Часть 17

                    Стражники, следившие за телом – о, Духи, телом! – Франчески, конечно же, заметили меня и вскоре я вернулась в залу к остальным мэвейрам в сопровождении сурового вида мужчины.       Мадам Вероника что-то говорила, но сосредоточиться не получалось. Лицо Франчески со светящимися венами выглядело так знакомо. Голова начала раскалываться от тупой боли. Где же я видела такие вены? Но кровь из глаз, носа и рта не текла. А должна была? Я что-то забыла, но вспомнить не получалось. Что-то было не так в этом. Что-то было не так…Почему я не заметила, что Франчески нет?       Кто-то заставил меня взять чашку и отпить из нее какую-то отвратительно-горькую гадость, сильно пахнущую травами. Ночью безлунной идет старик.       – Ночью темной идет старик, – сама не заметила, как начала шептать слова странной песенки, прицепившейся после неудачной поездки в город.       – Леди? – робкий голос служанки, придерживающей чашку, вернул меня в реальность. И где только вся эта прислуга была раньше?       – Спасибо, – улыбнулась служанке и уверенно допила успокаивающий отвар. – Вы что-то говорили, мадам Вероника?       – Мэвейр Данталион Аберкорн! – сурово начала она. – Как вы могли покинуть залу без разрешения? Вас кто-то отпускал? А затем еще и пробраться в мой кабинет! – мадам явно не собиралась останавливаться, но ее взгляд то и дело соскальзывал с меня на служанку, стоявшую рядом. – Ваше поведение …       – Мадам Вероника, – прервал эту очень эмоциональную, но неуместную речь низкий мужской голос. – Я полагаю, что правила поведения только поступивших мэвейров вы сможете обсудить после.       Обернувшись, увидела, как в залу вошел высокий мужчина лет сорока с короткими темными волосами и шрамом, пересекающим правый глаз и щеку. Он был одет во все черное: сюртук, штаны, сапоги до колен и кожаные доспехи, закрывающие плечи, левую руку до локтя и грудь с той же стороны. Его взгляд равнодушно скользнул мимо меня. Я уже приготовилась тихо улизнуть в комнаты, получив «высочайшее дозволение», но мужчина, будто спохватившись, пристально на меня посмотрел.       – Мэвейр, – холодно обратился он. – Следуйте за мной.       И вышел из залы в тишине. Мадам, видимо, не ожидала такой наглости, как, впрочем, и мы все, но говорить ничего не стала: она нахмурилась и нервно махнула рукой, «дозволяя» мне уйти. Я, поклонившись, последовала за мужчиной. Масштабы совершенной глупости начали доходить: мало того, что Франческа со мной рядом сидела, я еще и ее отсутствие заметила, да еще и так «удачно». И додумалась же уйти проверять, она там лежит или нет! Я нахмурилась и попыталась вспомнить, почему вообще решила уйти, но получалось плохо – словно это надо было сделать и все. Чей-то высокий голос что-то говорил. Пел.       – Мэвейр, вы в порядке? – вырвал меня из раздумий голос мужчины: оказалось, что мы снова зашли в комнату, откуда я увидела тело.       – Да, благодарю вас, – подумать обо всем этом можно было и после.       Мужчина предложил сесть на стул рядом со столом у окна, сам он сел в большое черное кресло напротив.       – Рассел Александр Войцек, – наконец представился он. – Дознаватель Его Величества.       – Приятно познакомиться, пусть и при столь трагичных обстоятельствах, – начала я как можно витиеватее, чтобы дать себе время собраться с мыслями. – Я …       – Не утруждайтесь, – грубо прервал дознаватель Войцек. – Мадам Вероника была достаточно громкой, чтобы я услышал ваше имя. Лучше объясните, зачем вы нарушили ее приказ?       – Я ничего не нарушала, – холодно ответила, растянув губы в приветливой улыбке: у этого иноземца не хватит сил вывести меня из себя. – К тому же, она не имеет права мне приказывать. Равно как и не отвечать на вопрос о состоянии нашей однокурсницы. Или врать.       – Мадам Вероника отвечает за мэвейров – девушек первого и второго года обучения, живущих в этом доме, – холодно произнес дознаватель. – Так что слушаться ее вы должны. И почему вы решили, что мадам вам соврала?       – То, что мадам отвечает за нас, вовсе не означает, что мы подчиняемся ей. Если, конечно, ее статус здесь не выше статуса мэвейров. И мадам не представилась должным образом. – тонкие губы дознавателя сложились в покровительственную улыбку, что вместе с его тоном продолжало раздражать. – А исполнять не пойми чьи приказы я не приучена. Поэтому, прошу вас, покажите знак дознавателя, раз уж вы собираетесь вести допрос.       – Похвальная бдительность, – мужчина достал из кармана брюк щит размером с ладонь. Он не попросил меня представиться или рассказать о себе: неужели и так все уже знал?       Я взяла знак и внимательно осмотрела изображенную на нем оскалившуюся собаку, глаза которой были инкрустированы черными камнями: он был отлит из цельного куска железа. Затем встала и подошла к одной из зажженных магией ламп: черные камни сменили цвет на кроваво-красный – знак был подлинным.       – Благодарю вас, – я постаралась смягчить улыбку, когда возвращала знак и садилась обратно: в Академию прибыл дознаватель почти сразу же после обнаружения тела Франчески. Что-то было явно не так. – Не могли бы вы повторить ваш вопрос?       – Почему вы вышли из залы?       – Я забеспокоилась, так как Франческа не пришла на ужин, и не поверила словам служанок о том, что мадам предупредила ее. К тому же, нам не объяснили, что происходит.       – Когда вы заметили, что леди Виктуар отсутствует?       – После того, как услышала крик и нам сказали оставаться в зале. Я осмотрелась и поняла, что Франчески нет не только за нашим столом, но и вообще в зале.       – То есть ранее вы не заметили ее отсутствия?       – Верно.       – Почему тогда вы решили, что она не пришла на ужин?       – Мы должны были сидеть за одним столом.       – По договоренности?       – По силе Дара, – дознаватель повел ладонью, призывая продолжить. Неужели он не знал об этих правилах? – На приветственной церемонии мы сидели вместе рядом с низкородными мэвейрами, что объяснили тем, что наш Дар слаб. Когда мы пришли на ужин, то увидели над столами светящиеся списки. В соответствии с ними заняли места.       – И в этом списке была леди Франческа Виктуар? – со странной улыбкой спросил дознаватель.       – Да, – я ответила сразу, как только он договорил, и тут же оборвала себя: список целиком вспомнить не получалось, но Франческа должна была быть в нем. – Я думаю, да.       – Но точно вы сказать не можете?       Я кивнула: признавать это под таким насмешливым взглядом не хотелось, но и врать было ниже моего достоинства.       – Итак, вы предположили, что леди Виктуар должна была сидеть вместе с вами, и, раз она не сидела за вашим столом во время ужина, решили, что леди не пришла вовсе?       – Да.       – Что же произошло дальше? – дознаватель положил подбородок на согнутые в локтях руки и продолжил следить за мной.       – Когда на улице раздался женский крик, нам сказали остаться в зале. Я поняла, что леди Виктуар с нами не было и забеспокоилась за нее, поэтому спросила у служанок, предупредил ли кто леди о происшествии.       – А как вы поняли, что кричали на улице?       – Голос был приглушен, но расслышать, что это женщина, получилось, – я удивленно посмотрела на дознавателя: вопрос был мало того, что странным, так еще и несколько глупым. – Обеденная зала расположена в конце коридора на первом этаже. Я сидела за столом у стены, то есть, максимально далеко от двери, и ближе к правому от входа окну, чем к левому. Поэтому вряд ли бы смогла расслышать что-то, произошедшее в доме, пусть и на том же этаже, или на улице, но с другой стороны.       – Прекрасно, – дознаватель улыбнулся и по-лисьи сощурился. – Вернемся к хронологии событий. Служанки сказали вам, что мадам Вероника обо всем позаботилась, но вы не поверили и?       – И когда мадам Вероника вернулась, я спросила у нее про леди Виктуар. Ответ меня не устроил, поэтому я … решила убедиться сама, что с леди все хорошо.       – Но к тому моменту вы уже подозревали, что с леди Виктуар случилось несчастье?       – Я просто беспокоилась за однокурсницу, – закусила губу и опустила глаза на сложенные на коленях руки, усилием воли заставила сжавшиеся ладони расслабиться, чтобы казаться больше расстроенной, чем напряженной.       – А как вы попали в кабинет?       – Вошла? – я удивленно посмотрела на дознавателя.       – Просто открыли дверь и вошли?       – Да, она была не заперта. Потом подошла к окну и приоткрыла его немного: узнать, что случилось…И увидела…леди, – вспомнив вены на лице Франчески, светящиеся синим и фиолетовым, мне снова стало дурно.       Я закрыла глаза, пытаясь представить что-то другое, не думать об этом, но перед мысленным взором была Франческа с синими и фиолетовыми венами на мертвенно-бледной коже. Она казалась надоевшей куклой, брошенной ребенком. Пустым сосудом, из которого забрали …       Дознаватель поднес стакан с водой к моему лицу, неожиданно оказавшись так близко, что я разглядела сетку мелких шрамов на его руке.       – С-спасибо.       – Как прошла приветственная церемония? – дознаватель неожиданно сменил тему, вернувшись на прежнее место.       – Хорошо? Нам сказали, что занятия начнутся с завтрашнего дня, расписание лежит в наших комнатах… Их не отменят?       – Нет, это не в правилах Академии, хотя сейчас, видимо, многое изменилось.       – Вы о чем?       – В мое время было не принято принимать на обучение восемнадцатилетних аристократов со слабым Даром.       – Я не планировала поступать как мэвейр, но мой Дар пробудился, так что отец решил отправить меня на обучение.       – Примите мои поздравления.       – Благодарю вас, – мои глаза начали закрываться.       Я чувствовала себя сонной и вялой. Дознаватель, скорее всего, хотел задать еще несколько вопросов, но все решил отпустить. Он вызвал стражника и велел тому проводить меня в комнату.       Когда мы выходили, то столкнулись с Дороти, которую сопровождала служанка. До комендантского часа оставалась, по моим ощущениям, не так много времени. Неужели нас всех будет допрашивать дознаватель Войцек? Один?       Я повернулась к стражнику, чтобы спросить как долго будут сегодня тянуться допросы, но передумала: и так привлекла ненужное внимание из-за любопытства – стоило быть аккуратнее. К тому же со мной уже закончили и можно было хотя бы попытаться сосредоточиться на занятиях, если их действительно не собирались отменять.       Поблагодарив вынужденный эскорт, заперлась в комнате и подошла к письменному столу, на котором лежал незапечатанный черный конверт. Это было расписание на завтра: завтрак, библиотека, лекция и практическое занятие по «Основам теории магии».       Я пыталась сосредоточиться на первом учебном дне, но перед глазами все еще была мертвенно-бледная Франческа с открытыми пустыми глазами и синими венами, словно светившимися под лучами магических фонарей. Накрывшись одеялом с головой, по-детски пыталась спрятаться от этой картины и незаметно для себя погрузилась в сон без сновидений.