Глава 3. Охотник из страны отчаяния и девочка из мира грёз (часть 3)

Знак не мог остановить Юичи, что был намерен исследовать каждый уголок лаборатории, лишь бы докопаться до правды. И в итоге они оказались по обратную сторону железной двери. С того самого момента, как Юичи получил в руки фотографию, его настрой… изменился. Его шаг стал широким. Более резким. Движения тела утратили прежнюю плавность и размеренность. В помещении было тихо, так что Хохо услышала, как Юичи начал шумно и судорожно выдыхать, будто ему больно. Сердце замерло. В полной тишине Юичи уронил подставку со стола на пол. — Что с тобой? Хохо испугалась резкого звука удара. Юичи не реагировал на еë вопросы и попытки привлечь к себе внимание. А просто стоял, впав в прострацию. Дошло до того, что Хохо поймала одноклассника за руку в надежде вразумить. И тут-то ощутила, как Юичи дрожал. И при этом он молчал. Хохо не поняла, что случилось. Они просто зашли в помещение. Юичи нашëл чек на полу. Прошëл в процедурный кабинет. И внезапно замер, как каменная статуя. Хохо сначала подумала, что у Юичи эпилептический припадок и о некоторых проблемах со здоровьем он умолчал, что было ожидаемо. Тогда надо было просто проследить, чтобы он не навредил себе. Однако тот момент, когда Юичи осознанно и координированно потянулся за ножницами, опроверг предположение Хохо. Это кое-что похуже эпилепсии. Хохо хотела отобрать ножницы. Но Юичи слишком высокий для неë и к тому же, несмотря на скромное телосложение, намного сильнее. — Беги. И не оборачивайся. Юичи крепче сжал оружие в руках и сделал шаг в еë сторону. У Хохо сердце пропустило удар, едва она поймала мрачный взгляд, полный отчаяния. Она была совсем одна в запертом помещении, не способная защититься. И что самое страшное — Юичи надвигался. Медленно. Хохо ошарашенно сделала шаг назад в сторону выхода. — Почему? Что случилось?.. — она рискнула тихо спросить. Опасливо, пытаясь не спровоцировать. Но Юичи лишь ещë злее повысил голос и ударил кулаком по столу: — Если хочешь остаться живой, то уходи! Поняла? — Н-но… — Проваливай! Юичи зарычал. Со стойки упал скальпель. Хохо было страшно слышать столько злобы в голосе, и она вслепую, в слезах, потянулась рукой назад, пытаясь найти способ защититься. Коленки предательски задрожали. «Ты оглохла? Поворот-разворот — и кыш отсюда. » Хохо не понимала, почему так всë обернулось. Почему она должна бежать от одноклассника, что никогда не пытался поднять на других руку. Но Хвост, что всегда был рядом, толкнул Хохо к действиям. Сейчас Юичи был непредсказуем. Он мог не только наорать, но и наброситься, напасть с кулаками или холодным оружием и никто ему не помешал бы. Хохо в прошлом нередко переживала подобный опыт с другими людьми: ее саму охватил ужас. Она постаралась медленно покинуть помещение, не поворачиваясь спиной, чтобы не дать тому повода сорваться, как бешеному зверю, но вдруг под ногами раздался грохот: на пол бросили пустую пластиковую колбу. Сердце билось как сумасшедшее. Хохо скоро оказалась за закрытой железной дверью. И сама не поняла, как выскочила с другой стороны и прижалась спиной к стене. — Чирик! Ну как всë прошло? Хохо опустила взгляд и увидела под ногами птичку-оригами, оставленную перед входом. Салатовый художник ни на шаг не сдвинулся с места, терпеливо ожидая своих спутников. Но сейчас лишь одна мысль была на уме: Надо позвать на помощь. — Что случилось? — чирикнула птичка. — И куда подевался твой друг? — Ты можешь вылететь из лаборатории и позвать Лочу или Келуса? — Хохо сжала ладони, не переставая озираться. — Это очень срочно! — Ммм, могу, конечно, — спокойствие и неторопливый слог птицы-оригами только тревожили ещë сильнее. — Найти бы их ещë. Они же могут быть где угодно. — Просто позови их! — она спрятала руки под плащом и сжала плечи. Впопыхах обрисовала ситуацию, мелкими хаотичными штрихами, постоянно косясь на железную дверь, будто она могла распахнуться в любой момент. — Ух, судя по всему, дело серьёзное, — птичка, конечно, не всë поняла, но запомнила хорошо. — Ладно. Я полетел, чирик. За дверью послышался глухой удар. Хохо отскочила от неë и рванула искать Яньцина и Клару. Бежала очень быстро, как силы позволяли, всë ещë не понимая, что стало причиной агрессии со стороны одноклассника. «А может быть ему есть, что скрывать?» Хвост прошептал едва слышно. Даже если он и сказал правду, то Хохо не могла рисковать. Она слишком хорошо знала, на что может быть способна неуравновешенная личность, потонувшая в собственной злости, гневе и желании выместить эмоции. А Юичи ей не друг, так что поводов сдерживаться на один меньше. «А может быть он сыграл?» Навязчивый Хвост не отпускал, продолжая подкидывать идеи. Хохо задалась жутким вопросом: у скольких же на вид спокойных людей в её классе могут быть проблемы с психикой? Ответа не было. Игра Монокумы выворачивала все эти проблемы наружу. Хохо искала кого-то, кто мог помочь. Она боялась, что исследование лаборатории могло закончиться ещë одним убийством. Но как назло, уже через минуту поисков Хохо запуталась в коридорах… Слишком много развилок. Одинаковых дверей. Яньцина и Клары не было поблизости. И Хохо оставалось лишь громко звать одноклассников в надежде, что откликнется хоть кто-то. Сколько времени она провела в беспорядочных бегах по коридорам — не счесть. Она мчалась так, будто от этого зависела еë жизнь. Пока не услышала голос: — Хохо? Кто-то громко позвал еë по имени. У Хохо от облегчения сердце пропустило удар. Она неслась со всех ног, да так, что не рассчитала скорость и вписалась в кого-то на повороте. — Хохо! Что стряслось? Хохо отшатнулась, потерев лоб ладонью. — Ой, прости! — Мелочи. Что случилось? Хохо была просто счастлива, что хоть кого-то нашла. Да так, что уголки глаз заслезились. Зеле удивлённо и обеспокоенно наклонилась к маленькой ученице. — Почему ты одна? Куда Юичи подевался? — она настороженно вскинула брови. — Ты потеряла его? — … Ес-сли бы! — Хохо стала лихорадочно подбирать слова, всë ещё не успев отдышаться. — Мы пошли в какую-то лабораторию. Юичи что-то увидел. Понял. Или ему стало плохо. Не знаю. Но он… Взялся за оружие и сказал убираться, если жизнь дорога. — Что?.. Зеле неуверенно переспросила: — Ещё раз. Он напал на тебя? — Нет. Но он пригрозил, — Хохо сжала плечи. — Мне кажется, у него беда. Я не понимаю, что произошло! — воскликнула она. — Так и знала, что он мутен. Пошли, — Зеле сурово нахмурилась и по привычке сжала кулак. — Проведаем его. Пусть объяснится, какого хрена творит вообще. — Только ты это… — Хохо виновато съежилась, тут же припомнив не только время перед первым судом, но и золотой театр. — Не бей его. Он же вреда никому не причинил. — Чего? — у Зеле был непередаваемый взгляд. — По мне настолько сильно кажется, что я все проблемы дракой решаю? Хохо не знала, что сказать. Зеле серьëзно сказала: — Я понимаю, как важен диалог, — она приложила разжатую ладонь к груди. — Разговором порой можно сделать куда больше, чем силой. Броня и Лоча показали, как словом, подкрепленным действием, можно менять отношения людей, что едва знакомы. И я постараюсь также. Давай. Покажи мне, где ты потеряла Юичи.

***

Яньцин и Клара продолжали поиски. И, стоит признать, чем дольше они продолжались, тем сильнее Яньцина начинали одолевать сомнения. Посвятивший себя фехтованию и искусству обращения с мечом, он не мог перестать думать о том, как противостоять диктатуре Монокумы. Один из вариантов закончить игру — устранить кукловода. Но как узнать, где он скрывается? Не исключено, что он затерялся среди учеников и из толпы строит планы, руководствуясь правилом: хочешь спрятаться — спрячься на виду. К тому же, Монокума однажды упомянул, что в классе есть предатель. Яньцину становилось не по себе от одной лишь мысли о том, что кто-то из учеников, таких же жертв игры, на деле может оказаться лицемерным лжецом. Ничего больше не хотелось, кроме как положить конец игре и бессмысленным смертям. Нужно во что бы то ни стало докопаться до правды. И ключом к разгадке могут стать тайны, хранимые исследовательским комплексом Герта. Согласно записям терминалов и тому, что узнали Юичи и Хохо, в этих лабораториях велись разработки по последнему слову техники с участием лучших талантов. И проект раз за разом терпел неудачу, пока не закончился тем, что руководящий состав был перебит, а материалы исследований — уничтожены. За одно из нападений ответственен некий Фонд Будущего. От руководителя проекта было написано письмо, в котором намекали, что лучше прикрыть проект. Но причëм тут Броня? Каким образом она связана с делом? И что же пытались исследовать в Протеусе? Яньцин резко остановился, когда откуда-то донëсся чей-то искажëнный голос. Клара начала взволнованно озираться, и скоро она нашла причину шума. В лабораторном помещении на одном из навороченных приборов лежал раскрытый ноутбук, подключенный к блоку питания, а тот в свою очередь — к розетке. На ноутбуке проигрывалась запись. — Тогда вернëмся к последним новостям! С экрана с равнодушным лицом вещала девушка-блондинка в очках и деловом костюме. Высокий хвост, завязанный резинкой в виде кролика, чуть покачивался каждый раз, когда ведущая наклоняла голову то в сторону документов, то в сторону зрителей. А в углу экрана был знак канала. — Наверное, вам всем интересно, что происходило последние несколько дней, пока нас не было. Яньцин подошëл к ноутбуку поближе, чтобы расслышать каждое слово, пускай и немного искажëнное из-за некачественного динамика и настроек звука. Возможно, этот выпуск новостей хоть немного прояснит ситуацию. Да и что же может твориться во внешнем мире, пока класс заперт на островах… Строгая телеведущая вдруг широко улыбнулась. Очки слетели с носа, как и деловой пиджак. В полуобороте она задела рукой документы, не больше, чем мусор, и те полетели на пол, а галстук взвился змеëй. Яньцин невольно сжал кулаки. Девушка с экрана, казалось, смотрит прямо на него. Как и десятки отметин на еë леопардовом пальто. — Хаха, купились, да? Какие могут быть новости в этом адище? — та радостно рассмеялась и вскинула руки. — Всë как обычно: отчаяние и ничего кроме отчаяния! Ну вы только поглядите, какая красота. Экран сменился. Теперь он показывал не студию, а то, что было вне еë. Послышался крик, грохот и треск дикого огня. Клара отпрянула от ноутбука. Еë шокировало увиденное. Мир окрасился в уродливый грязно-красный. Места, в которых раньше жили люди, были разрушены. Воздух был наполнен дымом и гарью. — Здорово, наверное, осознавать, что всë изменилось до неузнаваемости. Будто сам эон разрушения приложил руку к этой катастрофе. К нему, к самому масштабному, ужасному и трагическому событию. Ведущая вдруг изобразила печаль. Ещë чуть-чуть — и от этой тоски зелёной грибы бы пошли. Выглядела эта игра весьма по-издевательски. — Но всë намного приземлëннее. Эоны, да чего же смехотворно… Люди же сами и разрушили этот мир, ахаха! Яньцин стиснул зубы. Его вывела из себя эта самодовольная особа, возомнившая себя королевой комедии. Если бы была возможность, он предпочëл бы отрицать, что эти новости настоящие. На Бармаглоте светило тропическое солнце и шумело спокойное море. Совсем недавно сами ученики, пришедшие в академию, не видели предпосылок, что могли бы привести к трагедии. Но на этих кадрах умирали люди и догорали чужие дома. — Посмотрим, насколько быстро отчаяние поглотит остатки человечества. А с вами была лучшая модница и телеведущая, Эношима Джунко! Всем до скорой встречи! Передача прервалась. В лаборатории снова стало тихо. Это был грёбанный ужас! Кому верить, чему верить… — Что… Случилось во внешнем мире? Клара взволнованно потеребила воротник рубашки. Яньцин зажмурился, пытаясь привести мысли в порядок. — Хэй-хэй, доброго утра всем! Хорошо поспали? Отлично. Тогда вернëмся к последним новостям! Наверное, вам всем интересно, что происходило последние несколько дней, пока нас не было… Запись начала проигрываться по новому кругу. Смотреть еë ещë раз не было смысла. Яньцин попытался залезть в ноутбук и пощëлкать там, лишь бы найти хоть что-то. Надежды на связь и возможность выйти в сеть, чтобы позвать на помощь, не было вовсе. Яньцин очень надеялся, что их класс всë ещë ищут. В конце концов, пропажу четырнадцати талантливых человек трудно не заметить. Но если в мире действительно обстоят дела так, как обрисовала ведущая с подобия новостей, то… У человечества куча проблем явно поважнее школьников? В архиве на ноутбуке помимо видео с Джунко были ещë файлы. Но так просто открыть их было нельзя. Требовался код доступа пятого уровня. Как и откуда его достать — Яньцин не имел ни малейшего понятия. — Понравилось? Монокума вылез из шкафа. Клара на всякий случай отошла подальше. — Как это понимать? — зашипел Яньцин. — Всмысле «как понимать»? Неужто опять думаете, что я лгу или подделываю данные? — Монокума раздражённо фыркнул. — У меня нет ни малейшей заинтересованности в том, чтобы придумывать или искажать информацию, особенно исторические факты. А вот хочешь ли ты верить в то, что мир изменился… Вопрос совершенно другой. — То есть… Это правда? — Клара опасливо покосилась на ноутбук. — Я уже бесчисленное множество раз отвечал на подобный запрос, — протянул директор. — Если хотите увидеть другие видео, скрытые в архиве, вам придётся найти ключ доступа. — И где же нам его найти? — настороженно спросил Яньцин. — В этом лабораторном комплексе, — Монокума помахал лапкой. — Давайте, дерзайте. Он исчез, будто и не появлялся, больше не дав никаких зацепок. Яньцин и Клара не знали, как выглядит нужный ключ. Стоило приложить все усилия, чтобы найти его. Даже если придётся перерыть весь комплекс. Комплекс с весьма мутной историей. Яньцин не мог перестать думать о том, что увидел на ноутбуке. Почему-то ему показалось, что он когда-то видел ту девушку. И чем больше времени проходило в поисках ответов, тем более знакомой казалась обстановка. Пустой коридор вëл дальше. Холод стен и странный запах дурно сказывались на ходе мыслей. Кресла обрастали ремнями. На швах между плиткой прятались длинные иглы. Двери тяжелели и становились неприступной железной преградой. И жëлтый с чëрным знак, предвестник беды, оказался на одной из них. Как и дверь в морг, что оказалась надëжно заперта, опечатанная красным знаком. Дальше нельзя. Осознание того, что делали здесь, с каждой секундой охватывало разум. Ключ доступа вместе с именным пропуском был быстро найден на процедурном кресле. Его и не пытались прятать. Яньцин с первого взгляда на ключ узнал, кто был изображён на фотографии. Но искра, что затеплилась в груди, в секунду угасла, словно от ледяного ветра, когда в памяти проявилась правда о том, что произошло с владельцем пропуска. Яньцин и Клара снова включили ноутбук. Ввели код доступа. И архив был в тот же миг разблокирован. Не хотелось верить, что это правда. Нет. Никак нет… На первом видео не было звука. Девушка в школьной форме стояла напротив мужчины в тëмном пустом помещении. Тонкие губы едва заметно шевелились, когда незнакомка говорила. А на поясе у взрослого, у самой руки, был спрятан стилет. Вот только Клара с ужасом поняла, что место… подвал. Было страшно смотреть на то, как мужчина, широкоплечий и высокий, подходит к девушке, забившейся в угол. И обнимает еë, будто упрошая не бояться, а потом резко вгоняет лезвие под рëбра. Звука не было, не слышно и чужих рыданий. Но агония, предсмертная судорога, пробежавшая по телу, кровь на губах… Всë было быстро. И по-настоящему. Подобное зверство было запечатлено на камеру и сохранено на носителях памяти. Кому-то явно это понравилось. Понравилось, как взрослый мужчина убивает школьницу. Больные мрази. Яньцин был в шоке. Пускай и не знал никого из участников видео. Так, по крайней мере, ему казалось лишь сначала. На глазах жертвы из видео застыли слезы. С волос девушки, похожих на белый пепел, упала заколка с тëмно-синей ленточкой. И была она похожа на хрупкие полупрозрачные крылья. Клара прикрыла пол-лица ладонями. Она не выдержала и заплакала. Яньцин до скрежета стиснул зубы. Надо же как-то остановить это безумие! Следом за этим хладнокровным убийством последовало ещё одно. Следующее видео. Двое учеников. Один в белом халате, а другой — в форме охранника. Яньцин узнал их сразу. Секунда на осознание происходящего. И всë встало на свои места. Как и то, кто из класса на самом деле предатель… Тот, из-за кого происходит всë это. Настоящий серийный убийца, прикрывающийся словом науки. Едва Яньцин успел понять, что происходит, как позади него на свету ламп сверкнуло лезвие заточенного скальпеля. *** Келус думал, что их команда никогда не соберëтся: настолько мучительным было ожидание. Ри долго возилась с ранами, пускай ситуация облегчилась тем, что осколки сильно зацепились за ткань и увязли в ней. Обрабатывать раны на спине было сложно, потому что любые движения и попытки извернуться сопровождались ужасной болью. Криво-косо затянув бинт и надев сверху новую чистую рубашку, что Келус притащил из супермаркета, Юмико вышла из аптеки. И сразу же направилась к четвëртому острову. Лоча с Келусом быстро пересеклись с ней, оправдавшись тем, что не успели далеко уйти. И вскоре троица продолжила путь вместе. Территория, принадлежавшая комплексу Герта, была огромна. Келус решил, что лучше будет осмотреть всë снаружи, прежде чем лезть в главное здание. Да и вдруг, если повезëт, на кого-нибудь из одноклассников наткнутся. И едва та мысль проскользнула в голове, как на горизонте замаячил знакомый силуэт, который трудно перепутать с кем-то другим. — Вы уже закончили? — Блэйд, подошедший вместе с Дань Хэном, скользнул взглядом по фигуре Юмико, оценивая тяжесть состояния раненой. Та лишь кивнула. — Угу. Вы нашли что-нибудь полезное? Она перешла сразу к делу. Скрывать боль и усталость было трудно. Так что Ри, благополучно проигнорировав настойчивый совет Лочи поберечь силы, собралась исследовать остров наравне со всеми. Сидеть без дела — вот настоящее наказание. А вот как долго она продержится такими темпами… Вопрос, который отлетел на третий план. — Вот знаете, — Блэйд скрестил руки. — Мы обошли это здание, — он покосился в сторону. — И нашли… Поезд. — Что? Поезд?.. Келус озадаченно проморгался. Ему казалось, что поезд не впишется по теме в исследовательский комплекс, хоть убей. Но Дань Хэн серьëзно глянул на авантюриста, подтверждая слова Блэйда. — Идём, мы вам покажем. Дань Хэн повëл за собой всю команду. Для того, чтобы обойти огромное здание, требовалось куда больше времени, чем предполагалось. Благо, что везде под ногами были устойчивые металлические платформы, а не склоны, покрытые препятствиями природного происхождения, или прочие неровности рельефа. Тропический остров особо и на тропический похож не был. Скорее на фоне всего Бармаглота напоминал чужеродный клочок, вырванный из хай-тека. Если есть поезд — должна быть железная дорога. И Келус удивился, когда Дань Хэн показал поезд, стоящий на платформе без единого намëка на рельсы. Состав из трëх вагонов и локомотива выглядел внушительно. Его умудрились «спрятать» за лабораторным комплексом. Какую роль вообще этот поезд выполняет? Просто стоит, как экспонат в музее? Келус не мог перестать смотреть на чудо техники. Взгляд загорелся. Парень обожал поезда. И его любовь к дороге, полумраку вагона и пейзажам, что пролетали мимо, невозможно передать словами. — Сразу видно, чья тема, — усмехнулся Дань Хэн. — Пойдём уже и посмотрим, что там, — Келус подскочил к первому вагону. Единственному, где была открыта дверь. Правда, зайти Келус не успел. Он остановился, едва не наступив на пушистый полосатый хвост, что был раскинут вдоль прохода, как шлагбаум. Вдруг хвост зашевелился. И из-за угла выскочил юркий зверь с бандитской мордашкой и янтарными глазами. — О-ой, какой хороший! — Келус не смог сдержаться. Скромный, ухоженный зверëк сел на проходе и склонил голову вбок. — Ну и мерзость. Монокума скривился, выглянув из-за соседнего терминала. — Не понимаю, что такого находят в этих животных. Они воруют, устраивают бардак, переносят бешенство, ну и вдобавок просто отбитые на голову, — директор тряхнул лапой. — Ты сам сюда енота посадил, а теперь возмущаешься? — деликатно уточнил Дань Хэн. Енот, сидевший на входе в вагон, фыркнул. Келус попытался поманить рукой зверька, но тот не сдвинулся с места, явно не желая выходить за пределы поезда. Стоило абсолютному авантюристу приблизиться, как енот тут же уступил дорогу и лениво разлëгся на полу, как кот. Келус не понимал, как таких пушистиков можно не любить. К тому же, енота явно не из помойки достали. Ухоженный зверëк лениво разлëгся на полу, раскинув лапы в стороны, и сощурил глаза-бусинки. Красота, да и только. Пока Келус любовался зверьком, Лоча с Ри зашли в тамбур, а из него — в сам вагон. Внутри первый вагон выглядел солидно. Салон был просторным и идеально чистым, по бокам стояли диванчики с красной обивкой. В горшках росли цветы. А в углу вагона, возле двери в тамбур и перехода в следующий вагон, было пристроено большое зеркало. Добро пожаловать на Звëздный Экспресс! Лоча обратил внимание на табло над проходом, где из загорающихся лампочек складывались названия станций, время прибытия, погода и прочая полезная информация. Текст на табле долгое время оставался неизменным. Пока текст не погас полностью. И кроваво-красным высветилось: По техническим причинам поезд задерживается. Приносим свои извинения за доставленные неудобства. На журнальном столике Лоча заметил большую тетрадь на кольцах. Она ничем не выделялась, за исключением одной лишь детали: на чëрной обложке была пропечатана эмблема Пика Надежды, точно такая же, как и на электронных дневниках учеников. Лоча с подозрением отнëсся к находке, но практически сразу раскрыл тетрадь. Как выяснилось, это был журнал с личными данными каждого ученика класса 72-А. И на первой же странице Лоча понял: догадки, что не оставляли его с самого начала игры, грозили стать ничем иным, как реальностью. В журнале была приклеена фотография незнакомого смуглого юноши с лиловыми глазами и шрамом на переносице, похожим на крест. А в досье упомянуто: Арлан. Абсолютный телохранитель.