлениями. Костя вёл машину, Ира сидела рядом, держа его за руку. — Кость, — сказала она. — Спасибо тебе за эти выходные. — Это тебе спасибо, — ответил он. — За то, что ты есть. — Я люблю тебя. — И я тебя. Машина мягко шуршала шинами по асфальту. За окном проплывали поля, леса, деревни. Впереди была Москва, новые испытания, новая жизнь. Но сейчас, в этот момент, они были вместе. И это было главным.