Глава 52

      Вернулись мы только поздно вечером. Айзек предложил заскочить в Карно, чтобы взять с собой Каэра, но я решила что не стоит, учитывая его размерчики. И на самом деле, у меня уже давно появились сомнения в том, что он действительно снежный барс. Он размером ничуть не меньше инеевых волков, если не больше. И на мои вопросы об этом явлении Алеред всегда отвечал, что не знает, почему так, и сразу же переводил разговор. А после случившегося в лесу… У меня к нему появилось ещё больше вопросов.       Стоило нам появиться на пороге замка Омерты, и навстречу выбежала малышка Лия — младшая сестра Ивана. Она очень часто навещала Руби вместе с принцессой Ариен и играла с ней. И судя по всему, она специально осталась, чтобы дождаться нашего возвращения. Позади же неё плелась няня, выглядящая весьма вымотано. Ну, с такой активной девочкой немудрено почувствовать усталость.       — Тетя Рози! — Лия бросилась ко мне, и я наклонилась, обнимая её в ответ. — Вы наконец-то вернулись! Мы ждали вас!       — Ох, я заставила принцессу ждать меня, — я игриво улыбнулась, погладив ее по светлой макушке. Ну что за ангелок! Чувствую себя так, словно вернулась на несколько лет назад, когда моя Руби была совсем крохой.       — Эй, Лия, оставь мадам в покое, — запричитал Иван, сузив изумрудные глаза и наклоняясь к сестре. Но она лишь показала ему язык, из-за чего тот поморщился. — Ах ты…       — Ну-ну, Ванют, пускай резвится, пока возраст позволяет, — я улыбнулась, подхватив Лию на руки. — Как прошел день у принцессы?       — Мы с леди Рудбекией и Ари играли в кукольном домике, — похвасталась она, обнимая меня за шею. И краем глаза я заметила, как Лия скорчила своему брату рожу, а тот покраснел от возмущения.       — Тебе пора домой, негодница, — бросил он, легонько ущипнув сестру за щеку. — Уже поздно.       — Тогда отвези меня домой! — Теперь уже Лия возмущенно посмотрела на Ивана, из-за чего тот отвёл виноватый взгляд. — Тебя дома не бывает! Нечестно, что только ты столько времени с тетей Рози проводишь! Я тоже хочу так…       — Иван, отвези сестренку домой, — я с улыбкой посмотрела на него. — Я буду с Алередом и Айзеком, как за каменной стеной. Так что проведи время с семьёй, пока я в Омерте.       — Эх, ладно… — Он вздохнул и почесал затылок. После чего аккуратно взял Лию на руки, а она крепко обняла его в ответ, расплакавшись.       Обменявшись парой слов на прощание, они уехали. А я в компании двоих своих спутников наконец переступила порог замка.       Внутри нас встретила Руби и Эллен, которые так и лучились от радости, завидев нас.       — Мамуля! — Руби кинулась сначала ко мне, из-за чего Айзек недовольно скосил взгляд. — Аз, как все прошло? Я скучала по вам!       Ох, а она знает, как манипулировать им. Вот же негодница.       — Мы разобрались с браконьерами, — поделился Айзек, да так и покраснел, когда Руби подошла к нему и поцеловала в щеку. Ну что за милота! Я прямо-таки растаяла от того, насколько это мило.       — Вы, как и всегда, такие молодцы, — Руби взяла нас одновременно за руки, после чего мы все вместе устремились в гостиную, где чаще всего проводили время вместе. При этом обсуждая сегодняшний день.       Однако по пути нам неожиданно попался герцог, чем-то крайне расстроенный.       — Добрый вечер, — поздоровалась я, на что мужчина вежливо кивнул, важно скрестив руки на груди.       — И вам доброго вечера. Мадам Розалина, я утром получил подарок от вас, — начал он, неловко прокашливаясь. — Благодарю, это очень стоящая работа.       — Мы с Розалиной купили несколько работ этого художника на днях, — заговорил Алеред, следом обменявшись с герцогом еще парочкой фраз. А Айзек, что самое удивительное, молчал. Элления и Руби все время косились на него, также как я не ожидая от него чего-то подобного. Однако никакой агрессии или недовольства с его стороны мы не заметили. Он был на удивление очень спокоен.       На самом деле, герцог Омерта человек, которого понять очень тяжело, не зная, что у него на уме и на сердце. Однако как-то я разговаривала с ним по поводу Айзека и его матери, и он сказал мне тоже самое, что и Руби в новелле. Он считал, что принцесса Исида вышла за него замуж исключительно по той причине, что не желала покидать родной Элендейл, и использовала любовь как предлог. Однако я считала иначе. Ведь будь все именно так, она бы столько не страдала бы в своей жизни. И не повесилась бы в саду… На этом определённо сказалось очень много факторов, но уверенно утверждать что-то конкретное нельзя. Ведь мёртвые могут рассказать лишь то, как они умерли и жили, но не подробности всей своей жизни…       После короткой беседы, герцог наконец пустил нас в свободное плавание, и мы наконец пришли в гостиную. Горничные принесли закуски, пока мы расположились кто где: я села рядом с Руби, а Алеред устроился напротив нас вместе с Айзеком. Элления единственная присела отдельно, в кресло у камина, потягивая приготовленный горничными чай. И после того, как все были в сборе, — ну почти, за исключением Ивана, — Айзек попросил всех посторонних удалиться.       Что-то слишком тихо…       Верно, почему-то никто не решался заговорить первым. Это не могло не напрягать, да и вид Руби почему-то крайне обеспокоил меня: она казалась чем-то крайне взволнованной.       — Рози, в общем… — Стоило ей достать из внутреннего кармана платья конверт со знакомой печатью, и я словила некое дежавю. Неужели ей что-то Чезаре написал? Помню, было что-то похожее несколько месяцев назад…       — Опять он? — Я вздохнула, потирая переносицу от резко накатившей усталости. Видимо, в этом и есть причина её мрачного вида.       Я все-таки взяла конверт в руки и не торопясь прочитала письмо…       «Приближается фестиваль и гладиаторский поединок в Элендейле… Ты ждешь этого, дорогая сестра? Я не могу дождаться часа, когда мы с «вами» наконец воссоединимся. Хорошо ли ты поживаешь? И как поживает твоя дорогая «матушка»? Слышал, ты очень сблизилась со своим мужем. Это хорошо. Немного расстраивает, однако я несоизмеримо счастлив, что тебя полюбили на Севере. Но все равно не могу не питать грусти разлуки, поэтому я постарался разобраться со всеми делами как можно скорее, чтобы приехать к вам пораньше и…»       Руки мои задрожали, и я невольно выронила письмо. Дыхание прихватило от осознания. И я машинально схватилась за рот, побледнев от одной только мысли, что Чезаре приедет раньше, чем я рассчитывала.       — Рози! — Руби обняла меня за плечо, в ужасе уставившись на мое перекошенное лицо. — Все-таки не стоило показывать его…       — Розали… — Алеред резко поднялся с места, и Руби уступила ему свое место, позволив обнять меня за плечи. — Подумай о том, что тебе больше всего нравится, Рози. Каэр, парфе… Кофе и десерт с горьким шоколадом, — начал перечислять он, а в моей голове начали всплывать картинки моих любимых угощений. — Все хорошо, Рози. Не бойся. Сейчас он еще не здесь. У нас есть время, чтобы подготовиться к его приезду. И я буду рядом. Мы будем рядом.       — Розалина, — Айзек встал и подошел к Руби, посмотрев на меня горьким взглядом. — Позвольте мне встретить этого человека, — заговорил он несколько ледяным тоном, сжимая кулаки. — Он не посмеет вас с Руби и пальцем коснуться. Это я вам гарантирую.       — Верно, — Эллен тоже подскочила, подойдя ко мне и беря за дрожащие руки. — Мы на вашей стороне, Рози… Вы столько всего сделали для нас и научили многому. Я бы даже сказала… — Она перевела взгляд на Айзека, который едва заметно кивнул ей. — Я и мечтать не могла о том, чтобы вновь почувствовать истинное материнское тепло. Но вы стали для нас духовной матерью. Хотя брат, к сожалению, не может сказать всего этого своим ртом.       При её последних словах Айзек цокнул языком, однако спорить не стал. А Руби обняла его за руку, успокаивающе поглаживая по плечу.       — Спасибо… — Со слезами на глазах пробормотала я, а Алеред вытер мое покрасневшее лицо. — Я… На самом деле, я очень благодарна вам всем. Если бы у меня не было вас, я точно сломалась бы. И когда вы называете меня матерью, это… — Лицо мое еще больше покраснело, но на сей раз уже от смущения. — Это так мило и трогательно.       И вот как не любить таких прекрасных людей? Неидеальные, со своими странностями, но самые близкие и сердечные. Даже несмотря на мой противный характер, моё прошлое, все мои травмы и загоны, они находятся рядом со мной в столь тяжелые моменты. И это…       «Так согревает…»       

⸸⸸⸸

      За окном была глубокая ночь. Завывал страшный ветер, и как назло пошел снег. Мело так, как никогда до этого. Из-за этой внезапной метели нам пришлось остаться в замке Омерта на ночь, но никто и не был против.       Я сидела в кресле у камина, закутавшись в теплый плед, смакуя кофе с карамелью. Элления решила мне немного подсластить вечер, да и я не возражала против чего-то сладкого. Хотя кофе на ночь пить несколько нехорошо, но какая разница? Я его обожаю, поэтому она и попросила приготовить мне именно его.       — Розали… — Дверь отворилась, и в комнате появился тот, о ком я довольно много думаю в последнее время. — Ты не спишь?       — Раз пришел, то почему бы не зайти? — Я покосилась в его сторону, вздохнув. Уже давно мы договорились, что если что-то будет нужно, то неважно в какое время суток, мы можем заходить друг к другу. Хотя это Алеред в основном приходил ко мне. Я же пока что этим не пользовалась.       — Тебе стало лучше? — Алеред подошёл ко мне и сел на валик кресла, не сводя с меня обеспокоенного взгляда.       — Значительно, спасибо… — Я поставила пустую чашку на столик, посмотрев на него. — Что? У меня что-то на лице?       — Розали, возвращаясь к нашему одному разговору… — Судя по тону, он опять хотел поднять тему наших странных отношений. Эх, ну и что же делать? Взять ответственность за чувства другого человека порой бывает очень тяжело… Как и открыть свое сердце.       — Я не знаю… До сих пор не понимаю, чего именно я хочу сейчас, — ответила я, выпрямляясь в кресле. А затем Алеред вдруг опустился передо мной на колени, осторожно касаясь босой стопы. — Ал? Что ты…       — Если тебе не понравится, скажи прекратить, — его внезапные слова заставили меня вздрогнуть, как и его действия. Алеред вдруг поцеловал мою ногу, легко касаясь её своими губами. Это было едва различимое прикосновение, но даже так, я могла почувствовать его тёплое дыхание на своей коже.       — Ал! — Лицо побагровело от столь внезапного поцелуя. Не говоря уже о том, что Алеред продолжил целовать мою ногу, причем настолько нежно и заботливо, что внутри моей груди все забилось и затрепетало. Это чувство мне было прекрасно знакомо. И как бы я не отказывалась признавать, эти…       Эти действия возбуждают, а мне страстно хочется, чтобы он зашел дальше. Это чертово чувство, что называется похотью. Грубым половым влечением и жаждой, которая поглощает разум, словно пожар. И каждый раз я так легко отдаюсь ему, что это сводит меня с ума…       Я молчала, а Алеред поднялся выше, целуя мое колено. Мои ноги задрожали, когда он медленно втянул кожу своими губами, которая была наиболее податливой. И я прикусила губу, откинув голову на спинку кресла, сгорая от жара внизу живота. Черт, а ведь…       Невозможно противиться этому желанию. А тот факт, что это делает Алеред, а не кто-то другой, смущает меня до мурашек. Он ведь асексуал, но все равно желает быть рядом со мной и делает это. Пытается помочь мне справиться с моими травмами, которые так крепко въелись в меня. И всегда поддерживает меня и все мои решения.       — А-ах, эм-м… Ал, я… — Дыхание участилось, покуда Алеред поднимался все выше и выше, задирая мою ночнушку и запрокинув одну мою ногу себе на плечо. А его поцелуй на внутренней части бедра окончательно завёл меня. Ох, это так прекрасно, что я не могу остановить его или сказать прекратить.       — Розали, позволь мне провести ночь с тобой? — Алеред ненадолго оторвался от моей ноги, поглаживая шрамы, которые покрывали ее. А его зрачки как-то странно блеснули, когда он посмотрел в мои пылающие от желания глаза.       — Ал, ты же… Ты же понимаешь, что я… — Я поджала губы, пытаясь хоть немного успокоить свое взинченное сердце и дыхание. — Я сейчас…       — Ты чувствительная к теплу и ласкам, это я понимаю, — Алеред поднялся и подхватил меня обеими руками за бедра, поднимая в воздух. — И я хочу подарить тебе свое тепло, Розали. Но если ты этого не хочешь, я уйду, и мы сделаем вид, что ничего этого не было.       Нет, после такого я точно не смогу притворяться, что ничего не произошло. Не после того, как он увидел меня такой. Верно, это из-за Чезаре я стала настолько одержимой и извращенной. Именно он открыл мне глаза на некоторые вещи и стороны себя. И я столько месяцев боролась с желанием, прячась от него и убегая, что после того, как Алеред…       Нет, я так не могу!       Повинуясь этому пылкому чувству, я резко обхватила лицо Алереда руками и впилась в его терпкие губы, желая утонуть в нем. Моя резкость наверняка ввела его в замешательство, однако Ал позволил мне углубить поцелуй, двинувшись в сторону кровати. Его руки блуждали по моему телу, хотя я не видела на его лице признаков смущения или чего-то похожего.       — Я хочу сделать тебе приятно, — тихо прошептал он, когда я на минуту отстранилась от его губ. — Позволишь?       — Да, — коротко ответила я, после чего Алеред без лишних слов стянул с меня белую ночнушку, под которой я все еще носила нижнее белье молочно-бежевого цвета, с черными кружевами. Он не стал снимать его и просто прильнул к моим ключицам, целуя их и лаская языком. Черт, я и представить не могла, что асексуальный человек так хорошо может делать это! Почему он так хорошо целуется? Ох…       — А-ах, Ал, это… — С моих губ слетел стон, когда он коснулся губами моей шеи. — Это, хах… Особое… Место, м-м.       — Так тебе нравится здесь больше, — заключил он, осыпав мою шею множеством поцелуев. А я так и потонула в его нежных прикосновения, которые были такими незнакомыми, но невероятно приятными.       — И как я могу нравится тебе, когда я такая…       — Ты самая прекрасная в моих глазах, Розали, — оборвал он меня на полуслове, прильнув к моим алым губам. Его язык вторгся в мой рот, когда я приоткрыла его, позволив углубиться. Алеред был не таким напористым, как Чезаре, однако вместо этого он отстранялся и позволял мне дышать. И это очень тронуло меня.       — Тебе не тяжело? — Спросил он, целуя меня в шею.       — Нет, ты очень милый, а-ах… — Стоило ему втянуть кожу, и я ахнула, тихо застонав, все больше и сильнее ощущая, как разум постепенно покидает меня, поглощенный желанием.       — Мил? Ты считаешь это милым? — Алеред на секунду отстранился, посмотрев на мое алое лицо. Ох, оно, наверное, сейчас похоже на алый и пылающий шар. — Мне страшно представить, что этот ублюдок делал с тобой, если для тебя это мило.       — Ох, это… — Мои руки сплелись вокруг его шеи, и я притянула его к себе ближе. — Ты точно асексуал?       — Тебе хорошо?       — Очень, и…       — Неважно, испытываю ли я сексуальное влечение или нет. Всё, чего я хочу, это видеть тебя счастливой и довольной, Розали… — Руки Алереда стянули с меня лиф, а губы коснулись соска. Настолько осторожно и нежно, что меня еще сильнее захлестнула эйфория. Его тёплый язык ласкал меня, а я стонала от наслаждения, пленившись его прикосновениями.       — Ал, ты…       — Что?       — Я и подумать не могла, что ты можешь так, м-м… — Он продолжил целовать меня, а я обхватила его широкие плечи и села. Потянув за галстук на себя, я вновь прильнула к нему, целуя глубоко и пылко, не отрываясь от его губ, что намокли из-за моей слюны, которая стекала по подбородку. И теперь уже совсем не обращала внимания на нехватку воздуха.       — Рози, я не хочу, чтобы ты задохнулась, — он обхватил мои бедра, сжимая их, из-за чего я простонала прямо в новый поцелуй. — Или тебе хочется больше?       — Верно, я такая испорченная, — я улыбнулась, укусив его за мочку уха и посасывая ее.       — Если тебе это нравится, можешь делать со мной, что пожелаешь, — в следующий миг одежда так и посыпалась с него, в чем я любезно помогла ему. И какого же было моё изумление, когда я увидела его обнажённое тело. Рельефы мышц были настолько сексуальными и завораживающими, что у меня ещё сильнее слюна потекла. Мало того, все его тело было исперещрено множеством шрамов, однако красоты его это не умаляло. Мужчина передо мной был воплощением мужественности и силы, которая отражалась не только в его стойком характере, но и прекрасном телосложении и мышцах. Ох, это определённо завело меня ещё больше…       — Эй, я ведь могу действительно сделать что-то этакое, — лицо моё поалело, и я прильнула к шее Алереда, желая оставить там нечто особенное. Само собой, в трезвом состоянии я на такое бы не пошла. Но меня настолько сейчас накрыло сладострастием, что я не могла остановиться. Мои губы коснулись его шеи, как и мой язык, а затем я укусила его, медленно посасывая кожу, пока там не появился засос.       — Розали… Так ты не преувеличивала? Хах, а я думал, что страшнее тебя в гневе нет, но оказывается… — Алеред коснулся моего затылка, поглаживая его. — Ты в порыве страсти куда страшнее.       — Ты первым меня соблазнил, негодяй, — сказала я, беря его за руку и кусая. — Возьми ответственность за это.       — Само собой, — Алеред вновь поцеловал меня в губы, уложив на кровать. На нем оставалось совсем немного одежды, которую я стянула в тот же миг, когда он полностью оголил мое тело. — Так, а теперь скажи мне, где тебя мне лучше всего касаться?       — Где хочешь, — тихо пробормотала я, не сводя с него пылающего взгляда. — У меня все тело чувствительное. Хотя шея и…       — Тогда мне лучше руками или…       — Ты предлагаешь варианты? — Было невероятно приятно, что он предлагает мне выбрать, и интересуется моим мнением. — Как хочешь, мне уже и так голову сносит. Сейчас сгорю…       — Тогда для первого раза попробую вот так, — Алеред коснулся своей правой рукой моей половой щели, из-за чего я заскулила. — Тебе неприятно?       — Наоборот, м-м, — краснея прошептала я, заведясь еще больше чем было ранее. — Это как с шеей… Возбуждает и сносит голову.       — Понятно, — после моих слов он продолжил пальцами касаться моих половых губ, поглаживая их, иногда вводя средний палец внутрь. — Расслабься немного. Это нормально, что там все так мокро?       — Я на пределе, — я прикусила губу, сжимая простыни. — Я столько месяцев…       — Так ты все это время терпела? — Брови Алереда хмуро сдвинулись к переносице. — Тогда мне стоило раньше сделать это. Если ты мучалась из-за этого…       — Какая уже разница. Главное, что сейчас, — я хмыкнула, касаясь его руки, которая исследовала мое лоно. Мои ногти невольно впились в него, а с губ слетали полные наслаждения вздохи. — Будь немного…       — Хочешь, чтобы я был пошустрее? — Алеред усмехнулся, посмотрев в мои пылающие желанием глаза. И на какой-то момент мне показалось, что цвет глаз Алереда стал ярче и отчетливее, чем было раньше. Его бронзовые глаза сверкали, подобно чистому золоту, а зрачки стали какими-то больно странными, словно…       Нечеловеческие? Мне не мерещится сейчас, или глаза Алереда правда какие-то эфемерные, словно не от мира сего? Никогда я таких красивых глаз не видела, как у него. Хотя в обычное время его глаза были совсем другими…       — Что такое? — Он заметил мой взгляд, полный замешательства и интереса.       — Твои глаза…       — А, это последствия одного обещания, — Ал улыбнулся, а его глаза стали еще ярче. — Твои глаза куда красивее, Розали…       — После того, как увидела твои, я так не думаю, — лицо покраснело, когда Алеред поцеловал мою обнаженную грудь, слегка покусывая ее.       — Нравится?       — Ага, ах… Гха-а, не останавливайся. Ещё!       — Тогда… — Игриво протянул он, а следом я протяжно ахнула, когда его пальцы вошли внутрь меня. Это было внезапно, но я сдержалась, чтобы не заплакать с непривычки. Все-таки давно я не занималась сексом, вот тело и размякло. — Тебе больно?       — Нет, прекрасно. Подвигай ими, ах… Да, да, вот так. Это так прекрасно, что… А-а-ах! Ал, я…       Пальцы Алереда поглотило мое тепло, а я протяжно вздыхала каждый раз, когда они входили и выходили из моего лона. Я попросила его быть побыстрее, и Алеред послушно ускорил темп, пока его рука насквозь не пропиталась моей смазкой. Тело в тот же миг содрогнулось в экстазе, и меня накрыло волной оргазма, покуда я стонала и ахала от возбуждения. Однако Алеред не остановился даже после того, как я кончила, и вновь коснулся моей щели, продолжив ласкать меня. В порыве страсти я начала звать его по прозвищу, умоляя наконец войти в меня.       — Это твоя привычка раздражает, — Алеред обхватил мои дрожащие ноги руками, не сводя хмурого взгляда. — Прекрати умолять меня, Розали. Я сделаю все, чего бы ты не попросила, однако слышать, как ты умоляешь… Это невыносимо.       — Прости, это правда стало привычкой, — я прикусила губу, раздвигая перед ним свои ноги. — Я постараюсь исправить это.       — Я точно могу сделать это прямо сейчас? — Алеред откинул волосы на затылок, из-за чего глаза его стали еще более выделяться. — Я не хочу, чтобы тебе было больно.       — Я хочу этого, — я слегка наклонила голову, встретившись с ним взглядом. — Поэтому… Сделай это.       — Тогда говори сразу, если я перейду черту, — после этих слов мои половые губы обдало теплом, а следом внутрь меня протиснулась головка по-настоящему огромного члена, натирая все внутри. От боли я застонала, а из глаз непроизвольно хлынули слезы, стекая по щекам вниз. — Рози, я ведь спросил специально. Ну что ты за горе-то такое…       — Мне нравится это…       — Что?       — У меня видимо есть… — Мое лицо побагровело, когда я решила признать кое-что. — Мазохистские наклонности.       — Наклонности? — Алеред нахмурился, пока я скулила от каждого движения его члена внутри меня. Ох, какой же он огромный. — Или тебе привил их этот ублюдок?       — Не знаю, но я не могу ничего с этим поделать…       Алеред коснулся моей щеки, вытирая с нее слезы.       — Даже если это из-за него, я не хочу делать тебе больно, Розали. Ты единственная, кому я готов посвятить свою жизнь и свое тело. Ты моя богиня, и я буду возносить твое имя и беречь даже волосинку с твоей головы.       Сердце пропустило удар, а тело запылало еще больше, когда руки Алереда обняли меня. А следом он укусил меня за плечо, когда его член вошел в меня во всю длину.       — А-Ах! Ал, я! Это…       — Больно?       — Мне так хорошо!       — Чутоку потише, а то разбудим домочадцев. Мы все-таки здесь гости, — Алеред поцеловал мою грудь, посасывая затвердевший сосок. Я в тот же миг прикусила губу и заскулила, а следом постаралась быть тише. Однако, когда Алеред начал медленно двигаться внутри меня, так мне опять снесло голову, а с губ слетели полные наслаждения стоны. — Ох, все-таки не стоило нам заниматься этим здесь.       — Нет, не отстраняйся! — Почувствовав угрозу, я ногтями вцепилась в плечи Ала, не желая отпускать его. — Я буду…       — Розали… — Лицо его побледнело, когда он коснулся моей мокрой щеки. — Почему ты так перепугалась? Я никуда не ухожу от тебя.       — Просто… — Я болезненно прикусила губу, крепко обнимая его. Меня охватила дрожь от одной только мысли, что он может взять и отстраниться, как это часто делал Чезаре в прошлом. — Когда я делала что-то не так… Он окутывал меня теплом, а потом отбирал его, и так… По кругу, пока я не начну…       — Сукин сын, — Алеред успокаивающе обнял меня, поглаживая испещрённую шрамами спину. — Что ты собираешься делать с ним?       — Зависит от него, — я закрыла глаза, покуда Алеред целовал меня и ласкал, пытаясь успокоить.       — Я не позволю ему ранить тебя, Рози…       — Спасибо, Ал. Спасибо, что ты вытащил меня и вытаскиваешь из этого болота, — из глаз вновь потекли слезы, и Алеред коснулся моей щеки, гладя меня с заботой. — Эта та любовь, о которой я мечтала в детстве. Спасибо тебе, что любишь такую испорченную меня.       — Ты не испорченная, Рози, ты самая прекрасная, — наши глаза встретились, когда я открыла их и посмотрела на Алереда, который навис сверху и не сводил с моего лица полного любви взгляда. Верно, это был не похотливый взгляд, который я привыкла видеть. А теплый и нежный, несмотря на некую таинственность. — Мое сердце, Рози… — Алеред вдруг взял мою руку и прислонил к своей обнаженной груди. А я так и покраснела, учитывая обилие пошлых мыслей, что накрыли меня. Видимо, я питаю особую слабость к накаченным мужчинам. И тут я невольно вспомнила, что он говорил, что был рыцарем в прошлом. Поэтому у него такое шикарное и накаченное тело? И столько шрамов?       — Что? — Я покраснела еще больше, кончиками пальцев чувствуя, как быстро бьется сердце Алереда в груди. Но это точно не из-за похоти, в чем я не сомневалась. Я хорошо помню слова Ала о том, что он не испытывает потребности в сексе.       — Мое сердце в твоем плену, — его губы растянулись в счастливой улыбке, когда он склонился ко мне, касаясь носом моей щеки. — Примешь его?       — Как тут отказать, когда ты так смотришь на меня? — Я обняла Алереда, вновь сливаясь с ним в поцелуе. — Но…       — Я как никто другой знаю, что для тебя нет ничего важнее свободы. Ведь многие годы ты была лишена ее. Поэтому… — Он вновь поцеловал меня, закрывая глаза. — Нам необязательно официально состоять в отношениях.       — Спасибо, что ты понимаешь меня, Ал. И ни к чему не принуждаешь, — я с трепетом коснулась его лица, поглаживая его.       — Хотя все же надеюсь, что когда-нибудь ты сможешь принять мое предложение.       — Ты решил переключиться с «давай встречаться» на «давай поженимся»? — Я так и рассмеялась, обнимая его. — Черт, это заставляет меня чувствовать себя исчадьем ада.       — Ну-ну, не говори так. Подумаешь, спим друг с другом, а теперь еще и… В буквальном смысле спим, — Алеред улыбнулся, целуя меня в щеку. — Мы с тобой необычные люди, поэтому в этом нет ничего такого. Всему свое время, как говорится.       — Это точно нормально, что мы будем спать друг с другом без отношений? — Меня так и переполнило чувство стыда, ведь встречаться я все еще не хотела. Хотя Алеред и любит меня, в чем я не сомневаюсь, но пока что я не готова вступать в отношения и заключать брак. Но если я правда…       — Вполне, главное, что тебе хорошо, — сказал он, целуя меня в шею. — Хотя, если так подумать, если твоя дочь узнает, что я занимался с тобой сексом просто так, то она меня выпотрошит.       М-да, так все и будет, если она узнает. «Если» узнает…       — Можешь продолжить? — Стоило мне попросить, и Алеред вновь обхватил мои бедра и медленно вошёл внутрь. Я начала сама подначивать Ала, двигаясь вместе с ним в такт. И меня вновь захватило волной вожделения при каждом погружении члена в мое насквозь промокшее лоно. Кровь горячими струями разлилась по всему телу, а сердце забилось еще чаще. Дыхание и без того было прерывистым и частым, а сейчас я стонала и вздыхала, сгорая от страшного удовольствия. Время тоже перестало существовать в какой-то момент. И я не могла думать ни о чем другом, кроме полового акта, захватившего все моё внимание и чувства. Это было так хорошо, что меня все больше и больше затягивал процесс.       Я обвила ногами ноги Алереда, слегка раскачивая бедрами, покуда его член входил в меня до основания. Стоны срывались с моих губ, а во рту все намокло. Слюна так и стекала тонкой струйкой по моему подбородку, пока прекрасный мужчина ублажал меня и мое возбужденное тело.       — Б-быстрее!       — Хорошо, — тон его голоса был спокоен, а я так и поразилась этому. Все выглядело так, словно Алеред ни капельки не устал. Хотя на его прекрасном и мужественном лице был легкий румянец, дыхание его было ровным, а движения смелыми и уверенными.       — Тебя… Это совсем не изматывает? Ты так долго… — Стоило члену вновь слиться с моей разгоряченной плотью, и мои губы задрожали, как и ноги, что пульсировали от каждого толчка.       — Я могу делать это до тех пор, пока ты не попросишь остановиться. В этом не ничего изматывающего, главное, что тебе хорошо, — Алеред посмотрел на мое покрасневшее лицо своими прекрасными и пронзительными глазами, взгляд которых пленил меня естественным образом. — И я выносливый, не переживай. Я больше о тебе волнуюсь. Но ты, судя по всему, совсем не хочешь, чтобы я прекращал.       — Я хочу еще, — сорвалось с моего влажного языка, и Алеред послушно кивнул. — Чтобы ты целовал меня и…       — Рози, я исполню любое твое желание, но…       Я не дала ему договорить и притянула его лицо к груди, крепко сжимая его волосы.       — Я не хочу, чтобы ты останавливался, Ал. Так сильно я еще не жаждала чьего-то тепла, как сейчас. Ты правда…       — Даже Чезаре?       — Он знает, как использовать людские слабости, — ответила я, слегка откидывая голову назад. — И меня он просто использовал, как вещь и игрушку. Поэтому…       — Поэтому по-настоящему ты не могла насладиться сексом с ним, так? Но именно из-за него ты поняла, что тебе это нравится.       — Верно, и…       — Тогда я буду день за днем ублажать тебя, Розали… — Губы Алереда коснулись моей груди, осыпав ее поцелуями. — Чтобы тепло этого ублюдка стало для тебя не более, чем далеким воспоминанием.       Я могла лишь мысленно согласиться, позволив Алереду и дальше ласкать меня своим языком и руками, пока его член пульсировал внутри меня. И судя по всему, он уже приноровился ко мне. Стал периодически замедляться, отрываясь на поцелуи и ласки. А затем вновь начинал вдалбливаться в мое тело, как необузданный зверь, однако таким он был только потому, что я просила его быть быстрее и буйнее. И мне нравилось ощущать его член внутри меня, как и его руки на моих бёдрах.       И вот ночь как-то незаметно подошла к концу. А за шторой, что едва колыхалась, показались первые лучи солнца, что было странным явлением в это время года. Именно тогда Алеред наконец отстранился от меня, ложась рядом и обнимая.       — Рози, все хорошо?       — Незабываемо… — Устало пробормотала я, носом утыкаясь в его твердое плечо. Всё ещё тяжело дыша после такой насыщенной ночи, я решила приглядеться к его прекрасному телу, которое сжимало меня в крепких объятьях. Раньше у меня не было возможности оглядеть его, а Ал спал со мной в одежде. Поэтому я сразу загорелась желанием рассмотреть его мышцы во всей красе более детально.       — Что такое?       — Иметь такое тело и быть асексуалом несправедливо, — буркнула я, касаясь его ключиц пальцем. — Эй, это правда было незабываемо.       — Рад, что тебе понравилось, — Алеред улыбнулся и поцеловал меня в щеку. — Я готов дарить тебе свое тепло хоть каждый день. Но боюсь, моя госпожа не выдержит такого напора…       — Ого, а у тебя и туточки есть шрамы! — Я совсем не слушала его, полностью поглощенная исследованием изгибов его тела и мускул. — Ох, а это что такое?       — Розали, это щекотно, — Ал рассмеялся, когда я коснулась низа его живота, где виднелся большой шрам.       — Откуда у тебя тут шрам? — Я выгнула бровь, садясь рядом с ним. После чего Алеред поднялся, закутывая меня в одеяло и вновь ложа рядом с собой.       — Когда я был рыцарем, я не раз находился на грани жизни и смерти, — заговорил Алеред непринужденным тоном, обнимая меня. — Мне тогда было десять или около того…       — Э? — Мои глаза расширились, когда он сказал об этом. — Какого черта ты пошел воевать в таком возрасте?       — Мне было скучно, — Алеред пожал плечами, ещё крепче сжимая меня в объятьях. — Поэтому и пошел служить, хотя меня поначалу никто всерьез не воспринимал. Ну, до тех пор…       — До каких?       — До того… — Алеред как-то таинственно посмотрел на меня и нежно коснулся моего носа губами. — Пока меня не начали бояться…