Часть 15. Проблемы? Не слышали!

В прошлой главе

      — Парень замер на несколько секунд, слегка ухмыльнувшись и подняв взгляд на друзей, и увидев их нетерпение, вдруг произнес:       — Кажется, я начал свой рассказ несколько сентиментально, даже с тенью грусти, вот такой я и есть — немножко грустный, хотя и вместе с тем неиссякаемый оптимист.       С режиссерами мне повезло, Джима я люблю как «крестного» киноотца и за удивительное доверие и уважение к актеру.       Я бесконечно благодарен судьбе, небесам, вселенной или кто там за это всё отвечает. В общем, той сущности, которая свела меня однажды в Мосфильмовском коридоре с Джимом, когда я мчался из одного павильона в другой.       Всё это время ТВ Джим сидел за креслом и делал вид, что занят документами, изредка отвлекаясь на то, что происходило в зале.       И с интересом слушал рассказ парня, с ностальгией вспоминая, как среди дешевле ему повезло отыскать неограненный алмаз.       Ему было всё равно, что Цезарь мог делать только три вещи одновременно, и потому он читал документы, наблюдал за залом, давал небольшие указания бегающим туда-сюда спикерам и ностальгировал по прошлому, слушая рассказ подопечного, которым весьма и весьма гордился.       — Джимми все-таки увлек меня на мимолетное появление в роли чудаковатого итальянского изобретателя и ученого в одной роли. Представьте себе, он настолько гениален, что умел делать из говна конфетку, а стоило ему только захотеть, как проблемы, которые другие не могли решить, рассыпались мыльными пузырями, как будто их и не было. — — Да-да, мы знаем, наш начальника хороший, даже самый лучший, хотя косяки тоже иногда умудряется делать. — Буквально выкрикнул в один голос братья-спикеры, а потом продолжил разговор Аметист, спикер с наклейкой Самоцвета на боковой стороне его колонки. —       — Даже случай был, когда мой брат разозлил его чем-то. Не сильно, конечно, но на то, чтобы получить леща, должно было хватить.       Положение спас наш друг Спикер, царство ему небесное.       Он подошёл к Джиму сзади и по-кошачьи начал мяукать, а потом произнес: — Ну начальника, ну не злись, ты тоже косяки делаешь. —       После этих слов все в радиусе пяти метров расхохотались, настолько мило и одновременно нелепо это выглядело со стороны.       Начальника, то есть Джим, тоже посмеялся, а потом, погладив Спикера по колонке и легонечко шикнув, сказал: «Не балуйся, и да, это не просьба, а приказ». — Продолжил предложение его брат-близнец с единственным отличием в виде имени.       — Да, парень он был очень весёлым и постоянно сыпал шутками. — С нотками грусти произнес другой.       — Ладно, давайте уже заканчивать, мы тут уже больше двух часов сидим языки чешем, а кое-кто уши греет. — И парень украдкой посмотрел на Джима, но тот не подал виду, оставаясь спокойным, как будто так и надо.       А сам думал: «Только бы не заржать, только бы не спалиться, что подслушивал».

В это самое время у Уолтера.

      ТВ сидел в своем кабинете, которым обзавелся несколько дней тому назад и который был любезно предоставлен ему высшим начальством этого места, рядом находились ещё несколько кабинетов, два из них принадлежали камере и спикеру, с ними была такая же история, а если короче, то до конца съёмок они полностью в их распоряжении.       Через несколько минут ему на ПК пришли нужные бумаги и пакеты данных.       ТВ только ухмыльнулся, взглянув на содержание, а потом подумал: «Довольно забавный выбор» и встав с нереально удобного кресла неспешно направился в сторону пребывания актёров, которые, судя по данным с камер в их комнате, успели нормально так поссориться, хотя с самого начала были если не друзья, то как минимум коллеги.

За несколько минут до того как к Титанам пришел Уолтер.

      В ангаре, сделанном для больших размеров агентов, находилось несколько титанов: Титан КамераМен, Титан СпикерМен, Титан ТВмен.       Разговор у них явно не клеится, хотя спикер иногда пытался, и вот в очередной раз, когда спикер толкнул плечом Титана КамераМена и произнес что-то невнятное, на что камера скривился не столько от раздражения, сколько от не сильной боли.       Удар пришелся прямо в бок титана где-то между ребрами, в самое незащищённое и уязвимое место, спикер сам того не зная сделал больно своему соседу.       — Эй, ТВ, ты слышишь меня? Ну ответь, ну давай же, — Спикер начал тормошить ТВ за плечи, явно не собираясь отстать в ближайшее время. — А давай дружить, ты да я, да камера, будет весело, обещаю, а ну давай, ну давай, — его слова со стороны казались детской речью, но именно таким был спикер, так сказать, большим ребенком.       — Спикер, отстань, пожалуйста, мне сейчас совсем не до тебя. — Это наигранное веселье, как считал ТВ, уже начинало раздражать титана, отчего с его уст слетели слова:       — От нашей дружбы нет толку и не будет, наверняка выбрали не нас, возможно, те, кто находится в этой комнате, не задержимся надолго, уж камера точно… — Произнес он безэмоционально и смотря прямо на спикера, а затем, как будто что-то обдумывая, он остановился, но вскоре продолжил, — …кому в здравом уме нужен агент, который ничего толком сказать не может? —       Если бы два титана посмотрели в этот момент на третьего, то по взгляду камеры стало бы ясно, что его задели за живое, и если раньше это была физическая боль от удара спикера, что ещё можно было списать на неосторожность, то эта боль носила характер душевный.       Ему было больно слышать эти слова. Одно дело услышать такое от того, кто тебе незнаком и кого ты видишь первый раз в жизни, другое же — услышать это от того, с кем вы пробыли в этом месте уже очень много и с кем работали в паре, хоть и не являлись друзьями, а лишь коллегами.       — Если и выберут, то меня, я здесь самый перспективный, — Но увидев, как на него смотрят титаны, ТВ произнес уже не так надменно, — Личные причины, даже не спрашивай, — Ответил он на непонимающий взгляд спикера, тот же ещё не до конца осознал смысл сказанного ТВ.       Атмосфера в помещении испортилась окончательно и при этом резко сменилась на арктический климатический пояс, возникло ощущение, что в отапливаемом и даже нагретом от летней жары ангаре стало как-то слишком холодно, морозильная камера, сказал бы человек.       Особо морозно, казалось, что все окружающее пространство вдруг покрылось инеем и застыло.       Даже часы на стене, что раньше тикали, вдруг остановились от шока, услышав этот разговор, по крайней мере, так показалось бы любому живому существу.       В таком настроении они пребывали около часа, за это время ТВ многое обдумал, в его телевизор приходили разные мысли, и плохие, и хорошие, хороших было явно больше, да и совесть, внезапно проснувшаяся, начала активно его доставать своим голосом, напоминая ему о сказанном им некоторое время назад.       Через некоторое время появился черный туман, и из него вышел Уолтер с улыбающимся смайликом, всем своим видом намекая, что предстоит что-то очень грандиозное и масштабное.       Титаны в свою очередь не особо подались этому настрою, и в комнате повисла неприятная тишина, что изредка перебивалась системами титанов.       Первым заговорил Титан ТВмен, который уже успел немного сблизиться с Уолтером, не только как с начальством, но и как с другом, наверное, поэтому у него сложилось мнение, что, возможно, выберут лишь его.       — Мы с нетерпением ждали вашего появления, настолько, что кое-кто каждые пять минут устраивал сцены, — Произнес он с толикой иронии и обиды, а затем слегка покосился на Спикер Титана, но тот лишь скрестил руки и отвернулся от него, А Титан ТВмен повернувшись назад произнес: — Так что, каковой ответ и решение руководства? —       Конечно, странности в поведении титанов не могли пройти мимо взгляда Уолтера и остаться незамеченными, ведь он знает, что они работали здесь не первый раз, и часто их троих приглашали в один фильм или сериал, так что сказать, что они незнакомцы, было бы неправильно, но ТВ решил все же не подавать виду и не вмешиваться в чужие разборки, если таковые имеются в коллективе, а понаблюдать за ситуацией и оценить обстановку.       Вмешательство с его стороны возможно только в том случае, если дела у этих троих пойдут совсем плохо, вот тогда можно и помочь разобраться, а так ни в коем случае.       Подождав немного, пока все успокоились, Уолтер произнес:       — Мои поздравления, вы трое прошли, он выбрал именно в немалого количества других титанов которые участвовали в кастинге.       Вскоре я вас познакомлю с ним, а сейчас прошу пройти в соседнюю комнату, там вас будут ждать директор с командой юристов, чтобы заниматься подписанием договора, обсуждением вашей занятости и составлением съёмочного графика. — произнес ТВ, а после продолжил.       — Однако Титана КамераМена после этой процедуры я попрошу остаться. Я хочу обсудить с ним некоторые детали, так как ты, — Сказал он и посмотрев на титана странным взглядом, — Будешь играть ключевую роль в этом сериале. —       На что КамераМен Титан ответил кивком.       ТВ Титан, немного задумавшись, что длилось несколько секунд, наконец произнес: — У меня вопрос. —       — Какой именно, спрашивайте, я постараюсь ответить. — кивнул ТВ.       — Можете ли вы назвать ваш номер и имя? — Немного задумчиво произнес ТВ Титан, а потом добавил, — Это я делаю для тех двоих.       А также не могли бы вы рассказать про весь этот проект, насколько мне известно, вы и двое ваших друзей занимаетесь этим делом. —       — Мой серийный сокращённый номер Т-42, но для друзей просто Уолтер, два моих друга это КамераМэн Алистер и СпикерМэн Проспер, — Немного подождав, он продолжал, — У этого проекта долгая история, хоть началась она сравнительно недавно.       Но ради приличия давайте обсудим все эти детали завтра, так как сегодня я и мои друзья слегка занятые неотложными делами, про которые вы узнаете в скором времени из СМИ, ну а мне пора. — произнес он и стал растворяться в облике черного дыма.       — Занятная история, — вдруг подал голос Спикер Титан, — Это, ребята, извините меня за такое нелепое поведение, — Произнес он, заставив двух других титанов переглянуться, ведь спикеры редко когда извинялись, а ещё реже от чистого сердца.       — Я не знаю, что на меня нашло, правда не знаю, наверно я просто переволновался и поэтому начал действовать вам на нервы, — Произнес он опустив колонки вниз.       ТВ Титан многозадачно посмотрел на КамераМена Титана, а тот в ответ лишь слегка повернулся камерой и положил руку на плечо спикера, как бы говоря, что он не злиться.       — И ты меня извини, спикер, — поддержал разговор ТВ, — Я был слегка груб с тобой и Камерой, насколько я помню, ты предлагал мне дружить, но я посчитал это пустяком и невзначай обидел тебя, теперь же я предлагаю тебе, давай дружить? —       Спикер удивлённо поднял колонки и несколько секунд смотрел то на ТВ, то на Камеру, а после с немалым удивлением в голосе произнес:       — Давайте, я согласен, камера, ты как с нами? — на что КамераМен Титан показал большой палец вверх, что на языке камер означало согласие.       — Вот и хорошо, а теперь пойдёмте в соседнюю комнату, там нас уже, наверное, долго ждут, чтобы заниматься подписанием договора и всего остального. — произнес наконец ТВ Титан, обняв своих друзей, и телепортировался с ним.