Глава 7. Закат над Веной

Локация: Первый этаж, барная стойка Время: 21:48 Про себя девушка думает: «Надеюсь, он не ревнует к Лу. Он должен понимать: с Лу это лишь снятие стресса и просто физиология. Плюс Лу всегда проверяется у врачей, так что здоровый секс нам обеспечен. Но ему тоже нужен секс...» Она спускается вниз, подходит к барной стойке. Садится на барный стул, жестом подзывает Томаса. — Сделай мне вкусный коктейль, — просит она, облокачиваясь на стойку. Бармен — это Томас, тот самый молодой парень с голубыми глазами, который до сих пор краснеет при виде красивых девушек — засуетился мгновенно. — К-конечно, фрау! Что именно? Есть новые настойки, Чан вчера привёз. И маракуйя свежая, и... — Томас, — перебивает она мягко. — Сделай что-нибудь своё. Что сам любишь. Удиви меня. Он замирает на секунду. Потом решительно кивает. — Сделаю, фрау. Одна минута. Елена наблюдает, как он мешает, трясёт шейкер, добавляет лёд, фрукты, что-то ещё. В зале музыка играет, народ веселится, всё идёт своим чередом. Рядом на соседний стул присаживается Аяка. У неё перерыв между клиентами, и она пользуется моментом, чтобы просто посидеть. — Фрау, — кивает она, беря свой бокал с шампанским. — Хороший вечер. — Хороший, — соглашается Елена. — Ты как? Не устала? — Нормально. Ещё пару клиентов — и можно отдыхать. — Молодец. Томас ставит перед Еленой коктейль. Высокий бокал, внутри — слои оранжевого, красного, прозрачного. Украшен долькой апельсина и веточкой мяты. — Попробуйте, фрау. Это «Закат над Веной». Я сам придумал. Елена берёт бокал, пробует. Глаза чуть прикрываются. — Ммм. Томас, это великолепно. Сладко, кисло, чуть горчит. И послевкусие... — Ваниль и корица, — подсказывает он счастливо. — Гениально. Запиши рецепт. Буду заказывать ещё. Томас светится от гордости. Аяка смотрит на них, улыбается. — Фрау, вы сегодня в ударе. Сначала танец, теперь коктейли хвалите. — А ты завидуешь? — Немного. Мне сегодня никто коктейлей не заказывал. — Закажи себе такой же. Томас, сделай Аяке. — Сейчас, фрау! Они сидят вдвоём у барной стойки — хозяйка и её лучшая девочка. Пьют, смотрят на зал. Из-за спины подходит Чан. — Фрау, итальянец доволен. Заказал Лу на завтра ещё. И просит познакомить с вами. Елена поднимает бровь. — Со мной? Зачем? — Говорит, наслышан о хозяйке. Хочет выразить почтение. — Хорошо. Пусть подойдёт, когда закончит. Я здесь. Чан кивает и уходит. Аяка смотрит на Елену. — Думаете, это просто вежливость? — Не знаю, но узнаю. Елена допивает коктейль, ставит бокал и поднимается на второй этаж. Чан уже стоит у четвертой VIP-комнаты, собираясь войти — сообщить итальянцу об ответе босса. Но она прерывает его движением руки. — Лу точно в порядке? — спрашивает прямо, без предисловий. — У него разрыва нет? Сильно большой член у этого клиента? Чан ни на секунду не смущается прямолинейности своего босса. За годы работы в "L'Ombra" он привык к вопросам, от которых покраснел бы любой обычный человек. — Фрау, — отвечает он спокойно, понизив голос, — я наблюдал через камеры. Лу в полном порядке. Клиент... э-э-э... не рекордсмен, скажем так. Лу справляется легко. Даже скучает слегка. Елена усмехается. — Скучает? Это плохо. Скучающий Лу — опасный Лу. Начинает импровизировать. — Я заметил, — кивает Чан. — Он уже два раза поменял позу и один раз поправил клиенту технику. Тот в восторге. — Лу учит итальянца сексу? — Елена прикрывает рот рукой, пряча смех. — Боже, это же надо записать. Для истории. — Уже записано, фрау. Как обычно. — Чан, ты сокровище. — Стараюсь, фрау. Девушка смотрит на дверь четвёртой вип-комнаты, за которой сейчас Лу развлекает гостя и попутно проводит ликбез. — Ладно, не буду мешать его педагогической деятельности. Скажи итальянцу, что я жду его внизу, когда закончит. И передай Лу, чтобы был нежнее. Итальянец важный клиент. — Передам, фрау. Елена разворачивается и идёт обратно к лестнице. — И Чан, — бросает через плечо. — Запись с уроков Лу сохрани. Пригодится для обучения новичков. — Уже в архиве, фрау. Она смеётся — тихо, довольно — и спускается в зал, окидывает взглядом зал. Ловит свободную проститутку — та как раз проходит мимо с пустыми руками. — Свободна? Девушка кивает, замирая в готовности. — Принеси за мой столик свежий салат с морепродуктами. А Сиэлю принеси стейк и салат овощной. Он в комнате охраны на втором этаже. Проститутка — её зовут Лена, она здесь недавно, но уже хорошо себя зарекомендовала — кивает и быстро исчезает в направлении кухни. Елена садится за свой столик, поправляет жилетку, откидывается на спинку стула. В зале играет музыка, пахнет духами и дорогим табаком. Через несколько минут появляется Лена с подносом. Салат с морепродуктами — креветки, мидии, кальмары, руккола, черри, заправка цитрусовая — ставит перед Еленой. Второй поднос — для Сиэля — с огромным стейком средней прожарки и свежим овощным салатом. — Спасибо, — кивает Елена. — Передай, чтобы поел. И кофе ему захвати. — Сделаю, фрау. Лена упорхнула наверх. Елена берёт вилку, пробует салат. Свежий, сочный, креветки идеальные. Она довольно жмурится и продолжает есть, наблюдая за залом сквозь полуприкрытую штору. Через несколько минут на лестнице появляется Сиэль. Спускается медленно — видимо, Лена передала, что ужин ждёт внизу, и он решил есть здесь, рядом с ней. Подходит к столику, садится напротив. — Спасибо, — говорит тихо. — Я и не заметил, что проголодался. — Поэтому я и здесь, чтобы замечать. Он улыбается, берёт вилку, отрезает кусок стейка. — Вкусно, — выдыхает с набитым ртом, и тут же смущается. — Прости. — Ешь спокойно. Ты заслужил. Они едят молча, но это молчание — тёплое, уютное. В зале играет музыка. Гости веселятся. Жизнь идёт. Локация: Общий зал, столик Елены Время: 22:15 — Итальянец, который с Лу, хочет познакомиться со мной, — говорит она, не отрываясь от салата. — Хочешь присутствовать при разговоре? Пододвигает к нему стакан с коктейлем, который принес Томас. — Кстати, Томас придумал новый коктейль. Попробуй. Сиэль поднимает глаза от стейка. Прожёвывает, проглатывает, вытирает губы салфеткой — даже в мелочах он аккуратен. — Присутствовать? — переспрашивает он. — Ты хочешь, чтобы я был рядом? — Спросила же. Он смотрит на неё долго. Потом берёт предложенный коктейль, пробует. Глаза чуть расширяются. — Ничего себе...Томас молодец. Свежо, кисло-сладко, послевкусие... — Ваниль и корица, — подсказывает она с улыбкой. — Он сам придумал. «Закат над Веной». — Красивое название и вкус подходящий. Он ставит бокал, возвращаясь к разговору. — Если ты хочешь, чтобы я был рядом — я буду. Но...может, итальянцу нужен приватный разговор? Без лишних ушей? — Ты не лишний. Просто. Коротко. Без объяснений. Сиэль кивает. — Тогда я рядом. Где хочешь — за столиком, у входа, в тени? — Со мной. За этим столиком. Посидишь, послушаешь. Как помощник. — Хорошо. Она возвращается к салату, он — к стейку. Несколько минут едят молча. Потом она говорит, не поднимая глаз: — И Сиэль. — М? — Ты не просто помощник. Ты — моя правая рука. Доверенное лицо. И мне важно, чтобы такие, как этот итальянец, видели это. Видели, что у меня есть опора. Он замирает с вилкой в руке. — Елена... — Ешь давай, — перебивает она, но в голосе — тепло. — Скоро спустится наш итальянец. Он улыбается — едва заметно, но искренне — и возвращается к ужину. Елена первая доела. Отодвинула тарелку, промокнула губы салфеткой. Мимо проходил проститут — молодой парень, зовут Нико — бросил взгляд на столик, увидел пустую тарелку и тут же сменил траекторию. Подошел к ним. Клаус у шторки пропустил его без слов. — У бармена Томаса закажи еще два коктейля «Закат над Веной», — бросила Елена, уже не глядя на него. — Сделаю, фрау. Два «Заката над Веной». Он уже разворачивается, чтобы уйти, но Елена останавливает его жестом. — Нико. — Да, фрау? — Как дела?  Парень чуть заметно краснеет — привычка, от которой он пока не может избавиться, но клиенткам, говорят, нравится. — Да, фрау. Всё хорошо. Вчера было три клиента, все довольные. Чан сказал, что я прогрессирую. — Чан редко хвалит. Значит, действительно молодец. — Спасибо, фрау. — Иди. Коктейли пусть Томас не торопится, но сделает красиво. — Понял. Нико исчезает за шторой. Елена щёлкает зажигалкой, прикуривает. Затягивается, выпускает дым в сторону, чтобы не в Сиэля. — Молодёжь, — комментирует она. — Стараются. Это радует. Сиэль доедает последний кусок стейка, отодвигает тарелку. — Ты умеешь создать атмосферу, — говорит он. — Даже в мелочах. Заметил, как он ушёл довольный? Потому что ты спросила, «как дела». — Потому что мне правда интересно. Это не игра. — Знаю. Поэтому они все за тебя горы свернут. Она пожимает плечами, затягиваясь. — Не надо гор. Пусть просто работают хорошо. Нико возвращается через несколько минут — с двумя высокими бокалами, украшенными дольками апельсина и веточками мяты. Ставит на стол, забирает пустую тарелку Сиэля и исчезает так же незаметно, как появился. Елена пододвигает один бокал парню. — За знакомство с итальянцем, — говорит она с усмешкой. — Пусть пройдёт гладко. — За это, — соглашается он, беря бокал. Они чокаются. Пьют. Елена замечает на лестнице Лу с итальянцем. Лу ведет его под руку — осторожно, заботливо, словно дорогого гостя. Направляются прямо к их столику. Сиэль тоже видит это. Молча пересаживается ближе к Елене — освобождая место напротив для итальянца. Достает свою пачку сигарет, затягивается. Елена слегка взлохмачивает волосы, откидывается на спинку стула. Закидывает ногу на ногу. Делает затяжку, наблюдая за приближающейся парой. Лу нежен и обходителен с клиентами — профессионал высшего класса. Провожает до столика, жестом просит подождать. Клаус отодвигает штору, пропуская их. Лу делает шутливый реверанс, берет руку итальянца и целует — театрально, но изящно. Сиэль смотрит на это. Потом переводит взгляд на Клауса, стоящего у штор. Лицо непроницаемое. Итальянец — мужчина лет пятидесяти, холёный, с дорогим костюмом и тяжёлыми золотыми запонками — с явным удовольствием принимает ухаживания Лу. На лице — блаженная улыбка человека, который только что провёл время в раю и теперь готов обсуждать дела с хозяйкой этого рая. — Grazie, mio tesoro, — мурлыкает он с сильным акцентом. — Ты был великолепен. — Для вас — всегда, синьор, — Лу стреляет глазами в сторону Елены, чуть заметно подмигивает — клиент доволен — и плавно исчезает в сторону служебного коридора. Итальянец поворачивается к столику. — Фрау! — он раскидывает руки в приветственном жесте. — Наконец я имею честь познакомиться с легендарной хозяйкой этого...этого храма! Елена чуть наклоняет голову, не вставая. Улыбка — светская, тёплая, но глаза изучают. — Синьор...простите, не знаю вашего имени. — Ах, простите! — он прижимает руку к груди. — Энрико. Энрико Фонтана. К вашим услугам. — Присаживайтесь, синьор Фонтана. Он садится напротив, замечает Сиэля, переводит взгляд с него на Елену. — А это...ваш телохранитель? — Мой помощник, — поправляет Елена спокойно. — Правая рука. Сиэль. Сиэль чуть кивает, не протягивая руки. Итальянец понимающе улыбается. — О, понимаю. Доверенное лицо. Это правильно. В нашем деле без доверия никуда. Он берёт со стола салфетку, промокает лоб — в зале тепло, а он явно только что хорошо поработал. — Фрау, я хочу сказать вам комплимент. Ваше заведение — лучшее, что я видел в Европе. А я видел многое, поверьте. — Благодарю, синьор Фонтана. Мы стараемся. — А этот мальчик, Лу... — он закатывает глаза. — Mammamia! Это не просто проститут, это артист. Я готов платить ему вдвое, лишь бы он просто сидел рядом и говорил со мной. Елена усмехается. — Лу у нас особенный. Я сама его учила. — О! — итальянец смотрит на неё с новым интересом. — Значит, вы не только красивы, но и талантливы. Редкое сочетание. Сиэль чуть заметно напрягается, но молчит. Елена делает глоток коктейля, не сводя с итальянца спокойного взгляда. — Синьор Фонтана, вы хотели поговорить. Я слушаю. Энрико Фонтана довольно откидывается на спинку стула, явно наслаждаясь моментом. Дорогой костюм, холеные руки с перстнями, сытый блеск в глазах — человек, который привык получать лучшее. — Фрау, — начинает он с улыбкой, — я уже бывал в лучших заведениях Рима, Парижа, Берлина. Но здесь...здесь особенная атмосфера. Как вам это удаётся? Елена пожимает плечами, выпуская дым. — Секрет прост, синьор Фонтана. Дорого, качественно, безопасно. И никакой пошлости. — О, да! — он оживляется. — Я заметил. У входа проверка, запись в книгу... это впечатляет. В наше время мало кто заботится о безопасности гостей. — Мои гости — моя ответственность. Фонтана кивает, одобрительно цокая языком. — Я хочу предложить вам сотрудничество, фрау. У меня в Милане есть похожее заведение. Но...как бы это сказать...менее изысканное. Я бы хотел пригласить вас посмотреть, может быть, поделиться опытом. За хороший гонорар, разумеется. Елена чуть приподнимает бровь. — Консультация? — Можно и так назвать. Но скорее — вдохновение. Вы — женщина, которая знает толк в роскоши. Я хочу, чтобы вы научили моих людей этому...этому шику. Сиэль напрягается, но молчит. Смотрит на Елену — каково будет её решение? Она делает затяжку, медленно выпускает дым. — Интересное предложение, синьор Фонтана. Я подумаю. — Конечно-конечно! — он поднимает руки. — Никакого давления. Просто имейте в виду. А пока...позвольте мне насладиться этим вечером. И, если можно, завтра я бы хотел снова пригласить Лу. Он...как это сказать...он открыл мне глаза на некоторые вещи. Елена усмехается. — Лу будет свободен завтра. Я распоряжусь. — Grazie, фрау. Вы само совершенство. Он встаёт, целует ей руку — галантно, по-старомодному. Сиэлю кивает с уважением. — Приятного вечера, синьор. — И вам, фрау. И вам. Он уходит, довольный, в сопровождении подоспевшего администратора. Елена тушит сигарету, поворачивается к Сиэлю. — Ну? Что думаешь? Сиэль молчит секунду, обдумывая. — Думаю, что он не просто так приехал. Слишком щедр, слишком доволен, слишком быстро предлагает сотрудничество. — Согласна... Девушка берёт коктейль, делает глоток. — Надо проверить его связи. Кто он на самом деле, откуда деньги, нет ли хвостов. — Уже, — Сиэль достаёт блокнот. — Чан пробивает по своим каналам. К утру будет досье. — Но вообще меня не сильно интересует это предложение. — Елена возвращается к разговору с Сиэлем, будто итальянца и не было. — Да, у нас есть ребята сильные, бойкие. Но сейчас они по большей части охраняютплантации. Вышибалы стоят у вип-комнат, у парадного входа, у черного. Все работают посменно. У каждого есть оружие, и все прошли подготовку от Алекса. Она затягивается, выпускает дым в сторону. — Я не из тех мафиози, которые стреляют в воздух, выходя на улицу. Мы производим наркотики, продаем в нашем борделе. Никаких лишних телодвижений. В борделе отмываем деньги и продаем роскошь. В основном наше преимущество — в связях и правильных людях. Помогаем им решать разные проблемы. Есть люди почти во всех сферах. Сиэль слушает молча, изредка затягиваясь сигаретой. — Развивать бордель? Хм. Не знаю. Смысл? Чтоб потом через десять или двадцать лет была сеть? Неизвестно, как дальше будет складываться рынок и будет ли это прибыльно. — Она усмехается, качает головой. — Этот один бордель — самый лучший в стране. Или даже во всей Европе, как нам только что сообщил итальянец. Зачем еще один такой? Она поворачивается к нему, смотрит в упор. — Лучше пусть клиенты бронируют и копят деньги, чтобы прикоснуться к этой роскоши. Когда слишком большой спрос, у продавца должен быть дефицит. Так товар еще ценнее. Она многозначительно поднимает брови, делает глоток коктейля и откидывается на спинку стула. Сиэль слушает, не перебивая. В его глазах — восхищение. Не то показное, которое часто встречается у подчинённых, а настоящее, глубокое. Когда она заканчивает, он молчит ещё несколько секунд, переваривая. — Ты только что объяснила экономику роскоши лучше, чем любой профессор в Венском университете, — говорит он наконец. — Серьёзно. Дефицит как ценность. Ограниченный доступ как привилегия. Она усмехается, затягиваясь. — Жизнь научила. Когда у тебя есть то, чего нет у других, ты можешь диктовать условия. А когда этого становится много — ты становишься обычным. — Именно. И этот итальянец...он не понял. Думает, что успех можно просто скопировать. Перевезти в Милан, как чемодан с вещами. — Пусть думает. Его проблемы. Сиэль кивает, но потом добавляет осторожно: — Однако стоит подумать, зачем ему на самом деле это предложение. Может, он хочет выведать наши методы. Или познакомиться поближе, чтобы потом...использовать. — Обязательно, — Елена тушит сигарету. — Поэтому ты проверишь его вдоль и поперёк. К утру я хочу знать, что он ел на завтрак последние полгода. — Будет сделано. Она допивает коктейль, ставит бокал. — А пока — работаем. У нас ещё полночь впереди. И клиенты, которые платят за дефицит. Она встаёт, поправляет жилетку. — Я пройдусь по залу. Посмотрю, как дела.  — Хорошо. Девушка уходит, оставляя его за столиком. Сиэль смотрит ей вслед, потом достаёт блокнот и начинает писать. Локация: Общий зал «L'Ombra», столик Елены Время: 03:00 ночи Елена сделала обход. Проверила сотрудников, поболтала с клиентами, убедилась, что всё под контролем. Вернулась к Сиэлю. На часах — три часа ночи. В зале всё ещё играет музыка, но публики заметно поубавилось. Самые стойкие догуливают у барной стойки или на втором этаже. Она остановилась перед ним, скрестила руки на груди. Усталость читалась в глазах, но голос оставался ровным. — Остальная работа подождет. Ты сможешь закончить её и утром, и днем. — Пауза. — Я собираюсь домой. Ты тоже поезжай. Или тебя подвести? Сиэль поднимает глаза от блокнота. Три часа ночи дают о себе знать — под глазами тени, в лице усталость, но он всё ещё держится молодцом. — Я... — начинает он, но она перебивает. — Не спорь. Ты мне нужен живым и здоровым, а не с инфарктом в двадцать девять. Он усмехается устало. — Инфаркт мне пока не грозит. — Пока. Но если продолжишь в том же духе — начнёт. Она смотрит на него сверху вниз, руки скрещены на груди. В зале уже почти пусто — редкие гости допивают напитки, девочки переодеваются, охрана готовится к смене. — Я серьёзно, Сиэль. Собирайся. Он вздыхает, закрывает блокнот, убирает ручку. — Хорошо. Только вещи заберу наверху. — Жду у выхода. Пять минут у тебя. Она разворачивается и идёт к выходу, на ходу кивая Грегору— тот понимающе кивает в ответ и идёт заводить машину.Через пять минут Сиэль спускается — уже в пальто, с сумкой через плечо. Подходит к ней у двери. — Готов. — Пошли. Они выходят в ночную Вену. Холодно, свежо, пахнет дождём. Руди уже держит открытой заднюю дверь машины. Елена садится первой, Сиэль рядом. — Куда тебя? — На Альзергрунд. Это недалеко от... — Я знаю, где ты живёшь. Он улыбается в темноте. — Конечно знаешь. Машина трогается. В салоне тихо, только шум мотора.Елена смотрит в окно на ночной город. — Ты сегодня хорошо поработал, — говорит она тихо. — Спасибо. — Я просто делаю свою работу. — Нет. Ты делаешь больше. Я вижу. Он молчит, но на губах — тень улыбки. Машина останавливается у старого дома в тихом переулке. — Приехали, — говорит Руди. Сиэль открывает дверь, но задерживается на секунду. — Елена...спасибо, что подвезла. — Не за что. Отдохни нормально. До завтра. — Хорошо. Парень выходит, закрывает дверь. Стоит у подъезда, смотрит, как машина уезжает в ночь. В груди — тепло. Она заботится. Даже в таком.