Часть 1: осторожность

***

Jeremy Renner — The medicine

— У тебя есть ко мне чувства? — Лукас смотрит на меня с надеждой, а я чувствую, что внутри только что всё оборвалось.       В последнее время мне с трудом давались чувства, я никого не находила привлекательным или хоть каплю забавным, полностью погрязнув в прошлых отношениях и пытаясь понять, почему он не захотел всё вернуть, ведь в моих мечтах мы были идеальной парой. Я пыталась поверить в то, что дальше будет лучше, но лучше не становилось и теперь я лечу себя знакомствами без смысла, будто это поможет забыть того, кто растоптал и смешал с дерьмом. — Рано об этом говорить, Лу, — мне стыдно смотреть брюнету в глаза, но я знаю, что мне нужно набраться смелости и быть с ним честной. — Ты нравишься мне, но недостаточно для того, чтобы я смогла сказать тебе о чувствах. — Вчера, когда мы прощались, ты чуть не сказала, что любишь меня, Кенни, — прищуриваясь, парень наклоняется ближе и это телодвижение меня пугает. — Люди не говорят такое, когда им всё равно.       Ох, бедный Лукас. Неужели он не знает реальной жизни? Люди часто говорят то, что вовсе не имеют в виду, ведь это проще. — Это было по привычке, Лу. Мой бывший… Это сложно объяснить, но я часто говорила эти слова ему. Пожалуйста, не обижайся на меня. Я знаю, что это было неправильно и некрасиво с моей стороны. — Интересная у тебя привычка, — хмыкнув, парень отвернулся, и это вызвало у меня почти сумасшедшую улыбку, ведь это так мило, когда взрослые мужчины обижаются. — Ты серьёзно обиделся на меня, Зейн? — шепотом спрашиваю я, пока парень выпускает кольца из дыма. — Я просто пошутила. — Пошутила? — брюнет не поворачивается, но я знаю, что он ухмыляется в своей манере. — Ты сказала, что я раздражаю тебя, и если так будет продолжаться дальше, то я буду жить на балконе. Где здесь смеяться? Часть меня чувствовала себя виноватой, но другая часть, более рациональная, понимала, что это абсолютно глупо обижаться на подобного рода шутки, ведь я бы никогда в жизни так не поступила с Зейном. — Мне кажется, что ты преувеличиваешь, любимый, — я обнимаю парня за талию, надеясь на ответную реакцию, но вместо этого Малик лишь убирает мои руки и тушит сигарету. — Почему мы постоянно ссоримся? — не выдержав, я почти срываюсь на крик. — Не повышай на меня голос, Кенни, ты знаешь, что я этого не терплю.       Я остаюсь на балконе в одиночестве, и мне в голову приходит сумасшедшая идея — закурить. Зейн не докурил сигарету до конца и это дико, ведь я правда собираюсь её докурить, но когда дым просачивается в мои лёгкие, эта идея уже не кажется такой странной, ведь я получила то, что хотела. — Это наше четвёртое свидание, а ты ждёшь от меня признаний в любви, — зло говорю, я и в этот момент официант приносит наш заказ: какао для меня и американо для Лукаса. — Потому что с каждой встречей мы должны становиться ближе, а ты держишь меня, как пса на привязи. — Если тебе что-то не нравится, то ты можешь быть свободен, потому что, Лукас, я тебя не держу, если быть честной.       Внутри меня всё закипало и я чувствовала, что ещё несколько таких фраз и я взорвусь. — Я хотел бы верить в то, что у нас есть шанс, я хотел бы верить в то, что ты что-то почувствуешь ко мне, и если я дам тебе две недели, то ты что-то решишь, но… — Ты сам себя слышишь? — я больше не сдерживалась. — Ты говоришь о том, чтобы дать мне две недели и посмотреть, появятся ли у меня чувства? — Я готов подождать, если в этом есть смысл, Кенни.       Ждать — это самый большой обман. Мы ведь постоянно чего-то ждём: повышения на работе, изменения погоды, дня рождения, нового года или дня, когда наши страдания закончатся, но редко наши ожидания оправдываются, поэтому я предпочитаю не ждать и готовиться к тому, что в последний момент всё может поменяться. — Ты готов ждать, но говоришь, что я держу тебя, как цепного пса. Ты кидаешься из крайности в крайность, Лукас, и я не понимаю тебя.       Когда-то я была красивым белым особняком с розовым фасадом, во дворе которого росли потрясающие цветы, запах которых притягивал окружающих. Всё это было так нежно, так естественно, так правильно, что я не думала о дне, когда эта нежность исчезнет. Теперь я старый разрушенный особняк с табличкой во дворе: «Продаётся за каплю нежности». Из моих окон открывается вид на переулок Плохого сна, улицу Разбитых сердец и площадь Надежд, но внутри меня всё печальнее, ведь комнаты покрыты пылью, мебель обветшала, а по этажам бродят призраки, которые пугают новых покупателей и капля нежности кажется слишком высокой платой за такую рухлядь, как я. — Так что ты чувствуешь? — повторил свой вопрос Лукас.       И я точно знаю, что обману его, если скажу, что мне нужно время. Чувства либо есть, либо нет. Ты не можешь быть где-то посередине. — Кенни? Дождь барабанил по стеклу, Лукас продолжал выжидающе смотреть на меня, а я думала лишь о том, что время ни для кого не останавливается, и мир будет двигаться дальше, даже если на земле никого не останется. Карие глаза парня печальны, но в них я заметила то, чего уже давно не видела — надежду. Он надеялся, что я поменяю своё мнение и вдруг решу, что хочу быть с ним всегда и навечно, но нет: — Я чувствую, что моё какао перегрето.       Лукас кидает деньги на стол качает головой, а после молча встаёт из-за стола и оставляет меня наедине с мыслями и перегретым какао и внутри меня разворачивается настоящая драма, ведь перегретое какао гораздо хуже, нежели недопонимание с парнем, который особо даже не нравился. Я прошу счёт и в этот момент замечаю знакомое лицо. Раньше внутри меня бы всё перевернулось, а сейчас это лишь вызывает ухмылку и ностальгию о тех временах, когда я не была разбита.       Дэн выглядит счастливым в компании своих друзей и, моё счастье, я осталась незамеченной, ведь тогда пришлось бы здороваться и вести с ним светскую беседу, а последнее явно не моё, потому что все светские беседы заканчиваются для меня плохо и суетливо. Мысленно я желаю Дэну всего самого лучшего, но в следующую секунду, уже в других мыслях, надеюсь, что его жена не знает о похождениях своего мужа, ведь это разбило бы ей сердце.       На улице зябко и грустно. Сумерки накрыли и без того печальный город, погружённый в собственную суету. Но одно я готова признать — пахнет весной и впервые за последнее время это даёт мне надежду на то, что однажды всё будет хорошо и все снова будут счастливы — в той или иной мере. Телефон вибрирует, и я почти не удивляюсь, когда вижу сообщение от Гарри: «Привет, как твои дела?» За последнее время это, пожалуй, единственный парень, который вызывает у меня хоть какие-то эмоции, но я точно знаю, что не хочу никуда торопиться, поэтому пишу следующее: «Привет, всё отлично, а у тебя?»       Если я чему-то и научилась, так это тому, что нужно быть осторожной и не подпускать к своему сердцу всех, кто просится внутрь, ведь рано или поздно там просто не останется места для того, кто действительно того заслуживает, а это, мне кажется, одна из самых печальных вещей в мире: встретить своего человека слишком поздно.