Глава XI

Неоторо́фос заседал в Триумфальном зале за небольшим письменным столом, приставленным к трону короля. Он заполнял важные государственные бумаги, касающиеся нового курса Атлантиды и всё в таком духе. Младшего из Мудрейших охраняло двое из морской гвардии, Варлин и Астер. Вдруг громадная и тяжелая дверь издала грохот: в неё постучали.        – Я пока занят. Варлин, будь добр, передай господину, что я приму его в другой раз. – не поднимая головы, ответил Неоторо́фос.        – Разумеется, кюриос. – поклонился Варлин. Но не успел Варлин дойти до дверей, как они приоткрылись, и через небольшую щель протиснулся Четвёртый сын собственной персоной.        – Неоторо́фос! О, Братья, как я рад тебя видеть! – воскликнул Иуа’тон. Младший вздёрнул голову кверху и устремил свой взгляд на атланта, стоящего в дверях Триумфального зала. Неоторо́фос от удивления приоткрыл рот и пару мгновений не понимал, не во сне ли он сейчас?       – Ни с места, клятвопреступник! Покажи свои руки и повернись лицом ко мне! – скомандовал Астер, доставая свой меч из ножен.        – Кто бы говорил про преступления! Служите тирану и цареубийце! Неоторо́фос, это я, Иуа’тон! Или ты не узнал меня? – с волнением произнёс Иуа’тон.        – Значит, это сработало… Сработало! – Неоторо́фос издал нервный смешок и хлопнул в ладони. – О, Творцы всемогущие, ты воистину жив! Эй, Астер, Варлин, опустите оружие, это приказ!        – Но ведь наш государь его убил и вряд ли ожидает такого возвращения! – ответствовал Астер.        – Такой он уж тебе «государь» – буркнул Варлин. – но Астер прав, кюриос, мы должны доложить его Величеству, и как можно скорее. – Варлин засунул меч в ножны. Иуа’тон сделал пару шагов вперед, но Астер чётко дал понять, что пока они не определились с дальнейшими действиями, Четвёртый сын будет стоять на месте.        – В отсутствие Тхакорра я исполняю обязанности короля, он самолично об этом попросил.        – Вы и Месофо́сос. Справедливо будет пригласить его и вместе принять верное решение. – сказал Астер.        – В таком случае, эвокат* Астер, известите моего собрата о произошедшем, мы будем ждать тут. – заключил Неоторо́фос. Астер склонил голову и вышел из Триумфального зала.        – Какое у вас звание, Варлин? – поинтересовался Иуа’тон.        – Легат** морской гвардии. – сухо ответил Варлин.        – Многоуважаемый легат Варлин, мне необходима Ваша помощь. Вам известно, что за атлант восседает на троне прекрасной Страны тысячи холмов? Кем он приходился Тритосу-Фильо, и что он с ним сотворил? – произнес Четвёртый сын.        – Так точно, известно. Но, что Вы хотите, чтобы я сделал? Неужто государственный переворот? Вы понимаете, какое наказание ждёт изменщиков? – с испугом в голосе произнёс Варлин.        – Только если мы проиграем, а я этого не допущу. Я вернулся из Элизиума, благодаря целительным способностям Месофо́соса…        – Вообще-то моим. – вклинился Неоторо́фос.        – Что?! – Иуа’тон забыл, о чём молвил ранее. – Ты тоже целитель?        – Все Мудрейшие обучались исцелению на базовом уровне, но Месофо́сос пошёл дальше. Давай про это позже, Иуа’тон.        – Да, да, прошу прощения. В общем, я находился в загробном мире какое-то время и видел своими глазами Атланта, Тритоса-Фильо и своих родителей. Я кое-чему у них научился и прекрасно понимаю, что моя миссия ещё не завершена. Не знаю, как вы, легат, но я и мой друг Неоторо́фос не собираемся мириться с тем, что престолом руководит кровавый убийца. Вы мне поможете? Варлин замешкался, он потупил свои голубые глаза вниз и принялся поглаживать седые бакенбарды на лице.        – Я напомню вам, Варлин, что ваше командование присягнуло в верности северному течению Атлантиды, хранителем которого по-прежнему считается Иуа’тон. – призвал к ответу легата Неоторо́фос. – вы заступитесь за своего подводного господина, когда он нуждается в помощи, легат Варлин?        – Э-э-эх! – Варлин отстегнул левый наплечник, на котором было изображено геральдическое животное Судоса; те, кто служили в морской гвардии, все до единого носили на левом плече данный распознавательный доспех. – В бездну Тхакорра и его правление. Так тому и быть, я помогу тебе, деканъ^ . В моём командовании четыре тысячи плавников^^ . Мои атланты – твои атланты, Иуа’тон. Вдруг дверь Триумфального зала распахнулась и в помещение влетела дюжина гвардейцев под руководством Астера: они носили броню с единственным отличием – на груди красовалось тиснение Сантоха́риас, западного течения. Последним в покои вошёл Месофо́сос. Он взглянул на выброшенный наплечник Варлина.        – Вам же известно, что случается с дезертирами, Варлин?        – В бездну твоих дезертиров, юнец! – огрызнулся Варлин. В этот момент подоспела гвардия легата, все имели отличительный левый наплечник. Они выдвинули копья вперёд. Три десятка против двенадцати, не совсем справедливо.        – Вы в меньшинстве, Астер. Мы не желаем пятнать пол Триумфального зала кровью, посему предлагаем присягнуть в командование легата. – спокойным тоном ответил Неоторо́фос.        – Астер, послушай меня. Никому из нас не нужна эта война. Буду честен, за прожитые века, я насмотрелся на бесчисленное количество смертей и поэтому не горю желанием представлять интересы Иуа’тона, но он, кажется, знает, что делает. Я не хочу убивать тебя и твоих гвардейцев, как и ты меня. Прислушайся к словам моим. – Варлин старался образумить своего собрата. Средний из Мудрейших гневно глядел на всю эту ситуацию.        – Его Величество уже известили о случившемся, так что это вообще не имеет никакого смысла! Астер, у тебя есть приказ, и ты обязан ему следовать! Во имя Тхакорра! Астер взглянул на Иуа’тона, а после Неоторо́фоса: они уже давно убрали своё оружие подальше и взглядом давали понять, что действительно не желают кровопролития. Астер последовал их примеру и убрал меч в ножны.        – В бездну Тхакорра.        – Что??? – Месофо́сос не мог поверить своим ушам.        – Я сказал, в бездну твоего короля. И тебя тоже в бездну.        – Ты сам избрал свою судьбу, Астер! – воскликнул Месофо́сос, и одним движением руки он достал из-под одеяния кинжал, дабы нанести смертельные ранения эвокату. Но Астер был опытнее и проворнее, нежели средний из Мудрейших: он в одно мгновение вытащил свой меч и вибраниум встретился с вибраниумом. Металл начал скрежетать противным звуком из-за сильного давления, поэтому Астер скосил удар и перевел руку целителя в другую сторону, после чего он перевернул меч острием к себе и вонзил клинок в плоть Месофо́соса. Тот взвизгнул, словно морской конёк, и его лицо приобрело страшный вид, он умер с сильным испугом. Неоторо́фос не успел ничего понять, так быстро всё произошло. Но когда он опомнился, то увидел у себя под ногами собрата.        – Что ты натворил… - прошептал младший из Мудрейших.        - Всего лишь оборонялся. Этот увалень изволил бодаться с эвокатом гвардии. – без гордости произнёс Астер. – жалкая смерть, он знал, что не потянет, и всё же пытался нас устрашить. Но я прислушался к тебе, Варлин. Ты прав, в бездну Иуа’тона, в бездну Тхакорра, в бездну всех их, ведь мы повидали множество смертей. Но в последний раз мы все обязаны объединиться, дабы прекратить этот бессмысленный цикл насилия. Мы должны поверить в это, братья мои. Ведь, как известно, вера и море на две части поделит. Неоторо́фос сложил руки Месофо́соса у его сердца и закрыл ему ладонью веки.        – Спи спокойно, приятель. Он поднялся над телом среднего из Мудрейших.        – Отнесите Месофо́соса в поминальную комнату, он обязан быть погребен согласно всем традициям Атлантиды. – Неоторо́фос поручил это дело Астеру. Тот поклонился и приказал гвардейцам поднять тело, так они и покинули зал.        – Мне нужно переговорить с Хифатосом и Скуало. Не знаешь, где они могут быть? – спросил Иуа’тон.        – Боюсь, что Хифатос более нам не помощник. Он теперь десница короля и в данный момент находится подле Тхакорра. Скуало Кархариас же у себя, в Овестикосе, он отплыл, как только бастард взошёл на трон. – поведал последние новости Неоторо́фос.        – Что же… Значит, я направлюсь в Овестикос, лично поговорю с Кархариасом. Что до Вас, легат Варлин, соберите всё войско, что сможете, у нас на счету каждый плавник.        – Сделаю, что в моих силах, Четвёртый сын. – Варлин небрежно отвесил поклон и удалился из зала.        – А что мне прикажешь делать? – ухмыльнулся младший из Мудрейших.        – Что заблагорассудится, я тебе не король. Я вообще никому еще не король. – вздохнул Иуа’тон. Он немного помолчал.        – Знаешь, я и правда видел маму, и папу. Но вот только у них было другое мнение относительно моих действий в сторону Тхакорра. И, признаюсь, я уже не имею понятия, что правильно, а что нет. Это противостояние может привести к еще большим потерям и разрушениям…        – Я не знаю, каким королём будешь ты, Иуа’тон. Ровно так же я не знаю, одолеем ли мы Тхакорра, и останемся ли вообще в живых. Сразимся с ним и умрём, или сдадимся ему, и умрём. Каждый воин Атлантиды должен уметь сделать выбор. Свой я уже сделал. – заключил Неоторо́фос. Иуа’тон ничего не ответил, а лишь улыбнулся младшему из Мудрейших.

***

Судос. Перед главными покоями южного течения Хифатос уже стянул воинов из Эстикоса, Судоса, и также заключил соглашение с узниками темниц на Юге. Все те, кто когда-то обесчестил невинную деву, кто совершал разбои, грабежи, проще говоря, все те, кто имеют клеймо трезубца на спине – пошли на сделку с королём, которая гласит, что при победе в сражении они будут освобождены из заточения немедленно, что, разумеется, радовало самих разбойников, но в то же время смущало мирных жителей, которые так или иначе пострадали от деяний преступников. Но Тхакорр был непреклонен – он намеревался отстоять свой титул короля, а значит, был готов пойти на все возможные риски. И вот перед ним стояла армия, наречённая королевским малым гарнизоном, состоящая из двадцати атлантских когорт, или, если по-другому, одного крупного легиона. Одна когорта насчитывала 320 плавников, она стояла развёрнутым строем глубиной в 8 рядов и представляла собой прямоугольник шириной в 37,5 и длиной в 205 локтей. Весь легион численностью в 6 тысяч и 400 плавников имел размеры 255 локтей в ширину и 870 в длину. Пара когорт седлала акул-мечей, тигровых, и серых рифовых акул. За многотысячной армией были развешены знамёна Морского льва и Королевского Кракена.        – Этот день… - начал свою пламенную речь Тхакорр, – ознаменуется как день установления окончательной власти в Атлантиде! Один мой бывший брат по оружию почему-то решил, что достоин вести этот благородный народ в светлое будущее. Но он прекрасно знает о пророчестве Страны тысячи холмов, он в курсе, кто обязан был взойти на престол! И всё же при помощи дерзости и напористости ему удалось склонить на свою сторону практически весь Нордеос! Великие мужья Атлантиды, мой королевский гарнизон, сегодня мы с вами стоим на пороге великого испытания. Мы обращены лицом к вызову тьмы, которая, без сомнений, унесёт души некоторых в прекрасный Элизиум. Но вы должны помнить, что великие деяния требуют великих душ, а великие души рождаются лишь в огне борьбы, которая нам предстоит! Первые три ряда легиона простучали копьями по основанию площади, на которой находились.        – Мы идём не на войну ради славы и почестей, нет. Мы идём туда, чтобы у наших детей было будущее, чтобы наша раса не была погублена каким-то... отморозком из Нордеоса! – гнев вырывался наружу Тхакорра, и он понял, что именно сейчас самое время, чтобы перенаправить его в слова. – здесь собрались разные сословия жителей: не только морская гвардия из Судоса и Эстикоса, но также и узники из темниц. Но поверьте мне, тут, как на этой площади, так и на поле боя, мы все едины. Мы – братья королевского гарнизона и, чем раньше мы это поймем, тем сильнее станем! Ведь в нашем единстве заключается могущество; подобно морю, что объединяет все свои воды, мы объединяем наши судьбы, дабы встретить врага гордо и непоколебимо! На долю секунды Тхакорр кинул взгляд на Хифатоса, который стоял и с воинственным видом, скрестив руки за спиной, наблюдал за армией.        – Знаю, вам наверняка страшно. Враг будет думать, что знает вас, ведь по сути, мы все атланты. Но он не представляет себе силу, которая течёт в наших жилах, мы – выходцы из Судэстикоса~ , наследники Атланта, Первого сына, и в честь его имени мы обнажаем свои мечи против дезертиров северного течения! ВЫ СО МНОЙ??? – перешёл на рёв Тхакорр. Королевский гарнизон одобрительно раскричался. Боевой дух был поднят, подумал Иллегитмос, но всё же решил завершить мощнейшую речь.        – Дети Атлантиды, вы достаточно настрадались во время правления трусливого короля, стали рабами его системы, которая до сих пор тянется красной нитью через его сторонников! Вы уничтожите её вместе со мной? Весь Судос охватило мощнейшее эхо, издаваемое ударами оружия о мраморные полы площади. Грохот практически заглушил голос Тхакорра, но тот всё же сумел перекричать гул копий и щелканья челюстей акул.        – Афтос пу ди фретта а никизе фретта морир! КТО ТОРОПИТСЯ БИТЬ, ТОТ ТОРОПИТСЯ УМЕРЕТЬ! И весь королевский гарнизон, словно отражение своего предводителя, повторил заветные слова на родном языке: «Афтос пу ди фретта а никизе фретта морир!» После столь горячего обращения к своему войску и под звуки металла, скрещенного с овациями, Тхакорр сошёл с пьедестала, где находился всё это время. За ним последовал Хифатос, они направлялись в покои Иллегитмоса.        – Мой король, ваша речь поразила всех нас. Но меня терзают некоторые сомнения насчёт узников Судоса. Они не командные бойцы, не воины, и никогда ими не станут. У нас и так шесть тысяч плавников, а эти четыреста клятвопреступников лишь капля по сравнению с гарнизоном. Более того, на поле боя они могут наоборот мешать нам же самим ввиду неопытности. Некоторые ни разу не воевали и наверняка испугаются, что даст трещину в строю. – переживал Покоритель.        – Если у воинов отсутствует дисциплина, вина лежит на их командире. – отрезал Тхакорр. – Ты же сам мне принёс весть о том, что Иуа’тон воскрес. И я не думаю, что он вот так просто смирится с тем, что я, пусть и случайно, но убил его. Мне нужны все дееспособные атланты для битвы с Четвёртым сыном. Все. Хифатос удостоил своего короля лишь кивком головы и воротился к королевскому гарнизону, которым собирался руководить во время битвы.

***

       – То есть, ты предлагаешь воевать за тебя, Иуа’тон? – Кархариас, сидя на каменном изваянии, подле фермы, где растят Сантоха́риас, будто насмехался над Четвёртым сыном.        – Не за меня. За Атлантиду. – отрезал Иуа’тон.        – Но когда мы победим, ты взойдёшь на престол, не так-ли? Иначе, для чего это всё?        – Раньше тебя это не беспокоило, Скуало. – отозвался позади Иуа’тона Неоторо́фос. Кархариас подозвал акулу к себе и покормил с рук убитым скатом-хвостоколом. Сантоха́риас жадно вцепился в еду и с удовольствием разорвал плоть рыбы.        – Меня это и сейчас не волнует. Ты хороший воин и, возможно даже, станешь, неплохим правителем, Иуа’тон. Но пойми меня правильно – я не желаю быть твоим палачом или наёмником, что открутит голову по первому приказу. – сказал Кархариас.        – Ты и не будешь им. Всё, что я прошу у тебя, Скуало, это лишь твоих плавников, передай их Астеру и Варлину, и будь со мной в час битвы. – попросил Четвёртый сын. Акула-молот отплыла к своим собратьям.        – У Тхакорра 6400 плавников в обороте, среди которых, как гвардейцы, так и мародёры.        – Откуда тебе известна численность армии бастарда? – недоумевал Неоторо́фос. Скуало ухмыльнулся.        – В Судосе есть пара верных мне атлантов, мы вместе спасали тогда Судовестикос от падения обломков кораблей над водой. Хорошие, крепкие ребята. Они даже готовы прирезать Тхакорра, если ты хорошо им заплатишь и обеспечишь место в королевской гвардии. – поведал Кархариас.        – Честь велит нам встречать врага на поле боя, Скуало. Я не буду нападать со спины, так делает лишь трус. Я хочу посмотреть ему прямо в глаза, когда буду стоять над ним с мечом. Он достоин только такой такой смерти. – угрюмо произнёс Иуа’тон.        – Ладно, но это немного жутковато, ты в курсе? – Скуало на него странно посмотрел. Он привстал, отряхнулся от внутренностей растерзанного ската, что оставил после себя Сантоха́риас.        – Пойдём за мной. Скуало провёл их в тренировочные покои, он отворил дверь и Четвёртого сына вместе с младшим из Мудрейших встретили морские гвардейцы из Овестикоса, по меньшей мере, там можно было насчитать около полутора тысячи плавников. Кархариас повернулся к недоумённым гостям.        – Ладно, Ваше Величество, я с тобой. Мои атланты – твои атланты. И пусть Творцы будут мне свидетелями, когда Нордеос окажется в беде, Овестикос незамедлительно откликнется!        – Даю тебе слово, что, когда Овестикосу будет нужна помощь, Нордеос в стороне не останется. – низко поклонился Иуа’тон в знак уважения к хранителю Западного течения. Скуало снял с ремня, что висел у него на поясе, свой меч небольших размеров, с которым он никогда не расставался, даже во время тренировок.        – Да здравствует Четвёртый сын! Да здравствует Государь! – воскликнул Кархариас и обратил свою правую руку с мечом вверх. Этому последовали все находящиеся в тренировочных покоях гвардейцы. Они как один вынули мечи из ножен и направили их к потолку помещения.        – Да здравствует Иуа’тон! Да здравствует Государь!        – Да здравствует Иуа’тон! Да здравствует Государь!        – Да здравствует Иуа’тон! Да здравствует Государь! Властитель Вод гордо и благодарно посмотрел на Скуало Кархариаса, а после извлек свой меч и также поднял его ввысь.        – За Атлантиду! _____________________________ * Эвока́т — солдат, отслуживший срок и вышедший в отставку, но вернувшийся на службу добровольно по приглашению консула или другого командира. ** Легат – командующий. ^ Деканъ - командующий 10-ю воинами, с которыми он жил вместе. В Атлантиде так называли юного и амбициозного командира. ^^ Плавники – гвардейцы, находящиеся в подчинении у легата. ~ Прим. Юго-Восток.