Глава 3: Не по понятиям.

Белову не спалось до 4-х часов утра, решив разобраться почему же все токи Елисеева не не дождалась его после армии. Придя к Пчелкину домой он позвонил в дверь и стал ждать пока тот откроет, за дверь послышались шорохи и сонный голос Вити.  - Кто? - сонно произнес Пчелкин  - Сержант Белов - ровно словно по струнке сказал Саша и увидел как Пчелкин выглядывает из за двери обмотанный по голову в простыню.  Пчелкин потер лицо ладонью и прищурился, щурясь от света в подъезде. — Ты в курсе, который час? — уже окончательно проснувшись, спросил он. — Пчел, пойдем поговорить надо — коротко ответил Белов. - я с телкой - сказал Пчелкин оглядываясь в глубь квартиры  - одевайся - сказал Белов держа руки в карманах штанов - че теперь мне морду будешь бить? - смотрел на него Витя прикрывая нагое тело простыней. - пойдем, давай давай - сказал Саша и развернувшись на каблуках своих туфлей и  пошел вниз на улицу. Уже в беседке Витя сидел на лавочке поправляя свои светло пшеничные волосы.  - как ты в такую рань встаешь? Дай сигаретку а - произнес Пчелкин смотря на Белова и беря из его рук сигарету которую он только что достал из пачки. - Рассказывай - произнес Саша и сам достав следом сигарету закурил ее. - куришь дрянь, какую-то - Пчела поморщиться но все же еще раз затянулся и выдохнул клубок дыма - Ну а че рассказывать, ну зря ты вчера на него накинулся. Лучше мы тебе расскажем нежели другие разве нет? Ну короче в Люберцы она переехала. Ну про нее ничего не знали, а у старших там точка есть одна, из-за нее спор вышел. Мы приехали все обсудили, а там смотрим в кабаке Ленка Елисеева сидит, а с ней четверо чертей и Космос там ей что-то сказал, а она в краску, а Адель с ней сцепилась и до драки дело дошло. Аделина ей сказал признайся сама лучше ему, но Ленка в отказную пошла. Ну и Светлячок ей волосы повыдерала, а потом справки навели она этой как ее манекенщицей что-ли , да манекенщицей работает там, она моды показывала, а там аля-алю и она по рукам пошла - произнес он.  Саша слушал молча. Только щёки чуть дёрнулись, когда Пчелкин небрежно бросил последние слова. — По рукам пошла? — тихо переспросил Белов. Витя понял, что перегнул. Сигарета дрогнула в пальцах. — Да я не в том смысле… Ты не заводись. Я ж как слышал, так и говорю. Слухи ходят, сам знаешь, как у нас любят приукрасить. Саша сделал глубокую затяжку, дым медленно вышел сквозь сжатые зубы. что за точка?- спросил Белов поравнявшись с Пчелкиным на выходе из беседки.да ладно Сань брось ты, из-за бабы так переживать - сказал Пчелкин садясь на ступеньку. Пчела не учи отца. Где вы ее видели? - Саша сел рядом и Пчелкин взяв руку веточку.Ну брат как знаешь, короче смотри - Витя начал палочкой вырисовать схематичную картину Люберцовых. Ближе к вечеру Белов уже был в Люберцовых и стоял в тени возле ствола дерева, тут подъезжает такси и оттуда выходит две девушки легко одетые и вызывающи накрашены, в одной из них он узнал Лену но уже не ту которой он сделал предложения перед уходом в армию.  Лена! - крикнул Белов смотря на свою уже бывшую невесту. Та обернулась и застыла в растерянности. В её глазах мелькнуло удивление, затем — смущение, будто прошлое внезапно догнало её прямо здесь, у подъезда. Подруга что-то тихо спросила, но Лена не ответила — она смотрела только на него. Белов сделал несколько шагов вперёд. За то время, что он служил, многое изменилось — и в городе, и в людях, и в ней. Перед ним стояла уже совсем другая Лена: уверенная, яркая, чужая. Ты меня ждала?— тихо спросил он.Саш только без скандалов, ладно? - сказал Елисеева смотря на него. А как? - Он все так же стоял в тени и смотрел на нее уже совсем по другому. Как? Спокойно поговорим - та слегка улыбнулась ему, сжимая сумку в рукахДавай, может поцелуемся для начала всё-таки 2,5 года не виделись м? - он подошел ближе все так же держа руки в карманах Ну глупо это, и потом 2 года это очень большой срок, мм ну так вышло прости - сказала она уже не скрывая своей улыбки.  Я всё это время только о тебе и думал… а ты? Ну так вышло, да? — он смотрел на неё пристально, и в его глазах уже играли чертики Саша… Саша, Саша… ну зачем сейчас всё это? — Лена говорила тише, оглядываясь по сторонам, будто надеялась, что вечер и прохожие размоют напряжение между нимиКак зачем, Лен? — голос его сорвался. — Ты чё сделала? Ты что сделала?!не трогай, синяки будут - Лена отошла от него. Понял…синяки - он отошел от нее и убрал руки в кармы штанов. Из клуба вышел Мухин — Муха, как его звали свои. Он сразу уловил напряжение в воздухе и направился к компании. — Кто такой-то, а? — бросил он, подходя ближе. — Не знаю… какой-то из кустов вылез, — дрожащим голосом ответила подруга Лены. — Муха, спокойно, — сказал кто-то из его друзей, но тот уже поправлял рукава пиджака. Он свистнул. — Эй, балбес! Иди сюда. Лена обернулась на голос, и лицо её побледнело. — Саш, не надо… — прошептала она, пытаясь удержать Белова за рукав. — Чё непонятного? Ко мне подойди, — повторил Мухин, ожидая. Саша бросил взгляд на приближающуюся компанию и пошёл навстречу. Удар последовал мгновенно — в нос, затем ниже. Он согнулся, опускаясь на одно колено, зажимая лицо ладонью. — Тебе чего непонятно? Других баб мало? — процедил Муха, приседая рядом и хватая его за плечо. Саша медленно поднялся. В глазах уже не было растерянности — только холод. Он надел кастет, резко схватил Муху и нанёс удар по голове. Всё взорвалось криками. Дружки Мухина навалились на него, посыпались удары и пинки. В этот момент из переулка вырулил чёрный «Линкольн». Двери распахнулись. — Я же говорил! — закричал Пчёла, выскакивая из машины. За ним — Фил. Началась жёсткая драка. Фил работал чётко, профессионально, хоть и сам ловил удары. Космос сначала рванулся врукопашную, но затем достал из кармана пиджака пистолет и навёл его на людей Мухина. — Назад! — крикнул он. Витя поднял Сашу и потащил к машине, где у открытой двери стояла Адель. — Давай, давай, едем нахрен отсюда! — орал Пчёла, помогая затащить Белова внутрь. Прогремели выстрелы. Адель вскрикнула, закрыв уши. Фил вцепился в Коса, тянул его назад, пока тот продолжал держать оружие наготове. Витя усадил Саню на заднее сиденье, сам сел за руль. Адель положила голову брата к себе на колени. Космос и Фил запрыгнули в машину, и «Линкольн», резко сдав назад, рванул прочь из Люберец. Ночь поглотила улицу, оставив позади крики, разбросанные гильзы и людей, которые ещё долго будут помнить этот вечер. Утро было серым и тяжёлым. В беседке стояла тишина, нарушаемая лишь скрипом турника — Фил висел вниз головой, медленно раскачиваясь. Адель сидела рядом с Сашей и не сводила с него глаз. — Саш, как рёбра? — тихо спросила она. — Нормально, — сухо ответил Саша глядя куда-то вдаль. Через час к беседке подкатил «Линкольн». Из машины вышел Холмогоров и, не здороваясь, зашёл внутрь. — Новость номер один. Твой кастет? — он протянул железку. Саша посмотрел, кивнул. — Мой. Кастет исчез в кармане. — Новость номер два, — продолжил Холмогоров, потирая лицо. — Ты вчера башку разбил одному из основных на той земле. Зовут Муха. Два часа назад их люди встречались с нашими старшаками. Они хотят твою голову, Саня. Срок — до пятницы. Не найдут твою — отвинтят мою. Что делать — не знаю, хоть убей.  В беседке повисла тяжёлая пауза. К вечеру Саша собрал всех снова и  сказал что один ходил на их землю. Космос ходил из угла в угол. — Сань, ты чё, больной? Ты нас за кого держишь? — сорвался он. —Холмогоров, не ори, дай Саше сказать, — отрезала Адель, скрестив руки. — Спасибо, Деля, — Саша посмотрел на них по очереди. — Я сам завязал — сам и развяжу. Один пойду. — Да пупок ты себе развяжешь! — вспыхнул Космос. — Муха из тебя рагу сделает! — Один на один. По-честному. Не трое против одного, — спокойно ответил Саша. — Так должно быть. Адель молчала, но её пальцы сжимали рукава кофты так, что побелели костяшки. — Будь счастлив, что ты вообще дышишь, — бросил Холмогоров. — Да отстань, достал уже, — резко ответил Саша. Тишина снова накрыла беседку. Каждый понимал: дело уже не в драке. Это был вопрос принципа, авторитета — и жизни. — Сань, ты не прав. Нельзя было одному ехать. Ты этих людей не знаешь — они на всю голову отмороженные, — сказал Витя, стряхивая пепел и глядя на друга исподлобья. — Ты-то куда свои пять копеек вставляешь? — резко бросила Адель, показав ему кулак. — Да молодец, Саня… — протянул Валера, теребя веточку. — Глупо, что один поехал. Бошку бы отбили толпой — и всё. — Во всяком случае я сам за себя ответил. И всё, — сухо произнёс Белов, потирая сбитые костяшки. К нему подошёл Космос, крепко взял за плечи. — Запомни: мы с первого класса вместе. За всё, что делаем, отвечаем тоже вместе. Пойми ты — мы бригада, — сказал он, встряхивая его. Саша резко убрал его руки и оттолкнул. — Пошёл ты со своей бригадой. Не знаю я никакой бригады. Я знаю, что у меня есть друзья — и всё. Бригадир хренов. Он развернулся и вышел из беседки, не оглядываясь. На следующий день Саша ходил по квартире, собираясь на стрелку, которую ему назначил Муха. Адель ушла еще с утра с ребятами на улицу. Саша стоял в прихожей и поправлял часы, когда к нему подошла мама — Татьяна Николаевна. — Саш, ты куда собираешься? — спросила она, заходя в комнату. — В библиотеку, — произнес он, жуя жвачку и застегивая мастерку. Татьяна Николаевна вышла с картиной в руках. — Саш, давай повесим? — сказала она, показывая ему картину. — Давай, — ответил он, не оборачиваясь, и вышел из квартиры. Белов шел по траве, держа руки в карманах и жуя, видимо, новую жвачку. Вдруг послышался гудок «Линкольна». Он начал оглядываться, пытаясь найти источник звука. Машина выехала из подземного проезда и остановилась рядом. Окна открылись, и оттуда показали четыре пальца вверх, которые медленно опустились вниз, словно говоря: «всё плохо». Белов сел в машину, и они поехали к назначенному месту стрелки. — Ну че, Сань, жим-жим? — сказал Пчела, глядя на Белого. — Да, ладно врать-то, меня самого трясет! Муха в прошлом году троих пацанов из центра так отбуцкал, что одного в «Склифе» откачивали, — продолжал Витя. — Да, а у другого крыша протекла. Совсем дебил стал! Слюни до земли, мурку напевает! — поддерживал Космос. — Да Сань, Муха боец серьезный, — сказал Филатов. — Спасибо, ребята, знаете, как человека подбодрить! — ответил Саша, сев на землю. Ребята начали громко смеяться. — Сань, не слушай их, там больше понтов, — сказала Адель, потрепав брата по голове. — Правильно, Деля сказала, там больше понтов, — добавил Холмогоров, ведя машину. Витя потянул скелета, который висел на зеркале внутри машины. — Вот он, Муха! Здравствуй, моя муха, муха дорогая, — начал он петь, дергая скелет. — Здравствуй, моя муха, и прощай! — подхватили остальные. Через время они приехали на пустырь с заброшенными моторными лодками, где их ждал Муха со своей свитой. Саша с ребятами вышел из машины и настроился на бой. Фил ему сказал: — Сань, сними ветровку, хорошая же. Филатов помог Саше снять ветровку и забрал его часы. Адель надела ветровку Саши на свои плечи и держала часы брата, переживая, что Саша опять будет выглядеть так, будто дрался с десятью людьми. — Сань, сильно не дергайся и следи за его действиями, — дал напутственные слова Фил. Муха тоже снял часы и передал их своим. Приготовившись к бою, он сказал: — Ну че, готов жрать землю? — Ты сам её жрать будешь! — ответил Саша и подошел ближе. Драка была жестокой. Саша уворачивался от ударов Мухи и сам наносил повторные. Когда Муха начал душить Сашу цепочкой, Адель не могла смотреть и прижалась лбом к плечу Холмогорова. Саша перевернул Муху на спину и начал наносить сильные удары по лицу. Когда бой закончился, свита Мухи хотела напасть, но ребята взяли Сашу под руки и стали отводить. — Всё по правилам! — сказал Витя, таща Сашу вместе с Филом в машину. Космос держал пистолет, нацеленный на свиту Мухи, хотя патронов в нём не было. Все сели в «Линкольн» и поехали обратно в беседку. Приехав в беседку, ребята вышли из машины и принялись шумно обсуждать драку. Космос открыл багажник и достал оттуда сумку с пивом. В этот момент из тени вышла Елисеева. Космос остановился напротив неё и непонимающе уставился. — Я не понял, ты че тут забыла? Ты че тут забыла? — повторил он, повышая голос. — Космос, остынь, — сказал Саша, не сводя глаз с Лены. — Не, Сань, я тебя чёт не пойму… Может, ты ещё женишься на ней? — процедил Космос. Адель взяла его за край рукава и потянула в беседку. Саша молча развернулся и пошёл вглубь леса. Лена последовала за ним. Он шёл впереди, она — чуть позади. — Саш… это Муха, да? — осторожно спросила она. — Цикатуха, — бросил он, не оборачиваясь. — Саш… Он остановился и медленно повернулся к ней. — Что? — Понимаешь… два года — это слишком долго. Я не виновата… Он смотрел на неё холодно и устало. — А кто виноват? Папа Римский? Кто? — спросил он, засунув руки в карманы мастерки. — Может я пойму, а? Ну, загуляла — да чёрт с тобой. Но ты напиши, поставь в известность! Я как дурак, как лох, через всю страну — на крыльях… Он нервно усмехнулся и прошёл мимо неё. — Спать не могу, есть не могу. Приеду — женюсь, думаю… Лена догнала его, остановила и развернула к себе, схватив за плечи. — Саш… хочешь — трахни меня, а? Он нахмурился, не сразу поняв. — Что? — Ну… правильный ты наш. Честно служил, а девушка изменила… Ну тогда трахни меня. Я же здесь. Ты же этого хочешь… Голос её дрожал, глаза были полны слёз. Саша наклонился к её уху и тихо произнёс: — Из-под Мухи давно? Он выпрямился. Лена опешила, затем снова схватила его за плечи. — Саша… я сама не знаю, что несу. Прости меня… Сашенька, миленький, родной, прости… Она держала его лицо в ладонях, потом медленно убрала руки и раскрыла ладонь — на ней лежало кольцо. — Бог простит, — сказал он, качнув головой и отступая. — Саша, родной… я люблю тебя… Он посмотрел на кольцо, резко выхватил его, развернулся и швырнул куда-то в кусты. — Всё! Голос сорвался. Он резко повернулся и побежал вглубь леса, почти спотыкаясь. Лена осталась стоять одна. — Саша… Саша… Её голос захлёбывался слезами, растворяясь среди деревьев.