Глава 11. Rock me Amadeus

Примечание от автора: в этой главе будет упоминать песня Rock me Amadeus. Для более глубокого погружения, рекомендуется включить ее на фон.    Локация: Комната отдыха для персонала Время: 14:06 Собеседование решили проводить в комнате отдыха — место нейтральное, не такое давящее, как кабинет. Весь персонал оттуда ушел: диваны освободили, столы протерли, даже автомат с кофе приглушенно гудел в углу. Сиэль встретил женщину у входа в служебные помещения и проводил до комнаты. Сам встал у двери — наблюдать, слушать, запоминать. Елена сидела на диване, закинув ногу на ногу. При появлении кандидатки встала, протянула руку для рукопожатия — твердо, уверенно. — Добрый день. Меня зовут Елена Вайс. Присаживайтесь. Женщина выглядит именно так, как и предполагала Елена: лет сорок пять, короткие светлые волосы, строгий костюм, никакой косметики. Глаза — светлые, холодные, изучающие. Руки спокойно лежат на коленях. — Итак, — начала Елена. — Я прочитала ваше резюме. Многообещающе. Пауза. Девушка смотрела прямо в глаза кандидатке. — Мы ищем психиатра, который будет перепрошивать мозг человека. Нужен верный пес. Покладистый, но, чтобы и думать тоже мог. Говорила спокойно, буднично, будто обсуждала погоду. — Я исследую работы мозга. На руках есть исследования. Лаборатория будет через месяц. Отдельный загородный дом. Пансионат. В распоряжении у вас будут медсестры и охрана. Она развела руками, показывая масштаб. — Это так, в двух словах. Доктор Фрауке Эссер слушает молча, не перебивая. На её лице — ни тени удивления или осуждения. Только профессиональный интерес, чуть приправленный усталостью человека, который давно перестал удивляться. Когда Елена заканчивает, Фрауке молчит ещё несколько секунд. Потом говорит: — Перепропрошивать мозг. Красивое определение. Непрофессиональное, но красивое. — Я не профессионал, — пожимает плечами Елена. — Я работодатель. — Это заметно. — Фрауке чуть наклоняет голову. — Хорошо. Давайте сразу к делу, чтобы не тратить время. Что именно вы хотите получить на выходе? Послушных работников? Людей без воли? Или что-то среднее? — Среднее. Чтобы могли работать, думать, принимать решения в рамках задачи. Но не могли предать, сбежать, рассказать лишнее. — Идеальные рабы, — кивает Фрауке без эмоций. — По сути, да? — Можно и так назвать. — Методы? — Любые. Медикаменты, гипноз, психологическое воздействие, возможно, хирургия — если дойдём до этого. Фрауке чуть заметно улыбается — холодно, одобрительно. — Вы не боитесь законности? — Доктор Эссер, — Елена тоже улыбается. — Я владею крупнейшим борделем в стране и контролирую производство наркотиков. Законность меня волнует в последнюю очередь. Женщина смотрит на неё долгим взглядом. Потом кивает. — Мне нравится ваша прямота. Хорошо. Я согласна. Но есть условия. — Какие? — Первое: полная свобода действий в рамках задачи. Я не потерплю, чтобы медсёстры или охрана учили меня, как работать с пациентами. — Принимается. — Второе: достойная оплата. Я знаю себе цену. — Назовите сумму. Фрауке называет. Елена даже не моргает. — Принимается. — Третье: жильё на территории. Я хочу жить там же, где работаю. Это удобнее и безопаснее для всех. — Будет сделано. — Четвёртое: доступ ко всем вашим исследованиям и материалам. Я должна знать, с чем работаю. — Само собой. Фрауке снова замолкает, обдумывая. — И последнее, — говорит она тише. — Если через полгода я пойму, что это не моё, или что результаты невозможны — я уйду. Без скандала, без угроз, просто уйду. Вы меня не ищете. Елена смотрит на неё долго. Потом протягивает руку. — Договорились, доктор Эссер. Добро пожаловать в команду. Фрауке пожимает руку. Рукопожатие твёрдое, уверенное. — Когда приступать? — Завтра. Чан покажет вам временное жильё, познакомит с медсёстрами, передаст материалы. Через месяц переедете в пансионат. — Хорошо. Елена встаёт, Фрауке тоже. — Доктор Эссер Фрауке. Я рада, что вы пришли. — Я тоже, фрау Вайс. Давно искала...интересную работу. Они обмениваются понимающими взглядами. Сиэль, сидящий в углу, выдыхает — кажется, только сейчас понял, что всё это время задерживал дыхание. Локация: Общий зал «L'Ombra» Время: 14:15 Елена и Сиэль проводили женщину до выхода. Девушкаостановилась, повернулась к нему, засунула руки в карманы брюк. На лице — легкое довольство собой. — Ну что скажешь? — спросила она, чуть склонив голову. Сиэль смотрит на неё с той особой улыбкой, которая появляется только когда она делает что-то, что его восхищает. — Что скажу? — парень усмехается. — Это было самое короткое собеседование в истории. Пять минут — и человек готов перепрошивать мозги. — Профессионалы не любят долгих разговоров, — пожимает плечами Елена, но в глазах — довольный блеск. — Она знает, что нужно ей. Я знаю, что нужно мне. О чём говорить? — О том, что она может оказаться психом похуже своих пациентов. — Тем лучше. Значит, сработаемся. Сиэль качает головой, но в глазах — восхищение. — Ты невероятна. — Знаю, — она улыбается. — А теперь по поводу твоего охранника. Он поднимает бровь. — Что придумала? — Выбрала тебе человека. Помнишь Марка? Тот молодой, из охраны, неглупый, с быстрой реакцией. Ты о нем как-то упоминал.  — Который в карты с Цви проигрывает? — Он самый. Я поговорила с ним вчера. Он согласен. Будет возить тебя, встречать, провожать, помогать с мелкими поручениями. Чан еще раз его проверил — чист, надёжен, язык за зубами держать умеет. Сиэль молчит секунду, переваривая. — Ты...ты серьёзно? Сама выбрала? — Сама. Хочу, чтобы у тебя был кто-то, кому я доверяю. Мало ли что случится по дороге или ночью. А Марк — парень толковый. И стреляет хорошо, Алекс хвалил. Сиэль смотрит на неё долго. В глазах — тепло, благодарность и что-то ещё, более глубокое. — Елена...спасибо. Правда. Я не ожидал. — Не за что. Ты заслужил. И вообще — теперь будешь спать спокойно, а не клевать носом в машине по утрам. Он усмехается. — Ты обо всём думаешь. — О тебе — да. Она произносит это просто, буднично, но Сиэль чувствует, как внутри что-то переворачивается. — Ладно, — она хлопает его по плечу. — Иди работай. Марк завтра с утра будет ждать у твоего дома. Не проспи. — Не просплю. Она уходит, оставляя его стоять в коридоре с глупой улыбкой на лице. У неё есть планы. У него — личный охранник. И тёплое чувство, что о нём заботятся. Елена забрала из кабинета все бумаги по исследованию мозга — стопка получилась увесистая. Переместилась в зал, за свой привычный столик в углу. Разложила документы, закурила, углубилась в чтение. Чан подошел через несколько минут. Встал рядом, ожидая. Девушка подняла глаза, отложила ручку. — Чан, нужно найти еще одного человека. Девушку. Молодую. От двадцати пяти до тридцати лет. — Голос деловой, четкий. — Будет общаться вместо меня с больницей от лица благотворителя и быть администратором в пансионате. Чан записывает всё в свой неизменный блокнот, кивая каждому пункту. — Понял, фрау. Девушка презентабельная, с хорошей речью? — Именно. Чтобы и в больнице не стыдно было показать, и в пансионате порядок наводить могла. И главное — верная. — Найдём. Есть у меня одна на примете, дочка старых друзей. Закончила университет, работает в офисе, но скучает. Умная, красивая, языки знает. Поговорю сегодня. — И позови виртуозов наших. — Она откинулась на спинку стула, затянулась. — Я придумала, как сделать одну популярную песню в другой аранжировке. Выступление будет в субботу. Я буду играть на пианино или на скрипке. Еще не решила. — По музыкантам, — Чан переворачивает страницу. — Виртуозы наши будут здесь через час. Я предупрежу их, чтобы зашли к вам. — Хорошо. Чан уже разворачивается, но Елена останавливает его: — Чан. — Да, фрау? — Спасибо тебе. За всё. Он улыбается — тепло, по-отечески. — Это моя работа, фрау. И моё удовольствие. Елена остаётся одна за столиком, с бумагами по мозгу, с мыслями о новой аранжировке и с планами на субботу. Она берёт сигарету, прикуривает, смотрит в зал. Локация: Общий зал «L'Ombra», столик Елены Время: 15:30 Через час после разговора с Чаном музыканты пришли. Все виртуозы, все проверенные, все не раз выступавшие в "L'Ombra". Елена указала им на стулья за своим столиком. Они сели, чуть напряженные — разговор с боссом всегда волнителен. — Господа, добрый день, — начала она без предисловий. — Знаете же песню Rock me Amadeus, исполнитель Falco? Музыканты закивали. Кто ж не знал этот хит. — Ведущие инструменты — рояль и скрипка. — Она сделала паузу, давая информации усвоиться. — Рояль: акустический концертный у нас. Звук чистый, прозрачный. Богатая педализация послужит для объемного, дорогого звука. Скрипачка кивнула, уже мысленно перебирая аппликатуру. — Скрипка соло. Звук теплый, мясистый. Виртуозная партия будет быстрой, с четкими пассажами, без излишней романтической раскачки. Элементы в стиле Ванессы Мэй. Она перевела взгляд на мультиинструменталиста. — Ритм-секция в нашем стиле. Ударные — сэмплированный звук живых барабанов с характерной реверберацией больших залов. Малый барабан будет отдавать мощный и раскатистый звук. Возможно, добавим петли из сэмплов. Тот кивал, мотая на ус. — Бас-гитара, фендер-бас. Звук немного перегрузим для плотности, но в целом должен звучать мягко и мелодично. Она закурила, сделала паузу, выпустила дым. — Клавишные... Нужны тянущиеся, атмосферные струнные или хоровые пады. То самое знаменитое звучание M1подойдет. Возможно, стоит добавить чистый звук цифрового пианино слои к акустическому роялю. И эффекты: небольшие, звенящие цифровые арпеджио, чтобы подчеркнуть переходы. Музыканты молчали, переваривая. — Представьте, — продолжила девушка, прикрыв глаза, — мощный, чистый рояль играет главную тему. На проигрыше вступает скрипка с быстрыми виртуозными пассажами. Вся эта красота держится на крепком скелете из живых барабанов с большим ревером, упругой бас-гитары и атмосферных падов с рабочих станций. Звук панорамный, чистый, вылизанный — именно так я себе это представляю. Она обвела их взглядом. — В субботу будет выступление. Костюмы сошьем особые. Будет особый банкет. — Она сделала паузу. — И я тоже буду с вами репетировать. Сыграю партию, и вы подстроитесь, чтобы понять, что я имею в виду. На выступлении я буду тоже выступать. Музыканты слушают Елену с растущим восхищением. Когда она заканчивает, в глазах у них — чистый восторг.Первым отмирает пианист — мужчина лет пятидесяти, с длинными пальцами и седыми висками, которого все зовут просто Маэстро. — Фрау Вайс, — говорит он медленно, — вы только что описали аранжировку, о которой я мечтал последние лет десять. «Rock me Amadeus» в обработке для рояля и скрипки, с ритм-секцией нашего времени...Это же гениально! Скрипачка — молодая женщина с копной рыжих волос и безумными глазами — кивает. — Я слышу это! Уже слышу! Эти пассажи в стиле Ванессы Мэй, но с классической базой... Это будет бомба! Барабанщик, здоровенный детина с татуировками на руках, довольно скалится. — Реверберация, мощный малый барабан, живые петли... Фрау, вы наш человек! Бас-гитарист, самый молчаливый из всех, просто поднимает большой палец. Елена улыбается. — Я рада, что вам нравится. Тогда давайте не будем терять время. Ребята уже выносят инструменты. Репетируем сегодня, завтра и в пятницу. В субботу — выступление. — А костюмы? — спрашивает скрипачка. — Вы сказали, особые? — Да. Я закажу у своего портного. Для каждого — индивидуальный образ. Чтобы сочеталось с музыкой. Вы будете выглядеть как звёзды. Музыканты переглядываются с горящими глазами. — Фрау, мы готовы! — говорит Маэстро. — Ведите! Елена быстро тушит сигарету в пепельнице. Закатывает рукава рубашки до локтей — жест деловой, собранный. Пока музыканты рассаживаются, проверяют инструменты, она подходит к скрипке. Берет инструмент бережно, привычно. Смычок в руке ложится идеально. — Сначала на скрипке сыграю главную мелодию, — говорит она, поворачиваясь к ним. — Потом пересяду на рояль. Хочу, чтобы вы послушали чистый звук и поняли, что я имею в виду. Прижимает скрипку к плечу, головой чуть наклоняется к инструменту и начинает. Звук льётся по залу, чистый, пронзительный, совершенно неожиданный для этих стен. Елена играет быстро, уверенно, пальцы летают по грифу, смычок танцует. Это не просто исполнение — это заявление. Это та самая техника, которая через пару лет сделает Ванессу Мэй мировой звездой. Музыканты замирают. Маэстро, стоявший у рояля, садится на стул и просто слушает, открыв рот. Барабанщик забыл про палочки. Бас-гитарист прислонился к стене и закрыл глаза. Скрипачка — профессионалка, которая сама виртуозно играет — смотрит на Елену с благоговением.Когда Елена заканчивает, в зале повисает тишина. А потом — аплодисменты. От музыкантов, от персонала, который повыглядывал из коридоров, от официантов с тряпками в руках. — Фрау! — выдыхает скрипачка. — Это...это божественно! Где вы так научились? — В другой жизни, — улыбается Елена, опуская скрипку. — Ладно, теперь рояль. Она садится за инструмент, пробегает пальцами по клавишам, находит нужную тональность. Играет ту же тему — теперь на рояле. Медленнее, глубже, с богатой педализацией. Звук обволакивает, заполняет пространство.Закончив, она поворачивается к музыкантам. — Ну? Маэстро качает головой. — Фрау, я в вашем подчинении. Дирижируйте. Я сделаю всё, что скажете. Она смеётся и задумалась слегка. — На счет хора.... У меня есть несколько девушек с хорошими голосами. Можно добавить подпевки в припеве, на высоких нотах. Сделает звук объёмнее. — Отличная идея, — кивает скрипачка. — Можно даже разделить: одни поют тему, вторые подхватывают эхом. — Хорошая идея. Барабанщик поднимает руку. — Фрау, можно вопрос? Вы сами писали эту аранжировку? — Сама. Но это черновик. Будем репетировать — доделаем. — Гениально, — в шоке бормочет мужчина. Елена встаёт из-за рояля. — Ладно, приступаем. Показывайте, что умеете. Я послушаю, потом будем собирать. Музыканты занимают свои места. Репетиция начинается. Все начинают играть. Зал наполняется звуком — мощным, чистым, панорамным. Елена стоит с закрытыми глазами, носком туфли отбивает ритм, голова слегка покачивается в такт. — Хор не будет петь сами слова, — говорит девушка, не открывая глаз. — Только эхо, чтобы была глубина. Музыканты кивают, впитывают. — Итак, рояль вступает. Начинают заново. Рояль выводит главную тему — чисто, прозрачно, с богатой педализацией. — Скрипка! Скрипка подхватывает, вплетается, ведет свою партию. Елена берет микрофон, отдаляет ото рта, слушает. На припеве сама ведет мелодию голосом — не слова, просто напев, направляющий. Потом затихает. — Гитара и барабаны вступают сразу после припева и идут до конца. Инструменты послушно врываются в нужный момент. Звук набирает мощь. Кульминация приближается. — Только скрипка! Остальные затихают. Скрипка играет одна — виртуозно, страстно, на пределе. Близится конец кульминации. — Рояль! Рояль подключается, усиливая, обогащая. — Барабаны! Ударные врываются, добавляют мощи. — Через четыре бита включается гитара. Елена начинает напевать мелодию, отбивая рукой бит по роялю. Так идут до конца — слаженно, мощно, красиво. В финале она произносит в микрофон: — Amadeus! Выдыхает. Опускает микрофон. — Фух... — улыбается сама себе. — Но думаю, что с хором будет ещё лучше. Оглядывает зал, замечает Аяку, стоящую у барной стойки. — Аяка, иди сюда. Без дела стоишь. Подстраивайся под мой голос и просто напевай мелодию. Проститутка, стоявшая у барной стойки с бокалом шампанского, расплывается в довольной улыбке. Отставляет бокал, поправляет короткое платье и грациозно подходит к сцене. — Фрау, вы сегодня дирижёр? — мурлыкает она, поднимаясь на возвышение. — Сегодня я всё, — Елена улыбается, не оборачиваясь. — Вставай рядом, смотри на меня. Когда я начинаю напевать — ты подхватываешь на октаву выше, как эхо. Поняла? — Легко. Музыканты переглядываются — в глазах азарт. Такая работа им нравится. — Начинаем сначала! — командует Елена. — Рояль! Маэстро касается клавиш. Знакомая мелодия плывёт по залу. — Скрипка! Рыжая скрипачка вступает точно в ритм, пальцы летают по грифу. Елена слушает с закрытыми глазами, отбивая ритм носочком туфли. На припеве подносит микрофон к губам, напевает мелодию — не слова, просто вокализ, чистый, высокий. Аяка вступает следом — ровно на октаву выше, как эхо в горах. Их голоса переплетаются, создавая объём, глубину. — Гитара! Барабаны! Ритм-секция врывается мощно, с той самой реверберацией 90-х, о которой говорила Елена. Зал наполняется звуком.Кульминация приближается. — Только скрипка! Рыжая играет соло — быстро, виртуозно, до мурашек. — Рояль! Маэстро подхватывает. — Барабаны! Ударные взрываются. — Четыре бита — гитара! Бас-гитарист вступает ровно в такт. Елена и Аяка поют вместе — мелодию, чисто, сильно. В конце Елена произносит в микрофон, чуть хрипло: — Amadeus... Тишина. А потом — взрыв аплодисментов. Весь персонал, собравшийся в зале, хлопает стоя. Музыканты улыбаются, вытирая пот. Елена кладёт микрофон, поворачивается к Аяке. — Молодец. Быстро схватываешь. — Вы меня учили, фрау, — Аяка сияет. — Ладно, — Елена хлопает в ладоши. — Ещё раз, но уже с начала до конца. Без остановок. — Есть! — отвечают музыканты хором. Так продолжалось около двух часов. Репетиция шла своим чередом — музыканты играли, Елена дирижировала, правила, направляла. Остальной персонал занимался своими делами: официанты накрывали столы, бармены пополняли запасы. Бордель постепенно приводили к обычному рабочему дню. Охрана сидела за своими столиками и слушала. Внимательно, с интересом — такое не каждый день увидишь. Грегор, Клаус, Руди — все замерли, забыв про карты. Медсестры ходили туда-сюда, помогали сотрудникам, но то и дело останавливались, прислушиваясь к музыке. Новые работницы явно впечатлялись масштабом происходящего. Елена поймала взглядом еще одну проститутку, проходящую мимо, и кивком подозвала к себе. Та присоединилась к хору. Потом еще одну девушку. Потом двух парней. Хор разрастался, звучание становилось глубже, объемнее. На предпоследнем прогоне Елена отошла в сторону. Стояла с закрытыми глазами, просто слушала. Не дирижировала, не пела, не играла — только впитывала. На последний прогон взяла еще одну скрипку. Для большей акустики. Играла вместе со всеми, но уже не пела.  Две скрипки — Елена и рыжая скрипачка — ведут мелодию, переплетаясь, дополняя друг друга. Елена играет чуть свободнее, с той особой экспрессией, которая отличает настоящего музыканта от просто хорошего исполнителя. Она двигается в такт, покачивая бёдрами. Хор — Аяка, ещё две девушки и два парня — стоит полукругом за спинами музыкантов. Их голоса сплетаются в многоголосье, создавая ту самую глубину, о которой говорила Елена. Рояль, бас, барабаны — всё звучит идеально. В зале, помимо персонала, уже начинают появляться первые гости — те, кто приходит пораньше, чтобы выпить и насладиться атмосферой. Они замирают у входа, не решаясь пройти дальше, заворожённые музыкой. Охрана сидит за своими столиками, забыв про карты. Клаусс открытым ртом смотрит на сцену. Руди даже не пытается скрыть, что у него мурашки. Грегор, старый циник, незаметно вытирает уголок глаза. Медсёстры — Хельга и Грета — остановились в коридоре, прислушиваясь. Грета, кажется, впервые за день улыбается. Чан стоит у барной стойки, сложив руки на груди, и смотрит на свою хозяйку с гордостью. Сиэль...Сиэль сидит за столиком в углу, откуда видно всё. Смотрит только на неё. На то, как она играет, как двигается, как живёт музыкой. Последний аккорд. Тишина. И взрыв — аплодисменты, крики "браво", свист. Елена опускает скрипку, улыбается, кланяется. Музыканты встают, кланяются тоже. Хор смущённо улыбается. — В субботу, господа! — объявляет Елена в зал. — В субботу мы сыграем это для вас. А пока — наслаждайтесь вечером. Гости наконец проходят, рассаживаются, заказывают напитки. Музыканты собирают инструменты, обсуждая детали. Елена подходит к своему столику, где уже ждёт Сиэль. — Ну? — спрашивает она, тяжело дыша после двух часов игры. — Как тебе? Он смотрит на неё — на разгорячённое лицо, на выбившуюся прядь, на счастливые глаза. — Ты гений, — говорит он просто. — Абсолютный гений. Она смеётся, берёт его бокал с вином и делает глоток. — Спасибо. Я знаю. Локация: Общий зал «L'Ombra» Время: 18:27 Репетиция закончилась. Музыканты расходились, убирали инструменты, тихо переговаривались. Хор растворился среди персонала, возвращаясь к своим обычным делам. В зале снова запахло кофе и приближающимся вечером. Елена подозвала Грегора взглядом. Тот подошел мгновенно. — Приведи портного, — сказала она, поправляя закатанные рукава. — Пусть снимет мерки с музыкантов. Костюмы для них сошью. И для меня тоже. Грегор кивнул, запоминая. — За пару дней должны сделать. Выплати ему в два раза больше. Пусть работают ночью и днем, но чтоб к субботе было готово. — Она сделала паузу, обдумывая детали. — Костюмы экстравагантные и дерзкие. У девушек глубокие декольте, мужчины во фраках. Грегор снова кивнул и бесшумно удалился выполнять поручение.  Елена проводила его взглядом, потом повернулась к Сиэлю.  — Надо выпить «Закат над Веной», — сказала она и подмигнула ему. — Небольшая передышка от медицинских терминов. Сиэль смотрит на неё с той особой улыбкой, которая появляется, когда она позволяет себе расслабиться. — «Закат над Веной», — повторяет он. — Томас будет счастлив, что его коктейль снова в почёте. — Он гениальный бармен. Пусть привыкает к славе. Елена откидывается на спинку стула, закидывает ногу на ногу. Костюм слегка помят после репетиции, волосы растрепались, но она всё равно выглядит королевой. — Тяжёлый день, — говорит она скорее себе, чем ему. — Сначала исследования, потом психиатр, потом музыка... Я как белка в колесе. — Но тебе это нравится. — Правда? — она поднимает бровь. — Правда. Когда ты играла, у тебя было лицо...другое. Счастливое. Девушка смотрит на него долго. Потом уголок губ приподнимается. — Ты наблюдательный. — Работа такая. — Ага, конечно. Томас подносит два высоких бокала с оранжево-красным коктейлем. Глаза гордые. — «Закат над Веной», фрау. Для вас и для... — он запинается, не зная, как назвать Сиэля. — Для моего помощника, — заканчивает Елена. — Спасибо, Томас. Ты гений. Томас краснеет и исчезает. Они чокаются. Пьют. — Хорошо, — выдыхает Елена. — Жить можно. Сиэль смотрит на неё поверх бокала. — Можно, — соглашается он. В зале играет музыка. Гости прибывают. Вечер начинается.А они сидят вдвоём, пьют коктейли и молчат. Это молчание — лучше любых слов.