Глава 5

      Тишина во всём доме говорила лишь о том, что все его обитатели ещё спали. Почти все. Прислуга не создавая шума исполняла свои обязанности, а на второй этаж ходил лишь небольшой штат горничных. И в одной из комнат нежились на двуспальной кровати, две девушки. Реини тихо сопя прибывала во сне, а её подруга, Ирмалинда лежала рядом, любуясь Гинденбург как своим дорогим сокровищем. Сегодня обеим ведьмочкам не хотелось что-либо делать, и предаться лени. Цайтлер повернулась на бок поправляя волосы. Длинные локоны обеих девушек делили кровать на белую и огненную половину, однако, стоило Цайтлер ещё раз пошевелиться, как сонная Реини недовольно посмотрела на подругу, и натягивая одеяло, сгребла Ирмалинду в свои объятья начиная вновь засыпать. Последняя была совсем не против, наоборот она в ответ обняла так нравившуюся ей девушку, робко прислонившись к её груди.       «Вот оно счастье». — Подумала ведьма проваливаясь в сон.       Через пару часов Гинденбург вновь проснулась от звука открывшейся двери и шагов. — Госпожа, вставайте, время уже позднее, — обратилась к Реинхилд вошедшая горничная.       Женщина направилась к плотным шторам, дабы открыть их и окно, чтобы впустить в спальню солнечный свет и свежий воздух. Она не сразу заметила, что в кровати помимо самой Реини лежала ещё и её подруга. Только когда горничная открыла окно и обернулась на недовольное мычание Гинденбург, она заметила ещё пару сонных глаз. — Ох, вот как… хм, — женщина глухо покашляла в кулак, — Госпожа поднимайтесь, пора бы заняться делами.       Нэле и понимала, что девушка не встанет сразу и это навеяло ей воспоминания, когда Реини была ещё маленькой девочкой, но уже тогда была достаточной соней, и не любила вставать вовремя. Более женщина решила не трогать девушек и ушла закрыв за собой дверь. Девушки почувствовав прохладу, начали просыпаться. Если быть точнее просыпаться начала Реини, а Ирмалинда прижалась плотнее к подруге, с головой укрываясь одеялом. Гинденбург же такой расклад не устраивал. Не взирая на протесты Цайтлер, девушка поднялась и не одевая тапочек, направилась к окну. Прежде чем закрыть окно, девушка увидела во дворе поместья незнакомые машины, но не придав им значения, закрыла створки, шторы и зевая, поправляя белье на своих бедрах, вернулась обратно в постель. — Реини, наверное, все-же стоит подняться… — Возможно… Но можно же полежать немного, — Реинхилд укуталась в одеяло, — Лежать это же не спать.       Цайтлер попыталась уловить вектор мысли подруги, но не до конца поняв во что обычно простое лежание перетекает, согласилась. Гинденбург подсунув руку под подушку, и обняв Ирмалинду почти сразу уснула вновь. Цайтлер уснула не сразу, борясь со сном и мысленно ведя беседу с обнимавшей её подругой. Вскоре обе девушки погрузились в сон, пропуская утренние мероприятия и завтрак. Проснулись они к позднему обеду, и то проснулась только Цайтлер. Увидев часы, она начала толкать вторую ведьму, которая уже спала заняв обе подушки. Получив в ответ только мычание, Ирмалинда соскочила с кровати, и резко стянула одеяла, оголяя тело подруги. — Реини, вставай, ты же сказала, что мы только полежим, и не будем спать! — Так мы и лежим… — Да, но не до ужина же!       Гинденбург приподняла свою сонную моську и попыталась разглядеть время на часах. А время было уже больше двух часов дня. Опустив голову обратно, девушка лениво повернулась на спину, положив одну руку на грудь. — Реини вставай немедленно, мы с тобой и так проспали больше положенного.       Видя, что реакции на её слова никакой не следует, девушка сразу решила атаковать голые бока подруги. Дернувшись, большая ведьма несколько секунд старалась терпеть, но потом захихикав, покатилась по кровати, стараясь уйти от Цайтлер. Последняя запрыгнув на кровать, продолжала щекотать соню, пока та наконец не поднялась, оглаживая свои несчастные бока. Смотря сонным взглядом и постепенно просыпаясь, Реини подошла к окну и слегка отодвинув штору взглянула на улицу. — В какой-то мере, сегодняшний понедельник чудесный. — Угу, с учётом того факта что сегодня вторник, — поправила её Цайтлер. — Что, как это произошло…?       Вопрос заставил на мгновение задуматься девушку. — Блин, а ты не знаешь что у нас каждый день сменяется следующим? — Знаю… — Тогда не спрашивай меня то что знаешь сама. — А может я, про… — Реини на мгновение замолчала, — Проверяю тебя.       Гинденбург вновь потянулась широко зевая. Цыкнув, Цайтлер заправила кровать и стала одеваться, незаметно бросая взгляды на подругу. Девушки быстро оделись. Точнее оделась быстро Цайтлер, и пока расчесывала свои волосы, все время подгоняла соню. Которая сначала как-то лениво доставала чулки, свалившиеся со стула за шкаф, то рылась в шкафу с мыслью поменять нижнее белье, а после застегивала зеленую рубашку, жалуясь что та немного жмет ей в груди. Концом сборов стал выбор между форменными сапогами, или же тапочками, которые так заботливо выставили для девушек после прихода няни. — Ну что?       Цайтлер уже нетерпеливо застегнула свои сапоги, и наблюдала за подругой, которая посмотрев сначала на сапоги, а после пошевелив пальчиками ног в белых чулках всунула ножки в белые, пушистые тапочки. — Ты серьезно, они же не по форме. — Но мы же не на службе. — Мм, твоя правда. — Ирмалинда все-же решила поступить как её подруга, даже несмотря на то, что тапочки в сочетании с их форменной одеждой смотрелись довольно необычно. — Однако, ты очень быстро расслабилась от службы. — Цайтлер помогая Реини расчёсываться, кинув короткий взгляд на часы. — Уже все пообедали, а мы из-за тебя только завтракать будем. — Никто же не запрещает нам сделать вид, что мы обедаем. — Угу, только с твоей заспанной моськой, сразу станет ясно что мы недавно проснулись.       Раздался глубокий вздох большой ведьмы, которая поняла что сейчас на самом деле не нужно хитрить. Закончив подготовку они вышли из комнаты. В коридоре они встретили Нэле, которая наставляла пару молоденьких девушек, ровесниц ведьм. Горничные робко оглянулись на ведьм, а няня улыбнулась кивнув в сторону лестницы на первый этаж. На первом этаже было весьма тихо, пока они шли до столовой, им встретилась всего лишь одна горничная. Открыв высокие двери столовой, ведьмы увидели за длинным столом два слегка отодвинутых стула, несколько тарелок с первым, вторым и кружки чая с булочками. — Иногда, я удивляюсь твоей няне, — проговорила Цайтлер садясь за стол, и замечая что тут также, как и у них на базе, посуда у Реини была больше чем у остальных. Улыбнувшись, она принялась неспешно есть. — У нас есть план на сегодня? — Задав вопрос, Ирмалинда положила очередную ложку с ещё горячим супом себе в рот, отметив про себя насколько первое было вкусным. — Ну, можем пойти прогуляться, — предложила Реини погруженная в свои мысли, — Покажешь что за пекарня в которой пекут вчерашние булочки. — Точно, тогда снова съездим в город, — согласилась Цайтлер, кладя ещё одну ложку супа в рот.       После сытного обеда девушки пошли собираться в поездку. Выйдя из столовой в коридор, Реини почувствовала, как кто-то сильно приложился об её ногу. Это был молодой парень, который едва устоял на ногах. У него отсутствовала левая рука по локоть, отчего рукав его светло-серой шинели болтался. Небольшой ряд медалей и орденов на груди бренчал от каждого движения подобно дверному колокольчику. На обросшем щетиной лице парня читалось отцовское добродушие, а в глазах прослеживался озорной огонёк. Это был Бенедикт, один из братьев Реини. Поначалу на его лице было недоумение вперемешку с негодованием которое мигом сменилось тёплой улыбкой и блеском его небесно-голубых глаз. — Не успел я зайти, а ты уже норовишь сбить с ног? Ты, как всегда, сестрица. — усмехнулся парень, подняв с пола упавшую фуражку. — Бен… — промолвила Реини, а на её губах начала проступать улыбка, — Ты вернулся, Бенедикт!       Девушка обхватила руками своего братца и оторвав его от земли прижала к себе. От радости она непроизвольно стала кружиться не месте, прижимая парня всё крепче к себе. Прошло столько времени, она верила до конца, что братья не погибли, а раз вернулся Бенедикт, то и старший брат, Готтлиб тоже вернётся, а может уже вернулся. — Ммм! Ммм… — Парень колотил великаншу по объёмной груди и болтал ногами от нехватки воздуха. Пискнув от осознания того что она вот-вот задушит братца которого так долго ждала Реинхилд незамедлительно опустила его наземь. Парень глубоко дышал с распахнутыми глазами, оперевшись о колено правой рукой. — Спокойней, сестрица… Не то что зашибëшь… фух… убить можешь своими… обнимашками. — Отдышавшись Бенедикт снова улыбнулся, — Я тоже тебя рад видеть.       Встав на колено Рейни не сводила влажные от слез глаза с брата. До сих пор, она не могла поверить что вот он, стоит сейчас перед ней. Цайтлер тихо отошла обратно в столовую. Скорее всего их поездка в город отменяется, что в принципе не удивительно, сейчас она не хотела как-то мешать своей близкой подруге наслаждаться такой желанной встречей. Оставшийся день Цайтлер проводила самой с собой. Несмотря на то, что её подруге теперь было не до неё, рыжеволосая ведьма решила самостоятельно прогуляться до города. — Кажется, холоднее становится каждый день, — подметила вслух Ирмалинда, поднимая взгляд к небу.       Поправив меховой ворот своей формы, девушка медленно двинулась к выходу с территории поместья, а после по дороге направилась к городку. Голубое небо, яркое солнце, румяные щечки ведьмы, колючий и холодный воздух. В голове Цайтлер будто вертелись две как казалось ей важные мысли. Бросив попытки уловить ход размышлений, Цайтлер предалась мечтам, вскоре она была в городе. Пройдя несколько домов, ведьма увидела знакомый автомобиль у булочной-пекарни. Оказывается, Оддмунд проведя день с родителями, вернулся к своим делам. Сейчас он договаривался с хозяином пекарни. Почти сразу с Цайтлер в помещение зашел какой-то мальчик. Ведьма лишь бегло оглядела его, и стала рассматривать прилавки с выпечкой, думая чем бы порадовать себя и Реини сегодня. Выбор её остановился на ягодном пироге, и пышках. Отойдя к дальнему прилавку возле выхода, девушка стала рассматривать пироги с мясной и рыбной начинкой. Однако долго её внимания они на себе не удержали. Довольно внезапно раздался возмущенный мужской крик. Ирмалинда сразу обернулась и увидела, как парень схватив тарелку с пирожками, кинулся к выходу. Половина тела его уже была на улице, как довольно болезненно, его придавило дверью. Ведьма навалилась на дверь сразу, как парень открыл ее. Когда цель была зажата, она сразу схватила его за руку, затаскивая в магазин. Тарелка с содержимым находилась на улице. От неожиданности и удара, воришка выронил добычу, рассыпав её по земле. Парень дергался и рвался, пытаясь освободиться из цепких рук ведьмы. — Стой, ты уже! — повысила на него голос Ирмалинда, требуя от него покорности.       Оба мужчины подошли смотря на мальчика. Воцарилось молчание. — Я поговорю с твоим отцом, — сказал владелец мальчик, а после посмотрел на ведьму, — Отпусти его, пожалуйста.       Цайтлер посмотрела на пекаря и отпустила мальчика. Малолетний вор быстро юркнул на улицу, девушке даже показалось что он подобрал пару пирожков со снега. — Спасибо тебе, что поймала его, — поблагодарил её пекарь добродушно улыбаясь. — Но, вы же отпустили его. — Да, я знаю чей он, и поговорю с его родителями об этом, — мужчина подошёл к прилавку, — Чего-то хочешь?       Ирмалинда не стала задавать вопросы, вместо этого быстро окинула взглядом прилавки, выбирая что ей купить. — Можно, пожалуйста, ягодный пирог, — попросила ведьма, указывая на выпечку, — В прошлый раз он мне так понравился. — Чего-нибудь ещё? — Ещё тех сладких булочек. — Столько же как и в прошлый раз? — Да.       Ведьма довольно быстро извлекла свой кошель. После того как пекарь любезно всё упаковал в пакет, Ирмалинда расплатилась и попрощавшись, собралась выйти. — Подожди, — окликнул её мужской голос.       Обернувшись, Цайтлер увидела Оддмунда подошедшего к ней. — Я слушаю. — Ты возвращаешься в поместье? — поинтересовался парень. — Да, как раз туда я направлялась. — Можешь подождать у машины, я тоже еду домой.       Благодарно кивнув, ведьма вышла на улицу. Долго ждать балтландца не пришлось, буквально через пару минут, он вышел из магазина. Любезно открыв дверь машины для Цайтлер он дождался, когда она сядет после закрывая дверь и быстро занимая место водителя. — Не думал что ты будешь здесь, — обратился парень к ведьме, когда машина тронулась с места, — Твоя подруга, Реинхилд, наверно с братом проводит время?       Оддмунд ехал не слишком быстро, видимо специально чтобы о чем-то побеседовать. — Да, она сейчас с ним, поэтому я решила пока не мешать, — Ирмалинда посмотрела внутрь пакета с выпечкой, после показывая его водителю, — Вот угощу её позже. — Ты о ней так заботишься, как родная сестра, или же… — Просто подруги, близкие подруги, — ответила Цайтлер перебивая Оддмунда. — Хм, не думал что близкие подруги могут делить одну кровать.       Ведьма молча возмутившись посмотрела на парня. — Ты, что, следишь за нами? — спросила она с ноткой недовольства в голосе. — Нет, нет конечно! — сказал в оправдание парень, — Просто случайно заметил что ты вошла в комнату Реинхилд, и больше оттуда не выходила. — Тебе то какое дело? — Ну, просто, мне кажется это странным, вот и всё. — А мне кажется что тебя, это касается меньше всего. — Тогда, может по подробнее расскажешь о своей подруге?       Ирмалинда бросила на сына владельцев поместья подозрительный взгляд. — Это ещё зачем? — Я думаю, что раз уж и мои и её родители пытаются нас так сблизить, то было бы неплохо хотя-бы начать общаться друг с другом, узнавать что-то… — Не думаю что сейчас хорошее время для этого, — ответила ведьма отворачивая взгляд к боковому стеклу, — Я поговорю с ней, но ничего не обещаю.       Девушка стала рассматривать через окно заснеженный лес. Она помнила, что Реини ещё надо узнать и принять потерю одного из братьев. Поэтому ей точно не до сближений с кем-то, или каких-то увеселений. По крайней мере ближайшие пару дней. — Ну, может тогда о себе что-то расскажешь? — Я не стану делать это сейчас, — резко ответила ведьма, снова пресекая попытку парня заговорить.       Понимая, что разговор с девушкой уже не построить, балтландец добавил газу и направил авто в сторону поместья. Скоро машина проехала ворота, и остановилась на небольшой стоянке. — Спасибо, — коротко бросила ведьма и выбравшись из автомобиля, направилась в усадьбу.       В главном холле она встретила Бенедикта. Он спускался со второго этажа, задумчиво разглядывая пол. Возможно он бы прошел мимо девушки, но вдруг, резко остановился и махнул единственной рукой. Подойдя к нему, Цайтлер отсалютовала, и хотела было что-то сказать, но им была перебита. — Слушай, я знаю что ты довольно близка с моей сестрой, — Бенедикт на момент повернул голову и поднял её к коридорным проходам 2-го этажа, — Поэтому, кажется сейчас она нуждается в тебе как никогда.       Кивнув, бывший солдат поспешил удалиться. Цайтлер же сдерживаясь, быстрым шагом добралась до комнаты подруги. Тихонько войдя, она увидела Реини неподвижно лежащую на кровати. Избавившись от всей верхней одежды, она подошла к кровати. Почти сразу в глаза бросилось слегка опухшее от слез лицо Гинденбург. Сейчас она спала, но перед этим плакала. От осознания этого, сердечко Цайтлер волнительно забилось. Закрыв дверь в комнату, девушка забралась на кровать к своей подруге. Осторожно прижав голову Реини к своей груди, и медленно поглаживая её она пыталась придумать как поддержать свою подругу, что у неё не сильно получалось, но точно она знала, что постарается быть рядом и не дать ей окончательно раскиснуть. Невзирая на то что был день, Ирмалинда сама не поняла как уснула. Неизвестно, что заставило её проснуться, но открыв глаза первое, что она увидела, это багровые стены. Пунцовый диск солнца медленно уплывал за горизонт освещая в красный недавно ослепительный снег, укутанные деревья и поместье. Пошевелившись, Цайтлер почувствовала что Реини обняла её сильнее. Жар от одеяла и тела подруги был не сильно приятный для неё. — И как ты такое терпишь, — прошептала ведьмочка, скидывая с себя одеяло. Ей было очень жарко, но пришлось терпеть. Тут зашевелилась Реини. Девушка тихо простонала поднимаясь и вырываясь из объятий Ирмалинды. Заспанная, вспотевшая, она скинула с себя одеяло и села. Обе ведьмы молчали, смотря то друг на друга, то по сторонам. Реини отодвинув своей ножкой одеяло ещё дальше и потянувшись, она снова легла обнимая Цайтлер и прижимая ту к себе. — Ты как? — Поинтересовалась Ирмалинда ответно обнимая свою близкую подругу. — Я до последнего верила в них… — прошептала Реинхилд, — Что они справятся, вернутся… Даже когда все уже оставили их и не ждали. И вот, Бенедикт… Он вернулся, но Готтлиб…       Раздались всхлипывания, которые дали сигнал к действиям Цайтлер. — Подожди Реини, не плачь. — Девушка взяла край наволочки подушки на которой она лежала, и мягко протерла намокшие от слез глазки Гинденбург. — Реини, наверное, я могу понять что ты чувствуешь, и потом, смотри, Бенедикт он же тут, он все же вернулся. — Да, но мы скоро уедем отсюда в Стокгольм, а оттуда снова на фронт, — Гинденбург поджала слегка ноги и закрыла глаза, — Когда я смогу увидеть его еще?! — Тише, успокойся, — приговаривала Ирмалинда стараясь успокоить подругу. — У меня уже забрали Готтлиба… Я понимаю что не одна такая и у многих война забрала… — Подожди, причем тут многие? — перебила Цайтлер соотечественницу, — Да, это так, но не забивай свою голову лишним. Ты права, наш отдых заканчивается, и через пару дней, мы уедем обратно, но вся твоя семья будет ждать тебя. Твоя же задача, вернуться домой невредимой.       Реини не смогла что-то ответить. Вставший ком в горле просто не позволил ей что-то сказать. Поэтому что-то промычав, она, дав волю слезам вновь уткнулась в грудь Цайтлер. Ирмалинде ничего не осталось кроме как медленно поглаживать её по спинке и голове. Так они пролежали несколько часов. За это время Ирмалинда обдумала какого было бы ей, если бы у неё погиб близкий человек. Мама, папа… Реини. Почувствовав, как ей самой захотелось плакать, девушка слегка потрясла головой отгоняя эти плохие мысли. Гинденбург уже перестала плакать, лишь вздрагивала от всхлипываний, а через пару минут она и вовсе приподнялась. Заплаканная и беспокойная Реинхилд смотрела в глаза Цайтлер. — Что, Реини…       Не успела Цайтлер договорить, как Реини, обнимая её, мягко впилась в её губки, совершая поцелуй. — Ирмалинда… — обратилась к подруге она, разрывая поцелуй, — Вдруг в следующем вылете не станет кого-то из нас? — Нет, ты что, мы же столько времени в небе! — возразила Цайтлер, после секундного ступора, что был вызван резким поступком Реини, — Да и в Суомусе… — В Суомусе мы и не воевали вовсе, — парировала Реинхилд прерывая Ирмалинду, — Да мы сдерживали неуроев, но сколько опыта ты получила в боях за Суомус? — Реини, послушай ни я, ни ты, никто из нашего полка не погибнет. Мы все будем жить после войны, своей жизнью. — Да… Мы будем жить каждый своей жизнью… — Так что не переживай. Я буду с тобой, а ты со мной и никакие неурои не встанут между нами. — Реини ослабила свои объятия, и Цайтлер могла уже свободнее двигаться. Поэтому приподнявшись, она погладила грустную подругу по щечкам. — Хочешь, массажик сделаю, или покушать? — Получив отрицательный ответ, Ирмалинда поднялась, и потянувшись зевнула. — Тогда давай вечерний душ, думаю сейчас он необходим. Пойдём? — Гинденбург несколько минут просто лежала смотря в окно, она привстала и убрав мешающие волосы, кивнула. — Славно, пойду все подготовлю.       Быстренько одевшись, девушка вышла в коридор. Там было тихо, и спокойно. На первом этаже было также тихо. Подойдя к двери на кухню к девушке обратился голос от чего она вздрогнула издав тихий вскрик. — Проголодалась? — поинтересовалась неизвестно откуда появившаяся няня Нэле. — Вы… Меня напугали, — сказала в ответ Цайтлер, смотря на няню. — Извини, я не хотела, — женщина подошла ближе, — Как там госпожа Реинхилд? — Чувствует себя получше, но… Нам нужна ванна. — Что-то с ней не так? — Нет, мы просто хотим расслабиться. — Что-ж, мы подготовим вам ванную комнату и душевую, — ответила няня, слегка склонив голову, — Дайте нам немного времени. — Мм, спасибо большое.       Проводив женщину взглядом, Цайтлер зашла на кухню. Она хотела заварить чаю, и угостить Реини пирогом который она купила сегодня. — Все-же вкусное ей поднимет настроение.       Поставив две чашки чая на поднос, Ирмалинда направилась обратно. Гинденбург лежала на кровати, свернув одеяла и закинув на них свою ножку. Поставив поднос на столик, где стоял пакет с её покупками, Цайтлер взобралась на кровать, поглаживая подругу по плечу и руке. — Реини, пока готовится ванна, давай попьем чай. — Не хочу чай, — ответила Реинхилд, утыкаясь в одеяло лицом. — А как же, пирог?       В воцарившейся тишине, было хорошо слышно сопенье Гинденбург. — Вообще-то, не думай что меня можно так просто купить… — пробубнила Реини через несколько секунд. — Нет конечно, но…       Цайтлер достала из пакета прямоугольную коробку с пирогом. Медленно, но Реини поднялась и взяв стул, уселась вплотную к подруге. Аккуратно разрезав пирог на кусочки, Ирмалинда взяла один для себя и ещё один передала подруге. — Мм, какой он, сладкий, вкусный.       Хоть Цайтлер и пробовала этот пирог, она не смогла удержаться и почти сразу съела весь кусок. — Да… чем-то напоминает пироги из пекарен Кайзерсберга.       Реини отреагировала более спокойно, откусывая по кусочку и запивая чаем. — Интересно, как там наши девочки? Серафима не буйствует?       Цайтлер дождалась когда подруга съест свой кусок пирога, и когда та отпила чаю, она поднесла к ней ещё один. — Открой ротик.       С улыбкой, Ирмалинда смотрела на Реини, отчего у последней невольно приподнялись уголки губ, и она откусила половину кусочка. — Наверное Серафима не сбавила темп строгости, — ответила Гинденбург на ранее прозвучавший вопрос, — Хотя Ярослава не даёт ей быть чересчур и постоянно злой. — Они как мы… — Почему?       У Реини слегка поднялась правая бровь. — Ну как, разве ты не видишь как они относятся к друг другу? — спросила Цайтлер, слегка разведя ладонями, — Я думаю они очень близки… Как мы…       На этих словах Ирмалинда поднялась и обняв подругу, поцеловала её в щечку. — Мне кажется они это выражают более спокойно, нежели мы, — сказала в ответ смущенная Гинденбург. — Да, ну и что?       Цайтлер подумала что будет хорошей идеей перекрыть печаль подруги, своими чувствами к ней. Поэтому Реини уже сидела поставив чашку на стол и смотрела на Ирмалинду, усевшуюся на её коленках, обняв за шею и прижавшись. — Ирмалинда, ты какая-то… Сегодня особо активная и… Нежная. — Вообще-то, я не каждый день могу позволить себе вот так уделить внимание своей любимой подруге. — Ну, не думаешь что… Некоторое внимание может быть излишним? — Тебе неприятно? — спросила Цайтлер слегка отстранившись от подруги. — Нет-нет, всё… Всё хорошо… — Реини приобняла подругу и положила свою руку на её колени. — Скоро, мы не сможем как сегодня показывать эти чувства. — Ну, с одной стороны, нам никто это не запрещает.       Цайтлер задумалась начав наматывать на свой пальчик серебристый локон Реини. — А с другой Серафима, — парировала в ответ Гинденбург.       Невольно у обеих девушек в голове всплыл образ майора. И словно запись на пластинку в их головах воспроизвелся голос и крики Серафимы. — Да… Снова меньше спать, снова тренировки и снова…       Гиндербург начала вздыхать пока её не перебила Цайтлер — Паули. — А? — Реини непонимающе посмотрела на подругу. — Снова подкаты и подлизывания от Паули, — более подробно повторила она. — Ну, она же просто так шутит, неужели ты все не поймёшь?       В ответ Ирмалинда плотно прижалась грудью к груди Реини, и продолжая обнимать, вплотную приблизилась личиком к подруге, почти касаясь её губ своими. — А я не шучу, — серьезно сказала она, после мягко поцеловала Реини в губки начиная поглаживать её по волосам и голове.       Гиндербург робко отреагировала на инициативу Цайтлер, но поддержала придвинув её на своих коленках поближе. Так бы этот поцелуй и продолжался бы, но ручка входной двери дернулась и раздался стук. Ирмалинда словно ужаленная соскочила с колен Реини и нервно поправляя свои волосы, дрожащим голосом крикнула. — Во-Войдите!       Дверь приоткрылась и за ней показалась молоденькая горничная. — Извините, — девушка поклонилась войдя, — госпожа Нэле велела передать что ванна готова. — Да, спасибо, — Нервно ответила ведьма, — Мы сейчас же отправимся.       Горничная кивнула и покинула комнату закрыв за собой дверь. Реини погладила себя по коленкам и слегка похлопала как бы приглашая подругу сесть обратно. Недолго думая Цайтлер вновь устроилась на коленках Гинденбург, обнимая её. — Реинюш, пора принять ванну. — Да, я поняла, но, приди в себя сначала.       Реини взяла руку подруги, чувствуя в ней дрожь. — А, ну, я видимо, просто испугалась.       Ирмалинда тыльной стороной ладони провела по шее Гинденбург, после вернув руку в привычное положение, пальчиками поддевая лямки бюстгальтера. Цайтлер сильно разыгралась, желая оголить подругу прямо сейчас, но Реини остановила её. — Мы же сейчас все равно идём в ванну, там поможешь мне снять его.       Чтобы не идти в одном нижнем белье, ведьмочки набросили свои кители, и взяв сменные вещи отправились в душ. В как казалось бы пустых коридорах второго этажа, появлялись девушки из прислуги и Реини пожалела, что они вот так смело вышли, но вот Ирмалинду их вид похоже не сильно волновал. Вскоре девушки добрались до купальни. Это была небольших размеров зала, с нестандартной ванной у окна, и душем под потолком у стены. — Хорошо, ты в ванну, а я в душ, — сказала Реини, закрывая за собой дверь. — Не, так не пойдёт, — возразила Цайтлер, — Ты же можешь согнуть свои ноги? Думаю у тебя получиться сесть в ванну. — Тогда скорее ты не поместишься, если ты хочешь чтобы мы сели вместе, — парировала в ответ Гинденбург.       Девушки подошли к ванне. Ирмалинда задумчиво смотрела на неё, пытаясь придумать как уместить свою подругу. — Ну, видишь, она немного выше моих колен, поэтому я лучше под душ встану. — Тц, вот ведь…       Недовольная Цайтлер села в ванну, шумно вздохнув. Реини же встала под душ. Благодаря высоким потолкам в душевой, девушке не пришлось пригибаться. Сейчас она смогла спокойно выпрямить свою спинку и закрыв глаза, подставить лицо под потоки воды. Реини взяла легкая дрожь, после того как горячая вода стала прогревать ее тело, в прохладной душевой. Цайтлер погрузилась в ванну по шею, намочив волосы. Сейчас больше всего её внимание привлекала близкая подруга. Хоть и видела она её обнаженной много раз, это всегда вызывало у Ирмалинды восторг, даже сейчас ей хотелось подойти сзади и обнять Реини, аккуратно потрогать её за ягодички и наслаждаться изгибами её тела. Вот смущенная и раскрасневшаяся Гинденбург поворачивается, слегка приседая, чтобы закрыть свою попку от внезапного покушения, но сразу же Цайтлер задерживает её и когда, их лица приближаются, она подается вперед мягко увлекая подругу, а может все-же больше чем подругу, в чувственный поцелуй. Руки ведьмы невольно ложатся на объёмную грудь Реини, слегка сжимая её. Внезапно у Гинденбург появляются торчком черные лисьи ушки, и такого же цвета пышный хвост. В ответ Цайтлер приняла черты своего фамильяра: собачьи ушки, и пушистый хвостик колечком. Конечно, все сразу стало мокрым, но это не мешало парочке продолжать поцелуй, а Ирмалинде быть все смелее. Она разорвала поцелуй и взяла обе груди Реини в руки, ощущая весь её вес. — Реинхилд… Я, я же люблю тебя. — Я понимаю, и я тоже тебя, очень люблю…       Реини крепко обнимает возлюбленную, постепенно присаживаясь чтобы Цайтлер было удобнее добраться до разных участков её тела мочалкой. Местами ведьмочка задерживалась, уделяя больше внимания некоторым сладким местечкам. Не один раз она возвращалась к груди, мягко сжимая её, целуя и нежно покусывая за соски. Вот протерев животик она поцеловав его. Сердце Ирмалинды колотится от радости, теперь точно, вся Реини её, и ничья более. После животика, Цайтлер начала спускаться ниже, к самому месту, где никто никогда не бывал. — Ирмалинда!       Не сразу, но девушка вышла из своих фантазий, переведя взгляд на подругу, которая уже сидела рядом, и с беспокойством наблюдала за ней. — Что такое, Реини? — Я тебя звала, ты не отвечала, — объяснила Гинденбург, — Всё хорошо?       Цайтлер на мгновение задумалась и почти сразу сильнее погрузилась под воду. — Да, Реинюш, все хорошо.       И вновь девушка заколебалась. Никто не останавливал её, проявить чувства сильнее и поцеловать подругу. — Реини. — М? — большая девушка начала гладить Цайтлер по огненным волосам. — Да, пожалуй ничего, — отмахнулась Ирмалинда, — Забыла что, хотела.       Неловко улыбнувшись, ведьма взяв ладонь подруги, прижалась к ней своей щечкой. Гинденбург, улыбнулась в ответ, большим пальчиком проведя по носику подруги. — Знаешь Ирмалинда, иногда так забавно наблюдать как ты, заботишься обо мне, хотя тебя и никто не просил об этом. — Реини, нормально если я буду так помогать тебе? Все-же мы с тобой подруги и товарищи. — М, близкие подруги, которые все время рядом, и почти как, пара.       От последнего слова, Цайтлер невольно улыбнулась, и подавшись вперед сомкнула свои губки с пухлыми губками Гинденбург, обнимая её за шею. Реини, понимала что происходит, и была не против, взаимно отвечая на поцелуй. Когда Ирмалинда наконец отпустила Гинденбург, она глубоко вдохнула и выдохнула. — Реини. — Что? — Давай я тебя потру. — Ну, хорошо.       Быстро Реини вновь оказалась под душем, выпрямляя свои серебряные локоны, уходящие ниже соблазнительных ягодиц, закрывая их. Выбравшись из ванны, Цайтлер взяла мочалку и намылив её приблизилась к подруге. Ирмалинда сама не была обижена красотой тела: стройное тело, подтянутый животик, белоснежные, большие груди и округлые ягодицы. — Откуда бы мне стоит начать?       Рыжуля задумчиво смотрела на спинку дорогой ей девушки. Положив руку на бедро Реини, Цайтлер, слегка надавливая, стала тереть ей поясницу, растирая мыло по коже, стараясь натирать не только спинку, но и переходить на бока и стараясь достать до лопаток. — Реини, присядь.       На пару минут, Ирмалинда смогла достать до верхних участков тела. Когда же она стала двигаться вниз, добравшись до попки, она позволила себе сжать мягкую ягодицу. От этого аристократка невольно напряглась, но ничего не сказала. Реини лишь взяла вторую мочалку, начав натирать себя спереди. — Реини, я вообще-то хочу тебя потереть, — обратилась к подруге рыжеволосая с легкой ноткой недовольства в голосе. — Но, спереди я могу и сама. — Гинденбург посмотрела на Ирмалинду из-за плеча, не сразу увидев её из-за груди. — Да и тебе будет не сильно удобно это делать, — намекнула Реини на свой рост. — Ты же можешь присесть, или хочешь чтобы я на стульчик встала и терла тебя стоя на нём?       Реини слегка улыбнулась, представив подругу на стульчике перед собой. — Что ты улыбаешься, неужели хочешь чтобы так и было? — А, нет-нет, — отмахнулась Реинхилд покачивая головой, — Это будет и тебе неудобно, и мне неловко.       Гинденбург не знала как отказать своей рыженькой подруге, но с другой стороны ей и не хотелось как-то ограничивать её. — Ну, хорошо, тогда подай мне тот стульчик, я сяду чтобы тебя было удобнее.       Цайтлер кивнула и быстро поставила перед подругой указанный стульчик. Гинденбург уселась на стуле повернувшись спиной к Ирмалинде и рыжеволосая ведьма смогла вернуться к своему делу. Натирать Реинхилд, после того как она села, стало куда легче, ведь Цайтлер наконец-то смогла без проблем дотронуться до её плечей и хорошенько натереть спину и шею. После Ирмалинда протянула руки вперёд и начала натирать Реини спереди, девушка наклонилась и уперлась своей грудью в спину подруги. Её ладони аккуратно прошлись по животику Реинхилд, а затем поднялись к объемной груди. Ирмалинда побоялась сразу коснуться манящего бюста, но преодолев себя она положила на него руки, слегка сжимая и растирая по нему мыло. Щеки у обеих девушек приобрели ярко-красный оттенок. Ирмалинда прижалась ещё ближе, от чего её грудь деформировалась. Гинденбург же вздрогнула когда ощутила теплое, обжигающее дыхание Цайтлер возле своего ушка, она громко вздохнула, а потом, закрыв глаза, почти как кошка стала мурлыкать от нежных прикосновений. Такая реакция подруги заставила Ирмалинду остановится, она ещё сильнее смутилась и посмотрела на Реини, удивленным взглядом, поняв, что ей это нравится Цайтлер почувствовала себя более уверенно и снова стала натирать тело Гинденбург. Закончив, Ирмалинда включила поток воды в душе чуть сильнее и прислонившись к подруге всем телом стала смывать с неё пену, Реини приоткрыла глаза и положила ладони поверх ладоней Цайтлер и будто бы руководя движениями подруги, начала водить ладонями по своему телу. Девушки посмотрели друг на друга, так как Реини сидела она теперь была чуть ниже Ирмалинды и та потянувшись к ней, снова соприкоснулась с Гинденбург в поцелуе. Когда поцелуй закончился, на теле Реинхилд пены почти не осталось. — Поможешь мне помыть волосы? — спросила она у Цайтлер с легкой улыбкой. — Конечно, Реинюша, — ответила с улыбкой Ирмалинда.       Волосы у Реини к тому моменту уже окончательно пропитались водой и, следовательно, стали куда тяжелее, что Цайтлер лишь подтвердила взяв в руку небольшую прядь белых волос. Гинденбург, отключила воду в душе и протянула подруге бутылку шампуня. Ирмалинда приняла средство и выдавив прилично содержимого себе на руки, растерла его между ладонями и начала намыливать длинные локоны Реинхилд. Постепенно макушка высокой ведьмы приобрела более «пушистый» вид, когда огромный сгусток пены покрыл светлые локоны подобно меховой шапке. — Ммм, — Реини недовольно промычала и слегка наклонила голову. — Что случилось? — спросила с беспокойством Ирмалинда. — Пена… Немного в глаз попала, — ответила Гинденбург потирая левый глаз ладонью, после чего промаргиваясь. — Ох, потерпи осталось совсем немного. — Реини кивнула в ответ. Цайтлер вернулась к своему делу и закончив натирать волосы подруги, снова обратилась к ней. — Закрой глаза, Реини, я включу воду.       Как и попросила Ирмалинда, высокая ведьма закрыла глаза. Снова послышался шум воды и «дождевые» капли коснулись женских тел. Цайтлер начала аккуратно смывать пену с головы подруги. По телу Рейни, потекли белые речушки. Когда же Ирмалинда закончила, казалось, что светлые волосы Реинхилд стали ещё белее, словно бы снег на далеких от цивилизации просторах. — Ну вот всё и готово, теперь ты стала ещё красивее, — сказала Цайтлер, отходя от Гинденбург.       Реинхилд обернулась и посмотрела на подругу с улыбкой. — Спасибо, — поблагодарила она Ирмалинду, — Хорошо, а теперь давай, я тебе помогу, — сказала Реини поднимаясь со стула, освобождая его для подруги, которая возражать не стала, но стул она отодвинула, ибо все-же ей он был не нужен.       Представ перед аристократкой, Ирмалинда улыбнулась закрыв глаза. Гинденбург не стала долго томить и взяв мочалку вновь намылила её. Свой путь Реини начала с плеч рыжули. Мягко растирая шампунь, она двигалась вниз по руке. Когда она добралась до локтя, Цайтлер плавно передвинула её руку к себе на спинку. — Я думаю что руки я смогу и сама потереть.       В ответ Реини поправила чёлку на лице подруги. — Ирмалинда, а ты стала более смелее и… пошлее, — подметила Реинхилд. — Ну, вообще-то не пошлой, а более заботливой к тебе.       Цайтлер смущенно смотрела в пол, и неожиданно обняла Реини, уткнувшись в подругу лицом. — Что такое?       Белая ведьма ласково гладила Ирмалинду. Она понимала что рыжуля скорее всего, стала более активной из-за неё и она была готова принять её чувства, отвечая взаимностью. — Реини, мы кажется уже долго тут… — Да, давай закончим.       Справилась Гинденбург уже быстрее Цайтлер, ведь все же та была ниже неё, но она также не обделила любимую нежностями. Покинули ванну, девушки чистые и с красными щеками, но не от жара, а от чувств. Девушки довольно быстро вернулись в комнату. По пути им никто не встретился, и это было даже плюсом для Цайтлер. Никто не задерживал их, не задавал вопросов, и теперь они могут вновь уделять друг дружке внимание в кровати. Так и оказалось, через каких-то пять минут, Ирмалинда игриво улыбаясь, медленно заползала на кровать где уже расположилась её любимая подруга. — Ирмалинда, нет, ложись…       Реини стала кутаться от подруги в одеяло, но Цайтлер ловко просунула руки начав слегка щекотать её за бока. Это сработало и девушка раскрылась, а Цайтлер плотно прижалась к ней, уткнувшись мордашкой в её грудь. — Эх, что с тобой поделать…       Гинденбург накрыла себя и Цайтлер одеялом. Рукой она поглаживала её рыжие волосы. — Реини, — глухо раздалось снизу. — Да, что такое? — Слегка приоткрыв одеяло, Гинденбург взглянула в глаза своей подруге. — Что бы ты хотела себе на день рождение, ведь уже скоро. — Даже не знаю. — Ну, что мы дарили тебе на прошлое день рождения?       Цайтлер немного выбралась из-под одеяла, подперев голову рукой. — В прошлом году… Дай-ка вспомнить, — Реини приставила пальчик к губкам — Вспомнила, в прошлом году Ярослава устроила выходной, и мы собрали банкет. — М, точно, вроде Паули протащила алкоголь и вместе с Хамаляйнен танцевала втроем, — Ирмалинда нахмурилась, — Я тогда еле отогнала их от тебя. — Угу, Серафима потом весь следующий месяц гоняла эту троицу.       Девушки улыбнулись, и Гиндербург сильнее обняла Цайтлер за талию. — Надеюсь в этот раз они ничего такого не достанут.       Цайтлер погладила Реини по щечке, поправляя её чёлку. — Не должны, но, посмотрим, как всё будет. Но я поняла, что особых пожеланий у тебя насчёт подарка нет. — Ну, если только, чтобы все хорошо было. — Думаю, что все обязательно будет хорошо.       Рыжая ведьма окончательно уткнувшись в подругу, затихла. Аристократка не стала разводить диалог дальше, вместо этого она, не переставая обнимать подругу, получше положила свою голову и вскоре заснула, даже быстрее чем Цайтлер. На утро первой из них очнулась Ирмалинда, чувствуя как кто-то забрался на кровать и сейчас осторожно ползёт по ней. Приподнявшись девушка увидела младшую сестру подруги. — Лили? Что ты тут делаешь? — Я к сестрёнке, — ответила девочка.       Цайтлер посмотрела на мирно спящую подругу. — Ну, она спит.       Ничего не отвечая, Лили полезла к сестре, протискиваясь между девушками. Видя настойчивость Гинденбург младшей, Ирмалинда решает уступить место, и отодвигается. — Сними хотя бы платьице свое, да и вообще, разве тебя плохо воспитывают?       Девочка сев, виновато посмотрела на свою одежду, и выбравшись, быстренько разделась. Вернувшись обратно, она ложится прижимаясь к своей старшей сестре. Цайтлер наблюдая за этим немного умилилась. Подтянув одеяло и накрыв получше всех троих, ведьма легла плотнее к подруге приобняв её не зажимая при этом маленькую гостью. Так они бы проспали допоздна, но к полудню в комнату вошла Нэле. Женщина слегка взволнованно осмотрелась, но моментально успокоилась увидев одежду младшей Гинденбург. Подойдя к изголовью кровати, няня слегка приоткрыла одеяло и увидела Лили, которая прижавшись спиной к сестре, мирно спала обнимая её руку. Накрыв девочек обратно, женщина плавно наклонилась, мягко целуя Реини в висок. В этот момент вновь проснулась Ирмалинда. Девушка привстала, и непонимающе посмотрела на няню. В ответ женщина прошептала. — С пробуждением. — Что-то случилось? — спросила Цайтлер так ж шепотом. — Просто, не сразу нашли Лили, а она оказывается тут.       После Нэле тихо удалилась. Сонная ведьма прислушивалась к своим чувствам. Немного придя в себя, она посмотрела на настенные часы, которые показывали время после двенадцати. — Так и разленимся… — прошептала Цайтлер укладываясь обратно.       Довольно быстро её желание встать и заняться делами испарилось. Все-же лежать в согретой мягкой кроватке было приятнее. Вдобавок рядом была любимая подруга, и её сестра. По крайней мере ещё пару часиков на сон позволить себе можно было, но резко в голове мелькнул образ майора Серафимы. Тяжело вздохнув, девушка погладила Реини по руке, после слегка толкнула её в бок. — Реини, Реини, проснись.       Не сразу, но действия возымели эффект. Гинденбург медленно открыла глаза, непонимающе смотря в никуда. — Реини, надо вставать. — Зачем?       Зевая, девушка стала потягиваться, не сразу замечая свою сестру под боком. Ирмалинда сразу притянула Лили к себе, тем самым пробуждая и её. — Надо встать, а то потом тяжело будет когда вернёмся на базу. Вдобавок, позанимаемся чем-нибудь, и сегодня ляжем пораньше.       Борясь со сном, Цайтлер потирала глаза свободной рукой. Второй же она продолжала держать Лили. Девочка уже окончательно проснулась и лежала слушая разговор сестры и её подруги. — Но мы же сейчас не на базе, давай ещё поспим, ведь так тепло и уютно.       Реини засунула свою руку под подушку, подтягивая её ближе под голову, вновь закрывая глаза. — Нет, поднимайся. — настаивала на своем Ирмалинда. Она посмотрела на сестру Реини. — Лили, вставай и иди умывайся. Тебя же не надо умывать? — Нет. — Девочка отрицательно махнула головой и выбравшись из одеял, спустилась с кровати, начав одеваться.       Вскоре дверь щёлкнула, и Гинденбург младшая оставила свою сестру с подругой на едине. Цайтлер видя что Реинихилд никак не хочет, да и не собирается вставать, пододвинулась поближе. Руки её сразу погладили лоб ведьмы, после ладонь легла на её бедро. — Реини, если ты не будешь просыпаться и вставать, то я…       Рыжеволосая ведьма сначала погладила Реини, а после весьма провоцирующее сдвинула руку на бочок аристократки слегка ущипнув. Это принесло результат. Дернувшись Реини привстала. — Ладно — ладно, я проснулась.       Гинденбург недовольно села, поправляя свои волосы. Сон постепенно отступал, хотя желание вернуться к нему по-прежнему оставалось. — Пойдём, надо умыться и привести себя в порядок.       Цайтлер слезла с кровати. Встав она потянулась и перешла к легкой зарядке. Реини же сев, глазами нашла свою одежду, и пересилив себя, поднялась начав одеваться. — У нас что-то есть в планах? — поинтересовалась Реинхилд — Нет, хотя, можем просто насладиться свободной мирной жизнью, — ответила ей Ирмалинда.       Хмыкнув, Реини, натянула на свои изящные ножки белые чулочки, и лениво застегнув рубашку, без верхней пуговицы, встала в уютные меховые тапочки. В этот раз колебаться девушка не стала. — Пойдём уже, — Сложив руки под грудью, она наблюдала за Цайтлер, которая по-всякому разминалась. — Между прочим, могла бы тоже сделать разминку.       Ирмалинда плавно вытянула свои ножки, садясь на шпагат. — Мм… Я попозже…       Гинденбург присела на корточки, сделав скучающую моську. — Да конечно, попозже, вруша… — Рыжая ведьма сев на шпагат, быстренько поменяла ногу, вытянув вперёд другую. В этот момент, Реини мягко ткнула подругу в бок, — Хэй, Реини! — высокая ведьма ничего не ответила и лишь ещё раз ткнула подругу в бок, а потом ещё раз и ещё. — Реини, прекрати! — Пойдём, там уже наверное весь завтрак убрали, — сказала девушка, переставая донимать подругу. — Зная твою няню, там ещё раз накроют, — ответила Цайтлер выходя из шпагата, — И вообще, давай тебя разомнем и пойдем, садись.       Цайтлер сев на попу раздвинула ножки. Реини неохотно повторила, сев в точно такой же позе. — Теперь тянись к носку.       Ирмалинда стала плавно наклоняться вдоль своей ноги, постепенно ложась на неё. Гинденбург повторяла следом, но в один момент она остановилась. У неё не получалось, в то время как Цайтлер почти полностью легла на свою ногу, не отрывая вторую от пола. — Ну давай, ещё немного!       Реини подбадриваемая подругой, старалась склониться еще сильнее, но не вышло. Тогда Цайтлер стала тянуться вперёд, показывая как нужно делать. Её грудь легла на пол, и немного деформировалась когда её хозяйка достигла предела гибкости. Гинденбург не смогла так же как и рыжеволосая ведьма. Пыхтя и стараясь тянуться к своим носкам, её личико покраснело от натуги. — Ладно, хватит, — Цайтлер встала и помогла встать подруге. Девушка привстала на носочки, дабы привести рубашку подруги в порядок. Она оправила её и застегнула пуговицу, которую Реини пропустила. — И не пытайся пренебрегать своим видом, тебе это не к лицу. — Хорошо, я поняла.       Реини сама ещё раз оправила свою одежду, и вышла в коридор. Ведьмы медленно шли по коридору, хотя Реини хотела ускориться ибо была голодна, но тем ни менее она терпеливо шла рядом с подругой. Тут из-за угла, словно из засады вышел Эддмунд. Девушки замедлились. — Ох, по видимому вы только встали, а я думал что все девушки аристократических семей встают рано.       Эддмунд улыбнулся останавливаясь перед ведьмами. — Мы, можем себе позволить отдохнуть подольше, — ответила Цайтлер выступая вперёд. — Что-ж, я с этим согласен.       Повисло молчание, в котором ведьмы смотрели на балтландца, а он на них. Возможно так бы они и стояли, пока не появился Бенедикт. — Эддмунд, вот ты где, — он заметил Реини и Цайтлер, — Вижу и девушки тоже. — Бенедикт… — Реини вновь довольно быстро оказалась у своего братца, крепко обнимая его. Вновь сдавленый, мужчина поглаживал младшую сестру по руке. — Где ты пропадаешь? — Девушка отпустила Бенедикта, смотря на него с небольшой обидой. — Я, по большей части дома, — ответил парень, — Просто ты все время спишь, вот и не замечаешь меня. — Вообще-то замечаю, — буркнула смущенная Реини, слегка надув губы, — Просто я думаю ты занят, вот и не отвлекаю. — Конечно-конечно, — ответил Бенедикт, — Но если что-то хочешь провести со мной время, то приходи, на любимую сестренку я всегда найду время, — улыбнувшись, бывший солдат, своей огрубевшей ладонью, погладил нежную щечку ведьмы. — Да, хорошо, — ответила девушка смущаясь чуть сильнее и приобнимая покрепче брата. — Так, и вы вдвоём куда-то шли? — поинтересовался Бенедикт. — Да, мы хотели позавтракать, — сказала Цайтлер выходя из-за подруги и становясь перед её братом. — Что-ж, тогда идите скорее, Нэле уже распорядилась накрыть, так что там скорее всего уже всё стынет, — Гинденбург посмотрел на Эддмунда, — А мы пока с Эддмундом поболтаем о проблемах взрослых. — Погладив сестру по спинке, мужчина ловко выскользнул из её объятий. — Все, не теряйся только, сестренка.       Махнув рукой, Бенедикт медленно пошёл дальше с балтландцем о чем-то беседуя. Проводив их взглядом, девушки тоже пошли дальше. И действительно завтрак для ведьм был готов, даже несмотря на то что время близилось к обеду. После завтрака, Гинденбург захотелось погулять с Лили, а потому скоро, девушки одев форменную одежду медленно шли за девочкой. Лили поначалу шла быстро, но в конце концов поравнялась с сестрой взяв её за руку — Лили, что-то случилось? — Нет, просто, — девочка посильнее сжала руку сестры и подняла на неё взгляд, — Правда что ты скоро уезжаешь?       Сестры остановились и Реини присела на корточки. — Да, я снова уеду, и надолго, — ответила как есть старшая. — Но… Разве тётя Ирмалинда не может без тебя поехать?       Реинхилд улыбнулась. — Нет, если я не поеду с ней, то кто будет её защищать? — Как будто она ничего не может без тебя… Все время рядом с тобой…       Лили бросила подозрительный взгляд на Цайтлер. — Не сердись на неё. Хочешь сегодня ты будешь со мной весь день? — Хочу… — ответила Лили, с оставшейся долькой ревности в голосе. — Вот и славно.       Реини поднялась и стараясь не отпускать сестру, медленно пошла вперёд. Она провела этот день с младшей сестрой и даже вечером, Ирмалинде пришлось ночевать в отведенную ей комнату просто потому, что сестры отправились спать вместе. Эта ночь, была не самой хорошей для рыжеволосой ведьмочки. Во-первых, за это время она отвыкла спать одна и чувство одиночества медленно заполняло её, от чего сон шёл плохо. Во-вторых, было как-то прохладно без Реини. Не в кого было уткнуться или упереться. Наверное, поэтому она проснулась рано утром, сильно раньше чем когда она была не одна. Цайтлер привела себя в порядок и выйдя в коридор увидела служанок которые готовились к пробуждению всего дома. На лестнице, стоя облокотившись об перила наблюдал за первым этажом Бенедикт. Он о чем-то думал, и словно ушёл от окружающих в себя. — Доброе утро, — поздоровалась Цайтлер облокотившись на перила. — Доброе, ты сегодня рано, неужели и Реини поднялась, — Бенедикт моментально отреагировал на девушку и улыбнувшись, повернулся к ней. — Нет, эту ночь она провела с Лили, ну или наоборот. — А, так ты спала одна, то-то видно по тебе что ты чем-то недовольна, — мужчина тихо посмеялся. — Действительно?       Цайтлер мягко похлопала себя по щечкам, стараясь сделать простое выражение лица. — Кажется вы завтра отбываете? — поинтересовался Гинденбург. — Да, это так, — ответила Ирмалинда, — Совсем скоро мы должны будем снова вернуться в Прибалтию, где вновь вступим в бои с неуроями. По этой причине, утром мы покинем поместье. — Надеюсь, когда-нибудь это кончится… — Мужчина бросил взгляд на свою оставшуюся руку. — Тогда мир бы вернулся на землю.       Цайтлер зевнула и отправилась вниз. Ведьма была уверена что её подруга последний день отдаст своей семье и по этой причине, она не собиралась её отвлекать. Поэтому в последний день отпуска, Ирмалинда предалась своим мечтаниям и воспоминаниям. Это было довольно необычно для неё, ведь Цайтлер не была склонна к ностальгическим и сентиментальным настроениям разума. — Ирмалинда, что-то тревожит тебя?       Гинденбург незаметно подошла к подруге стоящей у окна и приобняла её. Цайтлер сразу прижалась головой к груди Реини. — Нет, просто, думаю, как же мои родители там, что с ними… — Ирмалинда подняла взгляд и снизу посмотрела на соотечественницу, — Хотела бы я с ними встретиться.       Аристократка заботливо погладила затосковавшую подругу по огненным локонам. — Я, попрошу отца разыскать их, — сказала Реинхилд, — И потом как представится возможность, мы с тобой навестим их. — Правда?       Повернувшись к Реини, рыженькая ведьма обняла ее сильнее. — Конечно, — ответила с нежной улыбкой Гинденбург, — Пойдем, нам надо собрать вещи для отъезда. — Ну, у меня почти все собрано, так что мы можем хоть сейчас ехать.       Цайтлер кивнула в сторону своего чемодана у стены. — Что-ж, а я свой и не начала собирать, — призналась Реинхилд смотря на чемодан. — Тогда стоит озаботиться об этом прямо сейчас.       Аристократка кивнула и вместе с подругой они приступили к подготовке уже её чемодана. После сборов, Гинденбург вновь оставила Ирмалинду одну. После ужина белая ведьма хотела переночевать у Бенедикта, но тот запретил ей несмотря на просьбы. В итоге Реинхилд ночевала у себя, но особо она не грустила, ведь она снова спала в одной кровати с Ирмалиндой, крепко обнимая её, как своего плюшевого медведя.        Утром ведьмам настала пора выдвигаться в обратный путь. Час расставания старались сделать менее растянутым. Все понимали что толку от этого не будет, но тем не менее мама Реини долго не хотела отпускать свою дочь. Только отец смог успокоить свою жену и заставить её отпустить дочку. Поцеловав и обняв всех близких Гинденбург и Ирмалинда покинули поместье. Стоящие родственники, прислуга и владельцы поместья были последним, что видела Реинхилд через стекла удаляющейся по дороге машины.