Часть 3. Магия сна

Облачная Башня словно парила в грозовом небе, напоминая фиолетовый бриллиант — безупречно прекрасная и одновременно пугающая в своём величии. Школа ведьм оседлала скалистый холм, высоко возвышаясь над землёй. До недавних пор замок был символом величия и загадочности, но теперь служил Магиксу гнетущим напоминанием о том, кто здесь истинный хозяин… Главная башня — остроконечная, устремлённая в хмурую высь — была сложена из фиолетового сугилита. При редком свете дня стены школы тускло мерцали, а в сумерках начинали излучать недоброе холодное свечение, гипнотически притягивающее взгляд. Вокруг цитадели кружились подобные шпили поменьше, соединённые между собой ажурными переходами. Издалека эти мостики напоминали кости гигантского скелета, но всё же более изящные. Некоторые окна были заложены тёмным камнем, другие зияли чёрными провалами. Небо над Облачной Башней всегда оставалось пасмурным. Даже когда над Алфеей сияло ласковое солнце, здесь клубились тяжёлые, свинцовые тучи. Поговаривают, будто замок сам создаёт свою погоду, пропитывая воздух такой концентрацией тёмной магии, что у любого обычного человека непременно закружилась бы голова. Внутри также было мрачно. В учебных аудиториях, где ещё недавно юные ведьмы постигали искусство колдовства, теперь царили пустота и хаос. На каменном полу сиротливо валялись брошенные в спешке вещи: книги, амулеты, ручки, чьи-то заколки. Ученицы в ужасе бежали из школы в ту самую ночь, когда её захватили Трикс и Валтор. Всё вокруг было покрыто тонким слоем пыли, копившейся здесь несколько недель подряд. Нынешний хозяин расположился на самом верхнем этаже замка в бывшем кабинете директрисы Гриффин. Помещение было образцом тёмной элегантности: тяжёлые портьеры, шкафы с древними фолиантами, стол из морёного красного дуба и глубокое кожаное кресло подле него. В центре кабинета, прямо в воздухе, неподвижно парила фигура. Валтор. Маг завис в глубокой медитации, скрестив ноги. Его тело было абсолютно неподвижно, и лишь длинные платиновые волосы едва заметно шевелились, будто от невидимого ветра — или от потоков магии, циркулирующей вокруг. Глаза закрыты, лицо спокойно и почти безмятежно… Ни намёка на ту ухмылку, которую рыжеволосая фея видела в своих снах. От демона исходило пульсирующее тёмно-фиолетовое сияние, окутывающее его тело плотным коконом. — Somnium Noctis («Сон Ночи»), — сосредоточенно повторял он. Негромко, но чётко. Древнее архаичное заклинание, которое Валтор никак не мог довести до идеала из-за отсутствия одного важного артефакта, позволяло ему ненадолго проникать за завесу сознания любого человека, становясь полноправным соучастником его сновидений. Это не было банальным созерцанием со стороны: в чертогах спящего маг обретал способность видеть, слышать, касаться и говорить, превращая чужой разум в театр, где он, будучи незваным гостем, с лёгкостью мог перекроить саму ткань реальности под свои нужды. В отличие от стандартных ментальных техник, способных отправить в сознание спящего лишь призрачную проекцию или астральный образ, магия Somnium Veritas («Истинный Сон») даровала эффект подлинного присутствия. Разумеется, не в буквальном смысле — физическое тело оставалось там, где колдун медитировал, — однако сущность становилась настолько плотной и осязаемой, что начинала влиять на материальный мир. Для достижения подобного результата требовалось невероятное усердие, концентрация и колоссальные затраты энергии. Валтор должен был полностью отрешиться от реальности, погрузиться в себя, чтобы стать живым проводником между явью и изнанкой снов. При этом объект на другом конце ментального провода должен был пребывать в фазе глубочайшего сна, ведь малейшая помеха — и связь мгновенно оборвётся.

***

Семнадцать лет назад. Королева неторопливо прогуливалась по цветущему дворцовому саду, баюкая на руках крошечную принцессу. Валтор, будучи магом-хранителем, сопровождал их, обсуждая с Марион государственные дела. В какой-то момент женщина, извинившись, попросила мага подержать малышку всего секунду, пока она поправляла шлейф своего платья. Демон, ненавидящий тактильный контакт и презирающий всё живое и тёплое, нехотя взял девочку на руки. В тот же миг по его телу пронёсся разряд, похожий на короткое замыкание. Его собственная магия — тёмная и холодная — вскипела изнутри, инстинктивно пытаясь то ли распознать, то ли поглотить чужеродный свет. Но сила Блум, пока ещё дремлющая, мгновенно выявив в нём равную и, возможно, одновременно опасную мощь, не поддалась. Ещё тогда Валтор одним из первых во дворце понял, что малышка родилась с уникальной, великой сущностью — столь же древней и могущественной, как и та, что текла в его собственных венах. В то самое мгновение между ними протянулась тончайшая незримая нить, которую невозможно было разорвать ни годами, ни расстояниями.

***

К подготовке заклинания на сон Валтор каждый раз подходил с предельной скрупулёзностью. Однако, учитывая отсутствие одного из магических артефактов для данного колдовства, идеально реализовать его не удавалось: он в любой момент мог вылететь из транса. Малейший шум грозил всё испортить, времени на сеанс отводилось ничтожно мало, а прикосновения к спящей фее причиняли невыносимую физическую боль. Энергию для коротеньких визитов приходилось копить по несколько дней. Но пока все усилия оставались напрасными: хранительница боялась демона до дрожи в коленках, а вести конструктивный диалог с трясущейся от ужаса девчонкой — перспектива весьма сомнительная. «Пожалуй, лишить зрения принцессу Андроса при нашей первой встрече было тактическим просчётом», — мрачно размышлял Валтор минувшей ночью после того, как его грубо вышвырнуло из транса из-за проснувшихся кролика и феи природы. — «Иначе непонятно, почему Блум так шарахается». «…Или переборщил с параличом? В любом случае это лучше, чем та попытка заклинания, когда фея с полной свободой действий начала метать крупные огненные сферы!» Маг не сомневался: Блум уже догадалась, что эти «сны» — вовсе не плод её бурной фантазии и не банальные кошмары на почве стресса. Заклинание наконец увенчалось успехом, и Валтор снова проник в разум хранительницы. В её сновидении сейчас царил унылый день: тускло освещённая комната в Алфее, окно, завешанное плотной шторой, одиночество и боль от подлого предательства возлюбленного…

***

Блум моргнула. Она всё ещё находилась в постели в своей комнате — и в то же время за пределами реальности. Из-за холода, пронзающего ледяными иглами, и давящей тишины фея понимала: она снова заперта внутри очередного кошмара. Только теперь к страху примешивалось и чёткое, леденящее душу сознание — видение вполне реально. Сердце пропустило удар и тут же пустилось вскачь. Страх поднялся изнутри холодной удушливой волной, но внезапно отступил, когда девушка обнаружила, что может шевелить пальцами. Блум согнула руку в локте и медленно поднялась с матраса. — Я… Я могу двигаться, — выдохнула она едва различимым шёпотом. — Я ведь обещал. Голос раздался из тёмного угла комнаты, заставляя хранительницу покрыться мурашками. Она резко обернулась. Валтор стоял в тени у окна, небрежно прислонившись плечом к стене. Руки скрещены на груди, а лицо скрывал полумрак — виднелся лишь пронзительный блеск ледяных глаз. Новая волна паники накрыла девушку с головой — она скрутила живот и сжала горло, мешая даже сделать вдох. «Он приходил почти каждую ночь и имел полную свободу действий, но ни разу не причинил мне вреда…» — пронеслось в мыслях Блум. — Зачем ты прячешься? — Спросила фея, стараясь, чтобы голос звучал твёрже, чем она чувствовала себя на самом деле. — Я не прячусь, — демон сделал ленивый шаг вперёд, и тусклый свет наконец очертил его профиль. — Жду, пока ты перестанешь дрожать. — Я не дрожу. — Не лги мне, Блум, — маг снисходительно ухмыльнулся в своей излюбленной манере. Рыжеволосая фея до боли сжала кулаки. Он был абсолютно прав — внутри всё ходило ходуном от страха, но она скорее умрёт, чем признается в этом своему врагу. — Что тебе от меня нужно? — Процедила она, делая шаг назад и едва не повалившись на кровать, о существовании которой в смятении совсем позабыла. Валтор чуть склонил голову, разглядывая её с тем странным выражением, которое она уже начала узнавать. — Мне нужно, чтобы ты перестала бояться, — ровно произнёс демон. — Хотя бы на минуту. — Легко сказать. — Легко, — он сделал шаг. — Просто посмотри на меня и пойми: если бы я преследовал цель тебя убить, ты бы уже давно была мертва. Блум нервно фыркнула. — Это должно меня успокоить? — Девушка сосредоточенно уставилась на мага, хмуря от напряжения брови и готовясь в случае чего атаковать. — Это должно заставить тебя думать. Я не враг, Блум, — ещё шаг. — Лжецы гораздо ближе — они находятся наяву. — Что ты хочешь этим сказать? — Спросила тихо фея, не ослабляя боевой стойки. — Я хочу рассказать тебе о том дне, — начал демон, — когда Домино пало. При упоминании родного королевства Блум замерла, потрясённо распахнув голубые глаза. — О том, как всё… — Валтор не договорил — пространство вокруг внезапно пошло рваными судорогами. Лицо мага на мгновение исказилось в едва заметном удивлении. Он вскинул голову, устремив яростный взгляд куда-то вверх, сквозь пелену сна, словно пытался что-то понять. Через секунду, прямо на глазах, его фигура начала стремительно растворяться, теряя плотность. Она становилась всё более и более призрачной, превращаясь в клочья фиолетовой дымки. — Подожди! — Блум, стоявшая в ступоре ещё секунду назад, рванула к нему, но её пальцы прошли сквозь пустоту. — Валтор, стой! Маг бесследно исчез. Резким движением девушка подорвалась на своей постели, на мгновение полностью потеряв ориентацию в пространстве. Грудная клетка тяжело ходила ходуном, лёгкие жадно хватали прохладный воздух. Всё тело била мелкая, противная дрожь, которую никак не удавалось унять. Хранительница перевела взгляд туда, где во сне стоял Валтор — но там никого не было. Лишь громоздкая тень от шкафа, тусклый свет ночника и отчётливый аромат хвойного леса после дождя с едва заметным, дымным шлейфом ладана. Блум осталась одна в пустой комнате, с бешено колотящимся сердцем и единственным вопросом в голове: «Что Валтор собирался рассказать мне о Домино?»

***

Тишина взорвалась грохотом. Дверной проём кабинета заполнили три фигуры. Айси, как обычно, шла первой, с самодовольной улыбкой, на ходу придирчиво рассматривая свежий маникюр. За ней, без умолку причитая и активно жестикулируя, следовала взвинченная Сторми. Дарси, как всегда, держалась чуть позади с книгой в руках. — Ва-а-алтор! — Голос Айси разрезал полумрак и тишину кабинета. — У нас проблема! Эта дурацкая Алфея… — Она осеклась. В центре комнаты, там, где только что парила фигура тёмного мага, клубились остатки фиолетовой дымки. А сам Валтор… Его буквально вышвырнуло из магического транса. Влетев спиной в стену с огромной силой, маг не успел даже сгруппироваться: ноги коснулись пола, но колени подогнулись, и он тяжело рухнул на пол. Сверху на плечи и голову посыпались тяжёлые рамы картин, висевшие несколькими секундами ранее на стене. Он опёрся дрожащей рукой о холодные плиты пола, тяжело и рвано дыша. — Какого… — Прохрипел демон, медленно поднимая голову. Ярость загорелась алыми искрами в ледяных радужках. — ВЫ! — Он резко поднялся на ноги, и это движение вышло настолько стремительным, что Трикс от неожиданности синхронно попятились назад. — Вы ворвались сюда! В МОЙ кабинет! Во время МОЕЙ работы! — Но мы не знали… — Робко начала Дарси, поспешно пряча лицо за книгой. — НЕ ЗНАЛИ?! — Валтор сделал шаг к ведьмам, и воздух вокруг его фигуры заискрился тёмным пламенем. — Но у нас действительно проблема! — Пискнула Сторми и тут же пожалела об этом, потому что Валтор бросил на неё такой испепеляющий взгляд, что её пышные кудри едва не вспыхнули. — ПРОБЛЕМА?! — Он взмахнул рукой, и один из книжных шкафов с оглушительным треском разлетелся в щепки. Перепуганные до смерти сёстры пригнулись. — Я СЕЙЧАС ПОКАЖУ ВАМ ПРОБЛЕМУ! Я несколько часов потратил впустую! НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ! — Маг прошёл мимо, заставляя запуганных рёвом ведьм отшатнуться. Резко отвернувшись от Трикс, Валтор подошёл к своему столу и опёрся о него ладонями, делая глубокий вдох в попытке вернуть контроль. Пальцы сжали край столешницы так, что древесина под их натиском хрустнула. Айси, Дарси и Сторми нервно переглядывались, глядя на тяжело вздымающуюся широкую спину мага и мечтая лишь об одном — поскорее смотаться. Они уже тысячу раз прокляли тот момент, когда решили явиться сюда без предупреждения. — Если… — Голос демона упал до ледяного полушёпота. — Если ещё раз вы ворвётесь в мой кабинет, я лично превращу вас в статуи и выставлю во дворе Алфеи как напоминание о том, что бывает с теми, кто мешает моим планам. Трикс молчали. Даже Айси прикусила язык. Валтор тяжело выдохнул. Злость медленно отступала, оставляя лишь изматывающую усталость — заклинание подчистую выкачало из него все ресурсы. — Вон, — устало бросил колдун, махнув рукой. — Убирайтесь отсюда. И чтобы больше ни звука. Никогда. В этом кабинете. Трикс вылетели пулями. Валтор остался один. Он посмотрел на свои руки — они дрожали. От ярости? Или от истощения напрасно потраченных сил? Мужчина закрыл глаза и попытался выровнять дыхание. Связь снова была разорвана. На несколько дней — точно.

***

Спустя час после пробуждения Блум, гостиная наполнилась шумом и оживлённой болтовнёй — подруги наконец вернулись с лекций. Стелла с комфортом развалилась на диване, увлечённо перелистывая глянцевые страницы свежего журнала мод; Муза сидела на подлокотнике, мерно болтая ногой и листая плейлист в своём смартфоне; Текна уткнулась в коммуникатор, но по лёгкой улыбке было понятно, что она не работает, а читает что-то смешное или переписывается с Тимми; Лейла делала растяжку прямо на ковре у дивана, закинув ногу за голову — зрелище, к которому все давно привыкли; Флора раскладывала на столике какие-то сушёные травы, явно собираясь заварить свой фирменный чай. Здесь было… уютно. По-хорошему шумно и тепло. Блум вышла из комнаты, вяло поприветствовав подруг. — О, смотрите! — Воскликнула Стелла, первой заметив рыжеволосую. — Наша соня проснулась. Флора, теперь ты можешь со спокойной совестью бежать к своим драгоценным растениям и не бояться разбудить Блум. — Блум, как ты себя чувствуешь? — Поинтересовалась Флора, проигнорировав колкость блондинки. — На первую пару заходила Фарагонда. Она сказала Гризельде, что ты будешь сегодня отсутствовать на занятиях из-за плохого самочувствия. Что случилось? «Фарагонда лично проконтролировала, чтобы моё отсутствие оформили официально? Как заботливо…» — Я не спала, — слегка улыбнувшись, ответила Блум Стелле, пройдя вглубь комнаты и плюхнувшись в свободное кресло. — Бессонница всю ночь промучила, — она повернула голову в сторону Флоры. — Голова жутко из-за этого разболелась с утра. Вышла на улицу подышать воздухом, думала, полегче станет. Встретила Фарагонду, а она отправила меня в медпункт. — Мы волновались, — Муза подняла глаза. — Сейчас всё хорошо? Флора тем временем аккуратно разлила по фарфоровым чашкам ароматный чай. — Всё нормально, — сказала Блум, принимая чашку из рук Флоры. — Правда. Просто не выспалась. — Все мы в последнее время не высыпаемся, — тяжело вздохнула Лейла. — Эти миссии, тренировки, экзамены… Когда мы последний раз отдыхали по-настоящему? — Никогда, — трагически заявила Стелла, выпрямляясь на диване. — Мы — рабы системы! Труженицы магического фронта! Мы даже на выходных держим ухо востро, потому что Магиксу вечно что-то угрожает, — она драматично схватилась за голову и раскинула руки. — Ну, вообще-то, — начала Текна, поднимая взгляд от коммуникатора, — статистика показывает, что за последний месяц у нас было… — ТЕКНА! — Хором рявкнули Стелла и Муза. — Молчу-молчу, — Текна снова уткнулась в экран. — Я вот что думаю, — Стелла приняла позу великого мыслителя. — А почему бы нам завтра хорошенько не развлечься? Как тогда, на первом курсе? Лейла замерла на ковре в асане «собака мордой вниз», вопросительно повернув голову в сторону подруг. — Ты предлагаешь прогулять занятия? — Переспросила Флора, косо глядя на сияющую блондинку. — Именно! — Стелла аж подпрыгнула на диване, воодушевлённая своей затеей. — Мы поедем в Магикс! Пойдём по магазинам! Посидим в кафе! Купим кучу ненужных, но красивых вещей! Сходим потанцевать и выпить по паре вкусных коктейлей! И ни одного упоминания о миссиях, тренировках, а тем более о тёмных магах! — А вдруг Валтор нападёт? — Осторожно спросила Флора. — Если у него есть хоть капля совести, то он не станет этого делать, — отрезала Стелла. — Мы имеем право на дополнительный выходной! — Фарагонда нас четвертует, — констатировала Текна. — Фарагонда не узнает, — Стелла заговорщически понизила голос. — Мы скажем, что у нас… Э-э-э… Сбор трав для зелий! Флора, прикрой! Флора задумалась, подперев подбородок рукой. — Вообще-то… — Медленно начала она, и в её глазах мелькнуло что-то, что обычно не было свойственно фее природы — озорство. — Вообще-то, я тоже считаю, что ещё один выходной нам бы не помешал. Постоянное напряжение вредно для нашего психологического состояния. Текна как-то говорила, что по статистике счастливые люди гораздо более продуктивны. Фея технологий — как и все остальные — удивлённо уставилась на Флору, для которой прогулы априори были табу. — А шопинг и общение с подругами — это лучший способ восстановить баланс, — подытожила фея природы. — ЧТО? — Стелла подскочила с дивана, подбежав к девушке и взяв её за руки, начала восторженно подпрыгивать на месте. — Ты?! Ты поддерживаешь прогул? — Я поддерживаю заботу о психическом здоровье, — поправила Флора с мягкой улыбкой. — А если для этого нужно пропустить пару лекций… Думаю, вселенная не рухнет. — Офигеть! — Выдохнула Муза. — Кто бы мог подумать… — А я всегда говорила, что в тихом омуте… — Начала Блум, но её перебил общий смех: её земные поговорки неизменно забавляли фей. — Я тоже обеими руками «за», — добавила она, когда в комнате стало тише. — Честно говоря, мне сейчас очень нужно разгрузить голову. — Решено! — Стелла вышла в центр комнаты. — Завтра едем в Магикс! Шопинг, кафе, танцы — полный релакс! А все директрисы, маги и прочие неприятности подождут до послезавтра! Комната снова наполнилась смехом и девичьей болтовнёй обо всём подряд. Флора неторопливо подливала подругам горячий чай; Лейла продолжила заниматься на ковре, только теперь она практиковала асану «собака мордой вверх»; Муза присоединилась к Стелле, и они вместе листали журнал, обсуждая последние тренды; Текна продолжала сидеть в своём коммуникаторе, загадочно улыбаясь. А Блум… Блум уютно устроилась в глубоком кресле, неторопливо потягивая горячий напиток с ромашкой и корицей, и с безграничной нежностью думала о том, какое же это невероятное счастье — что в её жизни есть эти потрясающие девчонки.

***

Око Луны когда-то принадлежало Валтору. Этот древний артефакт в виде серебряной подвески хранит в своей сердцевине огранённый лунный опал. Камень внутри оправы не просто переливается под разными углами — он словно дышит, излучая изнутри молочно-белый свет, пульсирующий в такт фазам настоящей луны. На ощупь украшение всегда остаётся прохладным, даже если на протяжении долгого времени сжимать его в тёплых ладонях. На серебряных гранях искусно вырезаны тончайшие руны на древнем, как сама Волшебная Вселенная, языке. Если смотреть на подвеску в темноте, то можно увидеть, как символы слегка движутся, плавно перетекая один в другой. Око Луны — это не просто катализатор для магии, специализирующейся на проникновении в чужое сознание, но и мощный щит. Когда маг использует заклинание вроде «Somnium Noctis» («Сон Ночи»), ментальный канал может быть нестабильным: любая помеха, эмоциональный всплеск целевого объекта или внешнее вмешательство способны разорвать контакт. Око Луны удерживает связь, подобно надёжному, невидимому якорю. Если же сопротивление выбранного объекта оказывается сильнее, чем ожидал волшебник, или в процесс кто-то вмешивается, то заклинание может ударить по самому магу — как это и случилось, когда Трикс бесцеремонно ворвались в кабинет Валтора. В подобном случае амулет принимает весь удар на себя. Создателем реликвии был мастер Ориан — один из величайших чародеев своего поколения. Именно он стал наставником Валтора, когда тот принял решение покинуть ведьм-прародительниц, чтобы постигать азы тёмной магии самостоятельно. Демон не желал быть марионеткой в руках выживших из ума старух, жаждущих заполучить власть над всем живым. Именно Ориан разглядел в одарённом, дерзком и совершенно диком в своей магии волшебнике колоссальный потенциал и взялся за его обучение. Годы ученичества Валтор провёл под крылом Ориана. Старый маг наставлял его не просто колдовать, а понимать природу магии Огня Дракона, чувствовать и укрощать его ярость. Именно Ориан научил Валтора большинству заклинаний, включая искусство работы с изнанкой реальности. Он создал Око Луны ещё задолго до встречи с тёмным магом — подвеска являлась его личным инструментом и гордостью. Однако когда пришло время расставаться и ученик собрался уходить в большой мир, наставник вручил ему амулет. — Возьми, — сказал Ориан. — Это напоминание. Не обо мне. Всякий раз, глядя на него, помни: сила без контроля разрушает в первую очередь самого мага. Валтор носил Око Луны на груди на протяжении многих лет, никогда не снимая. Оно оставалось для него немым свидетелем уроков единственного учителя. Когда волшебника заточили в измерение Омега, всё его имущество было конфисковано. Сильнейшие маги и воины Магикса — Фарагонда, Гриффин, Хаген и Саладин — изъяли все личные артефакты и фолианты Валтора, чтобы те не достались никому из его потенциальных последователей. Многое было уничтожено на месте… Но Око Луны не поддалось разрушению. Слишком мощная, слишком чистая сила была в него вложена. Амулет сам сопротивлялся уничтожению — возможно, в нём теплилась частица души старого хозяина, а может, сам материал был уникален. В итоге Совет Магикса принял решение выставить его в центральном музее в качестве экспоната — гордое напоминание о побеждённом зле. Сегодня под мощной защитой, в бронированном стеклянном кубе красуется табличка: «Око Луны — артефакт, изъятый у тёмного мага Валтора при его заточении в измерении Омега». Они даже не догадывались, что этот предмет был бесценным подарком учителя. Что для Валтора это не просто инструмент, а единственное, что осталось от человека, который когда-то искренне верил в него.

***

Утро следующего дня в Алфее выдалось как обычно солнечным. Яркие лучи пробивались сквозь окна, рисуя на полу золотые дорожки. В воздухе висело предвкушение чего-то запретного, безумного и очень-очень весёлого. — Ну что, красотки, все готовы? — Стелла стояла у двери с зажатым в руке телефоном, уже набрав номер школьного медпункта. — Никакой паники, девочки! Я всё беру на себя. — Я волнуюсь, — призналась Флора, кусая губы. — Я никогда раньше не прогуливала. — Дорогая, ты растишь говорящие цветы и сражаешься с тёмными силами. Прогул — это самое безобидное, что ты делала в своей жизни, — Стелла комично закатила глаза. — Так, всё, тихо. Я звоню. Гудок. Ещё один. Третий. — Здравствуйте! — Голос Стеллы мгновенно изменился — стал слабым и болезненным, едва живым. — Это Стелла Францес с третьего курса, блок номер девять. Мы с соседками… Кхе-кхе! Мы сегодня не придём. Мы заболели. Пауза. Блондинка кивает, будто собеседница может её видеть. — Да-да, температура, кашель у… Кхе-кхе! У нас у всех. Это какой-то вирус, наверное… О-о-очень заразный! — Она ещё раз закашлялась в кулак для большей убедительности, а Муза зажала рот рукой, чтобы не расхохотаться. — Да, симптомы… — Стелла поморщила лоб, вспоминая, что говорят в таких случаях. — Ну, голова болит, горло сильно першит, ломит кости, слабость ужасная… Из угла комнаты раздался спокойный голос Текны: — Острая респираторная вирусная инфекция с катаральными явлениями верхних дыхательных путей. Стелла машинально начала повторять в трубку: — И ещё эта… как её… острая респираторная… — Она запнулась, пытаясь вспомнить. — С карательными… Нет, с катальными… — Стелла обернулась и злобно уставилась на Текну с круглыми глазами. — Ты что несёшь? — Едва слышно прошептала она. — Медицинская терминология, — Текна пожала плечами. — Звучит убедительнее. Стелла открыла рот, закрыла, снова открыла и выдала в трубку: — В общем, там ещё какое-то заумное слово, которое я не выговорю, но всё кра-а-айне серьёзно! Мы все в постели, пьём чай литрами и умираем. Так что на занятиях нас сегодня не будет. Совсем. Вообще. Всего доброго, до свидания! — Она нажала отбой и выдохнула. Комната взорвалась смехом. — Я умираю! — Хохотала Муза, падая на диван. — «Карательное явление»! Вы видели её лицо в этот момент? — Я чуть не засмеялась в голос! — Лейла утирала слёзы. — Текна, ну зачем ты её сбила? — Я хотела помочь! — Оправдывалась Текна, но сама при этом улыбалась. — Так звучит понятнее! — Понятней? — Стелла швырнула в неё подушку. — Я чуть язык не сломала! Каральные! Каратальные! Какая вообще разница! И что всё это значит?! — Если ты про катар, то это воспаление слизистой, — невозмутимо ответила фея технологий. — Вот с такими шуточками пусть твоя слизистая и воспалится! — Стелла поймала вторую подушку и запустила обратно. Блум смотрела на эту суматоху и чувствовала, как внутри разливается тепло. Чуть ли не впервые за последние недели она ловила себя на том, что смеётся действительно искренне. — Девочки, — позвала она. — А если медсестра нас проверит? — Не проверит, — отмахнулась Стелла. — У них своих забот полно. Не волнуйся ты так, — она подошла к Блум и положила руки ей на плечи, заглядывая прямо в голубые глаза. — Это ведь просто маленькая белая ложь. Для нашего же блага и стабильного эмоционального состояния, на минуточку! Мы заслужили отдых. — Стелла права, — мягко добавила Флора. — Иногда маленькая ложь — это способ позаботиться о себе. Тем более, ты в последнее время сама не своя, и тебе просто необходимо отвлечься от всех проблем. — Ого! Флора оправдывает ложь, — присвистнула Муза. — Это прямо исторический момент! — Я оправдываю заботу о подруге, — поправила Флора. — Ладно, — сдалась Блум, улыбаясь. — Твоя взяла, Стелла. Едем. — УРА-А-А! — Заорала Стелла. — Все к порталу! Лейла, проверь коридор! Текна, постой на шухере за углом! Муза, хватит ржать, бери сумки! Флора… Просто оставайся собой, мне нравится твой сегодняшний настрой! Через пять минут шесть фей, крадучись, покинули жилое крыло. Ещё через пять — портал, созданный Стеллой, сверкнул золотом в самом тенистом, уединённом уголке школьного сада. Впереди был целый день без забот, предателей и тёмных магов. По крайней мере, они на это очень надеялись.