Часть 2

      Инеж сделала тяжёлый вдох. Тогда же — и выдох.       Инеж: С тобой всё в порядке?       Каз набирает сообщение       Каз: По-моему, это я должен тебя об этом спрашивать.       Каз: Это ты поцеловала меня, а не наоборот.       Инеж: Ты понял, о чём я.       Инеж: Ты… хорошо себя чувствуешь? Тебе не стало плохо?       Каз: Знаешь, если мой аккаунт вдруг взломают и прочитают нашу переписку, то твой вопрос воспримут совсем не так и посочувствуют с такой самооценкой.       Инеж: Каз.       Каз: Со мной всё хорошо.       Каз: Правда.       Каз: Я уже полтора года хожу на сеансы к психиатру, не забыла? Тем более, я недавно вколол себе бета-блокатор, так что со мной всё хорошо.       Каз: Теперь ты ответь на мой вопрос.       Инеж: Ты не отвертишься, пока я не отвечу, зачем поцеловала тебя, да?       Каз: 👉👈       Инеж: Ты меня вывел из себя.       Каз: Инеж, если бы я целовал всех, кто меня выводит, в Лондоне давно бы закончились губы. Это был бы самый странный тур по столице.       Каз: В таких ситуациях принято применять стратегию «нож в печень», хотя я благодарен, что меня она миновала.       Инеж: Ты слишком много болтал.       Инеж: Слишком       Инеж: Много       Каз: Ага-а-а-а.       Инеж: И мне надо было тебя как-то заткнуть.       Инеж: И мысль поцеловать тебя ворвалась ко мне прежде, чем я проанализировала бы её.       Каз: )       Инеж: Не смейся.       Каз: ))       Инеж: КАЗ!       Каз: )))       Инеж: Я вижу твою ухмылку прямо перед собой, хотя я в паре километров от Клёпки. Не заставляй меня прийти и стереть её с твоего лица.       Каз: Поцелуем?       Инеж: Ножом в печень.       Каз: (       Каз: Ты так сбежала ещё и…       Инеж: Ты выглядел шокированным, когда я отодвинулась.       Инеж: Клянусь, таким я ещё ни разу тебя не видела.       Инеж: Конечно, я испугалась. Я думала, что перешла черту дозволенного.       Каз: Всё нормально.       Каз: Ты же не удивишься, если я скажу, что до этого был совсем нецелованным?       Инеж: Нет…       Каз: Немного обидно, конечно. Мой первый поцелуй — и тот оформлен как дисциплинарная мера и побочный эффект твоего раздражения.       Инеж: Ищи плюсы. Другим нужно читать стихи, петь серенады под окнами и покупать кучу украшений и цветов, а тебе хватило чрезмерной болтливости.       Каз: Тогда могу гордиться собой.       Каз: Раз это был акт агрессии, то я могу зваться самым счастливым пострадавшим в Лондоне.       Каз: Кстати, Инеж…       Каз: Может, зайдёшь в Клёпку?       Инеж: Зачем?       Каз: Хочу тебя побесить.       Каз: Долго бесить.       Каз: ОЧЕНЬ долго бесить.       Инеж: Нож в печень, Каз.       Каз: Ты этого не сделаешь.       Инеж: И почему ты так думаешь?       Каз: Ты будешь скучать по мне.       Инеж: Буду.       Инеж: К несчастью для моего душевного равновесия.       Инеж: Мне же нужно на ком-то тренировать терпение.       Каз: Ты бы могла заскочить ко мне.       Каз: Потренируем вместе.       Инеж: Ммм…       Каз: )       Инеж: Будешь переусердствовать — укушу за губу.       Каз: Идёт.       Хихикнув, Инеж отложила телефон и схватилась за накидку.       Клёпка ждала её.

* * *

      Это было внезапно, но, к счастью, у Инеж были свои связи.       Джеспер рассказал, что Каз собирался отправить в Катманду подарок ко дню её рождения. Искусно сделавшая вид, что она ни о чём не знала, Инеж решила сделать ответный подарок Казу. Если верить приложению почты и довериться пунктуальности перевозчиков, то посылки должны дойти до пункта назначения в один день.       Доверие, к слову, было оправдано.       Каз: Кхм.       Каз: Инеж.       Каз: День рождения у тебя.       Каз: Ты не обязана была мне ничего дарить.       Улыбнувшись, она закатила глаза. Всё-то у него с обязанностями связано!       Инеж: Не обязана.       Инеж: Но я хотела. Я хотела подарить тебе что-то от себя.       Инеж: С того момента, как я оставила банду, ты не менял шляпу.       Каз: Раньше ты мне заказывала новые шляпы.       Инеж: Да.       Каз: Так… И поэтому ты мне подарила…       Инеж: Дхака топи :)       Инеж: Шапка настоящего непальца, между прочим! Она была очень популярна в 1955–1972 годы во время правления короля Махендры.       Каз: Как хорошо, что ты так разбираешься в истории своей страны.       Каз: Ладно. Спасибо за новую шляпу.       Каз: У меня через пару часов как раз переговоры с Псами Харли. Надену её.       Инеж: А тебя не засмеют в ней?       Каз: Кто посмеет засмеять меня?       Каз: Даже если и засмеют, то минус пальцы.       Инеж вдруг представила вечно чопорного и хладнокровного Каза, вышедшего на поле переговоров в Бирже, держащегося за свою легендарную трость… и с яркой непальской шапочкой на голове.       И прыснула со смеху.       Каз: А мой подарок как? Подошёл?       Инеж: Да, кулон просто прекрасен. Спасибо большое :)       Инеж: Хочешь отправлю фотографию, как он сидит?       Какое-то время он молчал. Инеж бы подумала, что Каз был занят, но светящееся сверху «в сети» говорило иначе.       Каз набирает сообщение       Каз: Ты сейчас серьёзно?       Инеж: А почему ты решил, что я шучу?       Каз: Хорошо. Тогда я хочу посмотреть, как на тебе сидит кулон.       Инеж потребовалось время, чтобы сделать фотографию и…       …       .       И отправить Казу «палец вверх». Просто руку на фоне растущей на её подоконнике дикой герани.       Инеж: Вот так вот сидит.       Каз набирает сообщение       Каз набирает сообщение       Каз набирает сообщение       Каз: Меня так ещё не обламывали.       Инеж: Нет, если совсем-совсем серьёзно…       Инеж: То он мне правда очень нравится.       Инеж: Спасибо, Каз.       Инеж: Спасибо большое.       Каз: С днём рождения.       Каз: Ну, я всё равно считаю, что лучший подарок, который я тебе когда-либо делал, это тот самый.       Каз: В апреле.       Инеж: Это ты про тех связанных и побитых работорговцев, которых ты мне оставил в чьём-то старом гараже?       Каз: У того рыжего в правом заднем кармане была рафаэлка. Я тебе её оставил.       Каз: Ты что, не нашла её?       Инеж: Нет.       Каз: …       Инеж: Но спасибо, что ты… подарил мне их живыми. На тебя это не очень похоже.       Инеж: Я ожидала увидеть трупы, и чтобы на стене была ещё карикатура из крови и кишок с подписью «Здесь был Грязные Руки».       Каз: А знаешь…       Каз: звучит как идея!       Прикрыв рот ладонью, Инеж глухо засмеялась.       Каз был невыносим, но порой его невыносимость делала её жизнь лучше.

* * *

      Каз загружает фотографию       Каз: Как думаешь, за сколько можно продать это в Бочке?

* * *

      Каз: Инеж, всё хорошо? Ты уже пять часов не онлайн.

* * *

      Каз: Не хочу показаться прилипчивым, но я уже начинаю беспокоиться.

* * *

      Инеж: Прости-прости!       Инеж: Я была слишком занята с платьем.       Инеж: От скуки начала играть в змейку, и телефон разрядился.       Каз: А можно немного подробнее про платье? Оно свадебное?       Инеж: Каз…       Каз: Почему ты не сказала, что выходишь замуж?       Каз: Я думал, мы достаточно близки, чтобы поделиться со мной такой новостью. Я бы прибыл в Непал и поговорил с твоим женихом.       Инеж: Окей. Допустим. И что бы ты ему сказал?       Каз: Чтобы он берёг тебя.       Каз: Я бы сказал, какая ты на самом деле. Какие цветы предпочитаешь. Какие сладости, какие песни. Я сомневаюсь, что он всё это знает.       Инеж: Что-то я тебе не верю…       Каз: Да, ты права. Я вру.       Каз: Я бы украл тебя.       Инеж: А вот теперь верю.       Каз: :)       Инеж: Так, ладно.       Инеж: Что ты хотел мне рассказать?       Каз: Пару часов назад я посетил Британский музей.       Инеж: Каз.       Инеж: КАЗ!       Каз: Так вот.       Инеж: КАЗ!       Каз пересылает сообщение       Каз: Это перстень из Саттон-Ху. Золотое кольцо седьмого века из англосаксонского захоронения. Говорят, очень ценная дребедень для истории ранней Англии.       Каз: Сколько бы ты за него отдала?       Инеж: Сто       Каз: Мало.       Инеж: подзатыльников       Каз: А, нет, много.       Инеж: тебе.       Каз: Инеж.       Каз: Сокровище моего сердца.       Каз: Главный свет в моей жизни и повод просыпаться по утрам.       Каз: Насилие порождает насилие.       Каз: Насилие — это не выход.       Инеж: Ты украл ценную реликвию из старейшего музея Лондона!!!       Каз: А чем, по-твоему, я раньше занимался?       Инеж: Ты же в курсе, что полиция начнёт расследование?       Каз: Ты же в курсе, что я не за красивые глазки стал боссом Бочки?       Инеж: Ты планируешь теперь переквалифицироваться и перепродавать украденные древности на eBay?       Каз: Нет, конечно.       Каз: Вдруг я захочу тебе в будущем сделать предложение? Уже и колечко есть.       Инеж: Я это надевать не буду! Ещё не известно, кто его до меня носил.       Каз: (       Каз: Тогда придётся продать и купить на него роскошный особняк в Борнмуте.       Каз: То есть замуж за меня ты не против, получается? Я так понимаю, то платье — это спойлер на будущее?       Инеж: То платье даже не для меня, а для моей двоюродной сестры. И оно не свадебное.       Каз: Эх, разочарование.              Она, конечно же, знала, что это лишь игра на публику. Каз Бреккер был бандитом от макушки до пят, человеком, который не уверен даже в том, что доживёт до тридцати. Вряд ли у него в мыслях было позвать её замуж.       Инеж: Каз.       Инеж: Верни перстень.       Каз: Нет.       Инеж: Каз.       Каз: Мне нужнее.       Каз: Ты слышала про Робин Гуда?       Инеж: Он воровал у богатых и отдавал бедным.       Каз: Я бедствовал долгие годы, будучи в Лондоне, так что я ворую у богатых и оставляю себе.       Инеж: Сейчас ты богат.       Каз: Я себя не идентифицирую как богатого.       Каз: Мы живём в 21-м веке. Можем быть кем угодно.       Инеж: …       Каз: Так вот, я считаю себя бедным, поэтому восполняю.       Каз: Или мне стоит обвинить тебя в дискриминации?       Инеж была очень хорошо воспитанной и благочестивой девушкой, да и отношения её родителей должны были стать примером общения с противоположным полом.       Но она всё-таки провела значительное время с бандитским сбродом в Бочке и получила от них жизненных уроков, поэтому Каз сам напросился.       Инеж: 🖕       Каз: О_О

* * *

      Каз: Нина с Хельваром приехали из Гибралтара.       Каз: Не хочешь заскочить?       Инеж: «Призрак» сейчас рядом с Мадагаскаром плавает :(       Инеж: Что Нина рассказывала?       Каз: Она не рассказывала. Она истерила.       Инеж: ?       Каз: Хельвар «обрадовал» её истинным норвежским комплиментом.       Каз: Что-то вроде «ты как лосось: внутри ещё прекрасней».       Инеж: XD       Каз: Мальчик совсем не понимает ничего во флирте, а это огромный минус, когда встречаешься с кем-то вроде Нины Зеник.       Каз: Придётся отвести его в сторонку и дать пару советов, как обращаться с девушками.       Каз: Не бесплатно, конечно.       Инеж едва не подавилась воздухом, поэтому только прервалась на то, чтобы прокашляться.       Инеж: Каз.       Инеж: Я правильно поняла?       Каз: Что именно?       Инеж: ТЫ будешь давать СОВЕТЫ, как обращаться с девушкой?       Каз: Ну да.       Каз: Тебя что-то смутило в этом?       Инеж: Да нет.       Инеж: Совсем нет.       Инеж: Что тут может смутить?       Инеж: Всё нормально.       Каз: То-то же.       Инеж: Скажи честно, мой гуру отношений…       Инеж: Я у тебя случайно не подписана как «Инвестиция»?       Каз: Если бы ты была инвестицией, то ты бы сейчас сидела со мной, а не развлекалась рядом с Мадагаскаром.       Каз: Я всё-таки расстроюсь, если узнаю, что тебя съели лемуры.       Инеж: Как мило.       Каз: Да, я само очарование.       Каз: Позволь спросить. А как у тебя подписан Я?       Инеж переименовала Каза в Принцесса🖤       Инеж отправляет фотографию       Инеж: Вуаля.       Принцесса🖤: У меня очень много вопросов.       Принцесса🖤: Почему принцесса?       Инеж набирает сообщение       Инеж: Ну-у-у-у… у тебя привычка исчезать на пару дней, а потом появляться и начинать разговор не пойми с чего, а в конце вести себя так, будто разговор начал не ты и вообще, тебя все вокруг достали.       Инеж: Прям истинная принцесса.       Принцесса🖤: Как мило.       Инеж: Yeah-yeah, я само очарование :)       Инеж: 😎       Инеж переименовала Принцесса🖤 в Каз       Инеж отправляет фотографию       Инеж: Ладно, я передумала.       Инеж: Если кто-то из экипажа увидит, что я переписываюсь с Принцессой, они начнут задавать вопросы.       Инеж: А я не готова объяснять, почему принцесса управляет преступной империей.       Каз: Жаль. Я уже начал входить в роль.       Инеж: Прости, Каз, но принцессы обычно сидят в башнях, а не на чердаке с кучей счетов.       Каз: А я просто финансово независимая принцесса.       Инеж: Ты моя любимая принцесса, Каз))       Инеж: Знаешь, когда я была Отбросом, то не думала, что буду так звать тебя…       Каз: Жизнь — удивительная штука.       Каз: Итак, возвращаясь к теме флирта и комплиментов…       Каз: Тебя что-то не устраивает?       Инеж: Да нет, всё устраивает.       Каз: В следующий раз, если что-то будет не так, смотри на вот это.       Каз пересылает сообщение из группы «Отбросы»       Джес: Эй, детка.       Джес: Ты вся горишь.       Джес: Я твой огнетушитель.       Джес: Пыш-пыш-пыш.       Инеж: Ахахаха, почему ты не удалил его из группы? :D       Каз: Я бы хотел удалить его из жизни.       Каз: Ноооо…       Инеж: Ой, не верю.       Инеж: У тебя во внутреннем кармане пальто копия фотографии с Джеспером, Уайленом, Ниной и Матиасом. В маленькой рамочке, чтобы удобно было носить с собой.       Инеж: Меня ты, кстати, почему-то вырезал оттуда.       Каз: Я смотрю на эту фотографию всякий раз, как оказываюсь в тяжёлой ситуации, из которой нет выхода.       Каз: И напоминаю себе, что если справился с этими дебилами, то справлюсь со всем остальным.       Инеж: Как грубо.       Каз: Вежливость — не мой конёк :)       Инеж: Я заметила.       Каз: Как грубо.       Инеж: )       

* * *

      Каз: Я понял одну вещь.       Каз: Когда мы ходим с тобой по Лондону, люди не задумываются о том, что ты гроза Бочки.       Каз: Они думают, что я выгуливаю ребёнка.       Инеж: Что…       Каз: Очень решительного и опасного ребёнка.       Инеж: Каз, я выше твоей трости.       Каз: Я могу купить трость побольше.       Инеж: …       Каз: Ищи плюсы.       Каз: Ты как компактная версия катастрофы.       Каз: Карманный апокалипсис.       Каз: Маленькая уточка с гранатой.       Инеж: Каз.       Каз: Самые опасные создания — это те, что самые маленькие.       Каз: Пауки, осы, чихуахуа, ты.       Инеж: Каз Бреккер.       Каз: Да? :)       Инеж: Тебя когда-нибудь кусали утки?       Каз: Нет.       Каз: А ты что, уже на опыте?       Инеж: Раз ты назвал меня уточкой с гранатой, то готовься, что эта уточка скоро прибудет в Лондон и покажет тебе свою гранату.       Каз: Я всегда готов.       «К этому ты вряд ли будешь готов», — подумала Инеж, пряча телефон куда подальше.

* * *

      Инеж: Каз.       Инеж: Прошло больше полугода с нашей переписки.       Каз: Что, с годовщиной нас?       Инеж: Почему бы и нет?       Каз: Тогда с годовщиной.       Инеж: 🥂       Каз: 🥂

* * *

      Каз отправляет фотографию       Каз: Они так долго ждут тебя.       На фотографии мелькала свора воронов, выжидающе, будто по приказу, смотревшая в камеру.              Инеж: Боже, Каз.       Инеж: Покорми их за меня.       Каз: На меня всё скидываешь?       Инеж: Ну пожалуйста.       Каз: Я могу кинуть горбушку и устроить вороньи бои.       Каз: Позову людей, чтобы делать ставки.       Каз: Посмотрим, кто победит в этой схватке.       Инеж: (       Каз: Ну хорошо, хорошо.       Каз отправляет фотографию       Каз: Вот, смотри, половину багета им накрошил. Должно на всех хватить.       Каз: Сойдёт?       Инеж: Спасибо, Каз.       Инеж: Правда, спасибо тебе.       Каз: Учти, я занимаюсь благотворительностью и кормёжкой уличных птиц только из-за тебя.       Инеж: из-за или ради?)       Каз: Это одно и то же.       Инеж: Нет, это придаёт разный оттенок.       Каз: Что ж, ладно. Ради тебя.       Каз: Довольна?       Инеж набирает сообщение       Инеж: Более чем^^

* * *

      В тот солнечный день она решила скрыться от солнца в местной кондитерской. Говор вокруг расслаблял, и Инеж стоило признать, что ей нравилось слышать рядом родную речь вместо сотни иностранных.       Тем не менее, она взялась за телефон и перешла на английский.       Инеж: Как дела?       Каз набирает сообщение       Каз: Ещё живой.       Инеж: Это хорошо. Чем занят?       Каз: Да вот, читал статью…       Каз: Ты ведь Рак по гороскопу?       Инеж: Допустим.       Каз: У тебя в этом месяце намечается ретроградный Меркурий.       Отпив немного от кофе, Инеж с деловитым видом прочитала сообщение.       Инеж: Мой дорогой Каз.       Инеж: Я встречаюсь с тобой уже больше года.       Инеж: Вся моя жизнь — это ретроградный Меркурий.       Каз: Всегда к твоим услугам.       Инеж: И с каких пор ты увлёкся астрологией? Что-то не вяжется с твоим образом.       Каз: Я и не увлёкся. Просто попало в ленте рекомендаций.       Инеж: Сделаю вид, что поверила.       Инеж: Ты же Козерог, да?       Каз: Он самый.       Инеж: Моя кузина Аша интересуется гороскопом.       Инеж: Она рассказывала, что у Раков и Козерогов отличная совместимость.       Каз: Мне нравится твоя кузина.       Инеж: Но у Козерогов с Тельцами, по её словам, ещё лучше.       Каз: Инеж…       Каз: Даже не вздумай.       Инеж: Нина Телец.       Каз: Чёрт.       Каз: Двое рогатых в одной паре — это к беде, ты в курсе?       Инеж: Догадывалась, слушая ваши душещипательные дебаты о твоей причёске :)       Каз: Туше.       Инеж: Хех.       Она наколола на вилку кусок малаи кейка, немного неаккуратно рассыпав по тарелке тёртую фисташку. Определённо то, что было нужно в жару: холодный десерт и кофе со льдом.       И переписка, в которой накалялись страсти.       Каз: А ты как? Что делаешь?       Заказ отошёл на второй план.       Инеж: Да вот, зашла в кондитерскую. Жару в Катманду иногда невозможно терпеть.       Инеж: А насчёт того, как я… с работорговцами становится всё сложнее. Они уже начали искать людей в столице. До этого только в малолюдных сёлах и деревнях были.       Каз: Тогда хорошо, что на страже страны стоит сам Призрак.       Инеж: Каз, одной меня слишком мало для всего Непала.       Инеж: Но спасибо, что так веришь в меня :)       Инеж: А, и ещё… Тут какой-то странный тип.       Каз: Насколько странный?       Инеж: Всё время сидит, прикрываясь газетой. Я его лица не видела.       Каз: Хм…       Инеж: Он явно иностранец.       Каз: Не будь так строга к нему. Лондон на 60% состоит из иностранцев.       Каз: Я молчу про страны Европы.       Каз: Кажется, я краем уха услышал где-то, что после Анкары и Стамбула Берлин считается третьим по величине городом Турции.       Инеж: Да, но иностранец в стране, из которой очень часто нелегально вывозят и продают людей — это другое.       Каз: Не обращай на него внимания.       Каз: Сконцентрируйся на нашей переписке. Может, он просто турист, который очень заинтересован газетой.       Инеж: Надеюсь на это.       Каз: Знаешь, я рад, что ты написала мне.       Инеж: Да?       Каз: Почему ты удивлена?       Каз: Я всегда рад, когда ты мне пишешь. Я рад, когда получаю твои сообщения.       Каз: Особенно сейчас. Тебя давно не было в Лондоне.       Былое воодушевление вдруг померкло, и что-то в ней сжалось, стиснулось.       Инеж и правда долго отсутствовала. Дольше, чем обычно. Они никогда ещё не расставались с Казом на такой срок, и если он писал ей что-то подобное, то, скорее всего, её отсутствие неплохо так влияло на него.       Инеж: Ты скучаешь?       Каз: Если я скажу, ты мне будешь напоминать об этом до конца жизни, и я даже не уверен, чьей именно.       Инеж: Ну-у-у-у… обычно ты прикрываешься кем-то другим.       Инеж: Отбросами, Джеспером, воронами.       Каз: Хорошо.       Каз: Да, я скучаю.       Каз: И я бы очень хотел, чтобы ты сейчас была рядом со мной.       «Ох».       Да, ох. И впрямь.       Инеж: Обещаю, что скоро прибуду.       Инеж: Я тоже хочу тебя увидеть, Каз. Очень хочу.       Инеж: Мне жаль, что я не возвращалась так долго.       Каз: Всё хорошо.       Инеж: Нет.       Инеж: У нас был договор.       Каз: ?       Инеж: Ты снимаешь броню, а я возвращаюсь к тебе.       Каз: Инеж…       Инеж: Я не выполняю свою часть. Ты снял броню, а я оставляю тебя одного на такой долгий срок.       Каз: Инеж, никакого договора не было.       Каз: Ты свободный человек, не привязанный ни контрактами, ни деньгами, ни словами.       Каз: Ты возвращаешься в Лондон потому, что сама этого хочешь. Я не хочу, чтобы ты приходила из-за чувства долга.       Каз: Мой чердак в Клёпке твой дом, а не клетка.       Инеж: Я знаю, Каз.       Инеж: Просто я чувствую себя виноватой. Ты столько всего сделал для меня, прося взамен только возвращаться, а я и это не способна сделать.       Каз: Всё в порядке.       Инеж: Каз…       Каз: Правда.       Каз: Я всё равно буду ждать тебя.       Инеж: Я буду в Лондоне в этом месяце.       Инеж: Я не хочу, чтобы ты ещё дольше оставался один.       Каз: Я жду тебя.       И Каз правда ждал её. Месяц, три, больше — он всегда терпеливо ожидал, когда она вернётся в Лондон, и ни разу не упрекал за задержки.       Каз: А, и вот ещё что.       Каз: Не держи кофе так близко к краю.       Каз: Уронишь.       Инеж посмотрела на чашку и, разумно решив, что та в самом деле опасно близилась к самому краешку стола, немного подвинула к себе.       И тут же замерла.       Так стоп. ТАК СТОП.       Она резко обернулась, и тот самый странный тип тут же спрятал лицо в газете.       Этой миллисекунды Инеж хватило, чтобы увидеть насмешливые чёрные глаза, напоминавшие крапинки чернил на белой скатерти бледной кожи. Хватило, чтобы узнать.       Инеж: Ты что здесь делаешь???       Каз: Да так, погулять вышел.       Инеж: И ты дошёл аж до Непала?       Каз: Я глубоко задумался по дороге.       Инеж: Это же о чём таком ты задумался, что обошёл пешком всю Британию, переплыл водный путь, прошёл ещё по ряду стран и очутился в Катманду?       Каз: Отвечу про водный путь, меня доставили на себе дельфины.       Каз: С ними даже легче, чем с лошадьми.       Каз: Лучшее такси в моей жизни. Даже платить не надо было.       Инеж: Я с ума сойду с тобой.       Каз: :)       Инеж снова повернулась. Каз осторожно высунулся из-за газеты, с деланной опаской поглядывая на неё.       Она вытянула руку и пару раз дёрнула пальцами, как бы говоря: «иди сюда».       — Не сиди там, как чужой, раз уже выдал себя, — обратилась к нему Инеж.       Каз на её реплику усмехнулся, совершенно не напоминая сейчас опаснейшего бандита Лондона. Сложив газету, он прошёл мимо нескольких столиков и глядел на неё самым невинным взглядом, на который был только способен.       Как только Каз присел, она подумала: а не задушить ли его этим галстуком?       — Скучает он, значит. Ждёт меня, значит… — запричитала Инеж, демонстративно схватившись за маленький десертный ножик.       — Скучал, ждал, — подтвердил кивнувший Каз, и она едва воздержалась от осуждающего «бесстыдник». Ему повезло, что он додумался податься ближе и поцеловать её в висок: она почти сразу оттаяла, хоть и не показала того. — Неплохое заведение. Довольно мило тут.       — Мхм, — только и сказала Инеж.       — Закажи себе ещё что-то, я закрою счёт.       — А ты тогда выбери и себе что-то.       — Хорошо. Что порекомендуешь?       — Раз ты так хочешь рекомендацию, то могу предложить трюфельный шоколадный торт по непальскому рецепту.

* * *

      Каз написал через пару часов после того, как уехал в аэропорт Трибхуван.       Каз: Я сделал вывод.       Каз: И решил поделиться им, когда окажусь на безопасном от тебя расстоянии.       Каз: Мне не нравится Непал.       Инеж: Чегооооо?!       Каз: У вас слишком много лестниц и слишком мало перил.       Инеж: Ты был в Катманду всего пару дней.       Каз: Мне хватило…       Каз: Кто вообще строит целую страну на холмах?       Инеж: Люди. С ногами.       Инеж: Такие штучки, которые тебя туда-сюда носят, знаешь?       Каз: У меня есть трость.       Инеж: И полное неуважение к чужой культуре.       Каз: Неуважение к чужой культуре — возможно, а вот колени… уже не факт.       Инеж: Знаешь, тебе подходило быть Принцессой.       Каз: И я поскользнулся.       Инеж: ЧТО?!       Каз: На 15,50%       Инеж: Как можно поскользнуться на 15,50%?       Каз: Это когда ты уже потерял равновесие, но тебе важна репутация и ты пытаешься удержаться.       Инеж: Ты не повредил ногу хоть?       Каз: Нет, с ней всё хорошо.       Инеж: Тогда я обижена за то, как ты раскритиковал Непал буквально ни за что.       Каз: Не обижайся.       Инеж: А, спасибо, теперь не обижаюсь.       Каз: 🤙       Каз: А, и ещё. Тот торт был слишком сладким.       Каз: Кондитер хотел убить всех, видимо. Это почти сахарная кома.       Инеж: Это десерт, Каз.       Каз: Или же он был настолько влюблён, что случайно пересыпал сахар.       Каз: Любовь зла, конечно, но она должна быть зла для влюблённых, а не посетителей кондитерской.       Инеж: Ты всю романтику превратил в очередной план убийства. Как всегда: _       Каз: Неправда. Я умею быть романтичным.       Инеж: Докажи.       Каз: Я прилетел к тебе в другую страну.       Инеж: Ах, так ты всё-таки прилетел, да? А я думала, ты у меня покоритель дельфинов…       Инеж: И смею напомнить, что ты прятался за газетой.       Инеж: Это называется «я шпионю за тобой уже полчаса», а не романтикой.       Каз: Инеж, я бандит. Я проверял обстановку.       Инеж: Проверял, не уроню ли я кофе?       Каз: Именно. Это забота.       Инеж: Мой дорогой Каз, ты следил за чашкой, а не за мной.       Каз: Чашка была ближе к краю, а ты нет.       Инеж: Невероятный уровень приоритетов.       Каз: Я стратег.       Инеж: Нет, ты параноик.       «Невозможный параноик», — хотела она добавить.       Но Каз опередил её следующим сообщением:       Каз: Это тоже часть стратегии)

* * *

      Каз набирает сообщение       Каз: Если не ошибаюсь, в Катманду сейчас 3:57.       Каз: А я вряд ли ошибаюсь. Гугл в таких вещах со мной честен.       Инеж набирает сообщение       Инеж: Вы с гуглом не ошибаетесь. В Катманду 3:57.       Каз: Позволь поинтересоваться, почему ты онлайн в такое время?       Каз: С тобой всё хорошо?       Инеж: Да.       Инеж: Просто в Лондоне 22:12.       Каз: …       Инеж: В такое время я ещё могу сидеть в телефоне.       Каз: Инеж, ты что, в Лондоне?       Инеж: Да.       Каз: Почему ты не сказала?       Каз: Когда ты прибыла?       Инеж: Час назад только. Я в Ibis London Stratford с экипажем.       Каз: Инеж…       Инеж: Прости.       Инеж: У меня был тяжёлый день. В эмоциональном плане.       Инеж: Я не хотела, чтобы ты видел меня в таком состоянии.       Инеж: Обещаю, я зайду завтра. Если хочешь, я приду рано утром, хоть пойду с тобой до места работы.       Каз: Что случилось?       Инеж набирает сообщение       Инеж набирает сообщение       Инеж набирает сообщение       Инеж: Мы… Поймали работорговцев. С ними были рабы, но они оказались в очень тяжёлом состоянии. Очень. Мне ещё никогда не приходилось такого видеть.       Инеж: Я даже не уверена, что половина из них выживет.       Инеж: Я так романтизировала охоту на работорговлю. Была такой наивной и глупой, представляя, как это будет. Я ведь всегда думала, что буду бороться с преступностью и видеть счастье на лицах вызволенных, что буду видеть радость на лицах родителей, чьих детей я верну, что стану той, которая скажет нет неволе.       Инеж: Но я вижу, что реальность совсем другая.       Инеж: Девушкам не обязательно попадать в бордель, чтобы плохо закончить.       Инеж: Иногда я задумываюсь о своей судьбе. О том, что случилось со мной.       Инеж: И я словила себя на мысли, что мне повезло.       Инеж: А потом я случайно заснула. Я так утомилась, что заснула, хотя после того, что я увидела, мне казалось, что я ещё долго не смогу сомкнуть глаз.       Инеж: И мне снова приснился «Зверинец».       Инеж: Это так страшно, Каз. Просыпаться, не понимая, что с тобой и где ты. Чувствовать дрожь и мысленно молиться, что ты не там снова.       Инеж: И сейчас я чувствую, что мне нужно время, чтобы отойти от всего этого.       Инеж: Каз.       Инеж: Каз?       Инеж: ?       Инеж: Ты тут?       Каз набирает сообщение       Каз: Инеж, хочешь чай?       Инеж застыла с телефоном в руке, до последнего полагая, что у неё случились проблемы со зрением, потому что её исповедь ну никак не связывалась с предложением выпить чай.       Но нет. Со зрением у неё, благо, всё хорошо, и предложение было вполне настоящим.       Инеж: К чему это сейчас?       Каз: Я могу заварить тебе чай и налить в термос, чтобы не приходить в отель с пустыми руками.       Инеж: Ты что, придёшь в отель?       Инеж: Каз, не надо.       Каз: Я всё равно приду.       Каз: Я бы позвонил тебе, но по телефону это будет совсем не то. Лучше я приду.       Инеж: И что ты сделаешь?       Каз: Попытаюсь тебя успокоить. Я не хочу, чтобы ты была одна со всем этим.       Каз: Мы всё равно поговорим об этом.       Каз: Если ты думаешь, что завтра я буду обсуждать с тобой вороньи бои или ужасные шляпы Джеспера, то ты ошибаешься. Поэтому предлагаю тебе отстреляться сейчас.       Каз: Тем более, ночь прекрасное для этого время.       Каз: Я буду в отеле через полчаса.       Инеж подолгу смотрела в экран. Взгляд задерживался только на одном сообщении.       «Я не хочу, чтобы ты была одна со всем этим».       Она тяжело выдохнула, плюхнувшись затылком на подушку. Боги, этот бандит умел как вывести её душевное равновесие, так и заставить вспомнить, почему она то и дело возвращалась в страну, которая так жестоко обошлась с ней.       И будь неладен этот мир, потому что люди тысячу раз неправы, полагая, что Каз Бреккер был бездушным монстром.       Инеж: Каз, оставайся в квартире.       Каз: Нет.       Инеж: Я сама приду.       Какое-то время он молчал, хотя и оставался в сети. Инеж надеялась, что он ещё не вышел на улицу и не сел в транспорт.       Каз: Хорошо.       Каз: Я тебя жду.       Он её ждал. Как и всегда.       И Инеж не могла терять ни минуты.       Накинув на себя первое, что попало под руку, она вынырнула из окна отеля в чернила глубокой ночи и скрылась между высокими домами. Снизу рычали автомобили, вибрировали их клаксоны, и в лунный шар сердито каркнули вороны, которых Инеж нечаянно напугала.       Скоро в поле зрения мелькнула квартира Каза. Помешкав немного на соседней крыше, Инеж во мгновение ока перескочила на подоконник, сливаясь с тенями занавесок. Впрочем, ей не надо было и пытаться скрыться: хозяин этой квартиры всегда чувствовал её присутствие, чувствовал её. И Инеж явилась на его подоконник вовремя, чтобы увидеть, как он заботливо клал на стол дымящуюся чашку чая.       Каз поднял на неё горько-кофейные глаза. Увидев её, выпрямился и приглашающе показал на стол.       — Каз… — шепнула Инеж, неловко переместившись с подоконника на пол.       — Заходи, — гостеприимно подозвал он. — Тут уже всё готово. Сейчас вытащу бисквиты.       Она усмехнулась, подходя к нему, выходя на лазоревый свет луны.       — И с каких пор в квартире Каза Бреккера сладости, а не куча бумаг с бухгалтерией? — беззлобно и тихо поинтересовалась Инеж, когда между ними оставался один шаг.       — С тех, когда в мою квартиру начала приходить одна непалка, — вкрадчиво ответил Каз.       — Ах, как мило, — понимающе кивнула. — И какая она?       — О, прекрасная девушка. Радость моих глаз и единственная во всём этом дранном мире, кому мне бы не хотелось зашить рот.       — Снова ты портишь романтику, — смеясь, фыркнула Инеж.       Каз улыбчиво пожал плечами.       — Таков уж я. У этой девушки сейчас проблема, а она почему-то не хотела мне о ней рассказывать. Решила, что мне оно не надо, — он протянул к ней руку, едва касаясь её. — Иди сюда.       И она подошла. Прижалась вплотную, обвивая талию, чувствуя, как он обнял её за плечи. Чувствуя, как одна рука вскоре прошлась по её спине, успокаивая остатки былой дрожи, смыкая её в том бережном, аккуратном прикосновении.       — Что будем с этим делать? — шепнул Каз в слабую тишь.       — Я думала, ты мне скажешь, — ответила она.       — Предлагаю для начала попить чай.       — Типичный британский метод борьбы со всеми проблемами.       — А потом ещё поговорим о погоде, — злорадно ухмыльнулся Каз. — И всё-таки телефон полезная вещь. Он помог нам… сблизиться, что ли?       — Помог, — согласно произнесла Инеж, крепче прижавшись к нему, пока пальцы Каза погружались в её волосы. Она неторопливо подняла голову, чтобы встретиться с его сияющим взором.       — Инеж.       — Мм?       — В следующий раз, когда тебе станет страшно, не жди следующего дня.       — Хорошо, — просто смирилась она с его условием. — Но чай всё равно будешь заваривать ты.       — Разумеется, — примирительно кивнул Каз, не став оспаривать её условие. — Я же британец. Мы же условились, что это моя главная суперспособность.       — А я думала, что твоя суперспособность — воровать музейные реликвии.       — Ну не разрушай образ. Я сегодня исключительно домашний, — деланно сухо попросил он.       Она хихикнула, усаживаясь за небольшой столик, омытый светло-голубым свечением луны.       — Тогда давай начнём с чая, сэр Самый Домашний Бандит Британии.       — Начнём с чая, — согласился Каз, мягко, совсем не свойственно Грязным Рукам улыбнувшись на её предложение, — а потом разберёмся со всем остальным.