Визит второй

Пока Штольман обсуждал с месье Эжени какое-то мелкое дело о краже, Анна решила попробовать вызвать дух Коринн Клермон. Она поднялась в маленькую гостиную, где они завтракали, по дороге с восторгом вспоминая произошедшее в кабинете. Какое же счастье, когда можно быть смешной, или грустной, или страстной, или застенчивой вместе с Яковом! Он был такой взъерошенный на этом диване, такой изумлённый, что казался не взрослым мужчиной, а мальчишкой, пойманным врасплох! Как же он ей нравился! Снова хихикнув девушка подавила желание вернуться вниз и убедить-таки Штольмана, что опасно быть таким проницательным, когда она рядом. Закрыв дверь в гостиную, Анна села за стол и, настроившись, произнесла: -Дух Коринн Клермон, приди! Дух Коринн Клермон, приди! В тот же миг поток холодного воздуха обдал её лицо, а в солнечное сплетение будто попали крошечные иглы: призрак пришёл на зов. Сейчас Анна не была в полусне, она сама призвала умершую и имела возможность её рассмотреть. Девушка не была красавицей в полном смысле этого слова. Однако, на лице её выделялись тёмно-серые глаза и полные губы. Одета девушка была в зимнее пальто и меховую шапочку. С одежды и волос текла вода. Анна прищурилась: серьга свисала только из одного уха. Крупный синий камень, обрамленный бриллиантами. "Такой же, как в ожерелье из прошлого видения", - подумала Анна. - "Интересно, где оно само и вторая серьга?" -Покажи мне, кто тебя убил! - приказала Анна. И вновь череда сменяющих друг друга картинок: лес, кто-то тащит мертвое тело по снегу. Тело мокрое, уже успело покрыться тонким слоем льда. Пруд в лесу. Вид на лес из окна. Девушка пропала. Анна немного подышала открытым ртом, отгоняя тошноту. Иногда призраки приносили с собой горечь и боль, иногда всё проходило вполне безболезненно. Сегодняшний случай можно отнести к сносным: больно не было, только подташнивало немного. Что ж, интересно! Анну всё ещё смущал зимний пруд и мокрый вид жертвы. В этом следовало разобраться! Однако сейчас гораздо более важным было понять, что за ожерелье показывала ей Коринн, и почему на ней была одна серьга. Внизу хлопнула дверь, наверное, ушёл господин Эжени. Анна услышала приглушенные голоса: Штольман что-то говорил Мари. Разговор закончился, и скрипнули ступени лестницы - Яков поднимался к ней. Дверь распахнулась, и у девушки перехватило дыхание: во взоре Штольмана полыхало пламя. - Слишком умно рассуждаю? - Яков повернул ключ в замке. - Плохо закончится? Вот сейчас и посмотрим, как плохо это может закончиться! Мужчина шагнул вперед.

***

Штольман лежал, уткнувшись лицом в подушку. Даже если бы сейчас начался пожар, он не нашёл бы в себе сил встать. Впрочем, пожар только что отгорел, оставив Якова в блаженной дымке. Не хотелось ничего, во всем теле был нега, а бедром он чувствовал Аню. Жизнь была прекрасна! Анна ёрзала у него под боком! Её, похоже, наоборот переполняла энергия, никакого умиротворения не было и в помине. -Яша, а сколько стоит хороший сапфир? - раздалось у него над ухом. Штольман повернул голову. Анна была равнодушна к дорогим украшениям. Ей нравились красивые вещи, но стоимость никогда раньше её не интересовала. - Всё зависит от размера, чистоты, места добычи. По-разному. А зачем тебе? - Коринн показала мне в первый раз ожерелье с сапфиром. Сегодня на ней была серьга, на которой тоже был сапфир. Второй серьги не было. Вот я и думаю, если эти украшения дорогие, то они могли бы стать мотивом для убийства. Штольман задумался. Версия неплохая. Только зачем усложнять ситуацию и забирать украшения во время поездки на вокзал. Можно ведь найти более простые способы выкрасть камни. Возможно, всё пошло не так, как планировалось, и это привело к трагедии. -Завтра мы обязательно выясним, что это за драгоценности. Пока сложно делать выводы. Иди сюда. Анна перекатилась к нему под бок. Голова её легла на сгиб его локтя, рука скользнула на спину, а нога обвила сверху его бедро. Девушка подняла голову и встретилась глазами с Яковом. Такая чистота и незамутнённая радость светились в них, что Штольман не удержался и поцеловал свою любимую в кончик носа. Аня вздохнула и крепче придвинулась к нему. Ощущение от её тела, прижатого целиком к нему, было невероятным: умиротворяющим и зовущим к действию одновременно. -Поспи немного, ты устала! Вдруг девушка снова хихикнула. -Что? -Если ты сейчас скажешь, что нам надо отдохнуть, всё снова закончится плохо! Штольман фыркнул. Да уж, слово "отдых" в их семье несло несколько необычное значение.