Часть 2

Через три дня. Банк Гринготтс. Высокие потолки, светлые стены, идеально отполированные полы на поверхности и сотни километров пещер под землёй — вот чем был для Гарри банк Гринготтс. И было довольно удивительно узнать, что помимо царства камня было и нечто отличное — просторный парк с идеально ухоженными растениями раскинулся на крыше банка, удивительным образом гармонично переплетаясь со строгим ампиром остальной части здания. Но, конечно же, не просто так его впустили в данную часть банка, помимо парка здесь была и старт-площадка для портключей: круг радиусом пятнадцать метров, вымощенный идеально подогнанными друг к другу блоками слюды, в которой был запечатан скелет какой-то "хтонической твари юрского периода, которую, видимо, использовали для создания химер шумеры." Так, по крайней мере, Голос охарактеризовал четырехлапое четырехкрылое двухвостое существо, которое и было замуровано в тоннах превратившейся в янтарь смолы. — Мистер Поттер, ваш портключ проверен и готов к использованию, если вы готовы, мы можем пройти на стартовую площадку, — откуда-то из-за деревьев вышел молодой гоблин, с поклоном обратившийся к Гарри. — Не имею возражений, — перехватив поудобнее небольшой кейс с парой кубических метров свёрнутого пространства, шагнул вслед за гоблином Гарри. Вообще-то тут стоит уточнить, наверное, про порт—ключи. Всего их бывает два вида: прорыв и проход. Первый, как понятно из названия, формирует прорыв. Словно бы реальность сложить вдвое, как лист, и резко ткнуть в него иголкой. Через получившуюся дырку от иголки и совершается проход. Второй, исходя из по названия, формирует проход — то же, что и с иголкой, но только тут игла из шприца. Хотя обольщаться не стоит — и в том, и в другом случае наличие стенок не влияет на ощущения от перемещения. Но вот на свернутое пространство — совсем другой вопрос. И если нет желания после перемещения обнаружить свой чемодан пустым или, заглянув туда, встретиться взглядом с тварью изнанки мира, то стоит воздержаться от поездок прорывом. На стартовой площадке было пусто, а короткий взгляд на окно с расписаниями показал, что на стороне Германии есть только одна группа, должная через несколько минут отправиться сюда, на Альбион. Хотя... Не просто так, кстати, пишут: точка выхода у портала не фиксирована. Так что сдвинешься на пару метров в сторону - и можешь выйти прямо в голову другому человеку. И когда говорится в голову, имеется прямой смысл этого слова. — Итак, через несколько минут принесут портключ, а пока я бы попросил вас ознакомиться с вот этим материалом и поставить подпись здесь. — Гоблин ловко достал из небольшого портфолио буклет с ТБ по использованию порталов, а также небольшой листок с подтверждением ознакомления с техникой безопасности, после чего банк снимет с себя ответственность за то и за это и сообщает, что если я пострадаю по своей безалаберности, пришивать на место конечности, вворачивать обратно рёбра, запихивать глаза в глазницы никто не будет. По крайней мере, в качестве компенсации, а вот за отдельную плату — всегда пожалуйста. Впрочем, со всем что было написано в буклете, Гарри был уже знаком, так что внимательно прочитав бумагу под подпись, он поставил свою закорючку, приправив простой росчерк пером капелькой магии. С гоблинами всегда нужно держать ухо востро — четыре войны не забыты, просто теперь на магах выгоднее зарабатывать, чем воевать. — Отлично, вот и ваш портал, — проверив действительность подписи, гоблин удовлетворённо кивнул, после чего махнул лапой в сторону идущего к ним ещё одного гоблина. В крючковатых лапках оного был серебряный поднос, на котором лежала дверная ручка. Конечно же, не простая — золото и серебро переплеталось в сеть, которая держала рубины. И по всему этому великолепию шла сеть рун. — Пфф, простая бутафория и показуха, гоблины надёжно хранят секреты своего искусства и никогда не выставляют руны напоказ, — тут же отреагировал Голос, правильно истолковав заинтересованный взгляд Гарри на ручку. — Итак, что бы использовать портал, нажмите на ручку так, словно вы мне открываете дверь. Благоразумно отойдя от Гарри подальше, гоблин кивнул, после чего стал ждать, пока клиент использует портал. И Гарри портал использовал. Резкий рывок в районе живота, рука словно прилипла к ручке, а вестибулярный аппарат регистрировал изменение ощущения верх-низ по десятку раз за секунду. А после этого спектра чувств ноги с силой ударились об землю. — Кха, ненавижу порталы! — слегка встряхнув головой, недовольно прошипел Поттер, медленно приходя в себя. — О, ты ли это, Гарри? — вот только спокойно постоять и успокоить желудок у подростка не получилось. Откуда-то со стороны раздался удивлённый голос. Знакомый голос. — Эм, Билл? — почему-то Гарри почувствовал себя как вор, которого поймали за руку. — Эм, а что ты... — один из старших сыновей Уизли уже хотел что-то сказать, но его перебил один из четверки людей, с которыми он, вероятно, переправлялся. — Мистер Уизли, вам стоит поспешить, а то сейчас переместимся без вас. — Высокий и тощий человек, державшийся за круг с пятью ручками, недовольно обернулся на Билла. Оставшиеся трое тоже обернулись. — Да, конечно, мистер Рэйлгтон, — напоследок бросив на Гарри нечитаемый взгляд, рыжий мужчина быстро подошел к кругу. *Пуф* С хлопком колесо унесло небольшую группу незнакомцев, а вместе с ней и одного знакомого. — Ну, чего встал? Двигай в главный зал, нужно получить деньги и узнать, где будет наше официальное жильё, а так же где будет жить Гермиона, — от созерцания места исчезновения компании Гарри был отвлечён недовольным голосом... Голоса. — Да, иду, — коротко кивнув, парень пошел на выход из парка, аналогичного английскому.

***

После перемещения порталом Билл быстро распрощался со своими коллегами. Встреча с Гарри смешала ему планы, и вместо похода по барам и сна после этого забега работник Грингортса отправился домой. Хотя до этого в родное гнездо возвращаться даже не собирался — слушать шипение матери по поводу того, что ему уже пора остепениться, а не рисковать своей шкурой, расчищая гоблинам путь к секретам древних египтян, молодой человек был не готов. Как и не был готов пока связывать свою свободу браком, хотя бы потому, что для Билла семья была синонимом детей... Но вот появление Гарри в Германии вынудило его отправиться в Нору, так как это перемещение мальчика шло вразрез с тем, что говорила ему его мать. С хлопком расходящегося воздуха Уизли появился на вершине холма, с которого была видна Нора, всё так же выглядевшая борцом с законами физики и здравым смыслом. С тихим вздохом старший из братьев начал спускаться к дому, в саду которого были видны три рыжие макушки. — Всем привет! Мама дома? — вопрос был обращён к Джорджу, Фреду и Рону, вытаскивавших из нор гномов. — О, привет Билл! — все трое отреагировали одинаково. — Да, мама дома, готовит обед. — Спасибо, парни, попозже приду вам на помощь, — махнув рукой, старший прошел в дом, а уже по дому на кухню, предвкушая, какую головную боль ему причинит разговор с матерью. — Итак, Билл, по какой же причине ты решил-таки посетить свой родной дом? — через тридцать минут Билл таки сумел привести пустой разговор и шипение матери к более-менее серьёзному вопросу. — Кхм, если мне не изменяет память, то через три дня вы собирались забирать Гарри от его родственников? — проигнорировав колкость, вопросом на вопрос ответил Уизли. — Да, Артур попросит коллег из министерства на время подключить дом родственников Гарри к каминной сети. Если хочешь поучаствовать, то нет проблем, — под конец найдя для себя объяснение вопросу, ответила матриарх семейства рыжих. — Хм, а Гарри, часом, не говорил, что хочет куда-то сам отправиться? — снова задал вопрос Билл. — А? Да, кажется, Рон говорил, что Гарри хочет уехать в Германию, но я думаю, мальчик просто пошутил. Куда он сможет отравиться сам? — под конец с иронией улыбнулась женщина. — А вот он взял и отправился, — теперь уже Билл улыбнулся на удивлённое выражение лица матери. — Гринготтс обеспечил меня порталом из Египта в Германию, а оттуда уже сюда, в Англию. И уже на самой площадке перемещения я встретился с Гарри. — Эм, сынок, ты уверен что это был Гарри? — полностью растерянно спросила Молли Уизли. — Полностью, спутать его оттенок магии я ни с чем не мог, — всё ещё серьёзно кивнул Уизли, редким даром которого была возможность распознавать и запоминать магию людей и заклинаний. За что был очень ценим банком гоблинов.

***

В кабинете директора Дамблдора было тихо. Множество приборов на столиках двигались и работали совершенно бесшумно, как и было задумано их создателями. Весь шум, который они издавали в обычное время, был наведён магией Разума. Нет, никакого ковыряния в мозгах, это умел и сам директор, - только лёгкий успокаивающий эффект, который часто помогал людям не сказать тех слов, за которые им будет потом обидно. А ещё разум спокойного человека гораздо менее чуток к чужому проникновению... С тихим шелестом открылась дверь в кабинет, через которую прошел директор Хогвартса. Повседневная мантия сегодня была заменена на серую, дорожную. А под ней обладателю острого зрения можно было заметить лёгкий доспех из драконьей кожи. В последнее время директору приходилось много путешествовать, чтобы узнать подробности возрождения Тёмного Лорда. В этот раз ему даже удалось найти место, где был проведён ритуал. Но, как обычно, ответы порождали только новые вопросы. И вот на эти вопросы ответов у директора не было — кто-то качественно уничтожил все улики, буквально испарив кладбище Литтл Хэнглтона. Но это, разумеется, не означало, что директор позволит себе остановиться. Спокойно пройдя к столу, Дамблдор лёгким усилием воли поднял на уровень глаз тонкий лист обсидианового стекла: довольно забавный артефакт, отмечавший использование артефактов и чар в определённой области вокруг себя. К несчастью, он реагировал слишком на многие промежуточные срабатывания, и чтобы узнать что-то действительно полезное, приходилось тратить время. Но в этот раз долго искать не понадобилось — на первой же строке красным, как наиболее важное, было выведено: "принудительно деактивирован маяк слежения за Гарри Поттером" — Хм, это занимательно... — Слегка улыбнувшись, директор сбросил мантию на своё кресло, после чего прошел через столики к одному определённому. Артефакт маяка слежения был похож на хрустальный шар для гаданий, но вместо потустороннего тумана внутри была стрелка, а сам шар был намертво впаян в небольшой модуль управления. Над этим самым модулем и начал работать директор, ведь было все три причины принудительного разрыва связи: первая — объект, к которому идёт нить слежения, мёртв. Вторая — была использована пространственная магия. Третья — был проведён ритуал отсечения, который и обрушил нить. Впрочем, если учитывать, что речь идёт о Гарри Поттере, то все три варианта нереальны. Хотя... Возможно, Уизли решили, что забрать Гарри от родственников пораньше — не самая худшая идея... Проверка артефакта это почти подтвердила — нить была порвана пространственным перемещением. А значит, стоит просто поговорить с Молли, что не стоит чрезмерно опекать Гарри.

***

Дом, купленный когда-то Поттерами, находился в Баварии. Двухэтажный, с шиферной крышей фахверк не производил впечатление укреплённой крепости, способной выдержать осаду. Да таким он и не был, недостаток защиты компенсировала маскировка: даже в Гринготтсе не знали, где находится этот дом, лишь выдав артефакт-компас, который и помог найти это место. Да и работал он только, если капнуть капельку крови, родственной Поттерам. Хотя под скрывающим барьером был не только сам дом: небольшой сад с фруктовыми деревьями, маленькое озеро, кусок хвойного леса в полтора гектара... Предки явно не мелочились. Также в доме жили домовики. Целых двое, которых, правда, пришлось забирать из банка: последний живший в этом доме Поттер понимал, что дом, возможно, простоит пустым десятки лет. За такое время домовые сойдут с ума, став злыми духами. А если учитывать, что, возможно, сюда будут отступать ранеными, то духи могут и добить родственников. В общем, банк с удовольствием принял к себе на службу двух домовиков, которых вернуть не смог: отработав сорок лет, Блинки и Пинки вернулись к состоянию магии, из которого и произошли. По итогу, в дом он приехал с другими домовиками: Инки и Клайдом. Эти же двое и приводили в порядок жилище, пока сам Гарри рассматривал территорию и общался с родителями Гермионы. С ними, кстати, всё было не так гладко, хотя начало было многообещающим: отец и мать Гермионы согласились, что Англию нужно покинуть, но вот дальше Франции уезжать не захотели. Да и сам Гарри теперь понимал, что тащить сюда маглов не лучшая идея, так как это приведет к их полной изоляции: если они выйдут за барьер, то обратно попасть уже не смогут. А вот Гермиону придется вносить в список тех, кто может пройти через файрвол маскировки. — Кстати об этом, а почему я сам не могу остаться здесь жить? — крутя в руках зеркало после разговора с Грейнджерами, задумался Гарри. — Эх, тот кто ищет, тот всегда найдет, — с вздохом пришел ему ответ от Голоса, — даже все эти чары не смогут скрыть нас от ищущих, да и к тому же мы будем качаться, а половина тех ритуалов, которые я собираюсь провести и которым обучить тебя, будут как маяк в ночи, проводя любого через отвлечение. Так что нам понадобится именно крепость, которую возможно создать из виллы в Греции. — Кхм, получается, ты хочешь использовать Гермиону как приманку. Она наверняка успеет оповестить нас о приходе гостей, тем самым позволив тебе либо окопаться, либо сбежать, — в голосе Гарри проступили стальные нотки. К несчастью, у его соседа была привычка подставлять под удар любого, кроме себя самого и, следовательно, Гарри. — Ха, неплохо! Начинаешь делать успехи в изобретении краткосрочных ходов. Но нет — Гермиона будет нашим наблюдателем здесь, в Германии. Ведь искать будут именно нас, а когда найдут, я устрою бойню, залив эту землю кровью. Что автоматически сделает нас персоной нон грата, после чего нам придётся покинуть суверенную Германию. И когда мы окончательно покинем эту страну, то ищейки снова пойдут по нашему следу отсюда, там самым Гермиона сможет контролировать ищеек, в крайнем случае спрятавшись здесь. — То есть ты считаешь, что во время нашего поиска это место не будет обнаружено? — всё ещё холодным тоном спросил Гарри. — Да, не обнаружат. Как только заселим сюда твою подругу - свалим в Грецию, по итогу любая магия поиска не покажет и намёка на это убежище. — Но хотя бы минимально защитить это место ты можешь? — не доверять Голосу поводов не было, а потому Поттер решил, что пока не сочтёт дом достаточно безопасным, от Голоса он не отстанет. 1 июля. Дом в Баварии. — Эм, а ты уверен, что это вообще будет работать? — смотря на огромного пятиметрового голема, спросил Гарри. — Ну да... Теоретически я сделал все правильно, главное теперь найти нормальное ядро, которое будет всё это великолепие запитывать... — В стоявшем рядом ростовом зеркале Гарри с татуировками на всей поверхности лица неуверенно кивнул головой, снова проходя взглядом по сделанному за прошедшее время. И да, как оказалось, вывести Голос за пределы головы Гарри можно — какое-то хитро выперднутое заклинание иллюзии, наложенное на зеркало, позволяло создать что-то вроде живого портрета. — И где мы это самое ядро будем искать? — брови Гарри скрылись под чёлкой. Они и так очень сильно постарались собрать всё необходимое для создания этого гигантского механизма. — И вообще, какой смысл в создании этого? Разве заклинания не лучше бы защищали это место? — когда Поттер докапывался до своего собеседника в голове с необходимостью защитить это место лучше, он явно не был готов мотаться по всей магической Германии в поисках... Всякого. — Я уже говорил тебе: любые защитные чары можно обойти, снять или пробить, да и как я смотрю, сейчас только тупой не использует стационарные и не очень щиты, а вот големов я не видел. — Отражение нахмурилось и недовольно тряхнуло головой. — Хаа... Ладно, ладно, всё же насчет ядра — где такое искать? — тяжело выдохнув, Гарри сменил тему. — Нуу, в если подумать логически? — ядовито хмыкнул Голос. — В специализированных магазинах? — последний Поттер криво ухмыльнулся: ответ "в специальных магазинах" был универсальным ответом Голоса на половину вопросов. — Почти угадал. Сначала сходим в тот магазинчик, где купили большую часть брони, а потом в теневую часть магического мира, — отражение довольно улыбнулось. — Эх, ладно, тогда раньше выйдем - раньше вернёмся. — Последний раз посмотрев на пятиметрового великана из железа, стали и магии, Гарри направился на выход из дома. Магическая улица Германии была чем-то похожа на Косую аллею в Британии: такая же толпа, такое же количество магических штуковин на сантиметр кубический, такое же желание скрыться от маглов. Хотя было и некоторое разнообразие. Не только в том, что почти все общались на немецком, а некоторые надписи были и на латыни, но и способом сокрытия магического центра: прямо под Унтер-ден-Линден притаилась торговая артерия. Вот так вот просто — двадцать метров земли сверху, и никакой сложной магии пространства. Её заменяет не менее сложная магия освещения, которая создавала ощущение постоянного дня: по голубому иллюзорному небу плыли иллюзорные облака, которые гнал не менее иллюзорный ветер. А если посмотреть на небо, то ослепит иллюзорное солнце. В общем, какой-то специалист неплохо поработал. Но для Гарри сейчас это было не интересно, наудивлялся ещё при прежних посещениях, его сейчас интересовал "магазин для артефакторов", именно там Гарри купил большую часть деталей для "потрохов" голема. И хотя Голос шипел и плевался ядом на качество товара, но выбора особо не было. Вот и сейчас последний Поттер подходил к стеклянной витрине с витиеватым узором, когда его отвлекли. — Молодой человек, не позволите занять минутку вашего времени? — к нему подошли два шкафа в мантиях авроров Германии, один слева, второй со спины. — Так, Гарри, без паники, главное спокойно, если что - я на подхвате. — Голос, несмотря на свою обычную токсичность, знал, что и когда говорить. — Я вас слушаю, господа авроры. — Конечно же, ответа "нет" не предусматривалось, а потому Гарри отошел вместе с шкафчиками к квадратному киоску, который порой заменял аврорам полицейскую машину: связь, оформление документов, обезьянник на полтора человека и ещё по мелочи. — Ваше имя, фамилия? — не обратив внимание на вопрос, сам спросил аврор. — Гарри Джеймс Поттер, — нахмурившись, ответил Гарри — ситуация не нравилась ему всё больше и больше. — Мистер Поттер, согласно нашим данным, вы подозреваетесь в создании одержимых големов, и согласно пункту пятому Уложения о создании тёмномагических артефактов, мы имеем право задержать вас на срок до пяти дней для выяснения обстоятельств. Сдайте палочку. — Что-то посмотрев в бумагах, протянул один из них руку в требовательном жесте. — Так, а вот дальше под мою диктовку. — Гарри на это только обрадовался, как вести себя в подобных ситуациях он не знал. — Я не являюсь гражданином суверенной магической Германии, предъявите ордер на мой арест, — стараясь контролировать голос, чтобы он не дрожал, повторил сказанное ему Голосом Поттер. — Пожалуйста, — на секунду на лице шкафчика появилось недовольное выражение, но он таки протянул лист. Под тяжёлыми взглядами Гарри медленно и внимательно прочитал ордер. — Этот ордер не на меня — я являюсь членом чистокровной семьи Поттер, а так же её наследником. Здесь же указано, что разыскиваемый не имеет чистокровного статуса. — Возвращая лист аврору, Поттер не смог сдержать улыбки превосходства. — Хм, докажите, — шкафчик стал ещё более хмурым. — Я, Гарольд Джеймс Поттер, являюсь, на данный момент единственным известным общественности членом рода Поттер, а так же единственным на данный момент наследником рода Поттер, да будет моя магия мне свидетелем. — Лёгкое свечение разошлось в стороны, подтверждая принятие клятвы. А тот факт, что подросток не начал кататься по земле в припадке от разрушения магического ядра означал, что клятва верна. — В таком случае извините за беспокойство, наследник Поттер, мы больше вас не задерживаем, — аврор кивнул на выход из полицейской будки. — Хм, а я думал, им понадобится больше времени, чтобы на нас выйти, — когда Гарри отошел от будки, Голос довольно хмыкнул в голове. — Эм, что? То есть ты знал, что нас попытаются арестовать? — от возмущения подросток прошипел слова себе под нос, заработав пару напряженных взглядов от прохожих. — И что это за такие одержимые големы? — Кхм, ну некогда жил очень высокоуровневый мастер големов, который по совместительству был шаманом. И он считал, что големы неполноценны, если снаряжать их простым ядром. Он придумал свой путь: шаманизмом призывал нейтрального или злого духа, которого и запихивал вместо ядра. И что абсурдно, оно даже работало: тот големостроитель успешно создавал машины с духами, которые не только были дешевле, но ещё и могли самообучаться. Вот только после смерти этого мага случился знатный конфуз. — Голос коротко рассмеялся, — вся его армия мехов сошла с ума и устроила бойню. Да такую, что знания о создании одержимых попытались уничтожить. Вот только хрен там — големостроители очень быстро прочухали, что если у тебя есть одержимый голем, то трогать тебя не будут. Дошло до того, что специально призывали максимально злого духа, которого потом ещё и обучали убивать как можно больше. После этого получившегося мясника засовывали в коробку, которую всегда таскали с собой. А один особенный умник потом назвал эту коробку знаешь как? — Ну и как? — Райский сундучок, — и голос кровожадно рассмеялся, — но кроме шуток, давай-ка двигай в сторону Гринготтса. Раз уж под нас начали копать, то стоит озаботиться адвокатом или даже двумя. А потом надо в министерство, а то мы вроде как хотим поступить в Кайзерский институт... — Хах, ты, как всегда, прав, — немного скорректировав своё направление движения, Гарри начал пробиваться через толпу к белой громаде банка. Как оказалось, найти адвоката несложно. Стоило Гарри об этом просто заикнуться, как гоблины сразу же ему выдали около двадцати досье на разных сотрудников. Вот только Голос, лишь бегло просмотрев папки, забраковал всех по одной простой причине: они не были фамильными адвокатами. То есть сидят не на жаловании, а на заключении разового договора. Следовательно, могут одновременно вести множество дел. Что категорически не устраивало Голос. А потому пришлось получать другие папки. Пусть их было и меньше, зато банк выступал гарантом того, что данный адвокат может стать фамильным. По итогу выбор был остановлен на Пьере Ганги, мужчине сорока трёх лет, закончившего германскую кафедру юриспруденции с отличием, после чего имевшего двадцать два года отличной практики по разовым договорам, который решил наконец осесть в качестве фамильного адвоката. Решающим же доводом к выбору именно этого человека стало личное собеседование: вежлив, чуть ироничен, осторожен в высказываниях, не смотрел как на ребёнка. По итогу был заключен контракт, по которому на ближайшие двадцать лет Пьер Ганги стал фамильным адвокатом Поттеров с жалованием в тысячу галлеонов в месяц. Довольно дорогое удовольствие, но чего не сделаешь ради собственной безопасности? Не смотря на то, что адвокат был найден быстро, покинул Гарри банк только через два часа. Голос решил что раз уж они на месте, то бишь во втором центре бюрократии Германии, то можно сразу же отправить документы на поступление в Кайзерский институт. Что и было проделано — у гоблинов были все необходимые бланки, а также возможности за скромную плату отправить их туда, где им положено бюрократической машиной быть. Большую же часть времени пришлось потратить на переаттестацию, так как данные об его успеваемости, которые он получил из попечительского совета Хогвартса, совершенно не котировались для поступления в Германское магическое учреждение. И как показала эта аттестация, знания Гарри были весьма обрывочны: что-то он узнал от учителей, что-то почерпнул из библиотеки или от Гермионы, а остальное услышал от Голоса. И хотя в последнем было прискорбно мало практики, но вот опыт и некоторые уловки сильно помогали в деле получения баллов. Но это были проблемы решаемые, самое главное, что он собрал необходимый минимум для зачисления в институт. А это означало, что можно отправляться домой— война с бюрократией была очень утомительна. — Согласен, пора домой. Найди какой-нибудь пустырь, и я нас перемещу, — на последнюю мысль отреагировал Голос. Как оказалось, добираться до дома было проблематично: обычным путем, как это в первый раз делал Гарри, было слишком долго, а трансгрессия была заблокирована антиаппарационным щитом. Да и не умел Поттер перемещаться таким образом. А вот Голос умел. И хотя он говорил, что его метод перемещения имеет совершенно другой принцип, факт оставался фактом: попасть домой Гарри мог в одну секунду. Вот и сейчас дойдя до одного из темных длинных переулков—тупиков, Поттер отдал контроль своему сожителю по телу. Татуировки мгновенно поползли по лицу, но тут же были закрыты лёгкой иллюзией, которая мастерски создавалась Голосом. Вот только покидать переулок он не спешил. — Хо, вероятно, сейчас будет что-то интересное, — в мыслях высказал Голос, после чего развернулся обратно к улице. — Гарри, это ты? — от улицы к нему шел мужчина, которого Гарри знал: светлые волосы, высокий рост, излишняя худоба, немного поношенная мантия. — Профессор Люпин, вы ли это? — Голос умело сыграл удивление, хотя Гарри знал, что его не было. — Да, Гарри, ты не ошибся. Я здесь, чтобы вернуть тебя в Британию, — оборотень замедлил шаг, но всё ещё подходил ближе к подростку. — Ни шагу вперёд, профессор, — Голос звякнул железом, а красный луч, ударивший перед ногами, предал ещё больше силы словам. — Спокойнее, Гарри, спокойнее, тебе не стоит меня бояться, я пришел, чтобы тебе помочь вернуться. Я понимаю, ты напуган, но незачем бояться Того-кого-нельзя называть... — Люпин остановился, но продолжил говорить. — Бояться это естественно, профессор. Неестественно игнорировать свой страх. Я не готов находиться в одной стране с маньяком, который пытается обмануть смерть. — Поттер слегка качнул головой, после чего поднял глаза к небу. — Тебе нечего бояться, Гарри, пока жив директор Дамблдор... — Оборотень, казалось, проигнорировал слова подростка и снова начал приближаться. — Пока он жив, люди готовы умирать за него, профессор. Мои родители верили директору - и где они? Мой крестный отсидел тринадцать лет в Азкабане, пока директор сидел на троне Хогвартса и на троне Визенгамота... — Ещё от одного луча оборотень увернулся, а третий принял на щит. — Гарри, я буду вынужден применить силу, — глаза мужчины блеснули уверенностью. — Если вы это сделаете, то станете моим врагом, — тяжелый взгляд, несвойственный для Гарри, на секунду остановил оборотня, но потом он сдвинулся снова. — Раз это нужно, то пусть будет так, — короткий кивок. На секунду они оба остановились, а после всё резко пришло в движение: две вспышки молнии породили запах озона и шум грома, лезвия ветра порвали в клочья веревки, должные захватить парня. А через мгновение Люпин резко откачнулся назад, с трудом избегая удара фиолетовым лезвием, сформированным вокруг палочки Поттера. После чего магией отбросил себя ещё дальше от того, что лезвие разрослось в фиолетовый серп. — Это... не чистая магия. Откуда ты её знаешь? — с удивлением проведя рукой по рассечённой куртке и рубашке, бывший преподаватель, помрачнев, наблюдал за тем, как стоявший на расстоянии от него подросток бледнеет и распадается рябью — иллюзия. Но когда сын Джеймса успел на неё замениться? — А какая она тогда, грязная? Она эффективна, а остальное ничего не значит. — хмыкнув, Гарри снова взмахнул палочкой. По переулку прошёлся холодный ветер, а три ледяные кошки ринулись в разные стороны. — Неужели вы думали, профессор, что я не замечу вашей группы поддержки? — заметив недовольный взгляд мужчины, подросток едко улыбнулся. Ничего не ответив, оборотень потоком огня обратил в воду кошку, после чего его движение размылись, серьёзность битвы не позволяла играть вполсилы. Резкий рывок - и удар обросшего камнем кулака падает на фиолетовую пленку барьера, которая через секунду распадается от удара пущенных с противоположных сторон лучей. Удар сбоку в голову тем же кулаком проходит в нескольких сантиметрах выше, а дальше только невероятные для обычного человека физические данные позволили увернуться от ещё одного удара из-под земли. Уже ожидаемый фиолетовый клинок чуть не отрезает ноги — прямо в полёте заклинание изменило своё направление, и только реакция его коллег, вовремя выдернувших его из-под опасности, спасла от непоправимого. — Римус, нужно уходить и сообщить Дамблдору, — справа к оборотню бесшумно подошла девушка с волосами цвета жвачки. — Согласен с Тонкс, — слева появился другой мужчина, лицо которого было закрыто маской. — Ха, ребятки, вы действительно настолько самоуверенны? — безумная улыбка на лице подростка заставила магов напрячься. — Не думайте, что я позволю вам уйти! — резкий удар обеими руками о землю совпал со словами. *Динь!* со звоном стекла над переулком сформировался едва заметный белый купол. — Тонкс, готовь пробойные портключи, — коротко бросив девушке, Люпин вышел чуть-чуть вперёд. Его маневр повторил мужчина в маске. — Ха-ха-ха а вы забавные, как жаль, что не могу вас убить, — смех был под стать безумной улыбке, на переулок легла тяжелая жажда крови. Конец от лица дуэта Голос энд Поттер, далее - от лица Нимфадоры Тонкс. Битва, как и всегда, возобновилась внезапно — буквально за мгновение разделяющее её группу и подростка пространство превратилось и мёртвую зону. И несмотря на то, что это была не первая её работа в группе, это было самое необычное и, наверное, самое опасное задание. Уж сама с собой она могла быть честна: это был не её уровень. Будь она на месте Римуса, погибла бы ещё в самом начале из-за первой подземной атаки. *Пуф* закрывая обзор, на стороне противника образовалось настоящее облако сизо-фиолетового дыма, а в следующую секунду... "Сзади!" — интуиция взвыла благим матом, опережая разум, начав заваливать тело в сторону. Но даже так правый бок обожгло болью. Скосив глаза, Тонкс увидела каменное копьё, только силой её интуиции не пробившее бок. Резкий рывок за спину отбрасывает в сторону от ещё одного каменного солиферрума, тоже должного оставить ей рану. Правда, радости девушка не испытала — этот же рывок профилактически приложил её о стену. Хотя, может, оно и к лучшему — там, где она находилась секунду назад, разверзся огненный ад, который её товарищи обрушили на Поттера. "Потом будет огромный синяк," - несмотря на всю серьёзность ситуации, девушка не могла не подумать об этом. "Сверху!" — ещё один вопль интуиции, и перекат уводит от сразу двух каменных дротиков. Глаз успевает заметить стоящего на стене подростка, а рука ещё и выстрелить тонкой струей кислоты с конца палочки. "Снизу!" — прыжок из положения лёжа с использованием магии вышел на загляденье, а так же уберег от каменной пасти бегемота, вырвавшейся из-под асфальта и попытавшейся откусить ноги. "Да что бы тебе сдохнуть, ублюдок, почему именно я?" — ещё одной шаговой трансгрессией девушка переместила себя на стену дома. Первое правило битв: если тебя заставили отступить вверх, то как можно быстрее верни себе точку опоры. Злоба придала сил, и на несколько мгновений между ней и Поттером завязалось короткое магическое противостояние, которое, правда, было заранее проигрышным. А потому девушке снова пришлось перемещаться и... Она оказалась прямо лицом к лицу с подростком. Время, казалось, замедлилось. На покрытом странной татуировкой лице промелькнула целая буря эмоций: удивление, непонимание, вопрос из разряда: "Да ты как вообще так облажалась?", осознание, раздумья... А после этого был удар головой об голову, боль, темнота. Через час. Дом Поттеров. Снова от лица Гарри Поттера энд Голоса. — Чёрт бы тебя побрал, проклятый маньяк! Грёбаный психопат, ты хоть понимаешь, что сделал? — Гарри был зол. Нет, не так. Он был очень зол, просто в ярости. — Да, и что же? — из зеркала ему нагло скалилось его же слегка изменённое отражение. — Ты чуть не грохнул трёх магов, двоих из которых я знал! Мы же вроде договаривались о неприкосновенности тех, кого я считаю друзьями! — этот цирк с конями продолжался уже час. Вот только злоба, кипевшая внутри подростка, не утихала. Уж очень этому мешала наглая улыбка на лице собеседника, а так же тотальное нежелание признавать свои ошибки. — Эти волшебники на тебя напали, пытались захватить, а потом и вовсе убить. Я только защищал нашу шкуру, которая у нас одна на двоих. — Ты мог отступить, чтобы защитить нас, а не ввязываться в бой! — Во-первых, я ещё никогда не бежал от битвы. Во-вторых, нам нужна информация, которую может предоставить захваченная мной метаморф. И в-третьих: если позволить, то сядут на шею и будут до смерти кататься, а теперь мы продемонстрировали силу. Теперь трижды подумают перед тем, как сунуться. — Наглая улыбка стала ещё более наглой. — Да ты... — Гарри было начал говорить, но вдруг осёкся. А с чего он вообще так завёлся? Разве он не понимал, что его побег из Англии приведёт к такому результату? Он же не раз уже убеждался, что любую крошку свободы приходиться выгрызать зубами. А тут он решил вообще сбежать, тем самым наверняка испортив множество планов, которые на него были и у сильных мира сего... — Хотя, может быть, ты и прав... — растеряв весь свой запал, тяжело проговорил Поттер. — Ха... Сколько бы я ни придумывал оправдания, я уже давно принял для себя, что ловлю кайф от битв и победы над противниками. Да даже от убийств я могу получать удовольствие... Ведь что может быть приятнее, чем видеть, как стекленеют глаза человека, который несколько минут назад был готов убить тебя, что может быть приятнее, чем видеть, как во время боя его мыли о победе заменяются мыслями о выживании, а последние - липким ужасом безнадежности... Пожалуй, только нахождение в твоей голове во время босоногого детства слегка утихомирило моё безумие и жажду крови, — с лица Голоса исчезла вся придурковатость, а голос стал серьёзным. — Всё-таки ты ужасен, — содрогнувшись от серьёзности, с которой были сказаны такие слова, Гарри с непередаваемой маской эмоций посмотрел на отражение в зеркале. *Хряськ!*— Мистер Поттер, девушка, которую вы принесли, пришла в сознание! — всю атмосферу разрушило появление домовика. Ну что же, видимо, пора поговорить со своим совсем недавним врагом.