Глава 11. Не желание ты, а нужность

      Нари стояла напротив кирпичного здания, такого пошарпанного и изношенного, что чутьё только из-за его вида рекомендовало ей прямо сейчас убраться восвояси. С другой стороны, здание целиком и полностью олицетворяло нынешнее состояние, что определённо подкупало. Студентка увидела в этих кирпичах собственное отражение; в трещинах — своё сердце, поэтому решила довести дело до конца. Она в очередной раз опустила глаза на листок в руках, а затем перевела взгляд на табличку с названием улицы. Это было то самое место, она точно пришла по адресу и постарается попасть в берлогу любым способом.       Выбора не оставалось, поэтому Нари покрутила головой, словно проверяла, не следил ли за ней кто, и начала спускаться по бетонным ступенькам. На металлической двери было огромное количество приклеенных стикеров с разными предупреждениями: «Не входить», «Злая собака», «У нас есть дробовик». Студентка улыбнулась, уж больно её это позабавило. Чживон хоть и выглядела странно, но на бандитку не была похожа, хотя Нари ли судить людей? Она по собственной воле переспала со своим будущим насильником и даже не сразу лица его запомнила. Монета точно не в её копилку.       — Так, просто выдохни, сюда тебя пригласили, ты не незваный гость, — зачем-то произнесла вслух, будто пыталась этим себя успокоить.       Нари вдохнула и постучалась, но на звук никто не отреагировал. И так целых три минуты: тройной стук — ничего. Она нахмурилась, вновь перечитала адрес на листке, словно память подводила, и опять постучалась.       Ничего.       Не найдя причины уйти после этих неудачных попыток, Нари просто дёрнула ручку и навалилась на дверь. Удивлению не было предела, когда дверь покорно и услужливо отворилась. Они её не заперли?       «Небезопасно. Здесь Он легко найдёт тебя».       Внутренний голос проснулся сразу же, а по позвоночнику прошла орда мурашек, но студентка отмахнулась от неприятных покалывающих ощущений. Сейчас Тэхёна здесь не было, значит, никто не заставит её делать ничего против её воли. Никто. Никогда. Кроме Ким Тэхёна.       Что она заметила первым делом? Музыка назойливо играла в колонках, явно не её любимый жанр; воздух прокуренный, из-за чего горло моментально защипало; пошарпанные стены с проглядывающими кирпичами, эдакий лофт; свисающие на верёвках лампочки, паутина на всех возможных углах. Карие глаза исследовали помещение: на стенах висело огромное множество фотокарточек, явно сделанных на полароид. В углу построена маленькая сцена: прямо сейчас на барабанах играла незнакомая девушка, по бокам лежало две гитары и возвышался микрофон. С правой стороны бар, за которым стоял весьма симпатичный юноша, а ещё три дивана и несколько кресел, уже занятые другими людьми, но внимание цепляло не это… Целый стенд с разными манхвами, по которым Нари пускала слюни ещё со старшей школы.       Все несовершенства берлоги были тут же прощены — просто дайте ей в руки всё это бумажное добро.       — Эй, у нас гости, — подал голос парень за баром, поправил пепельно-голубые волосы и начал с интересом осматривать вид новенькой. Все, как по щелчку, замолчали и перевели на неё взоры. — И кто у нас тут?       — Я её позвала, — из-за дивана выглянула макушка Чживон, девушка приветственно растянулась в улыбке и помахала прибывшей. — Ребят, это Нари, она наш новый обитатель.       «Привет, Нари», — хором отозвалось с разных сторон комнаты, и студентка немного неловко поджала губы. Она вытянула руку вверх и активно замахала ладонью в качестве ответного приветствия. Чживон приподнялась и перекинула ноги через спинку дивана, на её губах искрилась доброжелательная улыбка, хоть и глаза оказались собранными в кучу.       «Травкой балуются?» — промчалось в мыслях Нари, и она повертела головой, словно глазами хотела найти физическое подтверждение своим домыслам. Чживон же в этот момент закинула худую руку на плечо Нари и немного встряхнула её.       — Чувствуй себя как дома, можешь брать любую еду и выпивку из бара, — продолжила она и ткнула указательным пальцем в сторону бармена. — Мы всегда рады, если у тебя есть возможность бросить вону-другую в нашу общую копилку на жизнь или принести чего съедобного, но если нет ни того, ни другого — мы предлагаем свою помощь.       — С-спасибо, здесь весьма мило, — Нари нервно улыбнулась и бросила быстрый взгляд на лицо Чживон.       — Мило? Все по-разному описывают это место, но точно не словом «мило».       — А это Кибо́м, но мы зовём его бармен Ки. Не обращай внимания, ему нужно время, чтобы хорошенько тебя обнюхать, — Чживон с серьёзным видом заглянула в карие глаза, а потом взорвалась от смеха. — Чёрт, куколка, видела бы ты своё лицо! Я шучу, ха!       — Выставляешь меня каким-то невоспитанным псом, — недовольно пробурчал Кибо́м и настоятельно продолжил делать вид профессионального бармена. — Нари, у нас здесь нет зверей, можешь не переживать.       Кибо́м доброжелательно подмигнул, пока студентка Мин шагнула к свободному месту на диване. Приветствие всех обитателей этого места выдалось слишком эмоциональным, Нари нуждалась в спокойствии и… И все, как один, перестали на неё пялиться и продолжили заниматься своими делами. Девушка шумно выдохнула. Возможно, у неё и правда здесь получится? Она надеялась, что Мину простит её за пропажу и временное подселение в другое место. Конечно, если Нари позволят остаться.       Посидев на диване какое-то время и набравшись определённой смелости, она встала и дошла до полки с манхвами. Глаза мельтешили по разноцветным корочкам, вглядывались в названия каждого великого произведения и узнавали в них прочитанное. Набрав в руки аж три штуки, Нари довольная плюхнулась в кресло и растворилась в другой реальности, в её любимой и безопасной реальности.       Студентка даже не заметила, как в руках оказалась любезно предложенная баночка пива, а следом другая и третья. Забыться в книгах и алкоголе оказалось лучшим решением, которое первоначально очень пугало, но на деле постучалось в дверь радушным другом. Нари в кои-то веки смогла выдохнуть, забыться, не видеть перед глазами ненавистное лицо, не думать, просто стать своей прежней версией. Обычным человеком. Это ведь не так много для просьб всевышнему, верно?       Первое произведение оказалось прочитанным ровно за один час. Конечности приятно затекли, но вставать от этого не захотелось, девушка лишь отпила несколько глотков уже потеплевшего пива и приступила к новой истории, как вдруг её телефон провибрировал. Нахмурившись, Нари достала его из кармана и не увидела адресата, только незнакомый набор цифр.

Неизвестный:

Чем занимаешься? Ты хорошо покушала?

      Студентка напряглась, начала перемалывать в голове мысли по поводу тайной личности на том конце телефона, но не могла ничего придумать. Она давно не оставляла номера незнакомцам, значит?.. Может быть, Мину что-то сказала Хосоку, поэтому он решил написать ей? Но номер парня был в контактах, тогда кто?       Мин Нари:       Кто это?       Ответ не получилось долго ждать, адресат ответил буквально через несколько секунд.

Неизвестный:

А кого бы ты хотела?

      Мин Нари:       У меня нет времени на телефонные розыгрыши. Всего хорошего.

Неизвестный:

Почему же так грубо, Нари? Я хочу подружиться.

      Только не Он. Девушка встрепенулась, всё тело стало зажатым, а ещё она почувствовала давящий жар на лбу. Это реакция могла быть лишь на сообщения одного человека. Почему Тэхён не мог отстать от неё? Не зная всей правды, Нари была уверена, что в другой части города именно профессор Ким держал телефон и писал эти злосчастные сообщения. Не стараясь играть в угадайку, девушка сразу же отправила контакт в чёрный список и перевернула телефон экраном вниз.       Сердце ужасно колотилось в груди, воздух толком не поступал в лёгкие, даже допитое пиво не прибавило уверенности. Карие глаза упёрлись взглядом во входную дверь, будто ждали, что её прямо сейчас откроют и на пороге появится Он. Не выпрашивая разрешения, она поднялась с кресла и дошла до прохода, где на своё успокоение закрыла замок.       — Ты в порядке? — Чживон заметила странное поведение, поэтому быстро оказалась у перепуганной девушки, стоящей у двери. — Выглядишь паршиво.       — Ты уже говорила мне об этом.       Нари задалась вопросом, как её жизнь успела скатиться к тому, что она постоянно слышала в свой адрес это словосочетание слов. Чживон уже говорила его ранее, в академии, сразу после того, как Тэхён в очередной раз воспользовался ею. И Ыну однажды подметил её состояние именно этими словами. Дерьмово, иначе не подумаешь.       — Что успело произойти? — Чживон не унималась.       — Ничего, просто… Получила сообщение от человека, с которым не хочу иметь ничего общего.       — Заблокируй этого мудака.       — Уже сделано, — для достоверности Нари зачем-то покрутила в руках телефоном, а затем убрала его в карман. — Не хотелось бы, чтобы он меня здесь нашёл. Не переживай, я в порядке.       Опять ложь. Ещё пара дней, и Нари станет асом в этой непротоптанной дороге жизни. Все начинают врать близким, когда взрослеют, или только у неё так получается? В любом случае, девушке не хотелось впутывать в свою ситуацию кого-либо, поэтому она выбрала тактику молчания и лицемерия.       Взяв себя в руки и простояв у двери ещё минуту, Нари уверовала в свою безопасность и вернулась в кресло, взяв в руки недочитанную манхву. Почему она продолжала читать истории про любовь? Веру в это чувство растоптал один человек, и она не думала, что когда-то захочет его испытать. Нечестно, что его вот так вырвали из груди, ведь Нари всегда верила в существование такого тёплого и родного чувства, но сейчас ничего не осталось. Только страх. Может быть, ей просто не повезло? Не всем людям быть счастливыми и проживать свою лучшую жизнь на этой земле, так может, после смерти ей выпадет шанс прожить её заново?       Просто бывает так, что при рождении звёзды обделяют любовью некоторые души. Видимо, она одна из них. Обделённая любовью и никогда не испытующая её силы. Грустно. На удивление девушки, по её щеке скатилась слеза, но та быстро смахнула её ладонью, лишь бы никто из присутствующих не увидел эту минутную слабость.       Нечестно.       По телу прошёл озноб, когда карман в очередной раз издал звук вибрации. Дрожащими руками студентка достала телефон и всмотрелась в экран.

Неизвестный:

Ты же не думала, что у меня только один номер?

Заблокировала. Мне неприятно, Нари.

      К горлу подкатил ком — ни вдохнуть, ни выдохнуть. Она просто перечитала сообщение десятки раз, стараясь осознать всё происходящее, но никаких ответов не нашла. В голове плавали одни вопросы.       Мин Нари:       Не пиши мне. Никогда.

Неизвестный:

Ух ты! Ты уже угадала, кто я?

      Мин Нари:       Да.

Неизвестный:

Выйдешь поболтать?

У меня ужасно болит голова, но ты можешь помочь.

      — Нет, — Нари с ужасом посмотрела на дверь. Он знал, знал, где она сейчас находилась. Никакой замок не поможет ей спрятаться. — У вас тут есть окна?       — Мы в подвале, девочка, — Кибо́м оторвался от экрана своего смартфона и вгляделся в переполошенную новенькую. — Как ты думаешь, здесь есть окна?       Нари не думала, просто спрашивала, чтобы успокоить колотившееся сердце, чтобы не вертеть головой по сторонам до потери сознания. Но окон не было, она не сможет узнать, блефовал ли Тэхён, или нет. Что будет, если она просто не выйдет? Он вытащит её силой? Что будет с остальными людьми, которые пустили её в их дом? Он убьёт их? Почему-то напрашивался только один ответ — да.       — У кого-нибудь есть сигарета? — голос сорвался на высокую ноту. — Хочу выйти покурить. Проветриться немного.       Незнакомая девушка, чьё имя Нари в панике успела благополучно забыть, вытащила из пачки мятую сигарету и протянула её студентке. Они кивнула в знак благодарности и неспешными шагами направилась в сторону выхода.       «Ну и к чему была эта запертая дверь? Ты всё равно выходишь из неё по собственной воле».       От мысли в миллионный раз за вечер передёрнуло, но направления она не изменила. Нари лишь замялась у самого выхода, когда открывала замок и сжимала пальцами ручку. Что её ждало с той стороны? Именно ответ на этот вопрос получать совершенно не хотелось, но у неё отняли и этот выбор. Сейчас она не была готова утянуть с собой на дно всех этих людей, поэтому в агонии страха навалилась на тяжёлую дверь и оказалась на улице.       Поднявшись по ступенькам, Нари начала оглядываться, но никакой знакомой фигуры не находила. Вообще людей не было, потому что рядом с берлогой находился только тёмный парк, в котором от силы горело пять фонарей. На секунду поверив в своё везение и дурацкий телефонный розыгрыш, Нари уже развернулась, но её окликнули.       — Я здесь, — уставший, тихий баритон где-то с правой стороны. Девушка сощурила глаза, пытаясь найти источник, и заметила выглядывающую поднятую руку из-за скамейки. — Тут я.       Один шаг, второй, третий. Нари приближалась к голосу так, будто шла на казнь, всё её нутро молило наплевать на рассудок и прямо сейчас уносить ноги. Но что, если?       Тэхён полулёжа растекался по скамейке в чёрном кардигане и такого же цвета водолазке. Тёмные кудри скрывали от девушки потухший взгляд, только ненавистный аромат моментально наполнил лёгкие привкусом яда. Нари неохотно и боязливо села на край скамейки, как можно дальше от мужчины.       — Что тебе нужно? — её голос не дрогнул, наоборот, сочился явной ненавистью.       — Больно.       Распахнутые карие глаза уставились в его сторону. Как же так, всегда собранный и идеально отглаженный Ким Тэхён звучал словно забитый камнями зверь. Она не верила этому тону, не верила этому человеку, не понимала, как после всего содеянного ему может быть больно. Кому угодно, но только не ему. Мужчина развернулся к ней лицом, и что-то внутри груди встрепенулось. Он плакал. По обеим щекам текли слёзы.       Без единых вопросов и слов Тэхён опустил голову на худые колени.       — Больно вот здесь, — он сжал пальцами кофту в районе груди и тихо застонал. — Болит, Нари. Мне больно.       — Не может болеть то, чего нет.       Сердце Тэхёна замерло, когда он посмотрел в её пустые и в то же время такие искренние на желчь глаза. Вид причинял боль сильнее, чем должен, и ему трудно просто лежать там, ничего не говоря и не делая. Он с трудом сглотнул, его голос полон эмоций, когда он ответил:       — Ты правда думаешь, что у меня нет сердца?       Нари не поняла, совершенно не могла прийти к осознанию происходящего. Что он такое говорил? Почему ей? Своей жертве. Вид болезненности его лица что-то надломил в ней самой, она не верила, что реагировала на это, не хотела, но не контролировала. Поджала пальцы под бёдрами, потому что они давно окоченели.       — Да.       Такое короткое слово давалось с огромным трудом. Тэхён лежал на её коленях, из-за чего чёлка упала назад и открыла ей полный взгляд на безумие. Невозможно для правды.       — Тогда почему моё сердце привело меня сюда? Почему заставляет думать о тебе?       — Потому что ты психопат.       — Нари, прошу, — вновь заскулил, упал до шёпота, а девушка не выдержала и отвела взгляд в сторону. Сейчас ей физически невозможно смотреть в его чёрные омуты. Она не хотела вновь тонуть и захлёбываться. — Мне больно. Я начинаю нервничать, когда ты рядом со мной. Моё сердце неудержимо колотится, когда я вижу тебя. Я не могу отвести взгляд, когда ты разговариваешь с кем-то… Я думаю о тебе всё время.       — Перестань это делать. Ты ненормальный, ты жестокий, ты не можешь испытывать всего этого, — со всей злостью произнесла Нари и крепче стиснула кожу на ногах до крови. — Если в твоих словах есть маленькая доля правды, то оставь меня. Исчезни из моей жизни. Навсегда.       — Нет, я не могу.       В глазах девушки начали скапливаться слёзы от жизни, в которую её завёл этот мужчина. Он отнял и продолжал отнимать её, крошить, не думать о том, что она испытывала. Он только ломал, даже сейчас, в эту секунду. Она не просила этого внимания, не стремилась к нему и уж точно не хотела всего произошедшего. Нари мечтала о другой жизни, об искренней дружбе, настоящей любви и запоминающихся приключениях. И последнее можно было называть исполненным, ведь её потаскали только так.       — Ты хоть представляешь, как тошно и гадко мне было всё это время? — на удивление, голос стал спокойным, Нари просто говорила то, о чём думала. Лёгким, едва уловимым движением пальцев она смахнула нависшую чёлку с мужского лба, невольно создавая волнительное щекотание как на его коже, так и на его душе. — Как гадко мне было от твоих рук и действий.       Её брови легка надломились, взгляд наполнился пережитыми воспоминаниями. Девушка ощутила, как ком нервов внутри её груди сделал болезненный кульбит. На протяжении нескольких секунд мужские глаза пронизывали девичье лицо ровно до того момента, пока густой бархатный тембр не разрубил удушливый воздух между ними своим вопросом:       — Что мне сделать, чтобы тебя не стало, Нари?       Одна фраза, раскатывающаяся в атмосфере, а у Нари барабанные перепонки лопнули. Чтобы её не стало? Почему её? В ушах начало шуметь, словно её огрели тяжёлым предметом прямо по голове на этом самом вопросе. Может быть, она неправильно его услышала?       Что сделать, чтобы её не стало?       Обычный вопрос для такого жестокого человека, но Нари словно больше не существовало. Она просто замерла, будучи распластанной на холодной, металлической скамейке, не двигалась и не дышала, полагая, что у неё наступил паралитический шок. И любое сопротивление обмякало, тонуло в зябком болоте без желания выплыть наружу. Ей ещё никогда в жизни не желали смерти, даже дядя Гарри и тот находил более человечные слова для истязаний.       За что он с ней так?       — Наверное, только так я смогу вернуться к своему привычному темпу жизни, — не унимался Тэхён, размышляя о своих переживаниях вслух, не думая, как сильно разбивал этим собеседника рядом, или же, напротив, хотел сделать больнее. Так же, как и ему. — Если тебя не будет, Нари.       — Ты чудовище.       — Это так, — с грустной ухмылкой сознался мужчина, удерживая взгляд на Нари. Было в её глазах что-то другое, что-то, что тронуло его сердечные струны. — Ты… Довольно высокого мнения обо мне, не так ли?       Она не ответила, отвела взгляд в сторону, пока кожа коленей под его волосами возгоралась всё больше и больше с каждой секундой, норовя расплавиться. Ей стоило просто отбросить его в сторону, но страх за собственную жизнь въедался будущим ночным кошмаром. Он действительно мог убить её? Да, в этом сомнений нет.       Сможет ли убить она?       — Ты хочешь, чтобы и я им стала, да? — голос слегка надломился, но взглядом к Тэхёну она не вернулась. Говорила в ночную пустоту, гадая, что лучше: позволить себе быть убитой или стать тем, кого она ненавидела. — Про это дно ты говорил?       Мужчина немного встрепенулся, поднялся с девичьих колен и всем корпусом развернулся к Нари, заглядывая в такие потухшие глаза, которые она продолжала прятать от него. Её вопрос оказался неожиданным, Тэ точно не думал, что услышит его и лично лицезрит, как оно родится из этих пухлых губ прямо на его глазах. Поистине завораживающее действие.       Есть ли крошечный шанс того, что она поймёт его и он окажется понятым? Что сможет пробраться вниз, без лестниц и лифтов, без крыльев за спиной, только отчаянным шагом? К нему только так. К нему без единых надежд.       — Ломать крылья не больно, Нари, — тихо начал мужчина и впервые за такие долгие секунды поймал на себе ответный взгляд. Бам! Сердце сжалось до боли. Он вновь не уследил за тем, что её глаза, подобно двадцать пятому кадру, просочились в голову независимо от его желания. — Если в руках есть подходящие инструменты.       — Если бы у меня были крылья, я бы давно взмыла высоко в небо. Туда, где тебе нет места, — глаза цвета кофейных зёрен исказились блеском подступающей влаги. — Я никогда тебя не прощу.       Сердце Тэхёна билось так быстро, что он едва мог ясно мыслить. Он придвинулся чуть ближе, поймал на себе испуганный взгляд, но не придал этому значения. Соблазн слишком велик. Тэ осмелился поднять руку, чтобы убрать прядь чёрных волос с фарфорового лица, но не успел тронуть желанное, как получил в руки ещё большее сокровище — её слёзы. Первая дорожка сползла по щеке так неожиданно, что мужчина не удержался и тихо застонал, словно в его руки вверили нечто поистине удивительное и скрытное, будто экспонат. И Тэхён не думал показывать и делиться им с кем-либо.       Длинные, аристократичные пальцы сжали холодную, мокрую щёку, придвигая лицо напротив ближе к себе. Ладонь Нари тут же опустилась на мужскую грудь, сдавливая и отталкивая.       — Прошу, — голос человека, который мог исчезнуть прямо в руках. Голос человека, который боялся распасться на части. — Не надо.       — Искупление мне незнакомо, Нари, — прошептал в самые губы и неотрывно проследил за её слезами. — Я давно в пепел, в куски и в кровь. Как я ещё могу научиться говорить с тобой, как не в боли, как не цепляясь?       И он поцеловал её, захватил пухлые губы своими. Для себя так неожиданно нежно, для неё так разрушающе и уничтожающе. Его сердце рвалось от нежеланных чувств вразрез словам Нари, что того органа у него и вовсе не существовала. Но вот оно, билось в грудной клетке, напоминало о себе с каждой грёбаной секундой. Не получалось бежать от неё, слишком поздно осознал, что такой приторно-сладковатый и вместе с тем невыносимо вкусный запах девичьей кожи уже давно начал пропитывать его дыхательные пути.       «Не желание ты, а нужность», — пронеслось в его голове, пока длинные пальцы всё сильнее сжимали нежную, шёлковую кожу лица, которую непременно сильно хотелось вобрать в себя и оставить с собой до последних дней. Тэхён не понимал, не осознавал, почему ему вообще могло быть приятно кого-то так целовать. Её целовать. И хоть ответа на это отчаяния нет, но он всё равно старался протолкнуться языком, задеть мягкие стенки и раствориться в моменте всем нутром.       А у Нари вновь всё рушилось. В её рёберный каркас против воли проникли эти холодные до чувств пальцы, тянулись к сердцу и рвали его, рвали на ошмётки.       Больно.