Часть 22. Седьмой клинок

Эллена открыла глаза и увидела потолок. Знакомый, с золотыми драконами, которые вились по лепнине, переплетаясь с двуглавыми орлами — их с Бейлором личный герб, который они выбрали после свадьбы. В комнате было светло. Кто-то раздвинул шторы, и солнце заливало всё вокруг золотистым светом. Пахло травами — мейстер, должно быть, оставил какую-то настойку. — Ты проснулась. Бейлор сидел в кресле у кровати. Под глазами тени, лицо бледное, рубашка мятая — он не ложился всю ночь. — Ты не спал, — сказала Эллена. — Как я мог спать? Ты упала в обморок. Ты не приходила в себя несколько часов. Я думал… — он запнулся. — Я думал, что теряю тебя. — Не теряешь. — Она протянула руку, он взял её, прижался губами к пальцам. — Я здесь. — Мейстер сказал… — Бейлор посмотрел на неё. Глаза его были красными, будто он плакал. — Ты знаешь? — Догадываюсь. — Ты беременна. Сказал это тихо, почти шёпотом, будто боялся, что слова разбудят кого-то. Эллена смотрела на него. На его усталое лицо, на седину в волосах, на руки, которые дрожали, когда он держал её ладонь. — Ты рад? — спросила она. — Я боюсь. — Он провёл рукой по лицу. — Джена умерла при родах. Матарис выжил, но она… я не переживу, если с тобой случится то же самое. — Со мной не случится. — Откуда ты знаешь? — Знаю. — Она села, притянула его к себе, обняла. — Я сильная. Я северянка. И я не собираюсь умирать. Он обнял её в ответ, уткнулся лицом в её волосы. — Ты не представляешь, как я тебя люблю. — Представляю. — Она погладила его по спине. — Так же сильно, как я тебя. Они сидели обнявшись, и солнце поднималось всё выше, и город за окном шумел, и жизнь продолжалась. — Мейстер сказал, что с тобой всё в порядке, — сказал Бейлор, отстраняясь. — Но велел беречься. Никаких резких движений, никаких тревог. — Я и не собиралась бегать по стенам. — Ещё он сказал, что тебе нужно много гулять. На свежем воздухе. И есть за двоих. Эллена улыбнулась. — Это я могу. Он поцеловал её — осторожно, боясь сделать больно, будто она была из стекла. — Я буду беречь тебя, — сказал он. — Обещаю. — А я буду беречь нашего ребёнка. Она положила руку на живот — туда, где ещё ничего не чувствовалось, но уже зародилась новая жизнь. В дверь постучали. — Ваше высочество, — голос слуги. — Принц Эйрион вернулся. Принц Мейкар просит вас на Совет. Бейлор вздохнул. — Иду. Он встал, поправил рубашку, посмотрел на Эллену. — Ты будешь отдыхать? — Буду. — Обещаешь? — Обещаю. Он вышел. А Эллена осталась лежать, глядя в потолок, и думать о том, что мир изменился. И она изменилась. И теперь внутри неё рос кто-то, кто изменит их всех.

***

Эйрион появился в замке к обеду. Он загорел, раздался в плечах, но глаза остались такими же — холодными, фиолетовыми, с тем особенным блеском, который Эллена ненавидела с первой встречи. — Леди Эллена, — он поклонился, когда они столкнулись в коридоре. — Или теперь принцесса? Поздравляю с браком. — Благодарю, принц Эйрион. Он усмехнулся. — Слышал, вы ждёте ребёнка. Мой дядя, видимо, ещё не разучился… выполнять свой долг. Эллена почувствовала, как внутри поднимается злость, но не подала вида. — Я рада, что вы вернулись. Ваш отец скучал. — Мой отец скучает только по тем, кто умеет держать меч. — Эйрион скривился. — Но я исправлюсь. На турнире в Эшфорде я покажу всем, на что способен. — Желаю удачи. Она хотела уйти, но он остановил её, положив руку на стену рядом с её головой. — Вы не боитесь ехать на турнир? В вашем положении? Вдруг что-то случится? — Со мной ничего не случится. — Уверены? — Абсолютно. Она смотрела на него в упор, не отводя глаз, и чувствовала, как за спиной кто-то остановился. — Отойдите от неё, — раздался голос. Валарр. Эйрион обернулся. Принц стоял в коридоре, поджав губы, сжимая в руке книгу. Ему было уже пятнадцать, он вытянулся, возмужал, но всё ещё оставался тем самым книжным червём, который полюбил Эллену с первого дня. — Валарр, — Эйрион усмехнулся. — Ты ещё не дорос, чтобы указывать мне. — Я дорос, чтобы защищать свою мать. — Валарр шагнул вперёд. — Вы её пугаете. Уйдите. — Я не пугаю. Я разговариваю. — Вы стоите слишком близко. Уйдите. Эйрион посмотрел на двоюродного брата долгим взглядом. Потом убрал руку, развернулся и ушёл, даже не поклонившись. — Спасибо, Валарр, — тихо сказала Эллена. — Он плохой человек, — ответил сын Бейлора. — Я не хочу, чтобы он вас обижал. — Не обидит. Я сильная. — Я знаю. — Он улыбнулся. — Но я всё равно буду вас защищать. Потому что вы моя мама. Он обнял её — осторожно, чтобы не сделать больно — и убежал на тренировку. Эллена смотрела ему вслед и чувствовала, как внутри разливается тепло. Валарр будет участвовать в турнире. Первый раз — в мелевом состязании. Он тренировался каждый день, и Мейкар, который сначала скептически относился к его увлечению книгами, теперь хвалил. — Он станет хорошим королем, — сказал как-то Бейлор. — Может, не великим, но человеком чести. Это важнее.

***

Вечером они сидели у камина. — Я не возьму тебя на турнир, — сказал Бейлор без предисловий. — Я знала, что ты это скажешь. — Ты беременна. Дорога долгая. Турнир — это грязь, пыль, толпа. Я не хочу рисковать. — Я не прошу меня выпускать на ристалище. Я прошу быть рядом с тобой. — Эллена… — Я не останусь здесь одна. — Она взяла его за руку. — Я не могу. Я буду волноваться, не спать ночами, думать о тебе, о Валарре, о Бенджене. Это хуже для ребёнка, чем пыльная дорога. — Ты манипулируешь мной. — Я убеждаю. Есть разница. Он смотрел на неё долгим взглядом. — Ты упрямая. — Я северянка. — Я знаю, кто ты. — Тогда возьми меня с собой. Он вздохнул. — Мейстер сказал, что тебе нужен покой. А турнир — это не покой. — Мейстер сказал, что мне нужно много гулять на свежем воздухе. А на турнире воздух свежий. И гулять есть где. — Ты найдёшь аргумент против всего, что я скажу. — Потому что я права. Он засмеялся — устало, но тепло. — Ты невыносима. — Ты меня любишь. — Именно поэтому. Он обнял её, прижал к себе. — Ты поедешь со мной. Но будешь сидеть на трибуне, под охраной. И ни шагу без моего ведома. — Договорились. — И если что-то пойдёт не так — сразу назад. — Договорились. Он поцеловал её в макушку. — Ты сводишь меня с ума. — Это у меня хорошо получается. Они сидели у камина, глядя на огонь, и Эллена чувствовала, как внутри неё шевелится новая жизнь. Скоро она поедет на турнир. Скоро увидит, как Валарр впервые выходит на ристалище. Скоро — неизвестность. Но сейчас — только тишина, тепло и его руки, обнимающие её живот. — Всё будет хорошо, — сказал он. — Знаю, — ответила она. Но в душе шевельнулся холодок — тот самый, который появился после разговора с красной жрицей. «Попаденцы не меняют историю». Она отогнала эту мысль. Не сейчас. Сейчас — только они. И турнир впереди.