Глава 15. Глэмпинг

      — Подонок, да как он посмел?! А ведь чувствовала в клубе, когда его увидела! Женская интуиция не врёт! Подключим связи моего отца, пойдём в полицию, он ответит по заслугам! Мы это так не оставим! Засудим, его уволят из академии, сядет за решётку! Думал, что идеальное лицо — это всё, что ему необходимо? Пф!       Мину раскидывала руками и вышагивала по комнате кругами, активно восклицая и обрушивая гнев на вскрытую правду о профессоре Киме. Нари тяжело вздохнула и обняла себя за колени, подтягивая их к груди. Думала, что гигантский груз упадёт с плеч, если она отважится открыться, но он не ушёл. Продолжал давить, но в этот раз под пресс попала не только студентка, но и её подруга.       Су Мин не останавливалась, даже не дышала толком, бросалась проклятиями в сторону Тэхёна, а когда силы закончились, то плюхнулась пятой точкой на кровать. Да, услышанное повергло её в шок. Первую часть истории она проревела напротив Нари, но просила её дорассказать обо всём. Теперь они обе повязли в этом.       — Мы не подключим к этому твоего отца, Мину, — прошептала и посмотрела на девушку. — Тэхён оставит его без бизнеса, если не… В этой академии происходят вещи и похуже, преподаватели явно замешаны в чёрных делах. Когда я пришла в полицию с заявлением, то на меня посыпались угрозы и насмешки, стоило сотрудникам увидеть инициалы того, на кого я жаловалась.       — Но ведь должен быть выход! Он не имеет права!       — Знаю я, — поджала губы и крепче стиснула кожу на ногах. — И я обязательно придумаю что-то для того, чтобы Тэхён страдал ответно. Он давно меня не трогал…       — Фу, даже думать не могу, — Мину зажмурила глаза и упала головой на подушку. — Как мне теперь смотреть на него?       — Так, чтобы он не узнал, что знаешь ты. Я рассказала тебе обо всём для поддержки, но впутывать глубже не намерена.       — Даже не думай! Ты не будешь вариться в этом дерьме в одиночку, у тебя есть я и Хоби, мы не дадим тебя в обиду!       Кто-то вообще мог спрятать Нари и не дать её в обиду? В этом она очень сомневалась. Профессор Ким не простой человек, он эгоистичный психопат, у которого с головой проблемы. Если он узнает, что Нари начала собирать группу поддержки против него, что сделает? Представлять не хотелось, как и допускать возможности о его познании в этой ситуации.       Но он действительно в последние недели не предпринимал попыток взять её силой, постоянно твердил только о том, что хочет побыть рядом и поговорить, а ещё что-то про его утерянную душу. Нари не слушала мужчину, когда он говорил о своих сердечных делах, предпочитала отключаться и существовать за гранью чего-то живого.       Всё ещё не понимала, что именно его зацепило в ней, что именно ей нужно было в себе изменить для того, чтобы он отстал и исчез из её жизни. Кажется, Тэхён говорил, что любит её длинные волосы. Может быть, обрезать? Он говорил, что тает в её карих глазах. Начать носить линзы? Шептал, что теряется в девственно-чистой коже. Сделать тату? Ей хотелось перекроить себя, лишь бы вычеркнуть профессора из собственной жизни.       Нари бросила взгляд на дисплей телефона и поджала губы. Ыну ничего не писал после произошедшего, да и не должен был, если так подумать. Девушка успела прочертить линию их отношений до того, как ускользнула из его квартиры. Да, ей было стыдно и совестно, что она буквально воспользовалась ситуацией и внутренней болью для близости с ним. Ей не хотелось терять его, а ещё не хотелось всё усложнять.       Вот только, по её мнению, она с этим запоздала.       Перед глазами по-прежнему стоял его силуэт и взгляд с оголёнными чувствами. Нари никогда бы не подумала, что для Ыну всё станет настолько серьёзным. Он ведь даже дружить с ней не хотел, а потому задал такой болезненный вопрос о её уходе. Тяжело всё-таки с этими мужчинами.       — Мне нужно как-то отвлечься от всего, — студентка отстранённо провела пальцами по волосам и застыла взглядом в одной точке. — Очистить голову.       — Всё, что угодно, — Мину подтянулась на кровати и перевела взгляд на замершую подругу. — Уже есть предложения? Хоби может отвезти нас куда-нибудь.       И по зову каждой на их телефоны враз пришли оповещения. Девушки переглянулись и с сомнением уткнулись в экраны. Нари нахмурилась, когда увидела уведомление из приложения академии:

Студенты,

В пятницу текущей недели в 17:00 первые три курса «Кам-Манг»

направляются на глэмпинг в провинции Кёнгидо, г. Капхён.

Возвращение — вечер воскресенья.

Явка обязательна.

      Нари хлопнула глазами и несколько раз перечитала сообщение, восхищаясь играми судьбы. Она безумно хотела выдохнуть, прочистить мысли, но точно не под руку с одногруппниками и профессорами. Ей такого счастья было не нужно, но явка обязательна… Значит, если она вдруг решит заболеть в этот день — её точно по головке не погладят.       — Пятница уже завтра, — как самый страшный приговор, огласила Мину, а Нари в эту секунду застонала и накрыла лицо руками, растекаясь по кровати, как лужа. С другой стороны, в этой поездке будет огромное число студентов, значит, она с лёгкостью сможет затеряться в толпе и не выдавать своего местоположения. Только если не списки, только если Тэхён не окажется дежурным её автобуса.       Девушка решительно поднялась с кровати и открыла на телефоне подробности данного заявления академии: экипировку выдаст учреждение; с собой брать воду и лекарства, если этого требуют показания; питание и жильё включено; спортивная форма выдаётся на ресепшене академии при предъявлении личного QR-кода студента.       Значит, толком и собираться не нужно. Бросить в рюкзак косметичку с нижним бельём — вот и полный комплект. Нари, на самом деле, переживала не только за наличие профессоров, но и за то, что никогда даже не выбиралась в лес на ночь. А тут сразу и на несколько дней. А дикие звери? Непредвиденные травмы? Что, если она просто потеряется там? Что, если кто-то специально заставит её исчезнуть?       — Схожу в магазин за водой, — студентка посмотрела на Мину. — Тебе что-то взять?       — Да, я буду буно ппан с приторно-сладким вкусом. Буду штучки три, а лучше пять.       — Хорошо, — Нари тихо рассмеялась и помотала головой, а затем схватила куртку, обулась и дёрнула дверную ручку. — Буду недолго!       Значит, глэмпинг. Интересно, как их будут расселять? Нари гадала, кто станет её соседями, был ли у студентов выбор в заселении или всем распорядилась академия? Она бы не хотела провести эти лесные дни в компании незнакомцев, лучше бы оказаться вместе с Мину и Хоби, но, вероятнее всего, парней будут селить отдельно. Жаль, в уведомлении заранее не обозначили цель поездки, это селило в голову разные домыслы.       Студентам дадут простой отдых? Точно нет, это ведь «Кам-Манг». Возможно, будет какое-то ориентирование? Уже больше похоже на правду. А ещё Капхён славится горной местностью, значит, они с большой вероятностью решат покорять вершину. И то, и другое в нынешних реалиях даже цепляло, ведь физические нагрузки не дадут погрязнуть в мыслях, а значит, такое времяпровождение поможет расслабиться.       Как того Нари и хотела.       Она добралась до круглосуточного магазина и схватила в руки пластиковую корзинку, после чего начала бродить по рядам. За всё то время, сколько она пребывала в Корее, девушка по-прежнему не смогла свыкнуться с пёстрыми прилавками и разновидностями еды, которые предлагали ей местные производители. Ещё больше поражало количество сахара, которое впихивали даже в солёные блюда. Удивительно.       Нари закинула несколько пачек с рамёном, чтобы подруги не заморачивались с приготовлением ужина, упаковку с буно паннами и пару бутылок воды. На это у неё хватит денег.       Кассир приступил к пробиванию продуктов, а студентка заранее подготовила необходимую сумму денег, даже на акцию умудрилась попасть, что её безусловно обрадовало. Телефон в кармане завибрировал, и Нари неосознанно сжалась, теперь она и сообщения ненавидела получать из-за возможного адресата.

Ректор Мин:

Привет. Как твои дела?

      Она вопросительно выгнула бровь и осмотрелась на всякий случай. Никого из знакомых рядом не оказалось. Их новая дружба всё ещё вызывала больше вопросов, чем ответов.       Мин Нари:       Привет, всё отлично. Закупаюсь продуктами.

Ректор Мин:

Значит, рассылку получила. Любишь походы?

      Мин Нари:       Не была на них прежде. Мне нужно к чему-то готовиться?

Ректор Мин:

Ни разу? Только к хорошему настроению.

Не переживай, я пригляжу за тобой, если будет нужно.

      Ну, девушка с точностью могла сказать, что увиденное приписалось к числу приятных вещей в её жизни, а таких было совсем немного. Странная и пока совсем непонятная забота со стороны Юнги теплотой отзывалась в сердце. В кофейне мужчина сказал ей, что ненароком подписался на присмотр за Нари, это её подкупало.       Она, сама того не осознавая, обрела за спиной немого защитника, хоть и не собиралась впутывать его в происходящее в жизни. Всё равно лестно получать такое дружеское внимание, после которого начинаешь чувствовать себя лучше. Это располагало и добавляло баллы доверия в сторону мужчины.       Со всем происходящим в жизни пиздецом Нари и забыла рассказать Мину о своём новом друге и не забыла опустить подробности, связанные с Ыну. Девушка всё ещё хранила в себе слишком много тайн. Хотелось по возможности избавиться от каждой.       После этого станет легче?       Нари уже осточертело копаться в собственных чувствах, перемалывать между пальцами боль, которая не вмещалась в рёберный каркас. Она вновь цеплялась пальцами за желание к жизни: обычной такой, с друзьями и вечеринками, с пьяными сообщениями и разговорами до утра. Ей безумно хотелось вернуть в свой распорядок дня лёгкость и безмятежность. И начать она планировала с этого треклятого похода, благородно предложенного академией.       — Достаточно слёз, я сильная, чтобы справиться с этим, — как мантру, произнесла себе под нос и поднялась по лестнице на своё жилое крыльцо, после чего зашла в дом.       Мину обрадовалась добытому рамёну и вскочила кипятить воду, а Нари принялась нарезать остатки овощей из холодильника, чтобы сделать блюдо более вкусным и наполненным.       Спустя прошедшие часы после открытой правды о Тэхёне Нари поняла, что ошиблась, подумав о том, что ей не стало легче. Стало. Находясь рядом со своей лучшей подругой, ловя глазами её яркую улыбку, готовя еду на маленькой кухне, — её правда начало немного отпускать. И это была огромная победа в её идущей войне.       На следующее утро студентки направились в академию вместе с Хоби, он привычно подвозил обеих и плавился в тёплой улыбке, глядя на то, что они вновь были все вместе. Да, путь к выздоровлению был ещё долгий, но первые шаги с точностью намечены.       На ресепшене, как и говорилось в уведомлении «Кам-Манг», всем выдавали два комплекта формы, в которую учащимся тут же нужно было переодеться. Она оказалась в фиксированных цветах академии: бордовые штаны с олимпийкой и маленьким гербом на груди, чёрные футболки. Нари удивилась, когда ей выдали кроссовки, ведь была уверена, что этим академия не станет заморачиваться. Всё оказалось на высшем уровне.       — Давайте сфотографируемся, — Хосок лучезарно улыбнулся и на вытянутой руке открыл фронтальную камеру телефона. Мину состроила милую мордашку и подмигнула одним глазом, а Нари показала пальцами знак мира. — Ну, я считаю, что мы здесь самые крутые. Другие предположения даже слышать не желаю.       — Автобусов так много, — Нари осматривала припаркованный транспорт и мельтешила глазами по количеству собравшихся студентов. Чёрт, да их оказалось в разы больше предположенного, и похожи все на орду муравьёв. — Уже известно, где будем сидеть мы?       — К сожалению, рассадка идёт по курсам, поэтому здесь я с вами прощаюсь, девочки, — Хоби грустно улыбнулся и потормошил каждую по волосам. — Но буду ждать вас на разгрузке. Предлагаю против всех правил поселиться в одной палатке.       Нари засмеялась над его тоном и выражением лица, особенно когда парень начал играть бровями. Она успела забыть, как Хоби одним своим видом мог поднять настроение на высшую ступень. Студентки схватились под руку и направились прямиком к автобусу, где значился их второй курс. На входе в транспорт стоял незнакомый профессор, это обрадовало Нари, и она с притоком позитивных сил забралась вовнутрь.       Девушки устроились на последнем ряду, прямо у окна, и сразу же достали бутылки с водой, как два изголодавшихся по любой жидкости существа.       После полной рассадки автобусы тронулись, а Нари уже предвкушала будущие лесные приключения, не зная, к чему они её приведут. Просто она давно не испытывала подобного ожидания хороших впечатлений, давно не чувствовала себя в мнимой безопасности, окружённой друзьями и Юнги, хоть и последнего она не успела увидеть.       Открыла свой телефон, зашла в фотоленту, ужаснулась от осознания, что давно не запечатляла ничего из окружающего. Настолько погрязла в боли и страхе, перестала чувствовать себя человеком, перестала хотеть жить. Страшно, если задумываться об этом глубже.       На полной решительности девушка сделала несколько снимков: Мину, которая успела заснуть до момента отбытия; город за окном; а ещё… Ещё она сделала селфи, и это стало для неё точкой невозврата в желании исправить свой путь. Вновь обрести в нём свет и тепло.       Когда глаза стали тяжело моргать, Нари удобнее подставила под подбородок руку, найдя точку опоры, и заметила обгоняющий их другой автобус. Кажется, третьего курса. Она прыснула в кулак, заметив спящего Хоби, который расползся лицом по стеклу, хотела сфотографировать такое недоразумение, но её взгляд пересёкся с Ыну.       Парень в другом автобусе тоже слегка опешил, глаза чуть расширились, но затем вернулись к спокойствию. Как назло, водитель их автобуса решил слегка притормозить, из-за чего два транспорта продолжали мчаться по дороге бок о бок. От этого взгляды двух знакомых людей сцепились крепкой цепью, не желая отпускать. Мысли Нари метались в этом замкнутом пространстве, не находили места и уединения, продолжали высматривать в глазах напротив какого-то осуждения. Она хотела поговорить обо всём с Ыну, может быть, у костра в лесу, когда атмосфера будет располагать к этому, но точно не встретиться вот так.       Парень отвёл взгляд в сторону, а ей физически плохо стало, но через несколько секунд телефон оповестил хозяйку о новом сообщении. Ыну вновь посмотрел, глазами указал, чтобы она посмотрела на экран.

Ыну:

Ты в порядке?

      Обычный вопрос заставил сжаться девушку, будто та являлась испуганным котёнком. Сердце заболело, надрывалось внутри грудной клетки, а пальцы перестали функционировать. Она лишь вернула взгляд к отправителю и слегка кивнула, но пришло ещё одно сообщение.

Ыну:

Тогда улыбнись.

      Он точно хотел её смерти. Девушка грустно посмеялась над мыслями и с тёплой улыбкой в последний раз посмотрела на Ыну, после чего его автобус обогнал её и двое разорвали зрительный контакт. Нари вжалась головой в сиденье и сбросила с ног обувь, подтягивая коленки к груди. Внутри бушевали разные чувства, ни за одно из них студентка зацепиться не смогла, поэтому предпочла во что бы то ни стало уснуть.       Получилось.       В Капхён все прибыли ночью, Нари даже не успела рассмотреть местность: выбрались из автобусов, размяли конечности и под громкие наставления профессоров направились в чащу леса, где размещался их палаточный городок. Пешком протопали порядка сорока минут, и вот перед глазами студентки открылся новый, дивный мир.       С одной стороны опушки расположилась гора рюкзаков, которые с завтрашнего дня будут выданы всем присутствующим. В форме подковы растянуты тенты и палатки. Видно обеденную зону, санузлы, беседки, украшенные фонариками с таким приятным, оранжевым светом. А ещё много зон для костра с подушками, видимо, для отдыха и рассказа страшных историй.       Уютно.       Уютно до тех пор, пока Нари не ощутила на спине тяжёлый взгляд. Сама не знала, как могла это объяснить, словно в одну секунду ей на плечи упали руки и начали давить без остановки. Аккуратно посмотрела за спину и врезалась взглядом в следящие за ней карие омуты. Чонгук слегка усмехнулся, когда поймал её, кивнул и перевёл взор на другого профессора.       Зачем он смотрел? А ещё вопрос — зачем Нари продолжала смотреть в ответ? Странно это всё, непонятно очень. Ощущались только мурашки, решившие пробежать по всем участкам кожи.       — Уа! Та палатка будет наша, идём, — Су Мин потянула подругу за собой, оставив её без права голоса. Они расстегнули молнию на входе и пробрались вовнутрь. — Значит, у нас здесь три места. Кого к нам подселят? Хоби бы найти.       — В такой суматохе навряд ли получится, — Нари дёрнула плечом и скинула с себя личный рюкзак, предварительно достав из него воду и сделав несколько жадных глотков. У неё в горле пересохло без причины. — Давай лучше зафиксируем наши имена и осмотримся здесь. Может, наконец раскроют цель этой поездки.       — Да, хорошее решение.       Мину устало подтянулась и зевнула, после чего девушки выбрались наружу и переплели пальцы. Потеряться в этой толпе было проще простого. Нари активно мотала головой, чтобы запомнить расположение их палатки и по совместительству временного дома на эти два с половиной дня. Территория глэмпинга огромная, тут даже карта с местностью на стенде представлена. Всех студентов разделили на три зоны: первого, второго и третьего курса. Теперь Нари могла понять, где именно им следовало искать Хосока, но уже не сегодня. Только если удача не свалится к ним на плечи.       К каждой зоне был прикреплён главный смотрящий, и на их долю этим кем-то выпал профессор Чон Чонгук. Нари сразу заметила, как он расстегнул молнию чёрной куртки, оголяя выглядывающие из-под термобелья ключицы, привстал на небольшой подъёмник и взял в руки громкоговоритель. Чёрт, чёрный цвет определённо шёл его лицу. Наверное, любой бы пошёл.       Нари не осознавала, что в открытую пялилась на него, задерживаясь глазами на губах, которые не так давно попробовала на вкус. Пиздец. Это очень плохие мысли, нельзя такое думать вот так в открытую.       — Нет, — тихо прошептала самой себе, когда их взгляды пересеклись.       — Студенты, рад приветствовать каждого на ежегодном глэмпинге от нашей академии, — продолжил смотреть, а Нари молилась, чтобы он перевёл взгляд на кого угодно. Решила скрестить руки, отпустив пальцы Мину, лишь бы почувствовать себя увереннее. — В эту поездку каждый из вас испытает на себе выживание в дикой среде. Вы будете разбиты на команды, каждая цель которой добраться до флага на той горе, — мужчина вытянул руку в сторону величественных гор. — На рассвете будет проведён инструктаж по безопасности, каждую ночь будут назначаться дежурные, которым настоятельно рекомендуется сохранять здравый рассудок и следить за датчиками, указывающими на приближение больших животных.       — Большие животные? — Мину тревожно шикнула на подругу, но та не могла уйти от зрительного контакта просто так.       — Списки дежурных, — продолжил Чонгук и слегка склонил голову вбок, видимо, наслаждаясь реакцией Нари, — вывешены в каждой зоне, с ними вы благополучно сейчас ознакомитесь. Всем добро пожаловать и удачи. Она вам пригодится.       Он спустился с возвышенности, и наконец-то Нари отпустило, девушка отвела помутнённый взгляд, словно в трансе находилась, и рассмотрела слегка встревоженную от речи Мину.       — Давай узнаем о дежурстве.       Мину кивнула, и девушки сквозь толпу начали пробираться к спискам. Кто-то из разглядывающих облегчённо вздыхал, понимая, что сможет благополучно спать все ночи подряд, а кто-то злобно шикал, что именно на их инициалы выпала такая участь.       — Ой, нехорошо это, — прошептала Мину, вчитываясь в имена перед глазами. — Попробуй порадоваться за меня, а?       Нари слегка сощурилась и тут же обнаружила свои имя и фамилию, назначенные на сегодняшнюю смену. Мир явно был нацелен против неё, иначе как ещё объяснить такое невезение? Радовало только, что студентка успела поспать в автобусе, прямо как знала, что глаза нужно закрыть, ведь сегодняшняя ночь ей не сулит ничего подобного.       — Тебе, я смотрю, очень весело, подруга, — зловеще проговорила Нари и закатила глаза к небу. — Не придётся торчать у датчиков, будешь смотреть сны за нас обеих.       — Обещаю выспаться так сладко, чтобы хватило на двоих!       — Терпеть тебя не могу! — не всерьёз пробубнила Нари и слегка задела её плечо.       Ну, что же, время разминать спину и разобраться с ужином, потому что после этого она направится на указанное в списке месте. Как вообще следить за этим датчиком? Нари ничего в этом не смыслила.       Девушки подхватили тарелки с едой, которую им благополучно всучили работники этого заведения, а затем направились на свободные места у костра, за которым уже собралось небольшое количество народа.       — Все же слышали жуткую историю об этом месте? — как-то чересчур театрально спросил один из парней.       — Никаких ужасов на ночь! Я плохо сплю после страшилок! — боязливо прошептала одногруппница. Кажется, Чанди.       — И что говорят об этом месте? — Нари стало интересно, потому что выдуманные истории расслабляют мозг и отвлекают от поистине ужасных кошмаров. Реальных кошмаров.       — Ладно, только не орите потом, если ночью кто-то постучит в палатку.       Нари слегка усмехнулась его серьёзности, ловя напряжённые взгляды окружающих. Если так посмотреть, этот момент был идеальным для такой истории. Пламя костра потрескивало, выбрасывало искры в темноту; все сидели полукругом на подушках и складных стульях, уставшие после длительной поездки на автобусе.       Народ подался ближе, кто-то налил себе чая из термоса, а кто-то, как Нари с Мину, уплетал горячий ужин. Рассказчик прокашлялся и продолжил свой рассказ.       — Эту историю рассказал моим родителям местный лесник. Кажется, он тут работает уже лет тридцать, и он поклялся, что всё это — правда. Этот лес называют Урочным, знаете почему? Потому что сюда якобы приходят те, кому «назначен срок». Давно, ещё в девяностых, здесь была детская турбаза. Однажды летом пропала девочка — Сонбёль. Ей было всего девять лет, маленькая такая, с длинными чёрными волосами. Говорят, она ушла в лес по ягоды и не вернулась.       — Жуть какая, — Мину скривилась и съёжилась в своей олимпийке.       — Её искали неделю, подключили полицию, собак, волонтёров — всё как положено. Но ни следа. Только один вожатый потом сказал, что слышал, как кто-то пел детскую песенку среди деревьев, когда уже была ночь. Пел так… Странно, будто под водой, — он врезался глазами в Нари. — Через месяц её нашли на опушке. Или, точнее, то, что от неё осталось. Сидела под деревом с открытыми глазами, на губах кровь, но выражение лица было спокойное, почти улыбка. Рядом лежала гроздь рябины. Вот только рябина здесь не растёт.       Студентке стало слегка не по себе. Либо от услышанного рассказа, либо от завывающих звуков леса из густой, чёрной чащи. Вот надо было ей просить подробностей, сама же напросилась.       — После этого лагерь закрыли, но местные говорят, что Она осталась. И она не просто бродит по лесу — она зовёт. Студентов, тех, кто смеётся ночью, сидя у костра, тех, кто не верит, тех, кто смог вырасти, а не остаётся маленькой, как она. С тех пор каждый год в этих местах пропадает один человек. Всегда такой же, как и мы. И почти всегда во время полевых практик или таких вот «учебных выездов».       — А как лесник узнал об этом? — Чанди уже тряслась.       — Однажды он видел её, девочку в белом. С рябиновой гроздью в руке. Она стояла среди деревьев и смотрела прямо на него, а потом… Исчезла. Так что, если этой ночью услышите, как кто-то напевает детскую песенку — не выходите из палатки. Даже если это будет знакомый голос, даже если он скажет: «Пойдём со мной». Это не он, это Сонбёль. Она просто ищет, кто пойдёт с ней в лес.       — Я на такое не подписывалась, — Мину скривилась в лице и пугливо оглянулась за спину. — Если к нам никого не подселят, то я буду спать одна! Одна, понимаешь, Нари?! Я к такому не готова.       — Успокойся, это простая детская страшилка, — плечи студентки слегка подрагивали от тихого смеха, она ласково погладила плечо Мину, не признавая вслух, что так же попала под влияние истории.       — Нельзя было её рассказывать, — недовольно произнесла Чанди и несильно ударила кулаком в плечо рассказчика. — Говоря о мёртвых, мы затягиваем их к нам. Теперь её призрак прицепится к кому-то из нас, а я помирать не намерена! У меня операция через месяц, я её так долго ждала.       — Всё, уходим, — Нари покачала головой и помогла встать подруге. — Знаешь, а это было даже уютно — все у костра, истории страшные, прямо как в подростковых сериалах.       — Или в фильмах ужасов, — безучастно добавила Мину и надула губы. — Знаешь, я, наверное, пойду отыщу палатку Хоби. Не хочу сегодня спать одна, да и не засну, наверное, а я обещала тебе сладко выспаться.       — Ладно, только не потеряйся, пожалуйста, — нежно произнесла Нари, но потом как-то быстро поменялась в лице и перешла на шёпот. — И рябину не ешь, мало ли.       — Заткнись!       Студентка рассмеялась и проводила глазами удаляющуюся фигуру подруги, прощально помахала ей вслед, а затем двинулась в предполагаемую зону своего ночного дежурства. Первым тревожным пунктом оказался полученный фонарик, а это значило, что там, где она будет сидеть, — не будет света.       Ладно, подумалось ей, переживёт.       Вторым пунктом оказалось само место — оно было в двадцати метрах от палаточного городка. Что, если какой-нибудь зверь минует датчик обнаружения и решит поздороваться с Нари лично? Что, если кто-то из студентов решит прикольнуться и включит на телефоне детскую песенку? Она явно поседеет.       — Нужно было заставить Мину дежурить вместе со мной, — пробубнила себе под нос и перешагнула кучку веток.       Дойдя до своего места, она заметила датчик небольшого размера, воткнутый в землю. На нём просто мигала зелёная кнопка, а в случае обнаружения зверя замигает красная. Также за территорию датчика нельзя было выходить самим студентам, так как это могло поставить их под угрозу и направить на аппарат ложные сведения.       Нари даже под дулом пистолета не уйдёт глубже. Виной тому здравый рассудок или рассказанная легенда у костра. Думать над этим не хотелось.       Студентка удобнее устроилась на складном стуле, маленький прибор раздражающе мигал зелёным. Она натянула капюшон, вжалась глубже в олимпийку и бросила взгляд на чёрный лес перед собой. В голове против воли крутилась дурацкая история.       «…Так что, если этой ночью услышите, как кто-то напевает детскую песенку — не выходите из палатки».       Вот только она уже была не в палатке. Пыталась ведь отмахнуться, но ночь не отпускала. Вокруг было слишком тихо, даже гогот студентов не долетал до ушей, лес проглатывал всё, как будто не дышал — слишком ровно, слишком глухо. Где-то позади хрустнула ветка, будто кто-то прошёл мимо, и Нари резко обернулась.       Никого.       Сердце забилось в грудной клетке, виски сдавило. Она снова посмотрела на датчик — всё тихо, ни одного сигнала, но ощущение, что рядом кто-то стоял, никуда не уходило. Тени между деревьев шевелились так, будто прятали чью-то фигуру. Белое пятно — то ли пятно на стволе, то ли… лицо?       На её плечи упали руки, и Нари, не выдержав, закричала. Звук не успел распространиться, так как её губы накрыла чужая ладонь.       — Студентка Мин, вы чего творите? — Чонгук усмехнулся и разложил рядом свой стул. — Животное явно не имеет рук.       — Боже мой, — она стряхнула с себя чужую ладонь и провела пальцами по лицу, заправила передние пряди за уши. — Не делайте так больше.       — Как? — мужчина явно наслаждался моментом.       — Не пугайте! Тут, вообще-то, люди сосредоточенно следят за датчиками, — шикнула в его сторону и продолжила рассматривать то дерево, на котором ей что-то померещилось.       — А мне показалось, что вы природой любовались, — он довольно рассмеялся и закинул ногу на ногу. — Историй у костра наслушались?       — Ха-ха, очень смешно, — с явным сарказмом пробубнила и отвела взгляд от Чонгука. — А вы чего здесь?       — Слежу за дежурными, вдруг заснуть решите, а мне потом расхлёбывай.       — Стульчик с собой носите? — подметила и выгнула бровь, а профессор усмехнулся, только на вопрос предпочёл не отвечать.       Ну, нехотя признавая, девушке стало слегка спокойнее. Словно Чонгук одним своим видом мог распугать всех местных призраков. Его компания была куда приятнее, чем встреча с мёртвыми, в которых студентка даже не верила. До сегодняшней ночи.       Она подтянула коленки к себе, удобнее размещаясь на стуле, а затем опустила на них подбородок. Страх медленно сменился на нервозность из-за присутствия профессора рядом. Их последняя встреча выдалась сумбурной, они после этого даже не пересекались лично, только на парах, но там не выдавалась возможность поговорить. И как ей следовало вести себя с ним? Всё успело очень запутаться.       А ещё его племянник имел её в своей квартире…       Она как-то громко сглотнула, надеясь избавиться от противоречивых чувств, и поймала на себе изучающий взгляд. Повернула голову, посмотрела на Чонгука, а он внаглую рассматривал её. Думала, что постесняется, но, видимо, стеснение — это тоже не про него.       — Что-то хочешь спросить? — перешёл на неформальное общение и оторвал взгляд от губ. — Видок недовольный.       — А чего вы меня так рассматриваете?       — Смущаешься, что ли?       Губы поджала, не ждала такого вопроса. В этой темноте ситуация будто ухудшалась, только свет от включённого фонаря позволял наблюдать за очертаниями лица. А ещё они сидели очень близко, и если бы не её поджатые к груди коленки, то она точно касалась бы его.       «Не думай об этом».       — Мечтайте, — слегка самодовольно фыркнула и перевела взор на густую чащу.       — Но ведь это ты поцеловала меня, — удачливо подметил мужчина и склонил голову вбок. — Забыла?       Сердце в очередной раз за день забилось быстрее, дыхание слегка надорвалось. Всё же он решил обсудить этот момент, о котором Нари то ли жалела, то ли хотела добавки. Сама ещё не определилась. Девушка просто помнила, что академия принадлежит ему, а значит, и Тэхёну тоже.       — Предпочитаю не думать о прошлом, — повела плечом, даже не оборачиваясь в его сторону.       — Могу вновь сделать это настоящим.       — Что?       И вот так всегда — Нари отнекивалась, а Чонгук говорил что-то такое, из-за чего она вмиг терялась, распадаясь на маленькие крупицы существующего. Мужчина поднялся с места, обошёл её со спины, где и решил остановиться.       Девушка запрокинула голову и пересеклась с чужим взглядом. И если же сам взгляд являлся чужим, то смотрел он совершенно не так. Запретно. Мужская ладонь мягко опустилась на тонкую девичью шею, проводя по ней пальцами и слегка сжимая их. Остановился, фиксируя это положение, чтобы Нари не сбежала, а затем…       Затем склонился прямо к её лицу, сократил оставшееся расстояние между их губами, захватывая рот глубоким, голодным поцелуем. И этот вкус напоминал Нари наркотики, сладкие, вызывающие привыкание, от которых невозможно насытиться. Она задыхалась в этом, захлёбывалась, не могла выплыть. А Чонгук не спешил останавливаться, властно проталкиваясь языком глубже.       Теперь он знал, каково это — целовать её. Знал этот персиковый вкус, ощутил блаженную мягкость губ, ответную реакцию организма. Все её колкие фразы в его сторону исчезали, стоило им коснуться кожей к коже. И эта её податливость в его сторону подкупала. Сносила к чертям рассудок, манила оказаться ближе и на дольше. Это на уровне животных инстинктов, первородных, не поддающихся логическому объяснению. На пальцы Чонгука, что покоились на шее Нари, опустилась её холодная ладонь, ответно сжимая.       Казалось, Нари не могла держать в себе всё происходящее и ответно искала близости с ним. Чонгук улыбнулся прямо в поцелуй, отпустил её шею и, недопустимо для себя самого, переплёл с ней пальцы. Девичья ладонь терялась в его, но он крепче стиснул её, не давая той выпасть.       — Чёрт, это неправильно, — Нари оторвалась ровно в тот момент, когда лёгкие требовали набрать больше воздуха. Сердце бешено колотилось, перед глазами мыльная пелена от захлестнувшего возбуждения. От вида спортивного, подтянутого телосложения Чонгука, от того, как он величественно склонился к ней для поцелуя. — Не делай так больше.       — Я слышу ложь, — спокойно ответил, хотя тембр мужчины значительно понизился. И вот это так же вызывало в Нари беспокойство. — Перестань мне врать.       — Я не вру, — тихо ответила и постаралась восстановить дыхание, только его ладонь вновь сжала её шею, заставляя запрокинуть голову. — Нас ни к чему это не приведёт.       Посмотрела на него так запредельно откровенно, что во рту Чонгука тут же скопились слюни. Поджал губы, изнутри задевая серёжку языком, но отдёрнул себя.       — А обязательно должно? Нам приятно в моменте, Нари. Чего ты так боишься?       — Ты двойственный, Чонгук. Не могу за этим угнаться, когда в одну секунду от тебя веет стальным холодом, а в другую ты подбираешься так близко.       Студентка не разрывала зрительного контакта: сидела, оперевшись о стул с запрокинутой головой, и смотрела в глаза цвета кофейных зёрен.       Он не ответил сразу. Внутри мужчины что-то будто сдвинулось, зазвенело. Не громко, но гулко, как металлическая струна, натянутая до предела. Чонгук не был из тех, кто распылялся на эмоции. Он выстраивал стены, жил по выгравированным правилам, говорил дозированно. Но её слова… Они не казались упрёком. Это была обнажённая правда. Поэтому Нари так подкупала.       — А может, дело не в моей двойственности, а в том, что ты слишком хочешь определённости, — прошептал он, легко касаясь её щеки. — Ты боишься не меня, Нари. Ты боишься того, что я действительно могу нравиться тебе.       Нари сглотнула, в груди как-то странно заскреблось. Может, страх? Может, желание? А может, всё вместе взятое? Потому что Чонгук говорил те самые вещи, которые она пыталась заглушить в себе. Вытеснить, вытолкать, забыть. Он не нравился ей, не должен нравиться, девушка постарается приложить все силы, лишь бы не стать очередной студенткой, которая сидит у него на коленях.       Но мысли толком не слушались. Они бегали в девичьей макушке, как испуганные мышки, наперебой пища о том, какой эффект вызывало это горячее касание на её щеках, как звучал мужской голос, едва касаясь уха, как опасно приятно было потеряться во всём происходящем. Зачем он с ней так?       — Ты мне не нравишься, — тихо ответила, вкладывая в слова уверенность.       — А ты мне да.       — Этого недостаточно, — постаралась опустить подбородок, но крепкая хватка мужчины не позволила. Щёки слегка начало саднить, их хотелось промассировать и умыться ледяной водой. — Я не готова сейчас к серьёзностям.       — Разве я их предлагаю?       Каждое предложение, слетавшее с его губ, вносило во внутренности Нари раздор. С этими словами Чонгук отпустил студентку и сел обратно, сложив руки на коленях и уставившись в темноту леса. Девушке оставалось свыкаться с вернувшимся холодом. Зябким таким, неприятным совсем. Ветер шевельнул ветки, и на мгновение ей вновь показалось, что за деревьями что-то проскользнуло.       Молча, с тяжёлым выдохом Нари опять поправила свой стул. Не к нему, а рядом. Достаточно близко, чтобы ощущать тепло, но и достаточно далеко, чтобы притвориться, будто между ними ничего не было.       Тишина повисла над лесом, датчик всё так же мигал зелёным, но что-то подсказывало ей — тревога может быть совсем не от зверей.