Глава 4. Сожаления

      Следующий день обещал быть замечательным, несмотря на наступившие морозы, горожане особо не расстраивались, ведь по прогнозу должен был выпасть первый снег. Ввиду резкого похолодания многие ученики заболели, отчего были вынуждены пропустить занятия, что и произошло с Артёмом. Ульяна, Анна и Эдвард сидели кучкой на последних партах, коротая первую перемену. Прошлый урок прошёл так, как это бывает у не особо важных предметов. Учитель вышел из класса, предоставив детей самим себе.       Клыков, будучи готовым полезть на стенку, от скуки развесил руки на спинке стула, который преимущественно заваливался назад, и, качаясь, лениво пялился в потолок. Перед ним сидела Чижова, она проигрывала в голове какую-то заевшую мелодию, параллельно рисуя каракули на листочке, повернувшись лицом к другу. Мелюкова находилась рядом с Анной и учила устное домашнее задание. Так бы они и продолжали заниматься своими делами, если бы Аня не завела диалог.       — Ульяна, у тебя есть цветное что-нибудь? Карандаш, там, или фломастер, — она вырисовывала всякие фигуры, красиво получалось или же нет её не особо волновало.       — Посмотри у меня в пенале, — девушка ответила, не сводя взгляд с учебника. — Кстати, Клыков, тебе Тёма-то передал шапку?       Эдвард всё думал о своём, парень размышлял над вчерашней ситауцией. Он, конечно, глупо поступил, наговорил гадостей ни в чём неповенному человеку, который по итогу пострадал вдвойне, если Клыков хотел добить Белова, то точно с этим справился.       — Ну... да, — сказал парень, не удосужевшись прервать своё бессмысленное занятие.       — А он тебя как? На улице ждал? — Анна потянулась к зелёному цвету, у неё наконец-то стало получаться что-то осмысленное, закончив построение, она перешла к чертению форм поверх получавшейся картинки.       — Вроде бы. По крайней мере, когда я вышел он всё ещё там стоял.       — Неудивительно, что Артём заболел. Ты его хоть до дома проводил? — добавила Мелюкова, она хотела ещё спросить почему Клыков так и не показался вчера в школе, но ответ был очевиден.       Стул ударился передними ножками о пол, встав в естественное положение. Эдвард уже думал отпустить произошедшее, но раз уж разговор сам к тому пришёл, то нужно было прояснить пару моментов.       — Сложно объяснять. Короче, нет, — Ульяна и Анна переглянулись, странно отреагировав на его слова. — Что это вы так на меня смотрите? Будто не вы заставили его с нами идти.       — Ты хоть спасибо сказал? — никак не унималась Мелюкова. Видно ситуация беспокоила её не меньше самих Эдварда и Артёма.       Парень округлил глаза, после чего брови сами поползли к переносице, разговор потихоньку становился докучающим и даже в какой-то мере абсурдным.       — Ну, спасибо. Правда, не стоило.       Чижова, казалось, напряглась, впервые у неё промелькунала мысль, что её друг ведёт себя эгоистично, хотя до этого она так никогда не считала.       — Ульяна не про это, а про шапку, — решила прояснить Анна, он же не держит их за дурочек?       — Спасибо! Вот реально не стоило.       — Клыков, ты глупый или прикидываешься?       Настроение Эдварда с каждой услышанной фразой портилось всё сильнее и сильнее, а их манера речи становилась пугающей, как бы эти двое не устроили скандал.       — Вы о чём? Если про Артёма, нет я его не благодарил. И вообще, не лезьте к нему.       — Чего?       Парень вскочил со своего места, от груди к горлу поднимался комок возмущения. Его голос стал достаточно громким, чтобы привлечь внимание голдящих одноклассников.       — Что вы так удивляетесь? Вас совесть не мучает так открыто пользоваться им когда захочется? — Клыков заметил, что ему тяжело стало контролировать бушующие внутри смешанные чувства, теперь уже злость пыталась взять вверх над сознанием. — Я выйду ненадолго.       Парень покинул класс, чтобы пройтись по школе и успокоиться. В моменте голова оказалась пустой, Эдвард подошёл к открытому в коридоре окну и вдохнул полной грудью, по телу прошлись мурашки, его хвост перестал покачиваться из стороны в сторону и сделал небольшую волну, подобно другим конечностям. Он стал рассматривать всё подряд, желая отвлечься. Взгляд задержался на незамысловатых красных бутонах пахучей герани, недавно смоченной водой из распылителя. Капли красиво переливались на лепестках, отражая синеву небес, несмотря на обещенные прогнозы погода была ясной, редкие сероватые облака плыли размеренным строем, не желая составлять друг другу компанию.       Звонок на урок уже прозвенел. Ученики разошлись по кабинетам, чтобы лишний раз не испытывать терпение учителей, коридор опустел, с соседнего этажа раздался стук каблуков, которые носила замдиректора. Парень воспринял это как знак, что пора уже возвращаться. У входа в кабинет он заметил какого-то учащегося с растрёпанной причёской того же роста или может даже чуть выше, который оказался его старым знакомым.       — Привет, — Клыков вздохнул и подошёл сзади, что стало неожиданностью, для его бывшего одноклассника.       — Батюшки, — подросток вздрогнул, приподняв брови, то ли от испуга, то ли из-за внезапности встречи. Он отступил на шаг назад, его рука потянулась куда-то вверх, но он её одёрнул. — Эдвард, здорово.       Клыков бросил взгляд на левую руку парня, он потирал большим пальцем металические кольца на безымянном. Ребята не виделись с начала прошлого учебного года, за это время много чего произошло, многое поменялось. Завидя знакомого, в голове всплылыли обрывки старых воспоминаний.       — Как жизнь? Уже сняли с учёта?       — Я тут учителя вашего ждал, — мышща на его лице дрогнула. — Потом поболтаем, мне нужно уже идти на урок.       Эдвард не успел и слова сказать, как знакомый скрылся за лестичным пролётом, парень недоумённо почесал затылок. В классе его ждали две девушки, которых будто внезапно осенило. Клыков, отрезвлённый образовавшейся тишиной в мыслях, прошёл к своему месту, всё-таки порой думать вредно.       Ульяна покосилась на подругу, невербально спрашивая, когда лучше передать важную информацию. Анна с интузиазмом кивнула, что лучше рассказать сейчас, пока не пришёл учитель, заодно у её друга появиться больше времени поразмыслить, как поступать дальше.       — Эд, ты кажется не так всё понял, — девушка повернулась назад, ей в моменте стало грустно от всей этой ситуации, что сполна выражало её лицо.       — Что такое? — Клыков увидел, как расстроилась Чижова, отчего ему стало стыдно за то, что он опять наговорил лишнего.       — На счёт Тёмы, мы не просили его ни о чём. Ну, это правда, что мы не очень хорошо поступили, неправильно было заставлять его что-то делать против воли, но в прошлый раз он сам остался ждать тебя, я его даже пыталась уговорить пойти с нами.       — В кратце, он переживал, что ты можешь застудить голову.       Выслушивая то, что ему говорили девушки Эдвард покраснел. Уши и шея поалели, заставляя кожу гореть. Перед глазами пронеслось множество событий из прошлого, они затормаживали способность думать рационально. Каждое неправильно сказанное слово и совершённое действие ударяли по корке сознания, как наломанные дрова падающие прямо на голову. Парень нагнулся, закрывая рукой лицо и пряча глаза за ниспадающей чёлкой.       — Я такой дурак.       Класс замолк. Во время чистосердечного признания в кабинет вошла учительница с кипой бумаг в руках. Она посмотрела на количество присутствующих учеников и села за своё рабочее место.       — Клыков, ещё не поздно начать учиться.       Оставшиеся часы до конца учебного дня тянулись вечность. На душе скребли кошки. Парень не мог сидеть спокойно на месте, ожидание играло на нервах как на струнах, словно тянуло за ниточки, привязанные к конечностям, он никак не мог перестать стучать пальцами по парте или прикусывать губу. А напряжение нарастало, то ли совесть так мучила его, то ли что-то ещё. Анна пыталась поговорить с другом, но тот мыслями находился не рядом и особо не вникал в то, что ему пытались сказать. К своему несчастью, девушка обнаружила пропажу Эдварда. Прошмыгнув вместе с параллельным классом через вахтёра, он смотался с последнего урока.