Глава 4

      Уже через час Реини и Ирмалинда тряслись в открытом кузове карлсландского грузовика «Opel Blitz», что бодро мчался по снежной дороге. Укрывая личико в тёплый шарф, Реини смотрела на удаляющиеся виды: заснеженные дома и улицы Стокгольма, горожане, спешившие по своим утренним делам, шумящие машины, что рассекали дороги по всему городу. Все это не вызывало интереса или какой-то реакции у ведьмы, но вот что действительно грело душу и поднимало настроение так это ожидание встречи с семьей. Почти четыре года прошло с момента их разлуки. Лили — младшая сестра Реини, должно быть уже сильно повзрослела. — Вспомнит ли она меня? — Что? — Сидящая рядом на лавочке Ирмалинда, слегка пригнулась, чтобы кабина грузовика скрыла её от встречного ветра. — Я просто, пытаюсь представить как пройдет эта встреча, ведь прошло очень много времени. — Не переживай, уж точно твои родители не забыли тебя, - успокоила её Цайтлер, - Тем более они отправили за тобой прислугу.       Лучшая подруга Ирмалинды ничего не ответила, и лишь сильнее спрятала лицо под воротником своего свитера. Двадцать восьмое октября выдалось довольно холодным, даже несмотря на ясную погоду. Место, где остановилась семейство Гинденбург, было всего в тридцати километрах от Стокгольма, в селении Сёдертелье. Поэтому путь туда занял не так много времени. Менее чем через час, грузовик уже маневрировал по дорогам небольшого городка. Жизнь здесь кипела менее активно, но мелькающие лица нечастых прохожих показались более приветливыми в отличие от горожан Стокгольма. Дома закончились, а значит ведьмы выехали за пределы маленького городка. Снова покрытые снегом игольчатые деревья выстраивались на пути следования машин. Дорога здесь была более заснежена чем в городе, видимо место куда ведет этот путь, нечасто посещаемо. Но это было совсем не так, через пару сотен метров дорога стала более ровной и расчищенной от сугробов. И карлсландский грузовик довольно легко начал взбираться по холму, на котором показался довольно длинный двухэтажный дом, с небольшой территорией, огражденной высоким каменным забором. Было видно, что это чье-то поместье, но Реини сомневалась, что её родители приобрели имущество в такой период времени, так ещё и в другой стране. Стоя на коленях, Реинхилд рассматривала дом к которому везла их машина. Ирмалинда тоже с интересом рассматривала поместье. Грузовик резво проскочил заранее открытые ворота, и остановился у скромного для такого дома крыльца, на котором стояли пара мужчин рабочего вида. Они с интересом наблюдали за происходящим. Обе ведьмы не стали дожидаться пока кто-то опустит борта. Почти одновременно они перемахнули через деревянные борта кузова и со своими небольшими чемоданами, встали возле грузовика, ожидая няню. Нэле же заглушив мотор выбралась из машины и вместе со второй служанкой повели ведьм в дом. Оба рабочих проводили Реини и Ирмалинду удивленными взглядами. Реини же бросив им короткий взгляд, пригнувшись прошла в довольно просторную приемную. Сразу в глаза бросился довольно худощавый мужчина лет пятидесяти с усами-щеткой под носом. Рядом с ним женщина, тоже довольно худощава на вид, в длинном, сером платье, в перчатках и шляпке с тонкими полями. Оба улыбались смотря на ведьм. Чуть правее, стояла ещё одна пара: мужчина среднего роста с довольно заметным животом, поседевшими и выпавшими волосами на голове, но все ещё пышными бакенбардами и усами, по его мундиру старого образца, можно было сказать о профессии мужчины в прошлом. Рядом держа его под руку, стояла его супруга. Женщина не такого полного телосложения как её муж, и немного выше его ростом. В отличие от прошлой дамы, женщина была одета немного скромнее. Это были родители Реинхилд. Поставив свой небольшой чемодан на пол, позабыв про всё, ведьма быстрым шагом направилась к дорогим ей людям. Уже стоя на коленях и вздрагивая от всхлипов, Реини не сдерживая слез, уткнулась в грудь матери. Маргарет Гинденбург, давно не видевшая свою дочь, глубоко вздохнув крепко прижала к себе своего ребёнка, поглаживая её по длинным белым волосам. Долго она не могла прикоснуться к ним, как она делала раньше, расчесывая их и заплетая. И вот спустя пять лет, её девочка, явно повзрослевшая, стояла перед ней, плача и крепко прижимаясь к ней. Олдрик Гинденбург, глава семейства старался обнять и дочь, и супругу, пуская скупую слезу счастья. Ирмалинда, немного потерянная продолжала стоять на пороге рядом с Нэле. Она чувствовала себя довольно неуютно, ведь здесь она никого не знала. — Будьте добры пройти за мой, — обратилась служанка к Цайтлер, — Я покажу вам вашу комнату.       Нэле взяла чемодан Реини и направилась из холла к лестнице на второй этаж. Ирмалинда, не отставая направилась следом. Она понимала чувства своей подруги, и понимала что сейчас ей нужно просто не вмешиваться. — Возвращение госпожи Реини, явное счастье для семейства.       Слова прислужницы были неожиданны для Цайтлер. — Я соглашусь, — ответила Ирмалинда, — Столько времени они не видели свою дочь, пока она рисковала собой. — Да, сейчас, все дети семьи вернулись, если не домой, то к своим родителям точно. — Реини говорила что у неё есть два брата, от них до сих пор нет известий? — Оба брата вернулись не так давно, — ответила няня с ноткой печали в голосе, — Самый старший, Готтлиб, вернулся к нам в похоронном письме и личных вещах... Младший, Бенедикт сейчас просто в отъезде по поручению своего отца. — Женщина посмотрела на Ирмалинду. — Прошу вас, не рассказывать Реинхилд об этом. — Хорошо, я сохраню это в тайне...       Ирмалинда с каким-то волнением приняла рассказанную информацию. Она примерно представляла что будет когда её лучшая подруга узнает что одного из её братьев не стало. Женщина тем временем привела Цайтлер в довольно просторную комнату. Убранство в ней говорило что это спальня. Поставив свой чемодан возле туалетного столика с зеркалом, ведьма села на мягкую двуспальную кровать и взглянула на Нэле. — Это ваша комната, — пояснила няня, — Можете пока располагаться здесь. Госпожа Реини будет спать в следующей комнате. — Да, я поняла. — Насчет обеда, он будет через пару часов, поэтому если голодны, прошу потерпеть.       Откланявшись, женщина с чемоданом второй ведьмы покинула комнату закрыв за собой дверь. Ирмалинда вздохнула и легла на кровать раскинув руки. Создавалось ощущение будто она тонет в матрасе, настолько он был мягким. Полежав так несколько минут, ведьма сняла сапоги и отнесла их под дверь. Теперь наверное следовало разобрать скромный чемодан вещей. Их отпуск будет длиться неделю. Не так много, но хорошо что не один день. Ещё девушку мучил вопрос, для чего же отец семейства Гинденбург попросил её приехать. — Может это как-то связано с Реини? — предположила Ирмалинда кладя чемодан на кровать.       Разложив вещи, девушка заметила что постельное белье присутствовало, и ей не требовалось заправлять кровать. Раздвинув довольно плотные и тёмные шторы, ей открылся зимний вид на задний двор и лес за стенами поместья. Похоже ближайшие дни можно будет попробовать полностью отдохнуть от дисциплинированной армейской жизни. Повесив свою чёрную форменную куртку на стул, и сняв штаны, оставаясь в рубашке, темненьких трусиках и черных чулочках, она вновь легла на кровать. Только теперь полностью растянувшись на ней, и подложив себе под голову большую мягкую подушку Цайтлер поняла что за ночь совсем не выспалась, хоть и легла она сразу после ужина, но внезапный приезд няни Гинденбург не дал до конца оправиться после тяжелого дня. Мысли как-то бессвязно мелькали в голове, из-за чего девушка бросила попытки уловить их взаимосвязь, снова проваливаясь в дрёму, но и в этот раз сон оказался недолгим, ведь через полчаса, дверь со скрипом открылась и в комнату зашла Реини, в одной рубашке, чулках, да нижнем белье. Пара пуговиц внизу рубашки были расстегнуты, показывая низ животика ведьмы. Ирмалинда слегка приподнялась окидывая сонным взглядом свою подругу, попутно убирая с лица мешавшиеся волосы. Пока Цайтлер искала что сказать, Реини села на край кровати. Приблизившись, она помогла Ирмалинде убрать мешающиеся локоны. — Ты как? — спросила Реини, слегка улыбаясь. — Немного задремала, какая-то сонливость напала.       Цайтлер зевнула и потирая глаза выбралась на край кровати, сев рядом с подругой. — Мне немного позже надо будет погулять со своей младшей сестрой, — объявила Гинденбург, — Поэтому можешь сейчас спокойно лечь поспать до обеда. — Нет, я пойду с тобой! — резко возразила Цайтлер, но тут же сделала голос тише, слегка смутившись, — Вдобавок, мне хочется взглянуть на твою сестренку.       Ирмалинда поднялась, но тут же упала обратно. Реини взяла её за руку и потянула обратно — Ну хорошо, но через время, а сейчас можешь отдохнуть.       Одарив Гинденбург подозрительным взглядом, девушка все-же вернулась на место где она задремала, при этом не сводя взгляда с подруги. Реинхилд сама зевнула, но вопреки ожиданию Цайтлер, она не полезла на кровать, а наоборот, поднявшись стала накрывать её одеялом. — Я думала ты тоже отдохнешь. — А? Нет, у меня здесь есть дела, поэтому вздремну позже.       Действительно, ведь не для того, чтобы спать, Реини приехала к семье с которой так долго не виделась. Укрыв свою подругу пуховым одеялом, Гинденбург покинула комнату. В коридоре раздался уже знакомый голос преисполненный возмущением. — Госпожа Реинхилд! Вам не следует появляться в таком виде, это некрасиво и некультурно! Хорошо что тут никого нет, а что о вас могут подумать мужчины?!       Видимо няня Реини впервые видит её в таком открытом виде. Потом Нэле попыталась на протяжении часа одеть свою госпожу, но всё безуспешно. В итоге Реинхилд так и ходила в своей зимней униформе. Здесь она позволила надеть себе штаны, ведь не было необходимости срочно прыгать в модуль. Вскоре шум стих, и наступила полная тишина. Плотные темные шторы не пропускали большую часть дневного света, поэтому в комнате было приятно темно. Цайтлер накрывшись теплым одеялом с головой, быстро заснула на двух, словно воздушных, подушках. Сон быстро навалился на ведьму, укутывая её тревожной пеленой. Ирмалинда не понимала что происходит. Кругом тьма, она в ней зависла не имея возможности убежать. Девушка волнительно осматривалась, но кругом был лишь мрак. Чёрная и тихая бездна. Вся эта неизвестность, как наяву, сильно нагоняла панику на девушку. В этой тишине, ведьма услышала испуганный стук своего сердца, казалось, стало холодно. Внезапно яркая, красная вспышка ослепительно вспыхнула разгоняя бездну, следом за вспышкой до невыносимости громкий рев сотни неуроев. Резко сев и открыв рот в беззвучном вскрике, Цайтлер сжимала край одеяла. Шумно дыша, она пыталась прийти в себя, ей казалось что то что было сном, было реальностью. Её огненные волосы спутались и почти закрывали лицо хозяйки. Слезы на глазах мешали нормально видеть, отчего узор одеяла был размазанным и нечетким. — Ирмалинда, что с тобой? — Рядом стояла Реини, она в недоумении смотрела на свою подругу. Сев на кровать, она убрала мешающие волосы с лица Цайтлер. — Что-то приснилось? — Да… Непонятное и, страшное. — Протерев глаза и утерев слезы, Цайтлер слабо улыбнулась. — Все хорошо Реини, я в порядке. — Но… Ты явно напугана…       Гинденбург быстро приблизилась к своей подруге и упав с ней обратно на подушки, прижалась к груди Ирмалинды закрыв глаза. — Реини… Что ты делаешь? — Твое сердечко, оно шумно колотится. — Да, я сейчас приду в норму, — Цайтлер погладила свою подругу по макушке и щеке, пальцами расправляя ее белые роскошные волосы — Что-то произошло? — Да, я пришла разбудить тебя, ты же хотела прогуляться со мной и моей сестрой. — А, да… Я сейчас, быстро соберусь.       Ирмалинда хотела привстать, но Реинхилд сильно прижала её к кровати, продолжая прижиматься к её груди и слушая стук беспокойного сердца. — Реини, надо вставать, отпусти. — Да…       Внезапно руки Реини проскочили под одежду подруги, начав медленно водить пальчиком по телу разволнованной девушке — Реини, ты… ты... — Успокойся, не переживай. Это был просто сон.       Прохладная ладонь девушки легла на горячий животик Цайтлер. Гинденбург сама не знала что с ней, но её одолевали чувства нежности и заботы к своей подруге. И сейчас Ирмалинда, напуганная кошмаром, всем своим видом призывала чтобы её пожалели. Сама девушка не понимала что нашло на её подругу, но она была не против. За то время которое они провели вместе, только сейчас Цайтлер может спокойно прислушаться к чувствам игравшим по отношению к Реини. Никто не будет ей мешать, и можно полноценно расслабиться. Рука Реинхилд гладила её по розовой щечке, а она сама слегка навалилась, медленно приближаясь. Гинденбург была смущена больше своей соотечественницы, но ей хотелось одарить свою дорогую подругу поцелуем. С сжавшимся нутром, она приближалась к её щеке. Внезапно в дверь постучали, и следом послышался голос Нэле. — Госпожа, ваша сестра собралась и ждет вас на улице. Советую вам выйти пораньше, чтобы Лили смогла нагуляться к обеду.       Реини знала что дверь не откроется, а Ирмалинда вздрогнула приподнимаясь. В этот момент с обжигающим дыханием, малиновые губки Гинденбург прильнули к горячей и мягкой щечке. Раздался тихий поцелуй, вызвавший у Цайтлер потерянность, а когда она пришла в себя Реини уже стояла у двери. — Одевайся, мы будем ждать тебя, — почти прошептала она смущенным голосом.       Почти сразу высокая ведьма вышла, оставляя свою подругу наедине с собой. Ирмалинда предполагала что Реинхилд попытается её поцеловать, но видимо она не ожидала что Реини будет действовать так смело, да и ещё когда её няня начала стучаться в дверь. Держа место поцелуя, Цайтлер встала с кровати. Что-то щекотало девушку изнутри, отчего его ей хотелось поскорее одеться и выбежав, накинуться на подругу и крепко прижаться. Через пятнадцать минут Ирмалинда уже стояла на крыльце дома, смотря как Реинхилд сидит на коленях перед своей сестрой, мягко улыбаясь и прижимая её к своей объемной груди. — Возьмите машину, так вы быстро доберетесь до поселения.       Рядом внезапно появилась няня семьи Гиндербург. Она протягивала ключи от «Opel Admiral». Карсландский седан, стоял на небольшой дворовой стоянке. — Это обязательно? — Да, поезжайте.       После этого она ушла. Цайтлер доводилось управлять автомобилями. Поэтому она легко завела машину, и подъехала прямо к девочкам. Лили села рядом с Ирмалиндой, на переднее пассажирское место. Реини же влезла назад, заняв все место. Показалось что автомобиль слегка присел на заднюю ось от веса девушки. Усевшись, девушки покинули территорию, направляясь в городок у подножия холма. Обычно там Лили гуляет под присмотром горничных. Сегодня же, с ней будет гулять её старшая сестра, ведьма. Девочку восхитил этот факт, хотя она сама смутно помнила Реини. Особенно по началу её напугало то, насколько её сестра большая, но она быстро привыкла поняв что она добрая и ласковая. Сейчас же она больше смотрела недоверчиво на Цайтлер. Хоть она и была подругой её сестренки, сама Лили ничего не знала о ней. Ирмалинде было неловко перед обеими сестрами. Одна её сейчас пилила взглядом, вторая поцеловала в щеку, хотя сама по себе стеснительная. — Реини, где нам остановиться? — Думаю, у самого первого дома, — ответила девушка, — Оттуда начнём наш путь.       Цайтлер довольно умело проходила повороты на большой скорости. Реини бы даже сравнила это как спуск на санках с горки. Но вот показались первые дома, и Ирмалинда начала потихоньку подтормаживать. Тогда большой девушке пришлось схватиться за ручки в салоне и упереться ногами в сидения, чтобы удержаться на своём месте. «Admiral» проехал первый дом и остановился возле следующего. Когда машина остановилась, все пассажиры покинули свой транспорт. Лили и Реини сразу пошли по тротуару по улице, а Ирмалинду же привлекла вывеска на двери двухэтажного дома возле которого она припарковала машину. Заправив свои огненные локоны и надев фуражку, девушка зашла в дом. Сразу в нос проник запах свежей выпечки. Улыбнувшись, Цайтлер прошла из прихожей в помещение. Там стоял большой мужчина, похожий на скалу. Его испачканные в муке руки и фартук, говорили что это был пекарь. Стоя за прилавком, он выставил деревянный поднос с вкусно пахнущими булочками. Но помимо булочек, тут были и пирожки, и пироги разных начинок, печенья с тортами. Ведьма тоже привлекла внимание хозяина пекарни. Окинув девушку взглядом из-под своих мохнатых бровей, он прокашлялся в кулак и облокотившись на столешницу прилавка стал ждать действий гостьи. Девушка прошлась по небольшой зоне покупателя, рассматривая каждое кулинарное творение. Наконец остановившись перед мужчиной, она окинула его взглядом. — Здравствуйте. — Угу, здравствуй.       Голос продавца басом разлетелся по помещению. Не обращая внимания на это, девушка сдвинулась немного правее, наклонившись прямо к только что выставленному подносу. — А это с чем булочки? — Они просто сладкие, — ответил пекарь, — Я смотрю ты не местная, попробуй.       Взяв булочку с подноса мужчина сунул её девушке. Приняв угощение, и поблагодарив Цайтлер ещё раз втянула носом чудесный аромат сдобного изделия и откусила половинку. Мягкое и нежное тесто вкупе с сахарной посыпкой будто начало таять во рту у девушки. Довольно промычав, Ирмалинда быстро съела оставшуюся часть булочки. Пекарь довольно улыбнулся, видя что его свежая выпечка пришлись по вкусу девушке. — Какое вкусное, просто отличное. — Да, хе, ты первая кто их попробовала. — А можно я куплю их, десять штучек? — Да, конечно.       Довольно быстро, мужчина собрал нужное количество булочек в бумажный кулек. Сразу же расплатившись, Цайтлер откусила уже купленную булочку. — Я тебя впервые вижу, да и не балтландка ты, так кто же ты? — Да, я ведьма из Карлсланда, — ответила Цайтлер, — Наш полк пока отдыхает, а у меня и моей подруги отпуск. — У нас нет гостиниц, или у вас здесь родственники? — У моей подруги здесь родители. Они сами в гостях у… Я не знаю кто они, но живут как я поняла в своём поместье. — Да, есть у нас тут господа Эклунд, местные богатеи, — объяснил пекарь, — Хотя их сын Оддмунд всяко лучше своего отца вышел. И мне помогал и сам торговлей промышляет. — Думаю родители моей подруги нашли с ними общий язык. — Похоже, что так, возьми ещё, угощаю.       Мужчина протянул девушке кусок ягодного пирога. — Ох, спасибо большое! — поблагодарила ведьма принимая угощение, — Вы довольно щедры. — Не за что, — ответил мужчина с широкой улыбкой, — Это мало для благодарностей борцам за наши жизни.       Ирмалинда засмущалась, и ещё раз поблагодарив владельца направилась к выходу. Все так же смущенная девушка шла дальше по улице небольшого городка, медленно жуя булочки. Очень уж по вкусу пришлись они ведьме. Людей было довольно немного, иногда казалось что здесь их не было вовсе. Теперь её задача заключалась в поиске Реини, и в угощении своей подруги чудесной выпечкой. Блуждая по улицам, Цайтлер заглянула через щель в высоком заборе, который был между домами. Там на небольшом дворике неподвижной статуей стояла старшая дочь семейства Гинденбургов. Напротив, в десяти метрах от неё под единственным деревом стояла Лили, а рядом с ней, сидел мальчик, её ровесник в инвалидном кресле. Лили что-то рисовала на снегу, и почти сразу показывала этом мальчику. Последний же сам дополнял их рисунок. Тихо встав рядом, Ирмалинда словно ребенок подергала свою подругу за рукав теплой зимней формы, привлекая её внимание. — Реини, кто это? — Эдвин, друг Лили. — Видимо у него проблемы со здоровьем. Не может ходить? — Да, какая бы причина не была, это довольно грустно. — Но они нашли общий язык, значит Лили не волнует что он не может гулять с ней в полную меру. — Думаю, они и так хорошо гуляют.       Тут Цайтлер ткнула в губки подруги купленную булку. Лишь на мгновение подумав, Реини откусила почти все угощение, оставив в пальцах Ирмалинды небольшой кусочек. — М, какие вкусные, — чуть ли не пропела от удовольствия Реинхилд. — Да, на ещё, — с улыбкой Ирмалинда протянула ещё одну булочку.       Гинденбург уже взяла булочку в руку и справилась с ней в два укуса. — Больше друзей она не нашла здесь? — Она не говорила ни про кого. — Ясно, может тогда пусть они здесь гуляют, а мы пройдемся по городу? — М, я бы согласилась, но я здесь, чтобы присматривать и гулять с Лили. Поэтому не стоит оставлять её одну. — Что здесь может случиться? — Всякое, например вон те ребята.       Реини кивком головы указала на забор в другом конце двора. Там наблюдая за ведьмами и детьми, стояли четыре парня. На вид они были ровесниками Гинденбург и Цайтлер. Возможно они наблюдали из чистого любопытства. На самом деле узнать точно их мысли было невозможно, но что действительно напрягало Реини, так это то, что наблюдают они уже давно. Со вздохом, Цайтлер взяла в свои ладони руку Гинденбург. Что действительно радовало Ирмалинду, так это то что её близкая подруга была горячая и зимой об неё можно было погреться. Развернувшись спиной ко всему двору и закрывая подругу от чужих взглядов, Реини наблюдала как Цайтлер прижимается к её ладони, своей холодной щечкой. Для неё это было в порядке вещей, да и она сама была не против. — Ты постоянно такая теплая, приятно.       В ответ Гинденбург слабо улыбнулась и обернулась на детей. Лили села на снег, слушая своего друга. Видимо они что-то обсуждали. Реини сразу довольно громко окликнула свою сестру. — Лили, не сиди на снегу, простынешь.       Девочка сразу же поднялась на ножки. В какой-то момент время стало тянуться медленно. Ирмалинда заметила это по тому как часто её подруга доставала свои карманные часы. Булочки давно кончились, и поэтому пакет от них будучи смят, покоился в кармане формы Цайтлер. Примерно как раз к обеденному времени во двор вышла средних лет женщина в форме служанки. Не обращая внимания на ведьм, она спокойно поздоровавшись с Лили, увезла мальчика в дом. Проводив своего друга взглядом, Лили подошла к своей старшей сестре. Встав на колени, Реини поправила одежду девочки. — Нам пора возвращаться, скоро будет готов обед.       В ответ Лили молча кивнула. Выходя со двора, Реини обернулась назад. Там где стояли парни, никого уже не было. Путь до автомобиля Цайтлер проделала молча, слушая разговоры двух сестер. Видимо проблем с воссоединением с семьей у подруги не возникло. Это радовало Ирмалинду, хотя мысли о том что когда-то, ей придется расстаться с девушкой, печалили её, хотя их ведьма не показывала. Обратный путь был немного дольше. Все-же «Opel Admiral» взбирался по холмистому подъему довольно медленно. Припарковав автомобиль, девушки поднялись на крыльцо. Здесь их уже ждала служанка, как и все остальные, она небела знакома Реинхилд. Лишь Нэле была единственная кого Реини помнила. Лили спокойно пошла со служанкой, видимо она её знает. Ведьм же за дверью встретила Нэле. Она окинула подопечную заботливым, родительским взглядом — Обед готов, приведите себя в порядок, как подобает достойным девушкам знатной семьи.       Ирмалинду это смутило, она не относилась к числу знатных особ, хотя, видимо женщина обращалась только к Реини. Поднявшись к своим комнатам, девушки остановились, смотря друг на друга. Их взгляды встретились и на мгновение обе испытали какое-то чувство тепла в груди. — Р-Реини, ты уже решила что оденешь? — А, да, мой китель и штаны. — Но твоя няня же попросила… — Но мой китель с наградами наоборот, подчеркнёт то что я дочь своего отца, — возразила Реинхилд, не дав окончить предложение подруге, — Ну по крайней мере папа все время носит свой китель с наградами, думаю же не просто так. — Тогда… Я тоже свои одену… Просто мне, не перед кем красоваться, да и не в чем. — Я… Была бы не против посмотреть на тебя в платье…       С этими словами Реини поджала губы. Ей действительно было интересно посмотреть на свою подругу в каком нибудь красивом наряде. — Извини, но, как-нибудь потом, когда у меня будет такой наряд.       Ирмалинда сделала смущенное лицо, но внутри себя, она радовалась что её подруге она интересна. Девушки разошлись по комнатам, собираясь и приводя себя в порядок. Ирмалинда сразу сняла уличную форму, и сев за туалетный столик, начала причесывать свои ярко-огненные локоны. Протерев личико влажным полотенцем, она достала свой костюм. Обычно она надевает его как парадный. На кителе у неё висели почти такие же награды, как и у Реини: железный крест второй степени и два креста свободы третьей и четвертой степени. Одевшись и затянув ремень, Ирмалинда взглянула на себя в зеркало. Там стояла симпатичная девушка с нежным и теплым взглядом желто-зеленых глаз. Её длинные, ярко-рыжие волосы волнами спускались вниз, кончиками достигая до ягодиц. Медали заслуженные за последние несколько лет, лежали на довольно крупной груди, которая так привлекала внимание некоторых прохожих, и других ведьм, таких как Паули. Поправив рукава, девушка вышла из комнаты. В коридоре её уже ждала Реини. Форма у неё была такого же образца, только пошитая под её размер. На её ещё более внушительной груди, красовалось несколько крестов и орден Белой розы. Её рука в элегантной чёрной перчатке лежала на бляхе ремня. — Ты быстро собралась, удивляешь. — Цайтлер поправила китель подруги. — Торопилась? — Немного да. — Оно и видно, — поправив рукава и застегнув пуговицу на груди Реини, Ирмалинда улыбнулась, — Пойдем? — Да, идём.       Взявшись за руки, девушки отправились на первый этаж. Перед дверью девушки остановились переглянувшись. — Вас ждут.       Внезапный голос позади, заставил обеих девушек вздрогнуть и убрать руки друг от друга. — Нэле… Ты напугала нас. — Прошу прощения госпожа, я не специально, — няня слегка поклонилась, — Думаю ваша мама ожидала не такую одежду на вас. — У меня нет платьев, — ответила Гинденбург. — Ваши наряды есть здесь. — Думаю они все мне уже маленькие. — Девушка положила руку на грудь. — Да и это моя военная форма, тоже парадная, думаю отцу понравится. — Как пожелаете, — смирилась няня.       Женщина поправила фартук и подойдя ближе открыла дверь в столовую, пропуская ведьм. В зале был длинный стол накрытый белой узорчатой скатертью. Примерно посередине стола, напротив друга сидели супруги Гинденбург и хозяева поместья господин и госпожа Эклунд и их сын. Это был парень двадцати — двадцати пяти лет. Его уставший, взгляд карих глаз медленно гулял по столу с обеденными блюдами. Идеально выбритое, безразличное лицо с каштановыми, растрепанными волосами. При звуке открывшихся дверей, густые брови сомкнулись, а взгляд замер в одной точке. Реини и Ирмалинда медленно двигались к столу. Олдрик бодро поднявшись вышел навстречу своей дочери раскинув руки в стороны, но Маргарет опередила его, заговорив с дочерью. — Реинхилд, я не такой наряд ожидала видеть на тебе и твоей подруге. — Простите мама, но, чем хуже этот? — Ничем он не хуже, только посмотрите на эту красавицу, эти награды удостоились чести висеть на этой груди! — радостно и с гордостью заговорил отец, — Иди ко мне моя маленькая доченька!       Глава семейства коротко пожал руку Цайтлер в знак уважения, и крепко обнял Реини. — Папа, зачем…?       На фоне собственной дочери, Олдрик смотрелся необычно. Наконец отпустив дочь, мужчина под руку подвел Реини к её стулу, который тут же отодвинула приглашая сесть. Тот же самый жест старый военный выполнил и с Цайтлер. После чего он вернулся на свое место. Повисла тишина. Девушек посадили напротив Оддмунда. Парень всё не решался поднять глаз, сверля взглядом стол. Он показался Ирмалинде странным. Также она не увидела здесь брата Реини, который должен был вернуться. Видимо он появится позже. — Оддмунд, разве так мы тебя воспитывали?       В голосе господина Эклунда звучали нотки неудовольствия из-за того что его сын не поприветствовал таких уважаемых гостей, как ведьм. На самом деле Оддмунд не имел желания знакомиться. Он знал что та, с кем хотят познакомить его родители, из знатной семьи. После знакомства, родители будут пытаться заставить жениться, а после очередного отказа, начнутся разборки и разговоры о будущем рода. Недавно прибывшему парню это не было нужно, но увы этого не избежать. Поэтому тяжело вздохнув, он поднял голову с непривычки устремив взгляд на грудь Реинхилд. Сообразив на чем задерживается его взгляд, Оддмунд поднял глаза выше, встретившись со взглядом небесно-голубых глаз. Вопреки его ожиданий, перед ним сели две девушки, у которых вместо платьев, были военные кителя с наградами на груди. Вдобавок одна из девушек несмотря на свое скромное личико, была необычных размеров. Почувствовав неловкость, он поднялся приветствуя Реинхилд и Ирмалинду. — Меня зовут Оддмунд Эклунд, я торговец в Стокгольме.       После того как парень сел, Цайтлер решила представиться следом, хоть и не была уверена в необходимости этого. — Ирмалинда Цайтлер, боевая ведьма двенадцатого истребительного полка, очень приятно.       Осмотрев парня Цайтлер встретилась взглядом с Реинхилд. Ощутив на себе взгляды всех присутствующих за столом, Реини смутилась и поняла, что стоит представиться. Попытавшись придать себе важный вид, девушка поднялась. — Я Реинхилд фон Бенекендорф унд фон Гиндербург, мне очень приятно с вами познакомиться. Как и моя боевая подруга, я ведьма двенадцатого полка.       Повисло короткое молчание, которое было скоро нарушено Маргарет. — Оддмунд, расскажите, пожалуйста, о себе, — попросила женщина, тут же добавляя, — И о вашем деле которым вы занимаетесь.       Женщина быстро взглянула на свою дочь, которая медленно приступила к горячему первому блюду. Реини была явно равнодушна к парню и происходящему и это очень не нравилось Маргарет. — Ну-у… — молодой человек, сам не горел желанием особо говорить о своих дела, прекрасно понимая зачем был задан этот вопрос, но поймав на себе настойчивые взгляды родителей понял, что отвертеться фразой «ничего особого» у него не получится. — Я владею сетью пекарен в крупных, а также маленьких городах, преимущественно в южных районах государств, — парень постучал кончиками пальцев обеих ладоней друг о друга, пытаясь придумать чем продолжить свой рассказ, — Конечно из-за войны возникли небольшие трудности, так как вторжение неуроев нарушило некоторые наши контакты за пределом государства, да и в целом военное время не очень хорошо сказывается на работе бизнеса, но… Мы как-то уже адаптировались к новым реалиями и даже смогли расширить свою сесть и ассортимент наших товаров, например совсем недавно мы стали выделять куда больше средств на производство кондитерских изделий, такие как различные торты и пироги. — парень выдержал паузу, поняв, что ему в целом кратко нечего более сказать решил на этом закончить. — В целом, это пожалуй всё. — А вы не задумываетесь о расширение сфер своего бизнеса? — спросила у парня Маргарет — Возможно, когда ситуация в мире станет более благоприятной для этого, сейчас больше надо сосредоточиться, так сказать на сохранение плавучести «корабля», а там… Уже как получится, — ответил Оддмунд, слегка покручивая ложку в руке, он бросил взгляд на Реини, которая уже приступила к еде, чего хотелось и ему вместо всех этих разговоров.       Маргарет снова бросила взгляд на свою дочь, которой вообще не было дела до всех этих разговоров. Смотря на Реинхилд женщина сердито, но глухо покашляла, чтобы привлечь внимание дочери. Почувствовав на себе взгляд и услышав глухой кашель Гинденбург посмотрела на свою матушку. Поймав своими глазами недовольный взор матери, она отложила ложку, слегка опечаленная всей этой ситуацией. — Надеюсь, вам удастся реализовать самые лучшие перспективы, с вашим делом, тогда цены вам не будет как жениху, хотя даже сейчас вы завидная партия для любой девушки, — госпожа Гинденбург улыбнулась. — Спасибо… — поблагодарил слегка смущенный парень.       На мгновение установилась тишина, пока слово не взял господин Олдрик. — Реини, а расскажите, как проходит служба? — Олдрик, я считаю что сейчас совсем не время для таких разговором.       Маргарет хотела прервать эту ветвь диалога, но тут вмешался Эклунд старший. — Мне тоже интересно послушать из первых уст новости с фронта. Правда что пришельцы смогли переломить ситуацию и сорвать операцию в Прибалтике?       Реинхилд задумалась. Ей хотелось хоть где-то не вспоминать про войну, но все-же она решила удовлетворить интерес отца. — Служба проходит, в какой-то мере неспокойно. Неурой мог напасть в любую минуту, и частые тренировки выматывали. Нам пришлось отступить, ибо противник уничтожил наш аэродром... А до этого был тяжелый бой, где почти все ведьмы были вымотаны до предела. Ничего такого интересного я не расскажу. Попросту нечего говорить. Все сражались как могли, ведьмы страдали, а пилоты гибли.       Повисло молчание, Реини и Ирмалинда невольно вспоминали бои проходившие недавно. В памяти мелькнуло лицо орусского пилота, которого Реини унесла с поле боя. — Реини если все так опасно, то почему бы тебе не подумать о себе? О семейной жизни например? Присмотрись к Оддмунду.       Чтобы не тянуть молчание госпожа Эклунд решила действовать в лоб, но Реини ответила раньше чем Эклунд младший успел начать говорить. — Так как я ведьма, то не думаю что мне стоит задумываться о замужестве. Я могу погибнуть в любом следующем бою. В таком случае какой смысл от замужества? Вдобавок бросить службу я не могу, просто потому что я дочь своей страны. А раз у меня есть возможность защитить свою семью и освободить страну, то я обязана сражаться. Именно поэтому, вскоре я и Ирмалинда покинем это место, ведь мы обязаны вновь защищать людей.       Вновь воцарилась тишина. Родителям Реини нечего было добавить, ведь их дочь была права. Они могли бы попытаться начать удерживать её, но Олдрик понимал что это лишь накалит их отношения с дочерью, да и добавит проблем. Остаток обеда прошел в относительном молчании, несмотря на попытки семьи Эклунд завести разговор. Семейство Гинденбург давала короткие ответы, явно не имея желания поддерживать диалог. В какой-то мере Оддмунд понимал их, и на остаток дня оставил чужую семью в покое.       Когда на улице стемнело, и луна начала постепенно карабкаться по ясному небосводу, Эклунд младший медленно шёл по коридору дома. Что-то нравилось ему в этом промежутке времени. Возможно то, что почти все уже ложись спать и дом окутывало ощущение спокойствия. Оддмунд сам любил тишину и спокойствие, поэтому несмотря на давление родителей, часто приезжал к ним. К своему удивлению, он увидел слегка приоткрытую дверь из которой лился тусклый свет. Обычно в это время почти все жители дома засыпали, но видимо гости ложатся позже. Подойдя к двери, он услышал женские голоса. Реинхилд и Ирмалинда тихо разговаривали сидя на кровати. Цайтлер должна была уже уйти в свою комнату, но как часто это бывает, она решила остаться у своей подруги. И поэтому сидела позади неё расчесывая её длинные серебристые локоны. — Реини, что думаешь насчёт этого парня? — Ты про Оддмунда? — Угу. — На вид приятный и добрый. — В одном вы с ним похожи...       Цайтлер случайно дернула запутавшийся участок волос, от чего их хозяйка шумно вздохнула. — В чём же? — И его, и твои родители хотят вас сблизить, чтобы вы поженились. Думаю до этого семейство Эклунд пытались найти невесту своему сыну, а сейчас просто удобный случай попробовать ещё раз. — Вот как, да, я заметила. Мама все время с ним беседовала, и видимо желала чтобы я, проявила интерес к нему. — Но он же тебя не заинтересовал? — Возможно в нем есть что-то привлекательное… Но опять же... Начать семейную жизнь, значит бросить службу, а я как никогда нужна своей стране. И что за нотки надежды в твоих словах, неужели ты не хочешь чтобы я когда-то обрела семейное счастье? — Нет-нет, хочу… Просто, хочу чтобы это был кто-то проверенный, а не тот с кем знакома лишь пару дней. — Хи-хи, Ирмалинда…       Реини взяла подругу за руку. — Я давно догадываюсь что ты ко мне чувствуешь, но, неужели, ты думаешь что это правильно? — Я, ну… Важнее всего, как ты сама считаешь? — Ну, я же не пускаю Паули к себе, в отличие от тебя. — Ты и Лею пускаешь… — Да, но дарила ли я ей свой поцелуй?       Цайтлер замолчала, вспоминая их недавний поцелуй. Реини тем временем повернувшись к подруге, приблизилась к ней, и мягко поцеловав в щеку, стала забираться в кровать сгребая одеяло. Вновь пораженная Ирмалинда не сразу поняла, как она уже лежала под несколькими одеялами прижимаясь к её самой близкой подруге. Возможно Реинхилд своими действиями ответила взаимностью на её чувства, или же может это дружеская шутка? Совсем скоро Ирмалинда быстро провалилась в сон. Тепло от объятий подруги и забота моментально сморили Цайтлер, отправляя её смотреть приятные сны. Оддмунд же, когда ведьмы затихли медленно направился дальше по коридору.