8. Водоворот

На мгновение мир накрыло тишиной, Только ветер над темнеющей грядой Набежавших грязно-серых облаков, Закружившись, пролетел и был таков. Закачался, застонал тревожно лес. Месяц, съеден тёмной тучею, исчез. Захихикала вокруг чужая рать, Заревела, чтобы Лешего прогнать. Под шальное улюлюканье и вой, Накренившись над болотною водой, Лесовик зашелестел что было сил, К ней приник, как будто что-то попросил. Удивлённо расступился мох густой, Вниз склонились камыши и сухостой. Угасая, свет скользнул с высоких скул, Дух коснулся лбом трясины и вдохнул. Дрогнул морок на болотной западне, Что-то сонно заворочалось на дне, Мутным взглядом посмотрев из глубины, Вязкой сетью потянулось от воды… Заструилось, пробегая по стволу, Оплетя собой шершавую кору, Как мокрица, сетью лапок замерцав, Зло коснулось измождённого лица И исчезло, растворившись серой мглой. Кот, ощерясь, грозно выгнулся дугой, Прозвучало настороженное «мяу». Леший тяжко свою голову поднял. На высоком лбу сияющим кольцом Хищный плющ заплёлся царственным венцом. Левый глаз, потухший, вспыхнул угольком, Злобно щурясь, стал суров и незнаком: Разгорелся лютой ненавистью взор, Озирая навий сумрачный дозор. Заметалась Тьма, бушуя как гроза, Засмеялась, громко Лешему сказав: — Светлый Князь вступил на царствие своё, Взяв в дружину ненасытное гнильё! В слугах жабы да болотные огни… Присягни же мне! Колени преклони! Распрямившись, Дух разросся над водой Чёрной тучей, застя небо головой, Поднялся, как вековой могучий вяз! Гневный голос чащу сонную потряс: — Просыпайся, топкий ил и вязкий мох! Сделай сладостный на воле, тяжкий вдох! Силой тёмной призываю — пробудись! Потянись за мной трясиной жадной ввысь! — Просыпайся, тёмный пруд, болотный сброд, Погляди из мутных вод на небосвод — Жертву леса, что дала тебе Луна, Хочет Тьма отнять и сытиться сама! — Просыпайся гиблый морок, гниль болот, Поднимайся в смерч со дна водоворот! Предо мною в знак служения склонись! Твой Владыка призывает — встань! Очнись!