Часть 65

Глава 65. День шестьдесят пятый. Июнь. Вторник. Старые раны, новые угрозы Часть 1. Утро. Непрошеный гость Ира смотрела на Кривицкого, и в голове билась одна мысль: «Только не он. Кто угодно, только не он». Но он стоял на пороге её кабинета, такой же уверенный, такой же наглый, как в тот день, когда она впервые поняла, что их брак был ошибкой. В руках — букет алых роз. Алых, как кровь, которую она пролила неделю назад. — Что ты здесь делаешь? — спросила она ледяным тоном, не приглашая войти. — Я же сказал, — он шагнул в кабинет, не дожидаясь приглашения, и поставил цветы на стол. — Пришёл помочь. Я слышал, у тебя проблемы. — У меня нет проблем, — ответила она, скрестив руки на груди. — И мне не нужна твоя помощь. — Ира, не будь такой... — он оглянулся на дверь, за которой, вероятно, остался Куликов. — Я знаю про аварию. Про Покровскую. Про то, что она хочет вернуться. Я знаю про её отца, который, хоть и потерял депутатский мандат, всё ещё имеет влияние. Ира напряглась. Откуда он знает все эти детали? — Откуда у тебя информация? — У меня везде есть люди, — усмехнулся он. — Ира, я предлагаю тебе союз. Я помогу тебе убрать Покровскую из твоей жизни раз и навсегда. А ты... ты поможешь мне кое с чем. — С чем? — подозрительно спросила она. — Я хочу вернуться в Склиф. Не на полную ставку, консультации. Моя специальность, пластическая хирургия, здесь нужна. Я знаю, что у тебя есть вакансия. Ира усмехнулась. Вот оно. Он всегда искал выгоду, всегда использовал её, чтобы продвинуться. — Ты думаешь, после всего, что было, я пущу тебя в свою больницу? — Ира, ты злишься, — он подошёл ближе. — Я понимаю. Я был не прав. Я был дураком. Но я изменился. Давно изменился. — Не приближайся, — предостерегла она. — Я позову охрану. — Зови, — он остановился, но улыбка не сходила с его лица. — Но подумай. У меня есть информация, которая может помочь тебе. И не только о Покровской. Ира нахмурилась. — О чём ты? — О твоём Косте, — он сделал паузу. — Ты знаешь, что он скрывает от тебя? Часть 2. В коридоре. Костя узнаёт Костя шёл по коридору, когда увидел Куликова, стоящего у двери кабинета Иры с таким видом, будто его пригвоздили к месту. — Серёга, ты чего? — спросил он, подходя. — Кость, — Куликов замялся. — Там это... у Иры посетитель. — Кто? — Костя уже потянулся к ручке двери. — Кривицкий, — выдохнул Куликов. Костя замер. Кровь прилила к лицу, а потом отхлынула, оставляя после себя ледяную пустоту. Кривицкий. Тот самый. Который приносил цветы, который пытался вернуть Иру, который... Которого он выгнал, пригрозив сломать лицо. — Он что здесь делает? — спросил Костя, и голос его звучал спокойно, но Куликов знал, что это спокойствие обманчиво. — Я не слышал, — быстро сказал Куликов. — Они тихо разговаривают. — Тихо? — Костя усмехнулся. — Ира и Кривицкий? Тихо? Он толкнул дверь, не постучав. Ира стояла у окна, Кривицкий — в центре кабинета, с наглой улыбкой на лице. Цветы на столе. Алые розы. — Кость! — Ира обернулась. — Я... — Что он здесь делает? — спросил Костя, не сводя глаз с Кривицкого. — Пришёл помочь, — ответил Кривицкий вместо Иры. — Ира, я вижу, у тебя проблемы с персоналом. — Ты, — Костя шагнул к нему. — Убирайся. — Костя, не надо, — начала Ира. — Не надо? — он обернулся к ней. — Ты пускаешь его в кабинет, принимаешь цветы, а говоришь, что не надо? — Я не принимала цветы, — сказала Ира. — Он их сам поставил. — И ты не выгнала его? — Я собиралась. — Собиралась, — повторил Костя, и в его голосе было столько горечи, что Ира на мгновение растерялась. — Как же я тебя знаю. Ты всегда собиралась, но так и не собиралась. — Костя, это не то, что ты думаешь, — она сделала шаг к нему, но он отступил. — А что это? — спросил он. — Он приносит тебе цветы, говорит, что поможет, а ты слушаешь. Ты всегда слушаешь. — Я слушаю, потому что он знает, что Покровская хочет вернуться, — выпалила Ира. — Он знает, как её остановить. — И что он просит взамен? — усмехнулся Костя. — Работу? Место в Склифе? Ты готова продаться за его помощь? — Костя! — Ира повысила голос. — А что? — он шагнул к ней. — Ты готова? Готова пустить его в нашу жизнь, чтобы избавиться от неё? — Я не пускаю его в нашу жизнь! — закричала она. — Я разговариваю с ним, как с коллегой! — Коллегой? — он указал на цветы. — Коллеги приносят алые розы? — Костя, прекрати! — она схватила букет и швырнула его в угол. — Ты слышишь? Прекрати! В кабинете повисла тишина. Кривицкий смотрел на них с интересом, как зритель на спектакле. — Ну, — сказал он, нарушая молчание. — Я вижу, вы заняты. Я зайду позже. Он вышел, даже не взглянув на Костю. Дверь закрылась. Ира и Костя остались одни. — Ты доволен? — спросила она. — Нет, — ответил он. — А ты? — Я? — она усмехнулась. — Я в восторге. Ты врываешься, устраиваешь сцену ревности, выгоняешь человека, который мог нам помочь. — Помочь? — он подошёл ближе. — Ира, ты что, правда думаешь, что он пришёл помогать? Он пришёл, чтобы получить место. Он всегда хотел вернуться. — И что? — она не отступила. — Он хороший хирург. И его помощь могла бы пригодиться. — Его помощь? — Костя засмеялся, но смех был горьким. — Ира, ты что, забыла, как он пытался тебя вернуть? Как он приходил к нам с цветами? Как я выгнал его? — Я ничего не забыла, — она повысила голос. — Я просто не собираюсь отказываться от возможной помощи из-за твоей ревности. — Ревности? — он шагнул к ней. — Это не ревность. Это понимание того, что он хочет тебя. Всегда хотел. И ты это знаешь. — Знаю, — сказала она. — И мне всё равно. Потому что я люблю тебя. А он для меня — пустое место. — Тогда почему ты его не выгнала? — Потому что он знает, как остановить Покровскую! — закричала она. — А ты? Что ты можешь сделать? Только орать и ревновать! Они стояли друг напротив друга, тяжело дыша. За окном снова собиралась гроза. — Знаешь что, — сказал Костя тихо. — Делай что хочешь. Мне всё равно. Он развернулся и вышел, оставив Иру одну среди разбросанных роз. Часть 3. Кривицкий находит союзника Кривицкий не ушёл из больницы. Он прошёл в холл, сел на скамейку и достал телефон. Набрал номер. — Алло, Алексей Абрамович? — сказал он, когда на том конце ответили. — Это Геннадий Ильич Кривицкий. Мы встречались на прошлой неделе. Я хочу обсудить вашу дочь. И помощь, которую вы мне обещали. Покровский-старший ответил не сразу. Голос его был глухим, усталым. — Я помню, — сказал он. — У вас есть новости? — Есть, — усмехнулся Кривицкий. — Павлова готова принять мою помощь. Но Лазарев... он против. Нужно, чтобы он убрался с дороги. — Как вы предлагаете это сделать? — спросил Покровский. — Оставьте это мне, — ответил Кривицкий. — Главное, чтобы ваша дочь держалась подальше. Если она начнёт действовать, всё испортит. — Она в клинике, — сказал Покровский. — Под наблюдением. Я прослежу. — Отлично. Тогда действуем по плану. Кривицкий отключился и посмотрел на дверь, за которой скрылся Костя. У него были свои счёты с этим выскочкой, который посмел угрожать ему, который посмел забрать Иру. Пришло время всё вернуть. Часть 4. Костя и Куликов. Мужской разговор Костя сидел в своей машине на стоянке, сжимая руль так, что побелели костяшки. В зеркало он видел, как из больницы вышел Кривицкий, сел в такси и уехал. Но это не принесло облегчения. В дверь постучали. Куликов. — Кость, открой, — сказал он. — Поговорить надо. Костя открыл дверь. Куликов сел на пассажирское сиденье, помолчал. — Ты чего устроил? — спросил он. — Я? — усмехнулся Костя. — Это она устроила. Позвала его, выслушивала, цветы принимала. — Она не принимала цветы, — возразил Куликов. — Он их сам поставил. Я видел. — Это ничего не меняет. — Меняет, — твёрдо сказал Куликов. — Кость, ты сам не свой. Ты ищешь, к чему придраться. Ты набросился на неё из-за того, что она просто разговаривала с человеком. — Это не просто человек, — сказал Костя. — Это её бывший муж. Который её не отпускает. — И что? — Куликов повернулся к нему. — Ты боишься, что она вернётся к нему? После всего, что вы пережили? Костя молчал. — Кость, она тебя любит, — продолжал Куликов. — Это видно. И ты её любишь. Но вы оба... вы как два паровоза, которые не хотят уступать дорогу. Кто-то должен остановиться. — Почему я? — спросил Костя. — Потому что ты мужик, — ответил Куликов. — Потому что она потеряла ребёнка. Потому что она сейчас в таком состоянии, что любой нормальный мужик понял бы и принял. А ты... ты только требуешь. — Я не требую, — возразил Костя. — Требуешь, — перебил Куликов. — Ты требуешь, чтобы она вела себя так, как тебе удобно. А ей сейчас не до удобства. Она страдает. Костя закрыл глаза. Слова Куликова попали в цель. — И что мне делать? — спросил он. — Иди и поговори с ней, — посоветовал Куликов. — Не кричи, не обвиняй. Просто поговори. Как человек с человеком. Как муж с женой. — Она не моя жена, — тихо сказал Костя. — А кто? — Куликов усмехнулся. — Кость, она для тебя всё. И ты для неё всё. А вы ведёте себя как подростки. Костя молчал долго. Потом открыл дверь. — Ладно, — сказал он. — Пойду. — Иди, — кивнул Куликов. — Только без скандалов. Часть 5. Кабинет. Попытка примирения Костя вошёл в кабинет Иры без стука. Она сидела за столом, разбирая бумаги. Цветы уже убрали, от них не осталось и следа. — Ира, — сказал он. Она не подняла головы. — Что тебе? — Поговорить. — Мы уже говорили, — она продолжала перебирать бумаги. — Ничего нового. — Ира, посмотри на меня. Она подняла голову. В её глазах была усталость и боль, которые она так тщательно прятала за маской равнодушия. — Я был не прав, — сказал Костя. — Прости. Она удивилась. Она не ожидала извинений. — Что? — переспросила она. — Я был не прав, — повторил он. — Я накричал на тебя. Я устроил сцену. Я должен был выслушать, прежде чем делать выводы. Ира молчала. Она ждала подвоха. — Я не говорю, что ты права, — продолжал Костя. — Но я не должен был так себя вести. — Кость, — она отложила бумаги. — Ты не понимаешь. Я не собираюсь пускать его в свою жизнь. Я просто хочу использовать его знания, чтобы избавиться от Покровской. — Я понял, — сказал он. — Но я боюсь. — Чего? — Его, — честно признался Костя. — Он хочет тебя. Я это вижу. И я боюсь, что когда-нибудь ты... устанешь от меня. От моей ревности, от моей злости, от моей дурацкой опеки. И выберешь его. Ира смотрела на него долгим взглядом. — Кость, — сказала она. — Я выбрала тебя. Когда? В тот день, когда ты пригласил меня жить к себе. Я выбрала тебя, когда ты выкинул мой телефон. Я выбрала тебя, когда ты ревновал меня к Брагину. Я выбрала тебя, когда ты лежал в коме. Я выбирала тебя каждый день. И буду выбирать. Пока ты не перестанешь меня выбирать. — Я не перестану, — ответил он. — Никогда. — Тогда перестань бояться, — сказала она. — Его, других. Мне никто не нужен. Только ты. И Илья. Она встала, подошла к нему, взяла за руку. — Ты слышишь? — прошептала она. — Только ты. Он обнял её, прижал к себе. Она уткнулась лицом ему в плечо. — Я люблю тебя, — сказал он. — Так сильно, что иногда самому страшно. — Я знаю, — ответила она. — Я тоже. — Ира, — сказал он. — Я хочу, чтобы мы больше не ссорились. — Будем, — усмехнулась она. — Это в нашей природе. — Постараемся не ссориться, — поправил он. — Постараемся, — согласилась она. Часть 6. Разговор о Кривицком Они сели на диван, и Костя спросил: — Что он тебе сказал? — Что знает, как остановить Покровскую, — ответила Ира. — Что у него есть информация. И что он хочет вернуться в Склиф консультантом. — И что ты ему ответила? — Ничего. Ты ворвался раньше. — Ира, — Костя помолчал. — Я не хочу, чтобы ты с ним работала. — Я знаю, — вздохнула она. — Но если он действительно может помочь... — Он может помочь, но цена будет высока, — сказал Костя. — Он не оставит тебя в покое. — А я не оставлю его, — ответила она. — Я справлюсь. — Ира... — Кость, — она перебила его. — Доверься мне. Хотя бы раз. Он посмотрел на неё долгим взглядом. — Хорошо, — сказал он. — Доверяю. Часть 7. Вечер. Возвращение домой Вечером они вернулись домой вместе. Илья встретил их радостным криком. — Вы не ссоритесь? — спросил он, глядя на них. — Не ссоримся, — ответил Костя. — И не будете? — Постараемся, — улыбнулась Ира. — Ладно, — вздохнул Илья. — Тогда я пойду рисовать. Он убежал. Ира и Костя остались на кухне. Сидели молча, пили чай. — Кость, — сказала Ира. — А что будет завтра? — Завтра будет завтра, — ответил он. — А сегодня мы вместе. — Вместе, — повторила она. — Это главное. Часть 8. Ночь. Тревожный звонок Ночью зазвонил телефон. Костя взглянул на экран — незнакомый номер. Он вышел на балкон, чтобы не разбудить Иру. — Константин Германович? — раздался голос. — Это Аркадий, юрист. У меня новости. — Какие? — спросил Костя. — По делу Покровской. Её выпускают из клиники. Завтра. Костя замер. — Как? Почему? — Её отец нашёл влиятельных людей. Они продавили решение. Завтра она выходит на свободу. — И что теперь? — Я не знаю, — ответил юрист. — Но я хотел предупредить. Будьте осторожны. Костя отключился и долго стоял на балконе, глядя в темноту. Покровская выходит. Она свободна. Она может вернуться. Он вернулся в спальню. Ира спала, положив руку на живот. Костя сел рядом, осторожно погладил её волосы. — Ира, — прошептал он. — Всё будет хорошо. Я никого не подпущу. Она не ответила. За окном снова собиралась гроза. Часть 9. Клиффхэнгер Утром Ира проснулась от того, что за окном было темно. Она подошла к окну и увидела, что на улице стоит чёрная машина. Из неё вышли двое мужчин в тёмных костюмах и направились к подъезду. — Кость, — позвала она. — Кто это? Костя подошёл к окну. Внизу уже звонили в дверь. Он пошёл открывать. На пороге стояли двое. В руках у них была папка. — Константин Германович? — спросил старший. — Да. — Вам вручена повестка в суд. Дело о покушении на убийство. Александра Покровская требует очной ставки с вами и Ириной Алексеевной Павловой. Костя взял повестку, прочитал. Лицо его побелело. — Что там? — спросила Ира, подходя. — Она хочет встретиться с нами, — тихо сказал Костя. — В суде. Лично. Ира взяла повестку, прочитала. На неё смотрели холодные буквы, за которыми стояла женщина, которая чуть не убила их. Которая убила их ребёнка. — Ира, — сказал Костя. — Мы не пойдём. — Пойдём, — ответила она, и в голосе её была сталь. — Я хочу посмотреть ей в глаза. И пусть она посмотрит в мои.