ВОП-4: Бессмыслица

Сегодня я Бен Стюарт. Я не мог поверить своим глазам. Вглядываясь в честные и, казалось, добрые синеватые глаза своего собеседника, я не мог поверить, что это случилось. Целых два года своей профессиональной занятости я потратил на поимку этого человека. Насильник, убийца, взломщик, самый настоящий психопат. — Ну, и что? — как-то дерзко отвечал он мне. Я смог застать его врасплох и накрепко привязать к стулу. — Помолчи пока, — говорил я ему. Мы оба посмотрели на телефон, лежащий на полу. Маленькая трещинка проходила от фронтальной камеры и спускалась вниз, образуя еле видную паутину. Я поднял его, провел пальцем по экрану и зашел в список контактов. Вечно я не ладил с этой техникой. Сенсорные устройства только-только появились на рынке, а наши службы уже вовсю заставляют их использовать. Мне пришлось потратить минуты две, чтобы найти подходящий телефонный номер. Я вызвал наряд и передал им свое местоположение. Положил телефон в карман своих серых брюк и снова посмотрел на этого маньяка. Он смотрел на меня, словно это я сейчас был связан. Смотрел так, словно ничего не происходит. Так, будто через пол часа он не будет сидеть за решеткой, а через день ему не вынесут справедливый приговор. Смотрел так, будто он вовсе не проиграл. А я… вовсе не победил. Меня это несколько выводило из себя, но я держался. — Сколько же крови на твоих руках… — тихим голосом я начал издеваться над ним. Он молчал. — Чего ты на меня смотришь так, а? Думаешь, получится избежать наказания? Ты правда так думаешь? Вижу же по глазам, что да… — продолжая сохранять призрачное спокойствие, говорил я. — Хе-хе, — обнажая свои ровные зубы, смеялся он, — Как тебя зовут, говоришь? Он пытался задеть меня. Он знал, что зовут меня Бен. Знал, что именно я веду это дело. Прикидывается крутым… Ну и пусть прикидывается. Я уже победил. — Тебе ли не знать, кто я, Дэв. Тебе хватило наглости отправить мне письмо, где пожелал хороших рождественских выходных, не забыл? Не надо притворяться… Он перебил меня своим раздражающим смехом. Только теперь он смеялся громче и несколько дольше. — Чего смешного, убийца? — Извини-извини, просто забавно… — Забавно? Забавно тебе, значит? — перебил его я. — Смотреть на тебя… Да, забавно смотреть на тебя… — повторил он. Я отвел взгляд в сторону и глубоко вдохнул. Так и хотелось начистить ему его поганое рыло, но в этом больше не было необходимости. Я вновь посмотрел на него и тоже улыбнулся. — Забавно будет мне, когда за нами приедет наряд! — твердо сказал я, чем сразу сделал его более серьезным, я сразу это заметил, — Теперь не так забавно, да? Тот повел бровями и опустил голову, пытаясь пошевелить ногами. — Даже не думай. Из моих узлов тебе не выпутаться, а если и сможешь, то я просто застрелю тебя… Я почесал затылок. Надеюсь, не слишком сильно испачкаю кровью воротник. Эта сволочь пыталась дать мне отпор. Силы и хитрости ему не занимать… Хоть я и застал его врасплох, он смог меня обезоружить, нанести удар по голове, но… Я все равно это сделал. Я его остановил. Эта кровавая дорожка должна была оборваться когда-нибудь… Он снова ехидно улыбнулся и, прежде, чем он начал говорить, я вступил первым: — Ты ведь хотел и до моей семьи добраться, скотина? По моим данным, ты начал убивать два рождества назад. Когда ты прислал мне сообщение… Это был намек? — Думаю, что да. — Думаешь? А знаешь, что думаю я? Я думаю, что тебя приговорят к пожизненному тюремному заключению, если не к смертной казни. Вот, что я думаю, Дэв. Он быстро заморгал, а глаза его забегали по сторонам. Видимо, начинал думать. Начинал нервничать. — На тебе весит как минимум тридцать пять убийств! Двадцать из них сопряжены с изнасилованиями. Пять из них были совершены прямо в доме у жертвы. Целых две семьи погубил, скотина! — я позволил себе повысить голос, встал со стула, чуть приблизился, наклонившись. — Все так, — кивнул он, — И что мы будем с этим делать? — Ты совсем дурной, да? Он снова улыбнулся, но замолчал. Кулаки чесались неимоверно и, чтобы отвлечься, посмотрел на время. Прошло всего пять минут. Группа должна была уже выехать. Еще минут десять и они будут здесь. —Тридцать пять убийств… — проговорил он, — А знаешь, сколько их на самом деле? — Догадываюсь. — И сколько? — Под сотню. — Да ты что? — удивился он, — Под сотню? — Ты у меня спрашиваешь? — Значит, под сотню… Я хотел убить и твоих родных, Бен. Я хотел вломиться к вам в дом и, как я это обычно и делал, удушить вас всех своей стальной леской… Он провоцировал меня, это было понятно. Но я держался. Я не подарю ему смерть и постараюсь позаботиться о том, чтобы суд вынес ему пожизненное. Он будет страдать всю свою оставшуюся жизнь. И, надеюсь, там, где ему предстоит оказаться, его научат сожалеть. Научат сожалеть и заставят мучиться всю жизнь, каждую ее минуту. Мне приносило удовольствие только сама мысль о том, что ему предстоит. Я чувствовал победное наслаждение, хоть еще и не в высшей степени. Когда он окажется в тюрьме, — тогда и отпраздную. — Да, хотел. А теперь ты сидишь здесь, лишенный всяких возможностей. Ты будешь лишен возможностей всю свою жизнь с этой секунды, понял? Ты уже проиграл… Только, как я вижу, ты еще не до конца это осознал. Ничего, сейчас ребята подъедут и… — Как голова, Бен? Не болит? Голова и правда гудела. Огрел он меня очень даже неплохо. Я, честно себе признаться, был в шаге от провала. Если бы я не справился… Даже страшно думать об этом. Все время, что я с ним тут сижу, из моей головы не вылетали тревожные мысли… — Почему я отправился за ним один? Когда мы узнали, где он будет, почему я отправился за ним в одиночку? А если бы я не справился? О чем я только думал? — Ты уверен, что вызвал подкрепление, Бен? Ты сильно ударился головой, может, сглупил, нажал чего не того? Техника все-таки новая, вряд ли ты умеешь ей пользоваться… — Ты меня совсем за идиота держишь?! — хоть я и разозлился, но его слова заставили меня понервничать. Я решил открыть список вызовов и все перепроверить. Так, на всякий случай. Не успел я погасить свои сомнения, как за окном послышалась сирена. Я подошел ближе, чтобы точно убедиться. — Не такой я и глупый, получается, да, убийца? В трех шагах от подъезда припарковался бело-синий фургон, из которого уже выгружалась вооруженная группа. Уже через несколько секунд они выбили открытую дверь и ввалились всей толпой внутрь. — Ну-ну, спокойнее, ребята! Я его связал, он тут… — не успел я договорить, как идущий впереди боец тут же врезал мне прикладом прямо в нос. Я повалился на спину и невольно закрыл лицо руками. Кровища так и хлестала на пол, а я не мог понять, что происходит. Я сквозь боль закричал: — Вы что творите?! Что вы делаете, сволочи?! Я смотрел, как Дэва Хаммингема освобождали из моих узлов боевым ножом. Этот ублюдок, этот насильник, не переставал смотреть на меня, пока его распутывали. Мое воспаленное сознание вспыхнуло огнем. Страшные мысли захватили мое внимание. Ужасный монстр, а не человек, и его освобождают? Что теперь будет с моей семьей? Что теперь будет дальше? Вся моя работа пойдет псу под хвост, а все близкие мне люди снова будут в опасности? Продажный ублюдок в боевой форме пожал тому руку и сказал: — Отличная работа, Бен. Сработал, как настоящий профессионал! — Я же и говорю, — шизофрения. В своих письмах он часто представлялся чужими именами, вот я и решил… Его грязный рот продолжал издавать какие-то звуки, но я их не слушал. Комната заливалась красным светом. Я снова видел это странное существо, похожее на человека. Я всегда знал, что оно им не является. Всегда знал, что оно только притворяется, пытается сблизиться со мной. Он стоял в дверном проеме, а за его спиной царила тьма. Я не видел его лица, но знал, что оно улыбалось, потирало свои руки, на которые были натянуты белые перчатки. Оно не хотело моей смерти. Оно хотело мне помочь разобраться. Я вопил от боли и страха. — Отпустите меня! Я ничего не сделал! Меня зовут Шейн! Меня Шейн зовут! Проверьте мой паспорт, я ни в чем не виноват! — кричал я, в то время, как меня за руки выводили наружу. Меня снова хотели бросить. Бросить одного в огромном мире, которого я понять не мог. Я снова останусь один на один со своим страхом. Оно смотрит на меня. Оно провожает меня немым взглядом. Оно улыбается. Оно ликует.