Глава 1. Хаффлпаффская ответственность

«Ах, как бы было прекрасно учиться в престижном университете Англии, переехать туда из своей глухой тайги. По утрам пить традиционный чай, вежливо здороваться с соседями и знакомыми, заводить почти неважные разговоры о погоде. Гулять по паркам, изучать и впитывать старинную архитектуру. Постить на страничке эстетичные фотки из кафешек, бутиков. Да что угодно, зачем в Туманный Альбион стремятся девочки, наивно ждущие своего принца, желательно — известного актёра или обаятельного миллионера, а лучше — всё вместе… Откровенно говоря, сейчас, я самолично готова проклясть и эту эстетичную Лондонскую жизнь, и босса — известного-актёра-обаятельного-миллионера, и обучение в престижном учебном заведении, за которое, в принципе, отвалила неплохое состояние. А всё по причине жуткого недосыпа и грандиозной усталости…» Наверное, в какой-то момент Тесс уже понимала, что буквально через часа два непрерывной работы она сможет без труда переплавиться в улучшенную версию Терминатора. Мысли в голове переплетались в клубок и грозились обрушиться цунами, если девушка не даст себе перерыв на отдых. Однокурсники даже не старались завести диалог, отсутствие результата было видно невооруженным глазом. Лучше и не скажешь. Простого описания Тесс не хватит, чтобы понять, что это за человек, зато картина, заставшая студентов на паре высшей математики, точно повлияет на восприятие девушки окружением. Да ну, какой студент не выглядит так: темные круги под глазами, которые тоналка уже не в силах закрасить, нервозность, рассеянность. Но точно не сейчас. Тесс — бледная, как угрюмый гробовщик, вся усыпанная веснушками, что контрастируют с кожей. Длинные каштановые волосы, что обычно спадают на плечи аккуратными тяжелыми кудрями, уже последние дня три не были расчесаны, а потому забраны в высокий пучок. Пальцы с искусанной кожей по краям крупно дрожат, набирая крайне сухой и замысловатый текст договора, по которому сейчас дедлайн. Радужка глаз просто сливается со зрачком, из-за чего складывается впечатление, что девушка находится под действием какого-то препарата. Также она параллельно одной рукой записывает едва ли решаемое выражение, что сейчас у доски объясняет преподаватель. «Да, и?» — сказал бы Цезарь, занятый не одним делом сразу. Но, видимо, ему придёстя просто молчать в тряпочку и наблюдать, как не шибко смышленая в обычной жизни Тесс, не долго думая, выводит ответ задания, над которым сейчас вместе со студентами ломает голову и преподаватель. Как она просматривает стопку документов и на их основе составляет договор на ноутбуке. Как дрожащими пальцами набирает ответное сообщение брату и незаметно, спрятавшись за экраном, откусывает очередной кусок глазированного пончика. Она уже достаточно давно отключила связь с внешним миром и автономно функционировала, не давая себе отвлечься. И уравнение не вызвало затруднений, хотя таблицу умножения она забыла ещё в восьмом классе русской школы, и документы, изобилующие сложными профессиональными английскими терминами, вырастали в геометрической прогрессии, а пончик… Просто был не первым по счёту за последнее время. Создав себе стену из учебников, тетрадей, ноутбука и стопок документов, Тесс спряталась, поглядывая на часы над учительским столом. Ещё как минимум половина пары в её распоряжении. Сокурсница застенчиво подкладывает ей горсть карамельных леденцов за пенал и возвращается к наблюдению за преподавателем. Сама в математике не смыслила от слова совсем, зато Тесс ещё с прошлого года согласилась разбирать с ней темы, они сидели за уравнениями на больших переменах, обедах и через видеозвонки. Тесс понимала и могла объяснить, чем достаточно быстро заслужила внимание женской части коллектива. Она, являясь натурой крайне терпеливой, могла разжевать тему до такого состояния, что дошкольник обработает информацию и даст решение на университетские задания. А сладости становились символичной платой за помощь, так к концу недели Тесс возвращалась домой с набором шоколадных плиток. Она чуть улыбнулась сокурснице и продолжила разбирать документы. Тесс редко когда откладывала дела на потом, да определённый процент лени порой преобладает над ней, но если дело касается официальной работы, то поручения приводятся в жизнь при их поступлении. И этот раз не исключение, долги по этому проекту милые коллеги аккуратно сбросили на девушку и слились в закат. Непосредственно человек, которому это поручили, тянул кота за яйца до последнего и под шумок уволился, устроившись в другую компанию. Проект же перешел на Тесс, как на стажера, с которого сильно не спросят и не многим пригрозят. Здесь в ней проснулась поистине хаффлпаффская ответственность и не отпускала уже третьи сутки подряд. АТФ в крови ушёл в минус ещё 8 часов назад, так что и энергию организму брать особо не откуда. Энергетики престали спасать уже вчера вечером, да и короткий сон не приносил особого эффекта. Сейчас же Тесс заканчивала проект чисто по инерции. До открытия второго дыхания было ещё рановато, совещание по этому проекту будет сегодня ближе к концу рабочего дня. И на эту надежду Тесс делала ставки. Тем временем по университету пронёсся звонок, означающий окончание пары. Тесс, не теряя времени, собрала тетради и книги в портфель, а ноутбук и документы в компьютерную сумку. Из аудитории она вышла одна из первых, на ходу прощаясь с однокурсниками и знакомыми. На парковке у здания университета она озиралась в поисках знакомого автомобиля. Девушка никогда не могла просто запомнить соответствие марки и машины, они делились по критериям на красивые и «я бы не села». Что в автосалоне вызвало у брата дикий смех, когда они вместе покупали машину. Ну ещё бы, он долго передразнивал её фразочками из разряда: «а у этой машинки слишком злое выражение лица», «тут фиговый салон, жопа будет отпечатываться» или «смотри, я на прошлой неделе делала ногти такого же цвета». Нужный автомобиль она нашла, лишь когда брат сам вышел. Опираясь на капот, он с добродушной улыбкой наблюдал за младшей сестрой, пробирающейся через ряды машин и других студентов. Кто-то из девушек заинтересованно оглядывался на него, и он подмигивал в ответ. Вполне логично, в их университете, входящем в топ лучших мира, можно было разыскать красивых парней, правда почти у каждого была какая-то неудобная черта. То слишком самовлюблённый, горделивый и понторез, то наоборот погружен в учёбу, карьеру, спорт, что об отношениях и не задумывается. Да и все милые парни заняты при жуткой конкуренции. А наличие у студентки «очень даже ничего», как однажды выразилась знакомая, брата могло давать некие надежды. Хотя сама Тесс понимала, что надежды эти были ложные, ведь ни на что, кроме сестры и работы, он не обращает внимания. Видеть брата с новой причёской было непривычно. Она, видимо, настолько заработалась, что не заметила. Он полностью осветлил бывшие раньше такими же каштановыми и немного кудрявыми, как у Тесс, волосы до пепельно-серого и существенно укоротил длину. Не сильно он походил на моделей с обложек, но черты лица были правильными и очень приятными, а чисто-голубые глаза цепляли. Веснушек, как у сестры, у него уже давно не было, последние растерял лет в 12, Тесс шутила, что будто он свою часть ей отдал, та половину года ходила усыпанная «солнечными поцелуями». Высоченный, в меру спортивный, опрятный и заботливый — чем не мечта, удивлялась девушка, как ей только повезло с братом. Сама на его фоне она становилась похожа на садового гнома — мелкая и толстенькая. На голову с лишним ниже, в бёдрах и талии заметно шире, со «сдобными» щёчками и частенько взрывным характером. Тот, каждый раз глядя на её комплексы и загоны, ни разу их не опроверг, зато затопил комплиментами. Друзья бы сказали «каблук», а Тесс сидит пунцовая с неисчезающей улыбкой, чем не счастье для брата? Да и друзья, все, что были, остались в другой стране. Здесь, как-то и времени на них не осталось. Он в знак приветствия обнял Тесс, та пробурчала что-то на подобии «утром виделись», и открыл переднюю дверцу нового Лексуса, или как назвала сестра при покупке — «красивая, белая, я хочу её». Автомобилю всего несколько недель, но Тесс нашла ему достаточно разных применений, например, в багажнике лежали несколько коробок с обувью на все случаи и настроения, в бардачке покоилась часть косметики, а на заднем сидении она складывала сумки и рюкзаки. Всё для удобства — как пояснила девушка. Тесс запрыгнула на бежевое кожаное сидение и с тяжёлым вздохом расплылась в уставшей улыбке. — Ты всё же смогла осилить это проект? Надеюсь твои коллеги подавятся пятичасовым чаем, — ободряюще сказал брат на родном и привычном русском языке, захлопывая за ней дверцу и обходя машину. — Если не подавятся, я поспособствую! — пообещала Тесс, разминая шею и руки от накопленной усталости, — Честно, думала подохну прям в аудитории. Бумажная волокита — самое ужасное, что есть в бизнесе… — Здесь соглашусь, — он выкрутил руль и стал объезжать парковку, — Может тебя немного порадует кофе? — жестом указал на большой стакан в подставке между ними, рядом стояла нетронутая упаковка булочек с кремом. — Ты решил перевести меня на сахарную диету или довести до диабета? — ухмыльнулась Тесс, отпивая из стакана и мурча с удовольствием, — Мой любимый, с коньяком! Ты ещё и спаиваешь меня перед совещанием? — Не удержался, — улыбнулся брат, — Клятвенно обещаю, что ближайшие дни кормить буду овощами и кашами. А пока, съешь булочку и будь доброй конфеткой. Как по мне, так спокойнее, чем с уставшей гарпией. — Тео, я пока не разобралась, ты вроде сильно заботливый, но старательно отгоняешь от меня потенциальных женихов? Или тебе просто вид кушающей меня нравится? — Загадочная братская логика, тебе никогда не понять, — туманно ответил парень и после небольшой паузы продолжил, — Ешь, любуйся городом, можешь отдохнуть — времени достаточно. — Я бы с радостью отдохнула, но выгляжу, будто не работаю в фармацевтической компании, а бомжую у филиала, — она откусила булочку и начала искать косметичку в рабочей сумке. Она значительно отличалась от остального стиля Тесс. На учёбе её можно увидеть в ярких цветастых юбках и толстовках, с милыми пеналами в виде кондитерских изделий, синим рюкзаком с «жопками корги», необычными кроссовками и много чем ещё. В другие места она частенько выходила в аккуратных неброских платьях приглушённых тонов с одноцветными аксесуарами. Но вот для работы были строгие костюмы, брюки, платья и среднего размера лакированные сумочки. Её фаворитом из этой коллекции была хвойно-зелёная сумка-купол с короткими ручками, золотистой цепью-ремнём и, совсем не взрослым, сиреневым брелком пушистиком. Тесс привезла её с собой из России в числе тех немногих вещей, что они с братом вообще взяли. И до переезда она пару лет использовалась ею в старших классах. На удивление, сумка не потеряла свой первоначальный вид, чем ещё больше полюбилась девушке, а её функциональность могла сравниться с волшебным клатчем Гермионы. И сейчас она вытаскивала из неё расчёску и круглое зеркальце. Не раз ей попадалась мысль, как романтичны сами поездки по Лондону. Несравненно чарующие своей простотой и элегантностью дома, отсутствие высоток и новостроек. Своя иная культура, атмосфера. Прибранные лужайки и чистые дороги, к чему они с братом долго привыкали. Одним предложением — «Лондон из зе кэпитал оф грейт Британ!». Лёгкий макияж оказался в сущности своей просто замазыванием синяков под глазами, а из гнезда перепёлки на голове вышла простая, но опрятная укладка. По дороге Тесс попросила Тео припарковаться ненадолго, чтобы она перелезла на заднее сидение, где лежало сложенное темно-синее офисное платье, более подходящее для стажировки, чем джинсы и розовая кофта. — Ты даже его погладил?! — пребывая в легком приступе смущения заботой, — Ща расплачусь… — Не стоит, — предупредил её брат, — Я видел, в каком состоянии ты была последние дни. Мне не сложно, тебе приятно. Переодевайся спокойно, мы приедем вовремя, — он поправил зеркало заднего вида, углядев улыбку сестры, и выпил немного её кофе. — Слушай, может на выходных на море слетаем? Я бы поплавала с удовольствием… — В моих планах было не будить тебя до понедельника. — А сам чем займёшься? У тебя ведь не было такой бурной недели? — Дела найдутся всегда. Хотел на днях вещи с переезда разобрать, там барахла много, можно просто уборку затеять. Да и бумажной работы всегда хватает, не только же тебе с документиками возиться. — Если я высплюсь за субботу, то обязательно помогу тебе, — пообещала Тесс. — Даже не думай! Ни к чему тебя не подпущу, — лёгкая угроза в голосе крепко переплеталась с заботой, — Спать будешь, как миленькая. — Знаешь, до этого ещё нужно пережить совещание. Директор, вроде, понимающий человек, но при этом так вытрахивает людей в конце недели, что из зала все выходят, будто он каждого по кругу пустил. — Да ну, а с виду милый и доброжелательный, — удивился Теодор. — Он и правда такой, но это не мешает ему ебать людей на совещаниях, — без особых эмоций Тесс вспоминала те мероприятия, на которых лично удалось побывать, — Незабываемое зрелище… — Я бы глянул, ты его так описываешь, что прям интересно становится. — Одной разорванной задницы в нашей семье хватает, — пробурчала девушка, слегка усмехнувшись, — Рви свою где-нибудь, но не на моей стажировке. — Понял, принял. Тебя сегодня во сколько забрать? — Я позвоню, думаю, эта оргия затянется надолго, — вдали улицы показалось здание компании, где стажировалась Тесс, оно ничем не выделялось на фоне обычных английских домов, — Припаркуйся здесь, я пешком дойду. Девушка вылезла из машины, забирая с собой зелёную и компьютерную сумки, брат пожелал ей удачи на прощание. Кеды она поменяла на серые туфли на толстом каблуке и поспешила в офис. Снаружи здание выглядело массивным и приземистым, но изнутри лёким и просторным за счёт наличия стеклянных дверей, белых и серых стен, потолков, элементов мебели. Поднимаясь на свой этаж она успела поздороваться с коллегой. Собственное рабочее место давало смешанные чувства. С одной стороны это личное пространство и отсутствие кого бы то ни было в комнате, с другой — стеклянные стены, что помогало почувствовать себя в клетке или на витрине. В любом случае, там было достаточно дел, чтобы не так заострять внимание на дизайне. Стол за время отсутствия Тесс пополнился новыми документами, папками. Дверь в её кабинет почти всегда была не заперта, потому коллеги приносили бумаги довольно часто. К ней же приносили и пробники готовой продукции. Компания уже достаточно давно специализируется на производстве медикаментов и лечебно-косметических средств, но за последний год было принято решение расширяться и взяться за отрасли космецевтики и парфюмерии. Быть новичками на этих рынках крайне тяжело без начального капитала и хороших связей. И если с капиталом не возникло особых трудностей, так как прибыль с основных частей компании шла на новшества для развития, то отсутствие знакомств с иностранными партнёрами удручало. При том, что проект, неожиданно свалившийся на Тесс, никак не относился к новым областям компании, на девушку повесили организацию переговоров с возможными бизнес-партнёрами и их поиск. Легкое удивление на лице девятнадцатилетней иностранки, что в Англии от силы два года живёт, надо было просто представлять, так как и начальник, и коллеги увидели только повседневную безэмоциональную мину, которую запомнили, как личную черту «угрюмой русской». Здесь выручил уже брат, он знал людей с обширными связями и предоставил сестре возможность лично познакомиться с ними. Все встречи проходили в ненавязчивой обстановке, например, в баре. Знакомства с возможными бизнес-партнёрами дались вежливой иностранке не без труда, но связи налажены и дальнейшие деловые переговоры назначены. Сейчас на её столе лежали несколько коробок с логотипом компании: набор туалетной воды и линейка кремов. Пробовать или проверять их не было никакого желания у измотанной девушки, поэтому она принялась за работу. Распечатывала то, что написала сегодня, и копировала прошлые файлы. Стикеры, приклеенные к компьютеру, столу, подставкам для бумаг, потихоньку исчезали за ненадобностью. Пару раз заходили сотрудники с других этажей, приносили свои проекты и месячные отчёты. Кто-то просил документы за прошлый месяц или расписание ближайших мероприятий. Чем меньше времени оставалось до совещания, тем чаще открывалась дверь в кабинет секретаря. В чётких пропорциях это сохранялось более двух часов. «Да, под конец месяца офис превращается в термитник при нашествии муравьеда. Все носятся туда-сюда и…» — Мисс Морс, зайдите в мой кабинет. И принесите чай, — послышалось из динамика стационарного телефона. «А вот и главный муравьед. Я бы даже сказала — Муравьедище…» Тесс направилась на кухню этажом выше и принялась заваривать напиток для начальника. Зачем она потребовалась раньше собрания, девушка не имела понятия. Понюхав упаковку индийского чая, Тесс скривилась и поспешно убрала её в ящик. Усталость, бессонница с резкими запахами не сочетается. На самом деле, ни с какими запахами вообще. Отвращение вызывало буквально всё. Не хотелось, не то что на ковёр к генеральному директору, видеть никого не хотелось. Девушка всё ещё лелеяла мечту о мягкой кроватке и тишине. А пока просто стояла посреди белой кухни и скучающе глядела в окно. Настаивание чая заняло чуть больше времени, возможно потому, что Тесс несколько минут смотрела и на кружку пустым взглядом, перекатывала её в руках. Ещё было желание сесть на пол и пореветь ни с того ни с сего. «Я просто устала» — уговаривала она себя, заставляя двигаться дальше. Идя по коридору с большой керамической чашкой, Тесс задумалась, что взять для начальника кружку нестандартного размера — было прекрасным решением. Объем в пару раз больше — таскать чай в пару раз реже. Она постучалась в дверь с инициалами директора и вошла, прикрывая её за собой. — Здравствуйте, мистер Хиддлстон, — она отодвинула бумаги и аккуратно поставила чашку, — Как Ваш день? — буквально с этих слов всегда начинался их диалог. — Прекрасно, — дежурно ответил мужчина, — Ваш как, мисс Морс? — Прекрасно, — если прислушаться, то можно уловить слово «отвратительно», сказанное громко, но в мыслях. На работе Тесс не могла себя заставить проявить хоть малейшую эмоцию радости, потому даже вежливой улыбки не было, зато хмуриться и кривиться вошло в частную привычку, — У Вас какое-то дело ко мне? — Да, насколько помню, на прошлом совещании я поручил Вам связаться с шотландской компанией экспорта для предложения им сотрудничества. Прошло две с лишним недели, у Вас есть результаты? — видно, что и сам директор был не в духе, это было в манере речи, тональности голоса и позе. Его целью было начать вымещать недовольство и отругивать сотрудников ещё до начала «плановой оргии». «Да, и у этого серьёзного человечка тоже тяжёлая пятница» — Есть, — устало выдохнула она, — пожалуйста, ознакомьтесь, — отправила ему на компьютер электронную версию документа, — Договор подписан, условия для Вашей компании крайне благоприятные. — Но… — он был удивлён, достаточно, ведь зная конкретно этого партнёра, на слишком хорошие условия можно было не надеяться. Но у большинства предпринимателей просто не было выхода, тот на своей территории и в своей сфере был монополистом, правила же устанавливал сложные, — …Вы заключили договор, не оповестив меня, своего непосредственного начальника. Как Вы оправдаете эту вольность? «Вам настолько не к чему прикопаться? Вы ещё заставьте пояснить за шмот… В следующий раз слабительного насыплю, чтобы поспокойнее был… И ведь нашёл к чему придраться, я этот контракт буквально голыми руками из рыжего ублюдка выбивала, маникюр жалко. Такой в Англии не сделают, снова нужно ждать поездки в Россию…» — Насколько Вы помните, — после паузы начала девушка, наступая на его собственную фразу, — все аспекты и условия мы до мелочей обсудили ещё на совещании. Я посчитала, что нет необходимости сообщать Вам, тем более Вы сейчас заняты другими проектами. Такой удобной сделки я добилась всего пару дней назад… — Чем, мисс, Вы были заняты настолько, что не удосужились сообщить мне от этом пару дней назад? — Проектом, сэр, — пояснила Тесс и с усилием подавила зевок. — Я не назначал Вам никаких проектов, — критично возразил мистер Хиддлстон. — Вы назначили проект о медтехнике четвертому отделу. Оттуда один уволился, половина ушла в отпуск, остальные на больничный… Задание перешло мне. Воцарилось молчание. Один думал об ухудшившейся дисциплине в коллективе, если официальные требования перекидывают на стажёра. Другая дала себе время поспать с открытыми глазами и стоя. Директор, наконец, приступил к чаю, начавшему остывать. — И, Вы его сделали? — с сомнением посмотрел на рассеянную девушку. — Я его сделала, — у Тесс дернулся глаз, — Мне сейчас принести? — Нет, оставьте на совещание… — после чего задумчиво спросил, — А Вы правда сделали проект целого отдела самостоятельно? — Прошу прощения, Вы сомневаетесь в моих способностях? «Если это камень в мой огород по поводу пола и возраста, то без слабительного он не останется…» — Нисколько, просто мне не понятны Ваши мотивы. Вы могли бы отказаться от проекта… — Возможно, моим мотивом является желание остаться в Вашей компании и после окончания стажировки. — Что ж, когда заканчивается Ваша стажировка? — Полагаю, через месяц. — Поздравляю, — устало проговорил мистер Хиддлстон, — она только что закончилась, Вы официально приняты на работу. — Благодарю, — ни капли радости не отразилось во взгляде Тесс. Зато это компенсировали эмоциональные мысли. «ДА! Да! Жрите дерьмо, ублюдки! Я получила эту работу. Обдрищитесь от зависти, хейтеры хреновы! Хотя, чего я так рада? Прекрасно же знала, что рано или поздно получу её. Я слишком хороша, чтобы облажаться. Не зря же задницу рвала в самом начале…» Ещё несколько минут прошли в зыбучем молчании. Директор задумчиво смотрел на рабочий стол и пил чай, Тесс продолжала неподвижно стоять посреди кабинета. Мистер Хиддлстон вскоре достал из ящика несколько листов документов и предложил на подпись девушке. Она взяла бумаги, присела на гостевой стул напротив начальника и начала просматривать текст договора. Тесс и раньше его видела, для стажировки подписывала аналогичный. Там стандартные обязательства, требования, неразглашение информации о компании и как отдельный пункт неразглашение личной информации о самом Хиддлстоне. «Вполне логично. Откуда им знать, какой материал я смогу нарыть на известного актёра, а после продать прессе… А я могу. Но не стану… Я ведь теперь «примерный сотрудник», который не станет мочить репутацию начальства.» Вроде мелкие пунктики о пожизненном рабстве и крепостном праве отсутствовали, что, в принципе, было ожидаемо. Тесс заполнила графы на листах и поставила небольшую округлую подпись с завитками и петельками. Мистер Хиддлстон мельком глянул на документы и убрал обратно в ящик. — Пойдёмте, мисс Морс, пора начинать совещание, — мужчина поднялся из кресла и, захватив свои папки, приоткрыл перед девушкой дверь. Он направился прямиком в стеклянный зал, а Тесс пришлось вернуться за обещанным проектом. В ближайшие пять минут помещение наполнялось людьми. Здесь Тесс знала уже всех, присутствовала на подобном мероприятии несколько раз, но на правах девочки на побегушках. «Чисто формально, теперь я официально девочка на побегушках. Документики принеси, чаёк завари, с деловыми дяденьками созвонись, горку бумажек разбери. Просто теперь больше обязанностей и ответственности…» Директора разных областей приступили к чтению отчётов и сводке новостей. Мистер Хиддлстон сверялся с документами и прогнозами, изредка кивал. В общей сложности десяток человек сейчас находились в зале. Тесс нашла себе место в дальнем углу стола, рядом с директором по IT и главным бухгалтером, и откровенно скучала. Ей не было смысла слушать доклады, она лично читала почти все из них. Её нахождение на каждом совещании не имело чёткого смысла, видимо их целью было скорое понимание дел компании. Правда, сегодня Тесс скорей всего придётся представить проект четвёртого отдела, или «отдела мудаков», как окрестила их девушка. Первые полчаса совещания прошли вяло и муторно, но после начался разбор полётов. Мистер Хиддлстон, конечно, пока и в половину не разошёлся, как это произошло в прошлый раз. Эмоционально напряжённое перечисление косяков каждого отдела, кто опоздал с заключением договора, кто неверно спрогнозировал. Кому-то влетело за «отдел мудаков», чему Тесс была крайне рада. У неё ещё будет время позлорадствовать, когда те вернутся на работу. Усталость не отступала, это было видно по всем собравшимся. Тесс просто уговаривала себя дотерпеть до окончания и не грохнуться в обморок. По прошествии часа с начала совещания началось и то веселье, что девушка описывала брату. От начальника можно было услышать выражения, что в повседневной жизни этот вежливый человек не употребит. Директора краснели, бледнели и злились в ответ. Тесс же теперь боролась ещё и с желание улыбнуться на особенно удавшихся фразах. В один момент её осенило, что она забыла попросить брата сходить в магазин. Она подозревала, что если он не пойдёт в пятницу вечером, то все выходные они туда не выберутся. Да и как только Теодор приедет за ней на работу, она захочет поскорее очутиться дома. Понимала, что пользоваться телефоном, тем более писать личные сообщения, на деловых мероприятиях не принято. Но на неё внимание уже и не обращали, можно было попробовать незаметно. Она достала из кармана платья второй телефон. Один был чётко рабочий, там номера коллег и партнёров, копии документов, корпоративные чаты и сводки, ни весёлых селфи, ни музыки. Пришлось специально покупать новую модель, чтобы не чувствовать себя неудобно в компании серьёзных людей. А личный ей подарили ещё в России, там было огромное количество фотографий, потерю которых Тесс вряд ли пережила бы нормально. Он в нежно-розовом чехле с миниатюрной подвеской в виде звёздочек. Все номера в телефонной книжке подписаны весёлыми или чересчур милыми прозвищами. Спрятав руку с телефоном за соседом, она принялась набирать текст.

ТессЕРАКТ: Помидоры, Миндаль, Овсяное печенье. Они мне ппц как нужны 19:23

mein Prinz Достану и отвоюю всё, что ты захочешь! Я после сразу к тебе поеду Как себя чувствуешь? Ты там держишься? 19:25

ТессЕРАКТ: Ты вынесешь из здания мой хладный труп… Эти маразматики мусолят одну и ту же тему 19:28

mein Prinz Я верю в тебя, пупс! Умри с улыбкой на лице… И утащи с собой в ад как можно больше народу 19:30

ТессЕРАКТ: Я постараюсь… )) 19:31

Тесс вернулась к выслушиванию встречных недовольств управляющих компании. Она считала, что в этом кабинете не хватало женской части коллектива. Будь в составе директоров чуть больше женщин, чем 0, возможность мирного и спокойного разрешения конфликтов бы вероятно поднялась. Змеиная канава — это тоже не есть хорошо, но если не брести из крайности в крайность, то найти удобное соотношение в коллективе возможно. Хотя, с практической стороны это сложно, нанимать в управляющий персонал женщин рискованно. Особенно искать молодые кадры — когда директором является кумир миллионов, в основном девушек, не все станут думать только о работе. Вот же веселье мистеру Хиддлстону, его хочет большая часть женского персонала компании. Про мужскую часть Тесс не узнавала. Совещание всё затягивалось, и стрелки часов пересекли отметку 8. Девушка оперлась на спинку кресла и из последних сил удерживала глаза открытыми. Голова будто налилась свинцом и грозилась упасть, утянув за собой и Тесс. Голоса стали простым жужжанием на фоне, она давно утратила нить разговора. Её не трогали — уже счастье. Грань между сном и бодрствованием исчезала, и сон казался невероятно привлекательным, таким близким, будто достаточно просто выпрямить пальцы. В какой-то момент Тесс точно стукнуло током, она дёрнулась и испуганно вздохнула. Вокруг тишина, нет монотонных переговоров, да и вообще зал совещаний пуст. Она оглянулась, рядом стоял мистер Хиддлстон и что-то говорил. Уловить смысл сказанного пока не удавалось, девушка будто самого смысла простых слов не помнила. — Мисс Морс, Вам нездоровится? — первый вопрос, слова которого она разобрала. — Да… Я… Просто устала, — пробормотала Тесс, — Всё в порядке, — заверила, вставая с кресла. — Заметно, Вы уснули на совещании, — как факт выдал мужчина. — Приношу свои извинения. А как долго? — Минут 15, не больше. — Ясно… — Тесс собрала свои бумаги и медленно вышла из кабинета, — Думаю, эта рабочая неделя окончена. — Согласен с Вами, — ответил он. Из здания они вышли вместе, в офисе никого уже не сталось, кроме ночного охранника. Вечерняя улица оживала, из кафешек и пабов слышались разговоры и возгласы. Кто-то просто гулял с друзьями вдоль шоссе. Машина брата стояла с другой стороны дороги, сам он вылез, завидев Тесс. — Мистер Хиддлстон, Вы как поедете домой? — поинтересовалась из вежливости девушка. — Вызову такси. До свидания, мисс Морс, Вас уже ждут. — До понедельника, хороших Вам выходных, — она моментально изменилась в лице и с улыбкой направилась к брату. Чуть ли не переходя на бег, даже на каблуках. Он забрал у сестры сумки, открыл дверь машины, чтобы та села, и положил вещи на заднее сидение. Когда вернулся на водительское сидение, Тесс нежилась на мягком сидении, удобней устраиваясь. Тео завел машину, и они поехали, оставляя позади здание компании и директора. — Меня повысили, — сообщила девушка, прислонив голову к стеклу. — Теперь ты старшая кофеноска? — ухмыльнулся Теодор. — Лучше — главная секретутка! — выдавила она из себя, улыбаясь в ответ. — С таким боссом и секретуткой быть не стрёмно. — Зато как выматывающе. Представляешь, я на совещании уснула. — Поэтому и повысили? В шоу бизнес попадают через постель, а ты через стол… — Согласись, чем не достижение? Он меня, кстати, разбудил только после окончания совещания. — Да, я заметил. Все ваши серьёзные дядьки заметно раньше ушли, — в ответ девушка хмыкнула. — Пофиг, зато я поспала. А как твой день? — Ничего особенного, но на выходных точно позвонят. В клубе частная тусовка запланирована, а в баре просто пятницы дни происшествий. — Выходит, что кофейня у тебя самая спокойная. — Выходит, да. Ты всё ещё хочешь на море? — спросил он, вспоминая дневное желание сестры. — Знаешь, кровать меня вполне устроит. Остальная часть поездки прошла в приятной тишине. Около трёхэтажного двухподъездного дома Теодор оставил машину. Тесс вылезла на прохладную улицу, это так напоминало, когда они с отцом ездили куда-то в магазин. Она почти всегда засыпала на обратном пути, и настолько не хотелось вылезать из тёплого салона, что она была готова остаться там на ночь. Сейчас атмосфера была в разы приятней, но воспоминания о детстве не оставляли. Из-за машины вышел брат с сумками, пакетами и рюкзаком, ключи от квартиры тоже у него. — Ген, а давая я понесу чемодан, а ты понесёшь меня? — промолвила она. — Чебурашка, эти 10 метров ты осилишь и, на, — он выудил из кармана связку ключей, — открывай, у меня руки заняты. Они поднялись на второй этаж, и Тесс отперла дверь. Не наклоняясь, скинула туфли и, пройдя несколько шагов, грохнулась на постель. Брат чем-то шебуршил в прихожей, разбирал вещи, после чего вошел в свою комнату, где разместилась сестра. — Может хоть платье снимешь? В нём спать неудобно, — попросил Тео, сам переодеваясь в домашнюю одежду. — Да пофиг уже, — пробормотала девушка, — Я сплю… Теодор на это вздохнул и решил, что если и оставаться в своей кровати, то только с правильно уложенной спать сестрой. Он расстегнул на ней пояс и вытянул, скручивая и укладывая на полку шкафа. Платье стягивал и просил поднять ручки. Лифчик в который раз назвал «адской пыткой», но сумел разобраться с крючками. Натягивание на Тесс своей футболки было отдельным мучением. Он прекрасно помнил, как в детстве ему приходилось нянчиться с ней, сейчас это мало чем отличалось. Заделав ей волосы в домашний пучок, знает, что сестра не любит спать с распущенными волосами, он принялся влажными салфетками стирать тональный крем с лица. — Ну, разве я не великолепный брат? — хвастался он белому коту, что забрёл в комнату, посмотреть на нарушителей его покоя, — Смотри, как вам со мной повезло. — Да-да, — вяло протянула Тесс, выпутываясь из одеяла, которым накрыл Теодор. — Ну ты и зараза, — ответил он, несильно шлёпнув по ляжке сестры. Та на это тихо засмеялась и перевернулась на бок. Тео прошелся по квартире и выключил свет. Тоже завалился на кровать и позвал кота. Белый комок шерсти фыркнул и остался на облюбованном стуле. Ну и ладно, решил парень. Тесс ещё возилась, выбираю более удобную позу, Тео приобнял её, и комната погрузилась в сон.