Знакомство

Тёплый солнечный лучик назойливо коснулся закрытых глаз, отчего сразу захотелось смахнуть его рукой, а затем посильнее укутаться в колючий плед и никогда больше свет не видеть. Но надоедливый луч никак не исчезал, и Ньют с большой неохотой открыл глаза.         Над головой виднелся деревянный потолок, а это значило, что Ньют находился в Хоумстеде, и судя по отчётливому запаху лекарств, он лежал в комнате у медаков. С хрипом застонав, парень попытался сесть, но жгучая боль пронизала левую ногу и изменила его планы. Длинные светлые волосы спадали на глаза и Ньют одним привычным ему движением откинул их, отметив, что рукой он шевелит вполне сносно. Повернув голову, парень столкнулся с пристальным карим взглядом его вечно неунывающего друга. — Шанк, ты очнулся, - радостно воскликнул Минхо, вскакивая с покосившегося стула и садясь на кровать к Ньюту. Приведённая в движение нога тут же заныла, и Ньют зажмурился от боли. - Ой, прости, чувак. - как ни в чём ни бывало сказал Минхо и придвинув поближе к кровати стул, плюхнулся на него. - Я думал ты кони двинешь. Стебанулся совсем? Какого кланка полез туда? — Да потише ты, - поднявшийся от друга шум доставлял болезненные отголоски в голове. - Голова сейчас треснет от твоей болтовни, кланкорожий. — Ха, мог бы сразу сказать, что соскучился, - широко улыбаясь, ответил Минхо. Его и без того азиатский разрез глаз от улыбки всегда становился ещё уже, что каждый раз забавляло Ньюта. — Рад, что ты живой. А за ногу не переживай, медаки подлатают, будешь снова по Глэйду разгуливать, шанков разгонять. — А что с ногой? - спросил Ньют, надеясь про себя, что всё-таки ничего серьёзного. — Ты её сломал,  - ответил Минхо и вскакивая со стула, направился к двери. - Пойду Алби приведу, он просил позвать, когда ты очухаешься. Готовься к взбучке, шанк.         Светящийся от счастья Минхо наконец покинул комнату, оставив Ньюта наедине со своими мыслями. Отчего-то стало так стыдно, что сердце больно кольнуло. Собственная слабость теперь сильно злила, и как же захотелось вернуть время назад и не лезть на чёртову стену. Теперь же придётся объяснить друзьям, что же заставило его туда залезть, а главное, что заставило спрыгнуть. Словно молнией поражённый, Ньют резко сел в кровати, не обращая внимания на сразу же возникшую колючую боль в ноге. Девушка.  В Лабиринте была девушка и Ньют её точно видел, и даже дотронулся. Сразу же возникло тянущее волнующее чувство за незнакомку, ведь последнее, что помнит Ньют, это что она его тащила на себе, приговаривая, что за ней кто-то охотится. Сгораемый от нетерпения, Ньют попытался встать с кровати, но больная нога ни на дюйм не могла сдвинуться без резкой ослепительной боли. Оставив всякие попытки самостоятельно слезть с кровати, Ньюту оставалось лишь ждать.        Спустя несколько минут за дверью послышались тяжёлые быстрые шаги, и в тот же момент дверь в комнату распахнулась, впуская внутрь встревоженных и волнующихся друзей. Вместе с Минхо в комнату вошли Алби, а также медаки Клинт и Джефф, которые тут же принялись осматривать травмированную ногу Ньюта. Поймав на себе суровый взгляд главаря Глэйда, Ньют отвернулся, не в силах начать тяжёлый разговор. — Клинт, Джефф, оставьте нас, - голос Алби сталью раздавался в комнате, что даже стоящий за ним Минхо удивлённым взором уставился на него. - Потом его осмотрите.         Проговаривая что-то про постельный режим, спокойствие и только в крайнем случае обезболивающие таблетки, медаки вышли из комнаты, оставив троих друзей в гробовом молчании сложившейся ситуации. Алби выглядел сильно разозлившимся, что казалось, будто воздух вокруг него накаляется и тяжёлым свинцом облипает главаря. Минхо с невозмутивым видом смотрел по очереди на друзей, но тишину нарушать не решался. — Какого хрена ты вытворил? - грозно спросил Алби, тыкая в сторону Ньюта указательным пальцем. - Что за вонючий кланк в твоей голове, а? — Алби, да брось вопить, он же помочь хотел, - легкомысленным тоном сказал Минхо. - Шанк и так настрадался, оставь его. — Минхо, - главарь обернулся к Минхо и теперь уже прожигал его взглядом. То, что Алби назвал кого-то по имени, говорило лишь о том, насколько сильно он был зол. - Ты прикалываешься или правда не догнал? Ньют не лез, чтобы помочь или осмотреться. Дошло наконец, кланкорожий?         На лице Минхо отображалось то, как сосредоточенно он размышляет над словами главаря и в какую-то секунду понятный взгляд парня упал на Ньюта. Легонько кивнув ему, не в силах произнести хоть что-то, Ньют отвернулся в сторону окна. Парень отметил, что солнце было довольно высоко, а значит день был в самом разгаре. Смотреть на своих друзей ему совершенно не хотелось и Ньют принялся выискивать хоть что-то цепляющее взгляд за покосившимся окном комнаты, но ничего достойного не замечал. — Шанк, ты чего, - севшим голосом спросил Минхо, но словно решив больше никогда ничего не произносить по этому поводу, выдохнул и понимающе посмотрел на своего друга. Ньют оторвал взгляд от безнадёжного пейзажа за окном и взглянул в карие глаза Минхо, полные сочувствия. Для Ньюта Минхо был единственным, кто понимал его всегда и при любых обстоятельствах, и никогда бы не стал осуждать. Словно поняв его мысли, Минхо легонько грустно улыбнулся и кивнул головой. — Я прошу никому не говорить, - севшим голосом наконец проговорил Ньют, решившись всё-таки нарушить собственное молчание. - Для шанков я пытался залезть на стену, чтобы осмотреться и сорвался. И прошу больше эту тему не поднимать, я уже и сам пожалел, что сделал. — Разумеется, шанк, - голос Алби немного смягчился, но тёмные глаза главаря всё равно пронизывали нотками осуждения сидящего на кровати Ньюта. - Знал бы ты, как напугал, когда я тебя в Лабиринте нашёл. Еле до закрытия успел дотащить. Нам повезло. — Повезло... - глухо повторил Ньют. И решил задать тревожащий его вопрос. - Алби, это может показаться странным, но ты не видел там девушку? С чёрными волосами такая, она... — Видел, - перебил Ньюта Алби. Минхо как-то странно вздохнул, словно вся эта ситуация ему очень не нравилась. - Она в Кутузке. — В Кутузке?! - Ньют непонимающе уставился на Алби, за что главарь посадил незнакомку в местную тюрьму? — Да, Ньют, девчонка в Кутузке, - строгим голосом проговорил Алби, и Ньюту показалось, что он ещё более рассердился при упоминании незнакомки. - Появилась из Лабиринта, толком ничего не может объяснить. Ты лежал без сознания на земле, а она тащить тебя пыталась. Всё говорила, что за ней гонятся. Я её закрыл, пока не разберусь, кто она такая. — Алби, да она помочь мне хотела, после того, как я упал, - чуть ли не переходя на крик, воскликнул Ньют. - Ей помощь самой нужна, а ты в клетку её скинул? — А я говорил, что идея дрянь, - вскинув брови пробормотал Минхо. - Девчонка явно спасалась и судя по внешнему виду прихлопнула парочку гриверов по дороге. — Сколько она там уже, часов пять? - простонал Ньют, который никак не мог поверить, что главарь запер единственную попавшуюся им девушку в камеру. — Ньют, - севшим голосом пробормотал Минхо и с каждой секундой становился всё мрачнее. - Ты у медаков уже четвёртый день.          Ньют тяжело вздохнул. Четыре дня он лежит без сознания, а незнакомка из Лабиринта сидит в Кутузке. Наверняка она напугана, не понимает, что происходит, лишённая памяти издевающимися Создателями. На душе у Ньюта стало невыносимо тоскливо, а тянущая боль в ноге только издевательски насмехнулась над тем, что он не мог просто встать и освободить девушку из заточения. — Алби, выпусти её, - твёрдым уверенным тоном проговорил Ньют, чтобы у главаря и мысли не было сомневаться в его решении. - Она просто спасалась, она не может быть опасна. Раз до сих пор девчонка не пришила тут никого, значит не несёт угрозы? Вот и выпусти. Под мою ответственность. — Хорошо, - внимательно обдумав несколько минут слова Ньюта, ответил Алби, а после покинул комнату, сославшись на огромное множество лидерских дел. Минхо ещё немного поболтал, доставая Ньюта потоком отвлекающих шуточек и подколок, а затем похлопал друга по плечу и тоже ушёл.          Проспав несколько мучительных от боли в ноге часов, Ньют очнулся от скрипа открывающейся двери. За окном уже вечерело, и солнце не надоедало своими лучами уставшему глэйдеру, а лишь красивым розовым оттенком окутывало успокаивающийся Глэйд. Повернув голову в сторону двери, Ньют увидел просунувшуюся голову незнакомки. — Привет, парень, - проговорила девушка, смотря на Ньюта с большим интересом широко раскрытыми голубыми глазами. - Я войду? А то мы так и не познакомились. — Да, конечно, заходи, - голос Ньюта был чуть с хрипотцой после сна, отчего ему сразу же захотелось прокашляться. Парень уселся в кровати, старательно прикрывая больную ногу пледом и приглаживая взлохмаченные волосы. — Представляешь, они только сейчас дали мне помыться, - раздражённо буркнула брюнетка и уселась на кровать к Ньюту, словно там всегда было её законное место. Волосы девушки были мокрые, а кофта насквозь промокла в плечах, зато теперь кожа незнакомки была чистая и лишена странной слизи. ‐ Вы всегда так новеньких встречаете? Запирая их на четыре дня в камере? — Нет, обычно запираем на неделю, тебе крупно повезло, - проговорил Ньют, не скрывая лёгкой улыбки. - Ты прости их, шанки маленько стебанутыми бывают. — Тори, - сказала незнакомка, бросив уверенный взгляд прямо Ньюту в глаза. — Что, прости? — Моё имя. Тори, - ответила девушка и протянула руку Ньюту для рукопожатия. Легонько сжав маленькую девичью руку, Ньют отметил, что касание было волнующим и приятным. - Можно Виктория, если ты предпочитаешь более официальный вариант. А ты Ньют? — Уже узнала, значит? - ухмыльнулся Ньют. — Парень,  я сидела в чёртовой тюрьме четыре дня как диковинный зверь на потеху публике, - дерзко вскинув брови и улыбнувшись, ответила Тори. - Ваши шанки настолько же любопытные, насколько и стебанутые. Всё время возле камеры тёрлись, выдавая мне все секреты вашего Глэйда. — Уже и наши словечки используешь? - засмеялся Ньют, отчего Тори тоже засмеялась в ответ. Находиться рядом с ней было на удивление легко, а чувство спокойствия медленно, но верно наполняло парня с головой. - Да ты опаснее, чем кажешься. — Не смущай меня, - лукаво проговорила Тори и посмотрела в сторону больной ноги Ньюта. - Как твоя нога, лучше скажи? — Сломана, гривер бы её побрал, - проворчал Ньют, однако забота Тори приятным теплом разлилась по телу. - Видимо, удар на неё пришёлся. — Ньют, а что ты там делал? - внимательно посмотрев на парня, спросила Тори, чем вызвала у него непреодолимое желание сказать всё, как есть. — Пытался свести счёты с жизнью, Тори, - Ньют многозначительно взглянул в голубые глаза девушки, ожидая её реакции. Почему-то врать ей совсем не хотелось. Улыбка сползла с лица парня и на лице осталась лишь хмурая межбровная чёрточка. — И тебе не захотелось соврать мне? - серьёзно спросила Тори, прожигая голубым взглядом глаза Ньюта. — Не захотелось, - ответил Ньют. - Да и ты ведь сама всё поняла, чего притворяться? — Это смело, - с небольшим восхищением ответила девушка. - Признаться в этом. Многие сами себе бояться признаться, а ты сказал незнакомому человеку. — Почему же незнакомому? - ухмыльнувшись, ответил Ньют. - Ты Тори, и ты пришла из Лабиринта. Мне вполне достаточно этого.          Уголки рта Тори медленно растянулись в улыбке, а глаза внимательно разглядывали Ньюта, словно она пыталась что-то для себя понять и прояснить, однако выражали доброту и полное доверие. Ньюту физически ощутилось, как между ними в этот момент завязался тугой узел прочной связи, который уж он теперь точно развязать никому не позволит. Тори притягивала его своей дерзостью, уверенностью и отсутствием осуждения, словно она слишком много всего повидала в этом мире и готова принять любой человеческий порок. Девушка не отрывала глаз от Ньюта, а затем вздохнула, словно набралась смелости и сказала то, чего парень меньше всего готов был услышать. — Но узнать ещё кое-что обо мне точно не помешает, - проговорила Тори. - Я всё помню.