Часть 2. Продолжение, так как вам зашло

Аоки Танака только-только начал верить в то, что его жизнь возвращается в нормальное русло. Он сидел на диване в одних трусах и старой растянутой майке, готовясь вонзить зубы в сочное, только что поджаренное куриное бедро. В телевизоре шел документальный фильм о миграции пингвинов — максимально безопасный контент. БДЫЩ! Окно в гостиной разлетелось на осколки щепки вместе с рамой. В комнату, сбив торшер и журнальный столик, влетел Ястреб. Его перья были обгоревшими, а сам он выглядел как курица-гриль, которая очень активно сопротивлялась повару. Следом за ним, через дыру в стене, шагнул Даби. Синее пламя лизало косяки, а лицо злодея исказилось в предвкушении финала. — Попался, пташка, — прохрипел Даби, вскидывая руку. — Сейчас я прожарю тебя до хрустящей корочки. — Опять?! — Аоки завопил, роняя тарелку с курицей. — У меня только что закончился ремонт! Убирайтесь! Идите жариться в парк! Пожалуйста-а-а! Даби равнодушно повел рукой в сторону Аоки, и поток синего огня устремился к дивану. ЩЕЛЧОК. Реальность окрасилась в тёплые, янтарные тона кулинарного шоу. Время замерло. Даби застыл в пафосной позе поджигателя, Ястреб завис в попытке отползти, а одна из его перчаток, медленно вращаясь, летела в сторону кухни. Аоки мгновенно преобразился. Его испуганное лицо разгладилось, приобретая черты шеф-повара с мишленовской звездой. Он резко повернулся к глухой стене, на которой висел календарь с котятами, и сияюще улыбнулся прямо в обои. — Проблема с жёстким мясом? Ваша птица получается сухой, безвкусной и... — он бросил быстрый, презрительный взгляд на обгоревшие крылья Ястреба, — ...слегка пережаренной снаружи, но сырой внутри? Танака грациозно прошествовал мимо замершего Даби, попутно поправив тому воротник плаща, и извлёк из-за спины огромную банку с золотистой жидкостью и веточками розмарина. — Представляем вам маринад «Экстра-Крисп»! Секрет идеального барбекю, который заставит ваших гостей пищать от восторга! Он подошел к замершему Ястребу, который смотрел в пустоту ошалевшими глазами, и начал щедро поливать его обгоревшие крылья маринадом из банки. — Уникальная формула на основе копченой паприки и розмарина! Наш маринад проникает глубоко в волокна, превращая даже самого жёсткое и строптивое мясо в нежнейшее лакомство, которое само тает во рту. Танака повернулся к Даби и, как бы между прочим, сунул ему в руку пучок петрушки. — Синее пламя? Отлично! Оно идеально подходит для запечатывания сока внутри! С маринадом «Экстра-Крисп» ваше барбекю станет легендарным! Он снова посмотрел в стену, подмигнул ей и поднял большой палец вверх. Голос диктора прозвучал на фоне характерного звука шкварчащего мяса: «Маринад "Экстра-Крисп". С нами любая птица станет шедевром!». ЩЕЛЧОК. Время ворвалось в комнату вместе с запахом чеснока, паприки и свежей зелени. Даби тупо посмотрел на пучок петрушки в своей руке. Ястреб, внезапно почувствовав, что его крылья стали липкими, ароматными и чертовски аппетитными, попытался взлететь, но лишь разбрызгал маринад по всей комнате. — Что за... — Даби понюхал петрушку. — Какого хрена это было..? Ястреб, пребывая в глубочайшем шоке, осторожно лизнул собственное плечо. — Хм... А соус-то... сбалансированный. Кислинка в тему. Стоп! Какого чёрта я делаю?! Герой и злодей синхронно повернулись к Аоки. Тот стоял в углу, обнимая банку с маринадом, и мелко дрожал. — Пацан, — Даби медленно двинулся к нему, — ты сейчас разговаривал со стеной. И ты... ты только что замариновал героя №2. Тебе либо в ресторан, либо в психушку. — Уходите... — всхлипнул Аоки. — Там в маринаде еще чеснок был, он плохо отстирывается... Ястреб, всё еще пытаясь осознать реальность, посмотрел на свои крылья, которые теперь блестели на свету, как в рекламе дорогого ресторана. — Знаешь, Даби, — произнес Кейго, потирая переносицу, — я видел много странных причуд. Но это... это первый раз, когда я чувствую, что меня хотят не убить, а подать с гарниром. — Я не могу его сжечь, — внезапно отрезал Даби, выбрасывая петрушку. — Пошли отсюда, пернатый. Мне очень захотелось в стейк-хаус. Битву отложим. --- У Аоки наконец-то выходной. Он решил сходить в баню, чтобы смыть с себя стресс последних дней, запах маринада и колы. Вокруг тишина, пар, деревянные кадушки и полное отсутствие супергероев. По крайней мере, он так думал. Аоки сидит в горячей воде, прикрыв глаза полотенцем. В этот момент стену мужского отделения проламывает злодей-мутант с причудой ракетного двигателя, за которым в погоню пустилась Мирко, героиня-Кролик №5. Мирко, как всегда, в восторге от драки, она влетает в помещение, прыгая по стенам и поднимая тучи пара. Злодей, понимая, что в воде его двигатели заглохнут, впадает в ярость и хватает первое, что попалось под руку — длинный бамбуковый шест для перемешивания воды — и замахивается им на Аоки, который просто пытался насладиться отдыхом. — ДА ВЫ ИЗДЕВАЕТЕСЬ! ДАЙТЕ МНЕ ПОМЫТЬСЯ В ТИШИНЕ! — заорал Аоки в одном полотенце на бёдрах. ЩЕЛЧОК. Мир замирает. Пар превращается в красивые жемчужные облака, освещённые мягким розовым светом. На заднем плане начинает играть расслабляющая дзен-музыка с шумом водопада. Аоки встает из воды. Его кожа сияет, на ней идеально лежат капли воды, как в рекламе дорогого парфюма. Он поправляет своё единственное полотенце так, будто это королевская мантия, и поворачивается к кафельной стене, на которой висит плакат с правилами поведения в бане. — Ваша кожа чувствует себя как наждачная бумага после очередной битвы со злом? Поры забиты гарью, порохом и общественным мнением? — Аоки проговорил голосом настоящего эстета и ценителя комфорта. Он плавно подходит к застывшей Мирко и проводит пальцем по воздуху рядом с её щекой. — Даже самой быстрой героине нужно время, чтобы замедлиться. Но обычного мыла недостаточно, когда на кону ваша шелковистость. Аоки достает из-за спины (буквально из пара) изящный стеклянный флакон с перламутровой жидкостью. — Представляем гель для душа «Нежность Сакуры»! Наша уникальная формула с экстрактом лунного камня и маслом жожоба не просто смывает грязь — она смывает саму усталость от бытия. Он делает изящный жест рукой, и из флакона вылетает облако пены, которое обволакивает застывшего злодея-мутанта, превращая его из грозного чудовища в нелепое розовое облако. — С «Нежностью Сакуры» вы будете сиять так ярко, что злодеи будут зажмуриваться при вашем появлении. А аромат... аромат заставит их сдаться добровольно, лишь бы узнать, чем же от вас так приятно пахнет. Он подмигивает стене и прикладывает палец к губам. — Гель «Нежность Сакуры». Очищение, которого вы достойны... Голос диктора из ниоткуда: «Почувствуй себя свежим, даже в самых неудобных ситуациях». ЩЕЛЧОК. Время запускается. Злодей, полностью покрытый густой розовой пеной, поскальзывается на мокром кафеле и с криком влетает обратно в бассейн, пуская пузыри с ароматом элитных цветов. Его двигатели вместо огня начинают выпускать мыльные пузыри. Мирко замирает на одной ноге, принюхивается и подозрительно смотрит на свои руки. — Слышь, малец... — она косится на Аоки. — Я не поняла, что это было, но... где ты взял этот флакон? Аоки, осознав, что он стоит посреди разрушенной бани в одном полотенце перед героиней №5, краснеет до корней волос и прыгает обратно в воду. — Я НИЧЕГО НЕ ЗНАЮ! ЭТО АКЦИЯ! УХОДИТЕ! Мирко хохочет, вытирая пену с лица: — Ха! А ты забавный. Слушай, а у тебя есть что-нибудь для укрепления костей? А то у меня нагрузки большие. --- Аоки шёл по улице, нервно дергая краем куртки. Мысли путались: «Так, Мирко осталась нюхать пену, злодей пускает мыльные пузыри... Надо купить валерьянки. Или цианида. Нет, лучше валерьянки». Он зашёл в ближайшую аптеку, колокольчик над дверью издевательски звякнул. Внутри было подозрительно тихо. У кассы стоял мужчина в строгом темном пальто и чёрной медицинской маске. Рядом с ним, едва доставая до прилавка, стояла маленькая девочка в поношенном платьице. Она прерывисто дышала и натужно хрипела — ангина явно не щадила ребенка. — Я повторяю, — голос Кая Чисаки был холодным, как хирургический скальпель, — у меня нет времени ждать, пока вы проверите базу данных. Дайте лекарство, или мне придётся... перестроить это здание вместе с вами. Фармацевт, бледный как простыня, трясущимися руками перерывал ящики. — С-сейчас... спрей для горла... где-то был... Чисаки медленно снял перчатку, его пальцы коснулись стеклянной витрины. По стеклу пошли микротрещины. Воздух в аптеке наэлектризовался от жажды насилия. Эри тихо всхлипнула, прижимая ладошки к больному горлу. Аоки замер у стеллажа с витаминами. В голове привычно щелкнуло. — Это пиздец... ЩЕЛЧОК. Мир погрузился в неоновые зелёные и чёрные тона. Аптека превратилась в футуристическую студию. Тишина взорвалась качающим битом, от которого витрины начали вибрировать в такт. Аоки Танака плавно выплыл из-за стеллажа. На нём откуда-то взялась ярко-зелёная куртка и стильные наушники. Его движения стали дерзкими, а лицо — вызывающе крутым. Он не просто шёл, он двигался в ритме хип-хопа. Он запрыгнул прямо на прилавок между Чисаки и фармацевтом, эффектно развернувшись на пятке. В руке у него материализовался флакон с ярко-зеленой крышкой. — Меня ждут города и страны! Но боль в горле способна сорвать планы! Что может оказать ей должное сопротивление! Чтобы снизить боль, уменьшить воспаление! — Аоки начал читать бодрый реп, глядя в воображаемую камеру. Он резко повернулся к Каю Чисаки и, игнорируя его смертоносную причуду, по-братски ткнул его пальцем в плечо в такт музыке. — Я постоянно в туре — поезда, аэропорты! Моё решение — Тантум Верде Форте! Сильное средство, даже сильнее цунами! Это тот случай, когда можно доверять рекламе! Аоки неожиданно сделал сальто назад, приземлился перед Эри и с ослепительной улыбкой протянул ей флакон. — Это — Тантум Верде Форте! Атакует он микробы в горле! И если ты в теме, помни: Это — Тантум Верде Форте! Он брызнул в воздух зелёным облаком, которое пахло мятой так сильно, что у Чисаки заслезились глаза. Голос диктора был похож на тот, что ведёт музыкальные шоу: «Тантум Верде Форте. Защищает от микробов в горле!» ЩЕЛЧОК. Музыка оборвалась. Аоки обнаружил себя сидящим на прилавке в позе суперзвезды. Чисаки замер с протянутой рукой, его пальцы все еще касались витрины, но ярость сменилась глубочайшим когнитивным диссонансом. Эри, которая до этого не могла вдохнуть, вдруг широко открыла рот. Весь налет в горле исчез, отек спал, а во рту остался приятный вкус перечной мяты. — Ой... — прошептала она. — Не болит. Спасибо, репер-сан! Чисаки медленно надел перчатку обратно. Его взгляд, обычно выражающий брезгливость к миру, теперь выражал только одно: «Что это было и почему я хочу купить десять ящиков этого средства?» — Чистота... — пробормотал Чисаки, глядя на флакон в руках Аоки. — Парень, что это сейчас было? Ты достал это из воздуха? — Нет, я это не контролирую! — вскрикнул Аоки, скатываясь с прилавка. — Берите флакон бесплатно! Подарок! Только не трогайте меня! Кай Чисаки взял флакон, аккуратно убрал его в карман и посмотрел на Аоки как на ценный, но очень странный артефакт. Но, похоже, у него сейчас не было времени, так как фармацевт успела нажать тревожную кнопку под прилавком, и скоро сюда нагрянет полиция. — Мы еще встретимся, — произнес он, беря Эри за руку. — Я тебя запомнил. Пойдем, Эри. Они вышли из аптеки. Фармацевт упал в обморок под прилавком. Аоки сполз по стенке, закрыв лицо руками. — Господи... я только что прочитал реп злодею и сделал сальто... Я труп. Я определенно труп.