Добро пожаловать домой (Часть 22)

***

Экзорцистки сидели в покоях Адама. На их счастье, там было достаточно просторно для такого количества стройных ангелов. Стояла тишина, нарушаемая лишь присутствием, дыханием, шелестом крыльев и биением сердец.

Они слишком устали, чтобы ссориться и конфликтовать друг с другом в этом замкнутом пространстве. Они спали на полу, на диванах, под столами, на кровати, под ней и везде, где это только было возможно и едва возможно. Кто-то свернулся в позе эмбриона у стены, укрываясь крыльями, а кто-то прикрывал крылом соратниц. Двое сидели у дверей на страже. 031 наблюдала за всем этим. Редкие моменты такого уюта без конфликтов, выяснения отношений и брошенных в сторону собеседницы подколов были редкостью в коллективе истребителей.

Девушка сидела на коленях у 022. Обе просто молчали. Пока 022 следила за порядком, экзорцистка-тихоня ушла на кухню, изящно соскользнув с коленей сестры.

***

Был поздний вечер. Уставший от всего Адам вернулся к покоям вместе с не менее уставшей Лют и восьмеркой тестовых экзорцистов, что долгие годы тайно жили в катакомбах штаба. Первый человек положил руку на дверную ручку, но тут же замер, глядя на Лют, понемногу теряющую выдержку от усталости, и покалеченную компанию из списанных ангелов, которые не знали, какой будет их новая жизнь. Он задумался о том, что скажет, как солдаты отреагируют на "несовершенных" в своих рядах. Не отбракуют ли? Не обидят? Истребители не терпят слабость и сомнения. Но именно бушевало в нем сейчас, как никому невидимая буря. Лют заметила его растерянный взгляд в сторону тех первых, вздохнула и открыла дверь первой, будучи готовой к любой реакции. За ней вошли и остальные. — Внимание, все экзорцисты! — Громко и твердо сказала лейтенант. — В наших рядах пополнение. Множество золотых глаз сразу же устремилось в их сторону. Черные губы дрогнули в улыбках, ведь Лют жива, а Адам вернулся, но... — Но, лейтенант — Начала одна из рядовых, заметив новичков — Они бракованные. Лют медленно, но твердо и решительно подошла к ней и притянула к себе за короткие серые волосы, глядя ей прямо в лицо. Но не с гневом - с очевидным и неоспоримым предупреждением. Хватило этого жеста и взгляда, чтобы подчиненная больше не посмела ничего возразить. Лейтенант отпустила ее, а после обратилась уже ко всем, стараясь сохранять в голосе решительность и сталь, несмотря на усталость: — Заткнись, 132. Если бы не они, то меня бы тут не было, так что теперь наша очередь помочь им выбраться из дерьма, в которое их окунула гребанная система, решившая утилизировать нас всех за ненадобностью. Ангелы внимательно слушали и посматривали на пришедших. За их спинами Адам инстинктивно расправил свое огромное золотое крыло. Казалось, что сейчас он действительно хотел защитить тех, кто спас его единственного настоящего друга. И, глядя на Лют, которая рассказывала им о лабораториях, о Кристи, Дист и однокрылой, он вздохнул. Архангел все еще не знал, дружба это или все же программа, но хотел верить в лучшее, в то, что в них действительно есть живые чувства, а не их имитация. — Их сила не в мышцах, а в тайных знаниях и в их уникальном опыте. А мы совершаем не акт милосердия, а соблюдаем наш важный принцип — «Око за око», и он не только про месть. — Завершила Лют свою речь для подчиненных. Экзорцистки некоторое время молчали, переглядывались, смотрели то на Лют, то на Адама, то на неуверенных прототипов, которые стояли плотной кучкой рядом с ним. Одни жались друг к другу, другие были готовы к самообороне, а кто-то просто осматривался. Спустя некоторое время тишины 132, усомнившаяся в решении командующих, медленно подошла к однокрылой. Однокрылая напряглась, выпрямилась, словно готовясь защищаться. Но 132 протянула ей руку, осторожно улыбнулась и тихо сказала: — Добро пожаловать, сестры. Однокрылая улыбнулась в ответ и взяла ее за руку. Они приняли их в свои ряды и видели в них не бракованные живые машины, а почти что соратниц, которые заслужили полноценную жизнь, а не существование. Тем более, все они сейчас были в одной лодке. Адам облегченно вздохнул. Хотя бы одна проблема была успешно решена. Проблемой оставалось то, как содержать в своих покоях целую армию. Он знал, что сюда никто не ворвется, и все экзорцисты в безопасности, но чем их кормить? Лют уже не было в прихожей. Адам тоже решил не стоять. Он устало побрел в спальную комнату через кухню. Зайдя на кухню, удивился: на двух сдвинутых столах стояла огромная тарелка с ребрышками. Они были еще теплыми, с аппетитной корочкой и хрустом барбекю — все, как он и любил. — Здравствуйте, сэр! — Сказала одна из экзорцисток, придержав его за локоть и помогая сесть на стул. — Мы приготовили вам ужин. Она с особой аккуратностью накладывала ему ребрышки в его старую белую тарелку с отколотым краешком. Это были не царские апартаменты: вечно обгаженные чем-то липким столы, вечная гора жирных грязных тарелок в вонючей металлической кухонной раковине, засранная подгоревшим маслом плита... Словом — самая обычная человеческая кухня. Но 031 мыла посуду, 022 заканчивала уборку пола, а 789 вытирала пыль со шкафчиков для посуды. Несмотря на то, что он все засрал тут, что он всегда видел в них должное — они все равно относились к нему с бескорыстной заботой и пониманием. Как самые обычные ангелы. И пока архангел думал, как их прокормить, они, вне всяких приказов, позаботились о том, чтобы он был сыт. Да, экзорцисты могли бы получить выговор за самоуправство, но сейчас это было бы крайне неуместно и чрезмерно жестоко. Адам ел ребрышки, смотрел на суету экзорцисток, переживших море потрясений за день, а по его небритым щекам текли молчаливые слезы. Ребрышки заполняли пустоту, оставленную ушедшими Евой и Лилит, но сейчас его солдаты, сами того не осознавая, заполнили ее своей заботой. И в ней не было излишних нежностей, лести или услужливости, не было лишних эмоций, но на душе стало теплее. Архангел доел свою порцию и вытер слезу рукавом, убедившись, что никто не заметил. — Эй... — Обратился он к тем, кто наводил порядок на кухне. — Остальное ваше. А завтра мы найдем еще еды. Они все посмотрели в его сторону. — Но, сэр, — Взволнованно возразила 031, — Вы совсем ничего не ели! Адам вздохнул и ответил уже тверже: — А теперь поел. Ваша очередь. Потому что я пойду решать вопросы с едой с кем-то из вас, а не один. Я не хочу, чтобы кто-то вырубился. Так что всем жрать, сучки! Они не оскорбились, а улыбнулись — это был все тот же Адам, который не бросил их и остался даже теперь, когда их отвергли небеса. — Так точно, сэр! — Восторженно ответили девушки в один голос, и их ястребиные золотые глаза засияли. Первый человек ухмыльнулся. Да, ему все еще льстило внимание стольких дам, но теперь он ценил это. Взяв небольшую порцию и для Лют, которой среди них не было, он направился в комнату. Он был уверен, что она или в его спальне, или в гостиной. Но, обернувшись в дверном проемеПервый человек тихо, но искренне проговорил: — Спасибо. Архангел зашел в комнату, полную спящих ангельских тел. А кровати, уже без рогатого шлема, лежала она. Лейтенант слишком устала, и сейчас, лежа рядом с еще семью соратницами, она была вне воинских званий — равной. Адам аккуратно, стараясь не наступить ни на чью ногу или крыло, пробрался к своей огромной кровати и присел на край. Он поставил тарелку с ребрышками на прикроватную тумбу и посмотрел на Лют. На ее бледном лице не было ни злобы, ни раздражения, а только безмятежный покой, который теперь мог только сниться. Адам улыбнулся, осторожно отодвинул ее крыло, подвинул пару спящих тел и медленно прилег рядом, стараясь никого не задеть и не разбудить. Насчет второго переживать явно не стоило — экзорцисты спали как убитые, но во сне держались рядом, ища тепла. И как только архангел лег на кровать в эту серо-черно-белую массу — она окружила его. Лют придвинулась ближе, уткнувшись лбом в его плечо и тихо сопя. С другой стороны кто-то укрыл его крылом, как одеялом, а кто-то лежал у ног и у самой головы. То ли они грелись об него, то ли сами грели его, но это был редкий момент, когда Адам ощущал себя по-настоящему как дома. Он придвинул Лют ближе, словно плюшевую игрушку для сна, вспомнил, как в прошлом она, на этом же самом месте, спала рядом. С ней были не страшны демоны прошлого, приходящие в сны, а когда с тобой лежит целая армия истребителей демонов — они не посмеют разворошить глубины памяти и вытащить оттуда то, что хотелось забыть. Ведь прошлое в прошлом, а его настоящее спит рядом, и в этом настоящем весь пол, все диваны, стулья и любые поверхности, где можно лечь. Адам погладил Лют по волосам и, зная, что она не услышит, с усталой ухмылкой прошептал: — Вы все сумасшедшие, и это круто. Спокойных снов, тупая сучка. Скоро его веки стали тяжелыми, как свинец, глаза закрылись, а мысли, страхи и сомнения ушли на второй план. Ангелы погрузились в заслуженный спокойный сон...