Часть 7

      Кик сидел у костра, они с парнями обсуждали последний фильм с Рокам Каллаханом. Кит пошутил, и он громко рассмеялся.       Кендалл, стоявшая неподалёку, любовалась им, волосы были взъерошены — шлем остался в лагере. Он слегка запрокинул голову и его смех разносился по округе. Что-то бурно рассказывая, он махнул рукой, в которой была шпажка с подпечённым зефиром, и тот, не удержавшись, улетел куда-то в сторону. Все так же болтая он подносит палку ко рту и недоумевающе смотрит на отсутствие еды. Смеется, блики огня танцуют на его ногах и торсе, он немного щурится, и карие глаза вспыхивают.       Она улыбнулась, закинув на плечи полотенце, дабы мокрая вода с волос не капала на спину, присела рядом, пожалуй, даже чуть ближе чем следовало. — С легким паром, — он нежно улыбнулся. — как баня? — Спасибо, хорошо, приятно побывать в теплой воде для разнообразия. –она, немного смущаясь, улыбнулась. Кик кивнул ей, Кендалл протянула к костру руки и ноги, солнышко немного припекало, но все еще было слегка прохладно. — Да, да и когда он наступил на пальцы тому… ну, этому — Йорку-Французу… — Кик щелкал пальцами вспоминая имя. — Терри-Голландцу — подсказал Тед, насколько знала Кендалл отец Теда работал в магазине скейтбордов и тоже увлекался всевозможными трюками. — точно, когда он наступил ему на пальцы и произнес «Я давлю не справедливость!» оооо это был такой смачный эффект! — он вновь погрузился в разговор.       Слушая мальчишескую болтовню, она залипла в огонь. Свежо, тепло и… уютно. Набрав полную грудь воздуха Кендалл постаралась запечатлеть этот момент в памяти. Активно жестикулируя Кик ловко снял обжаренный зефир. Невзначай протянул его Кендалл — словно и жарил для нее.       Кендалл взяла маршмеллоу не сразу, сомневаясь в предназначении. Кик повернулся и слегка подтолкнул руку к девушке. — Чего застыла, бери — и он снова улыбнулся той нежной и ласковой улыбкой, что была накануне в палатке. Он приподнял только один уголок губ, а по ее душе прошло множество мурашек, вырываясь наружу. — Ты замерзла? –недожавшись ответа, он снял кофту и накинул на ее плечи.       Когда она брала угощение, задержала пальцы на его ладони, слегка копаясь его кожи своим пальчиками.       Он отвернулся первый, стараясь вновь заболтать парней, которые многозначительно кивали и похихикивали.       Немного погодя, парни сменились все так же хохочущими девушками, когда пришла их очередь мыться. Так они просидели до прихода второй группы, ребята пришли так же в венках. — Какие вы молодцы! — Пат хлопнула в ладоши. — И баню истопили и костер! А где Джоршуа? — Он бросил нас. — пожала плечами Клео.       Тень раздражения пробежала по лицу Патриции. Смахнув ее, женщина лучезарно улыбнулась. — Значит останется без бани и вкусняшек! — она потрясла коробкой с шоколадом.       Класс бурно обсуждал увиденное, девочки изредка вскрикивали, когда видели косиножек бегущих по их кроссовкам. Кендалл расслабилась и, опершись руками в бревно, откинулась назад.       По голубому небу плыли рваные облака, дул легкий ветер, он приятно касался лица и развивал подсохшие волосы. Патриция ушла в шатер, и они снова предоставлены сами себе. — И вы рискнули снова дать Перкинс отфоткать вас? Фуу, это уже фетиш какой-то. — Стефани накрутила локон на палец. — Ты дура? Даже если это и была Кендалл, то у нее телефон вообще-то сдох. — Ясмин скривила лицо. — Ну если ты не знаешь, то у извращенцев всегда что-нибудь найдется. — Ага по себе судишь? — Кендалл, на удивление самой себе, спокойно перенесла укол и скрестила руки. — А ты не много ли себе позволяешь? Это не я слила столько фоток голых школьниц. — она подошла к ней вплотную. Кендалл сглотнула, страх перемешался с раздражением в животе. — А ты? Кроме твоего «я видела, как она одетая шла из душевой» доказательств нет. И мне плевать, что ты думаешь обо мне, потому что о тебе, я не вспоминаю, даже когда наступаю в кучу собачьего дерьма. Отстань от меня. Мы в разных умственных категориях…мразь — её немного потрясывало.       Ребята замолкли, казалось даже шумящая река остановилась.        Громкий шлепок гулом пронесся по берегу. Кендалл схватилась за лицо, щеку саднило и жгло. — Забыла где твое место! Тогда я тебе покажу! — Стефани двинулась на нее, но перед Кендалл встала Клео. — Хватит. Это точно не место для выяснения отношений. Успокойтесь обе. Стефани, у тебя, по-моему, птичий помет в волосах, тебе бы помыться, а то — она наклонилась чуть ближе — пованиваешь. — Что?! — Стефани вскрикнула и убежала смывать себя остатки прогулки.              Кендалл окинула взглядом ошарашенных одноклассников, щека горела, в горле нарастал ком. — Я… — она немного рассеяно коснулась щеки, — Я в порядке… — Приложи что-нибудь холодное. — Клео взглянула на нее сосредоточенно-волнующимся взглядом. — А-ага, — так же держась за щеку она пошла в сторону лагеря. И проходя мимо Клео услышала: — Ты молодец. Все правильно.       Отмахнувшись от поддержки и помощи девочек, Кендалл шла по тропинке одна, ее душили слезы: обиды, боли, отчаянья.              Щека болела и посекундно напоминала: «сама виновата» Добравшись до лагеря, она забралась в палатку и дала волю всему, что так долго копилось, вряд ли Джоршуа обратит на нее внимание.       Кендалл плакала и задыхалась, легкие сжимались от нехватки воздуха, голова болела, нос был заложен. Когда слезы, наконец, иссякли, она легла, свернувшись калачиком, изредка всхлипывая и рвано вздыхая. Мокрые ресницы становились всё тяжелее, грудь медленно успокаивалась, дыхание выровнялось. Она обвила себя кофтою, которую дал Кик, прижалась к ней всем телом, ощущая её тепло и запах. Сердце ещё стучало, но в этом маленьком островке уюта можно было позволить себе отпустить весь мир.       И, наконец, Кендалл закрыла глаза и погрузилась в сон.