Часть 2

Спустя минут 10 раздумий и некоего стопора, Рита все же поднялась с постели и побрела в ванную. После смывания с себя ночного шока, настроение капитана заметно улучшилось. Власова сделала утренние процедуры и, наспех позавтракав, отправилась в ФЭС. Сны - выдумка, а Рогозина за опоздание по шапке надает самым, что ни на есть реальным образом. На улице зима уже начинала наводить свои порядки. Всё было покрыто инеем, то и дело поблескивающим на солнце. На окнах появились узоры - подпись зимы о её намерении задержаться надолго. При выходе из подъезда, лицо начало покалывать от резкой смены температуры, но потом Рита ощутила приятных холод, распространяющийся по гладкой коже. На самом деле погода была замечательная, потому что на небе светило утреннее зимнее солнце и не было видно ни облачка. Но вспомнив о работе, брюнетка быстрым шагом дошла до машины и отправилась в ФЭС. Остановившись на светофоре, Власова заметила до боли знакомую фигуру. Валентина стояла у пешеходного перехода в относительно лёгком пальто для такой погоды. Когда подъехала чёрная машина, женщина сделала пару шагов назад, прежде чем заметила в окне капитана. Лицо Антоновой тронула лёгкая улыбка, и она помахала Рите рукой. Власова же в свою очередь открыла окно и сказала: — Привет, подвезти? — Привет, было бы здорово, - произнесла блондинка, поспешив оказаться в теплом салоне. Ехали они молча, разговор не клеился, ведь каждая думала об увиденном этой ночью. Но насколько же разными и одновременно одинаковыми могут быть мысли у людей.... Обе девушки думали о поцелуе, который они увидели этой ночью. Но одна из них боялась тех чувств, что медленно, но верно, кажется, начинали закрадываться в душу, окручивая разум густым туманом, заставляя забывать о всём на свете, оставляя в памяти лишь знакомую фигуру капитана Власовой, а вторая, мотивированная таким необычным сном, уже строила план по захвату сердца блондинки. Доехав до ФЭС они вместе вошли в здание и, расписавшись на входе, пошли в морг. Если быть точнее, Валентина пошла в морг, а Рита за ней. — Рит, тебе тоже надо трупы вскрывать?, - спросила Антонова. — Нет, - остановившись перед дверью, женщины встретились взглядами. — Может тогда я одна войду? Если ты не против, - блондинка стояла у самой двери, в метре от неё стояла Маргарита, смотря на женщину сверху вниз; напряжение, начинало нарастать. — А, да, конечно, - Рита слегка подалась вперёд, остановилась в нескольких сантиметрах от лица патологоанатома и, прищурив глаза, добавила, - до свидания, Валентина Владимировна. После ухода капитана, Валентина, наконец, зашла в своё холодное царство смерти, проще говоря - в морг, и застыла на месте. По спине пробежал холодок. На столе аккуратной стопкой лежали отчёты, которые она должна была заполнить ещё вчера. "Галя меня убьёт" - пронеслось в голове. "Но мне было так хорошо с Ритой вчера" - последовало далее. В любом случае, "отчёты сами себя не заполнят", поэтому вместо того, что бы отдохнуть перед тем, как ей подвезут работу, Валечка садится за рабочий стол, готовясь ещё около часа провести за скучным делом. На самом деле, чтобы заполнить все эти бумажки, нужно гораздо больше времени, но "трупы сами себя, к сожалению, тоже не вскроют", поэтому придётся оставаться после работы. Через 40 мин, привезли тело, и Антонова принялась за дело. Уверенные, отточенные до идеала движения, поразили бы даже бывалых хирургов. Разрез был поразительно чётким, швы аккуратными, а лицо не выражало никаких эмоций. Она определённо мастер своего дела. Вернёмся к Маргарите. После утреннего прощания с Антоновой, она весь день провела на задержании. И как бы глубоко не разъела мозг одна язва, по имени Валентина, отвлекаться на эротические мысли с её участием времени не было. Вместе с Майским они ввалились в ФЭС только около 22 ч. Никого, кроме Рогозиной уже не было, поэтому быстро сдав дело они попрощались, и майор поспешил домой. Рита тоже собиралась уже идти, как увидела открывающуюся дверь морга, а затем и хозяйку этого помещения. Округлившиеся глаза Вали можно было заметить, кажется, с улицы. — Власова, а ты чего тут делаешь? Так поздно уже, - осуждающий взгляд был направлен в сторону брюнетки. — У меня к тебе тот же вопрос. — Я заполняла отчёты, - сказала женщина, расписываясь в журнале. — Те самые? — Да.... Те самые, - грусть отразилась на лице патологоанатома. Что - что, а вспоминать вчерашний день уж точно не хотелось. — Ты чего так поникла то, Антонова? Заполнила ведь, чего грустить? Сейчас придёшь домой к мужу, он тебя обнимет, успокоит, - пыталась поддержать она коллегу, но увидев слезу, медленно скатившуюся по щеке блондинки, поняла, что только сильнее ранила еë. — Так, всё ясно, - капитан приобняла Антонову за плечи и повела в буфет. Усадив её на диван, Рита присела рядом и начала: — Ну, рассказывай, что там у тебя случилось, и почему так долго держала в себе? Валя положила голову на плечо капитана и, смахнув предательски скатившуюся слезу, начала свой рассказ. Она рассказала всё - всё: про то, как первый раз увидела сообщение телефоне у мужа явно не рабочего содержания, про то, как долгие месяцы делала вид, что ничего не замечала, про то, как Степан врал ей прямо в лицо, про бесконечные "задержки на работе", про бегающие глаза мужа, когда она спрашивала у него про планы на будущее... После повествования, Антонова уронила голову на руки и тихо заплакала, не выдержав такой сильной эмоциональной нагрузки, что давила хуже всякого пресса. Секундой позже она почувствовала руки, накрывающие её собственные. — Как у тебя хватило сил держать всё в себе? Неужели ты и правда никому не говорила об этом? Увидев слабое отрицательное мотание головой, капитан двумя пальцами за подбородок подняла голову патологоанатома, заставив посмотреть в глаза. Секундное колебание и вот, Власова прильнула к губам женщины, кладя руки ей на плечи. Антонова колебалась пару секунд, но потом стала отвечать. Неумело, слабо, неуверенно, но отвечала на столь пьянящий поцелуй. Маргарита тем временем стала уже настойчивее целовать блондинку. Язык нагло проникал в чужой рот, сплетаясь со своим братом в бешеном танце. Руки брюнетки бесцеремонно бродили по такому желанному горячему телу патологоанатома. Власова повалила женщину на диван, с лёгкостью одной рукой подмяв её под себя. Горячие губы уже тянулись к шее Антоновой, готовясь оставить там яркие следы своей любви, а рука вертела пуговицу блузки, которая была явно лишней в данной обстановке. Но внезапно две маленькие руки упёрлись в грудную клетку капитана. — Рита, подожди.... Не слишком ли мы торопимся? - слегка покрасневшее лицо, с большими голубыми глазами и покусаными губами ошеломленно смотрело на Власову. Как бы брюнетка ни хотела сейчас отыметь чрезвычайно притягательную особу пямо на этом чертовом диване, она уважала чувства и переживания этой женщины. — Извини... Я не хочу тебя насиловать... Ты, наверное, устала сегодня. Да и не нужны тебе такие отношения, я права?, - Маргарита слезла с блондинки и села на оставшуюся часть дивана. — Я не знаю, мне надо подумать. Дашь мне время? - Валентина тоже приняла положение сидя и теперь вопросительно смотрела на женщину напротив. — Конечно, - как ни пыталась Власова скрыть досадную грусть, лицо отражало всё, что было на душе в тот момент, - тебя подвезти? — Спасибо, но я лучше вызову такси, - голубые глаза опустились в пол, Валя робко встала, попрощалась и направилась к выходу.