Глава 2

Дверь содрогнулась от нового удара. Камень под ногами дрогнул, по стенам прошла едва заметная волна, а под потолком осыпались мелкие крупинки. Рунные линии на полу вспыхнули тусклым золотом, словно в поместье на миг участилось сердцебиение. — Кто это? — тихо спросила Гермиона. — Те, кому выгодна твоя смерть, — отозвался Драко. — И кто считает, что поместье Малфоев давно пора сровнять с землёй. — Мракоборцы? — спросила она. — Не только, — его взгляд потемнел. — У Министерства хватает «союзников». Дверь качнулась ещё раз. Снаружи раздался крик, в щели под косяком проскользнул яркий свет от заклинания. — Отойди к стене, — резко бросил он ей. — Не лезь под удар. — Я связана с этим местом, — Гермиона сжала зубы. — Если чары лягут, мне будет не лучше, чем тебе. Стоять и смотреть в углу — странная роль для хранительницы. — Пока ты не понимаешь, как работает связь, — его голос стал жёстче, — любое твоё самодеятельное движение может обойтись слишком дорого. Он коротко взглянул ей в глаза. — Делай, что сказано. Она уже успела взбунтоваться, но в этот момент дверь распахнулась. Не просто открылась — слетела с защёлки от точного, сильного ударного заклинания. В зал вошли трое. Сначала она увидела маски. Не чёрные, как у Пожирателей, а гладкие, стальные, прикрывающие верхнюю часть лица. Узкие прорези для глаз, тёмные мантии без эмблем. Магия вокруг них густела тяжёлым, вязким слоем — не похожая на ту, что исходила от мракоборцев. В этой силе чувствовался сырой металл и запах наживы. — Малфой, — первый из мужчин сорвал маску одним резким движением. Узкое лицо, острый подбородок, прищур, лишённый тепла. — Ты нарушил договор. — Я всего лишь воспользовался правом своего рода, — голос Драко был ровным. — Приговорённая ведьма в любом случае принадлежала системе. Я изменил только то, где именно её жизнь закончится. — Ты изменил условия, не обсудив этого с теми, кто держит твой дом на плаву, — незнакомец перевёл взгляд на Гермиону. — Это и есть твоя новая «жертва»? Слово больно резануло по слуху. Гермиона выпрямилась, подняла подбородок. — Меня зовут Гермиона Грейнджер, — спокойно произнесла она. — Не «жертва». — Для нас ты — ресурс, — равнодушно ответил он. — Имена нас не интересуют. — Для вас — возможно, — вмешался Драко. — Но не для меня. Он чуть сдвинулся, заслоняя её собой. — Зачем ты здесь, Рэндалл? Имя прозвучало тяжело, как камень, брошенный в воду. — Затем, чтобы забрать то, за что мы платим, — мужчина едва заметно улыбнулся. Улыбка больше напоминала разрез. — Ты слишком долго живёшь за чужой счёт, Малфой. Мы закрыли глаза на ваши старые связи, оплатили часть штрафов, убедили Министерство, что ваш род ещё может быть полезен. Взамен просили немного. Доступ к силе узла. И к тем, кто сюда попадает. Гермиона почувствовала, как в груди появляется холодная пустота. — «К тем, кто сюда попадает»? — тихо переспросила она. — Ты правда думала, что первая оказалась в этом зале? — Рэндалл скользнул взглядом по стенам, по рунам, по чёрному камню в центре. — Миру требуется равновесие. Иногда его цена — чьи‑то жизни. Нам передавали тех, кого всё равно собирались казнить. Ты получал материал для своих ритуалов, Малфой, мы — стабильный узел. Все были довольны. Драко побледнел, но взгляд его остался холодным. — Это в прошлом, — коротко сказал он. — Я больше не принимаю ваших людей. Этот ритуал — последний. И он уже завершён. — Ты называешь её хранительницей, — Рэндалл посмотрел на Гермиону внимательнее. — Ты поторопился. — Она связана с поместьем, — Драко не отвёл взгляда. — Любая попытка вырвать её отсюда ударит по узлу. Он чуть наклонил голову. — Ты знаешь, чем это чревато. В глазах Рэндалла мелькнула осторожность. — Значит, ты действительно это сделал, — медленно произнёс он. — Привязал к узлу ведьму, чью магию уже признали нестабильной. Ты сошёл с ума. — Возможно, — губы Драко едва заметно дёрнулись. — Но теперь мы все завязаны на одном и том же. Один из людей Рэндалла сделал шаг вперёд. — Мы можем забрать её силой. Движение руки, палочка в ладони, лёгкий запах озона от поднятой магии. — Попробуй, — тихо сказал Драко. Гермиона не знала, что звучало опаснее: его голос или тяжёлый отклик узла под ногами. Магия поместья напряглась, словно в темноте затаился зверь. Мысль всплыла сама: если они попытаются выдернуть её из связи, удар придётся не только по ней. — Рэндалл, — второй мужчина бросил быстрый взгляд на каменный круг. — Узел нестабилен. Любая грубая попытка… — Нестабилен он стал после того, как Малфой решил играть в самостоятельность, — раздражённо бросил Рэндалл. — Мы пошли ему навстречу, приняли его идею с хранительницей. Он снова повернулся к Гермионе. — Но это не значит, что мы позволим ему оставаться единственным хозяином положения. — Ещё одно слово о «хозяине», — Драко чуть поднял палочку, — и я буду считать это прямой угрозой роду Малфоев. — Ты забыл своё место, — холодно ответил Рэндалл. — Без нас вас бы уже не существовало. Чуть слышно, но отчётливо он добавил, по-прежнему глядя на Гермиону: — И без нас эта ведьма сгнила бы в Азкабане. Не забывай этого, если решишь, кому из нас поверить. — Он пристально посмотрел на Гермиону. Гермиона в ответ лишь сжала зубы. Ни Рэндаллу, ни Драко она верить не собиралась. Ни одному. Ни другому. Им верила только их взаимная ненависть и страх перед одной и той же магией. — У вас три дня, Малфой, — Рэндалл опустил палочку. — За это время ты либо возвращаешься к прежней схеме, либо мы действуем сами. Он спокойно, почти лениво пожал плечами. — Министерству будет очень интересно узнать, какие именно ритуалы ты проводил под этой крышей. С какими людьми. И по чьему молчаливому согласию. Драко напрягся, как натянутая струна. — Если ты пойдёшь в Министерство, — его голос стал низким, — первым делом они заинтересуются, откуда у тебя были приговорённые. И кто помогал их сюда доставлять. — У нас достаточно бумаг, чтобы утопить тебя, — Рэндалл усмехнулся. — А вот ты без нас не продержишься и месяца. Он больше не стал спорить. Короткий жест — и трое исчезли, будто растворились в воздухе. Магия поместья облегчённо вздохнула. Руны на стенах погасли. В зале стало тихо. Гермиона несколько секунд просто смотрела на дверь, за которой только что стояли эти люди. Внутри неприятно ныло. Рэндалл не был тёмным лордом, не напоминал ни Волан-де-Морта, ни Беллатрису. Но от него веяло тем же — только вместо мании величия там была холодная, расчётливая жадность. — Значит, — медленно произнесла она, — всё это время ты приводил сюда приговорённых. Пауза. — Использовал их смерть, чтобы удержать проклятие. — Я использовал тех, кого уже признали убийцами, — жёстко отозвался Драко. — Они получили смерть, которую им и так назначили. Я лишь сделал её полезной. — Ты говоришь об этом так, будто раздавал благотворительные подарки, — тихо сказала Гермиона. — Ты слышишь себя? — Слышу, — он встретил её взгляд.. — И, в отличие от многих, не закрываю глаза на то, чем именно мы все занимались во время войны. Он медленно выдохнул. — Я делал то, что считал единственным возможным. Хочешь — осуждай. Хочешь — считай меня чудовищем. Я не буду спорить. — Я уже считаю, — спокойно ответила она. — Но чудовищем ты стал задолго до того, как провёл первый ритуал в этом зале. Горькая усмешка сама тронула уголки губ. — Если тебя это утешит, чудовища иногда оказываются полезными. Он на мгновение замер. В серых глазах мелькнула тень — может быть, память о Хогвартсе, может быть, о том, как она стояла напротив него в коридоре, с поднятой палочкой и дрожащими руками. — Удивительно, — медленно сказал он. — В любом аду ты умудряешься остаться собой. — В отличие от некоторых, — отрезала Гермиона. Молчание стало вязким. — «Три дня», — напомнила она. — Что это означает на деле? — За это время я должен показать Рэндаллу, что могу обойтись без него, — сухо пояснил Драко. — И без тех, кого он считает «ресурсами». Он коротко кивнул в сторону чёрного камня. — Три дня, чтобы найти другой способ удержать узел. Без чужих жертв. — И ты рассчитываешь, что за три дня я сделаю то, чего ты не смог сделать за годы? — она чуть приподняла бровь. — Да, — просто ответил он. — Ты для этого и здесь. — А если нет? — её голос стал особенно ровным. — Тогда, — он чуть пожал плечами, — всё вернётся к тому, как было. Либо узел начнёт рушиться. Он посмотрел ей прямо в глаза. — Лучше честная угроза, чем сладкая ложь, не так ли? — Иногда лучше вообще не иметь дела с теми, кто использует угрозы, — сухо заметила Гермиона. Он не спорил. Силы, накопленные за годы споров с ним, сейчас уходили на другое: на то, чтобы держаться на ногах. Связь с поместьем тяжело тянула где‑то под рёбрами. Магия узла отозвалась на её напряжение лёгким, но ощутимым давлением. — Сядь, — резко сказал Драко. — Тебя трясёт. — Мне не… — она хотела возразить, но в этот момент ноги действительно подогнулись. Мир будто слегка наклонился. Он подошёл быстро, без лишних церемоний. Схватил её за плечо, усадил на край каменного круга. Пальцы впились в ткань, движение было резким, жёстким. Ни заботы, ни осторожности — только необходимость, чтобы она не рухнула на пол. — Это откат, — коротко пояснил он. — Узел вытащил из тебя много силы. Ты не привыкла делить с ним магию. — Спасибо за лекцию, — прохрипела Гермиона. — У меня достаточно знаний, чтобы догадаться об этом самой. — Тогда используй их, — в голосе прозвучало раздражение. — Дыши ровнее. Не упрямься, как ослица. Сравнение обидело сильнее, чем она ожидала. — Если ещё раз назовёшь меня ослицей, — сквозь зубы бросила она, — я рискну взорвать здесь всё к чёртовой матери, просто чтобы посмотреть, как ты будешь выглядеть без своей крыши над головой. — Вот, — усмехнулся он. — Уже лучше. Появилась мотивация. Она готова была ударить его чем угодно — хотя бы кандалами. Но в этот момент в глубине поместья что‑то изменилось. Сначала она подумала, что ей показалось. Тяжесть узла вдруг стала мягче, теплее. Вместо ледяного давления — осторожное, поддерживающее течение, будто само поместье подставило плечо. Гермиона вздрогнула. — Что это? — шёпотом. — Это поместье, — ответил Драко, по-прежнему держась рядом, на расстоянии вытянутой руки. — Узел принял тебя окончательно. В его голосе промелькнула сухая удовлетворённость. — Теперь дом будет держать тебя. И ты — его. — Прекрасно, — она закрыла глаза. — Теперь я ещё и часть архитектуры. — Хуже, — сухо заметил он. — Теперь ты отвечаешь за неё. Она открыла глаза и посмотрела прямо на него. — Ты чудовище, — сказала она спокойно. Без крика, без истерики. Как факт. Он пожал плечами. — Я — Малфой, — ответил. — Этого достаточно. — Не путай фамилию с извинением, — отрезала она. На какое‑то мгновение их взгляды сцепились. В этой сцепке было много: давняя школьная неприязнь, память о войне, свежая, яркая ненависть Гермионы, утомлённое, злое равнодушие Драко. И поверх всего — невидимая нить связи, которую они оба уже чувствовали кожей. Он первым отвёл взгляд. — Встанешь — домовой эльф отведёт тебя в комнату, — сказал он ровно. — Это будет твоя отдельная часть поместья. Он чуть помедлил, и она отчётливо почувствовала, как он подбирает слова. — Правила простые. Ты не покидаешь корпуса без моего разрешения. И тем более — пределы поместья. Попробуешь пересечь границу — клятва отзовётся. Сначала болью. Потом… хуже. — Хуже Азкабана? — устало спросила она. — Иного рода, — он не стал скрывать. — Но да, хуже. Она коротко, сухо рассмеялась. — Знаешь, Малфой, удивительно: я ненавижу тебя настолько, что готова пожелать тебе всего самого худшего. И при этом прекрасно понимаю, что в Азкабане мне было бы хуже. Она перевела дыхание. — Можешь считать это своим маленьким преимуществом. — Я уже давно живу не ради преимуществ, — холодно сказал он. — Я живу ради того, чтобы этот дом не стал очередным памятником о том, как всё пошло не так. Он отвернулся. — Отдыхай. С завтрашнего дня ты будешь работать. Нам обоим некогда жалеть себя. Она медленно поднялась, проверяя, держат ли её ноги. Связь с поместьем уже не давила, но тянула, как тугая нить. Кандалы — превращённые в браслеты — отзывчиво налились тяжестью, как только она сделала шаг к дверям. В этот момент связь дёрнулась. Не из глубины дома. Снаружи. Картинка вспыхнула так ярко, что она едва не вскрикнула. На миг Гермиона словно оказалась над поместьем — высоко, в сером, тяжёлом небе. Внизу — светящийся купол защитных чар, охватывающий землю. По куполу били заклинания. Она узнала рисунки щитов. Краски официальных боевых построений. Строгое, выученное до автоматизма движение палочки. — Они пришли, — выдохнула она. Драко резко повернулся. — Кто? — Министерство, — шёпот сам сорвался с губ. — Мракоборцы. Они бьют по внешним чарам… Она зажмурилась, чтобы не потерять видение. — Впереди — Гарри. Имя прозвучало почти беззвучно, но связь с поместьем отозвалась на нём резкой, острой нотой. Драко замер. — Поттер, — медленно произнёс он. — Прекрасно. Ещё один герой, решивший всё исправить. За стенами, там, где заканчивались коридоры и начинались внешние поля защиты, ударило заклинание такой силы, что дом дрогнул всем основанием. По рунам пошёл разряд, воздух в зале на секунду стал тяжёлым, как перед грозой. Гермиона стояла посреди помещения, чувствовала в себе одновременно две силы: тягучую, тёмную магию узла — и знакомый, до боли родной рисунок заклинаний, которыми пользовался Гарри. Две стороны, тянущие её в разные направления. И впервые за все эти часы она не знала, чего боится больше: того, что Гарри прорвёт защиту, или того, что Драко ответит. Она успела только подумать, что сейчас будет война сразу двух миров, как связь с поместьем дёрнулась ещё раз — на этот раз болезненно, резко. Узел требовательно потянул её вниз, к себе, будто не желал отпускать ни мыслями, ни выбором. — Грейнджер, — голос Драко прозвучал рядом, резко, как удар. — Не смей… Она не услышала, что он не велел ей делать. Мир в следующий миг раскололся надвое: на дом, в котором она стояла, и на человека за его стенами, изо всех сил пытающегося её отсюда вытащить. Если вам понравилась глава, подписывайтесь на аккаунт и ставьте👍 Вы невероятно вдохновляете💖