23 января 1959 года
29 августа 2021, 23:2123 января 1959 года
* * *
Я гляжу на костер догорающий. Гаснет розовый отблеск огня. После трудного дня спят товарищи… Почему среди них нет тебя?* * *
Стальные крылья января сковали весь город. Метели, снега и оседавшие туманы властно захватывали каждый дом. Смотря в окно нельзя сразу понять, который час. Может день, полдень? А вдруг прошла целая вечность? Ничего не видно. Одним словом — Свердловск. У местных пошла шуточная легенда, что первые грешники родились именно в этом городе. От этого-то Всевышний и "наградил" его такой погодой. Мы, люди, родившиеся здесь, посмеиваемся над этим поверьем, но приезжие не на шутку пугаются, и ненадолго здесь задерживаются. Мы любим этот город. Ведь когда человек в любовной горячке, он не замечает недостатков своего возлюбленного. Так и у нас. Я знаю этот город, будто являюсь его создательницей. Мне знаком каждый его закоулок, каждая безымянная улочка. И я горжусь этим. Я наслаждаюсь пурганами, падающими в нежном вальсе снежинками. Всё в этом городе мне родимо. Я вхожу в огромное здание, напоминающее какой-то дворец! Настоящая эстетика, красота и нежная консервативность царили внутри Уральского Политехнического Института. Я была студенткой второго курса, но по-прежнему не понимала, на какую специальность мне идти. Все профессии были прекрасны, всё в этом институте мне нравилось: учителя пленили своими лекциями, одногруппники своим задорным смехом и наружным очарованием (конечно, не без исключений). Мне 20 лет и кажется, что это — возраст процветания и любовных увлечений, возраст, когда адреналин кипит в жилах яростнее всего, когда любая безумная идея может воплотиться в реальность. И это действительно правда. Мои сокурсники пропускают пары, кадрят девушек заумными "политехническими" словцами, а девушки, подобно цветам, раскрываются перед жужжанием парней. Недавно, кстати, один двадцатилетний гражданин был пойман за попыткой проникнуть в особо охраняемый объект. Адреналин, действительно, зашкаливает. Мимо меня пробегают счастливые лица студентов, болтающих о том, о сем. Все светятся радостью, будто им выпала огромная честь учиться в УПИ. И это действительно так. Потому что этот институт — самый статный и известный среди всех институтов Свердловска. Невысокая кариеглазка подбегает ко мне, радостно хлопая пышными ресницами. От нее веет ароматом дорогих духов, "Это, между прочим, Шанель номер пять!" — всегда и при любых удобных и неудобных случаях хвастается девчонка. Это моя подруга, Янка Быстрова. — Лизка, привет! — Подруга обнимает меня, прижимаясь щекой к вздымающейся от испуга груди. Я слегка поглаживаю студентку по спине, даже скорее не поглаживаю, а хлопаю. — Ну здравствуй! Ты меня чуть не убила. Летишь, как ракета, того и гляди собьешь с ног, — шутливо прокомментировала я неожиданное появление Янки. — Я же не просто так прилетела! Я пришла к тебе с приветом, рассказать, что... — глаза подруги интригующе заблестели, щеки запылали румянцем. — Что солнце встало? — Не сбивай меня, дурочка! — девушка недовольно сморщила переносицу, а я закатила глаза, понимая, что речь пойдёт опять про парней, про отношения, которых у нее, видите ли, не было целый год! Но я молчала, искренне надеясь на то, что сегодняшняя новость не окажется с гнильцой, — Я узнала, что девять студентов из нашего института идут в горы! Представляешь, в самый настоящий поход! Я округлила глаза, удивившись такой новости. Хотя и до этого (по словам сокурсников) периодически устраивались какие-то походы, марш броски во главе опытных "бывалых" ребят. — Ну и вот, — кариеглазка опять влезла в мои мысли, продолжая трещать языком, — в походе будет семь мальчиков! Вот было бы здорово и мне туда пойти! Может, встречу свою судьбу? Лиз, а Лиз? Я закатила глаза, вздохнула и рассмеялась. — Янка, ты неисправима! — подружка хмыкнула, сделав вид, что мои слова задели ее. Но судя по горящим, улыбающимся глазам, ей тоже сделалось смешно, — Ну какой поход, глупая? Ты в институт-то из-за морозов почти не ходишь, а тут целое путешествие! Перед моими глазами вдруг выросли огромные, величественные горные хребты, всюду сыпал снег, обрамляя плечи белым покровом. Как же красиво, наверное, там! Природа, ночевка в палатке, распевание гимна УПИ у костра и прочих песен. Столь необъятные леса с соснами и елями, которые "в снега и метели закутавшись спят". Дикие животные, неизведанные просторы, покорение вершин... Всё это вдруг вызвало у меня приступ отчаянной радости. Как же повезло тем, кто увидит это всё своими глазами, а не представит в голове, как я... — Представляешь, даже Слободин там будет! — Снова провизжала Янка, игриво надувая губки, словно предвкушая поцелуй. Какая же она ветреная! — Кто такой Слободин? Я не запоминаю имена твоих кавалеров, — Недовольно профырчала я, оправляя длинными пальцами подол сарафана. Мне хоть и не было интересно, но, приличия ради, стоит поинтересоваться. — Ты издеваешься?! — Янка недовольно положила руки на бедра, будто я ее по-настоящему оскорбила, — Он же на прошлой неделе играл в нашем хоре на мандолине! Я тебе еще сказала, как он хорош собой! Лиза, ты вообще меня слушаешь?? Я не успеваю ответить на вопрос, как вдруг мимо меня проходит парень, грозно смотрящий вперед. Его пухлые губы плотно сомкнулись, ноздри яростно завздымались. Он проходит мимо меня, мимо Янки, совсем никого не замечая. Он был явно чем-то недоволен. Я задумчиво гляжу на парня, но тут же моя концентрация пропала, как только кариеглазка начинает бешено толкать меня в бок. Я вздрагиваю, направляю взгляд на подругу. — Лизка, это же Игорь Дятлов!! Он командир этого самого отряда!! — Задыхаясь собственной слюной, визжит Янка. Я округляю глаза, закусываю губу и вновь бросаю взгляд на разгневанного парня, который все дальше отдалялся от меня. Я больше не слушаю быструю, однообразную, возбужденную речь. Мой взгляд прикован к фигуре Дятлова. Даже не попрощавшись, не сказав ни слова подруге, я уверенным и быстрым шагом иду к нему. "Я не упущу свой шанс! Я обязана пойти в этот поход..." Мой шаг переходит на бег, я расталкиваю идущих в мою сторону студентов, пытаясь не потерять из вида Игоря. Цель все близка, как вдруг преследуемый мною человек останавливается. К его одинокой компании присоединяется черноволосая девушка. — Гося, ну что сказали? — До меня доносится речь пухлощекой студентки, я замираю, чтобы незаметно подслушать разговор. Карие глаза незнакомки с тревожным восхищением разглядывали Игоря. "Этот Игорь, видимо, местный идол?" — Нам всё одобрили... — Так это же здорово, Гося, да?! — Черноволосая девчушка подскочила на месте, радостно раскрывая узкий ротик, в порывах радости обнимая парня. Игорь слегка отстранился. Меня уже с самого начала привлекла его суровая собранность и серьёзность. — Нам приставили няньку. Считают нас неопытными студентишками. У нас за спиной столько походов было! Зачем на этот раз... Я хлопала ресницами, пытаясь понять суть разговора. Более менее уяснив ситуацию, я решила, что сейчас мой черёд. Я выхожу из-за колонны, смотря на двух студентов, которые синхронно повернули голову в мою сторону. Игорь глядел на меня с раздражением, а девчонка с любопытством. — Привет...Я, кхм...Я Лиза Бормотова! И я иду с вами в поход! Игорь недоуменно поднял брови, девушка улыбнулась, ей явно была приятна моя уверенность и настойчивость. Что ж, я действительно не была намерена отступать. — Мест нет, — холодно проговорил Игорь, отводя от меня взгляд. Он будто был уверен в том, что я успокоюсь на этом ответе. Но он ошибался. Я собрала всю волю в кулак, прочистила горло кашлем и заговорила еще громче, перекрикивая шастающих вокруг студентов: — Не бойся, лишним ртом не буду. И, к тому же, уверена, вам не помешает крепкая и сильная леди. Как бы я ни хотела, как бы ни желала услышать тот самый ответ, все мои мечты разлетелись в щепки. — Я же сказал. Мест. Нет, — Игорь двинулся с места, не желая больше меня слушать. Девушка сочувственно глянула на меня и хвостиком побежала за студентом. Я насупилась, вмиг посерьезнев. Мои глаза запылали огненной яростью, я, словно пушечный снаряд, выстрелила в сторону удаляющейся пары. Уже через долю секунды я встала поперёк дороги, переградила Игорю путь. — Я пойду! Меня отец с детства тренирует. Мы часто с ним ходим в горы. Я умею готовить, разжигать костёр и ставить палатку! Умело владею топором, срубить дерево для меня ничего не значит! Я вам нужна, — Я врала. Откровенно врала. Я не умела ни разжигать костёр, ни ставить палатку, да и готовит в нашей семье только матушка. Но зачем я это делала? Неужели мне настолько важен этот поход? Игорь, неожиданно для меня и девушки, вдруг рассмеялся, задирая голову к потолку. Его губы раскрылись в смехе, ровные зубы затряслись вместе с деснами. — Ладно, разберемся с тобой. Как, говоришь, тебя зовут? Я гордо выпрямилась, выпячивая грудь. Довольная улыбка засияла на лице, я чувствовала, как искры пляшут в глубине моих серо-голубых глаз. Чувствовала, что ладошки потеют то ли от нервов, то ли от радости. Неужели я действительно пойду в поход? Или мои уши меня обманывают? — Эй, я с тобой разговариваю! — Игорь помаячил своей ладонью перед моим лицом, щёлкнул пальцами, возвращая к реальности. — Лиза! Лиза Бормотова! — Я Игорь Дятлов, а это — Зина Колмогорова, — Я взглянула на чернявую девушку, улыбнулась ей и дружелюбно прищурилась. Игорь вздохнул, оправляя смявшийся свитер. — Сегодня вечером мы отъезжаем на поезде в Серов. Утром следующего дня прибываем на станцию, а вечером выезжаем в Ивдель. 25 января на автобусе отправляемся в Вижай, расстаёмся там с группой Блинова, останавливаемся на время в гостинице. А дальше уже как пойдет, — Дятлов рассказал вкратце маршрут передвижения на транспорте. Он говорил монотонно, без всякого энтузиазма. Поэтому некоторые моменты мне остались непонятными, но я решила не задавать лишних вопросов, не спрашивать про Блинова, чья фамилия мне незнакома. — Я не подведу тебя, Игорь! — Я знаю.* * *
Я бежала по вокзалу, рюкзак больно бил меня по спине, жестяные банки тушёнки казалось вот-вот раздробят кости. Я опаздывала. Поезд вот-вот уедет. "И не сбыться моей мечте!" Кондукторши ругали провожающих, то и дело повторяя: "Товарищи целующиеся, поезд отправляется!" Я делаю бешеный рывок вперед, влетаю в закрывающуюся дверь поезда и замираю. Сердце бешено колотится, я прислоняюсь к двери, чтобы отдышаться, перевести дух. Контролерша недовольно покосилась на меня, но ничего не произнесла. Лишь бросила: — Туристка? — я кивнула, все еще не поднимая головы, — Иди направо и до конца. Там твои товарищи. Следуя указаниям недовольной гражданки, я направляюсь вперед, оглядываюсь по сторонам, но вокруг себя вижу уже спящих, громко храпящих людей. И лишь в конце вагона до моих ушей доносится громкий разговор, смех и веселье царит только там. Словно лучик солнца пробивается сквозь серую вагонную тучу. Я подхожу к тому заветному месту, останавливаюсь, чтобы отдышаться. Этот вокзальный марафон я еще не скоро забуду. Я вижу студентов. Девять людей сидят на койках плацкарта и дружно что-то обсуждают. Я не нахожу среди них Игоря и слегка теряюсь. Неужели я что-то напутала? Но радостное удивлённое личико Зины Колмогоровой дает мне понять, что я не ошиблась. Это они. Ребята. Туристы. С которыми я проведу ближайшее время в походе. — Лиза! Ты все-таки пришла! — Зина вскакивает с места и подбегает ко мне, улыбается во весь рот и смеётся, — Ты вся в снегу! — Ее пухлые пальчики стряхивают с моего плеча таящие снежинки. Я неловко улыбнулась, рассматривая остальных ребят. У окна сидел самый взрослый из всех, самый непохожий на студента мужчина. "Нам приставили няньку" — вспомнила я слова Игоря и поежилась. Обрамляющие верхнюю губу усы задергались, незнакомец искренне и радостно улыбнулся: — Еще один турист! Добро пожаловать. Я Александр Золотарев. Можно просто Саша. Я кивнула головой, радостно улыбаясь и смущённо опуская глаза. Мне так непривычно, что все взгляды направлены на меня, что всех интересует только моя персона. — Лиза, очень приятно познакомиться! Я Люда Дубинина, — Светленькая девушка с длинными пушистыми косами улыбнулась. Я не могла поверить, что мне рады. Я же совсем не известная, не знакомая им девушка. — Юра Дорошенко, — Парень протянул мне руку, я пожала крепкую конечность. Его слегка охрипший голос приятно заласкал уши. Только отчего охрип: от лютого мороза или от распевания песен? — Рустем Слободин. Рад с тобой познакомиться, Лизавета, — Я перевела взгляд на парня, держащего в руках что-то на подобие балалайки, только круглой. "Как же это называется...Мандолина?" Тот самый Рустем, который пел в хоре. И тот, с которого моя подружка роняет слезы. — Саша Колеватов... — Слегка смущённо и стеснительно проронил сидящий в углу койки парень, исподлобья смотря на меня. Я дружелюбно улыбнулась Саше, кивнула головой, давая понять, что я рада знакомству. — Николай Тибо-Бриньоль! — Горделиво произнёс свою фамилию студент, направляя взгляд на меня. Французские корни? Или творческий псевдоним? Он явно наслаждался, произнося сложное, но красивое сочетание букв, — Выпускник, между прочим! — Я заулыбалась еще шире, не сдержалась и рассмеялась. — Юдин...Юра, — Испуганно прошептал парень, которого я сперва даже не заметила. Смотря на него, я ощутила неприятный мороз по кожице. Неужели мой высокий рост и неожиданность сконфузили его? — Криво, ты еще не представился! — Николай толкнул в бок своего соседа, который поднял на меня глаза и хмыкнул. — Новенькая, значит? Ну, добро, — Он встал с сиденья плацкарта и я удивилась, заметив, как он низок по сравнению со мной. Я мельком разглядела его лицо. Темные серовато-зеленые глаза, лопоухий, с вьющимися на голове русыми кудрями, — Кривонищенко Георгий Алексеевич. Прошу обращаться ко мне именно так! — Юрка! — Люда пихнула Кривонищенко в бок и виновато глянула на меня, — Не обращай на него внимания. Он поэт, переживает творческий кризис. — Дубинина, откуда слова такие берёшь? Вроде радиотехник, а говоришь как Шекспир или Байрон! — Кривонищенко рассмеялся, откинулся на спинку койки и удовлетворённо выдохнул, — Поэт — ни поэт, какая разница. "Поэтом можешь ты не быть, но гражданином быть обязан!" — Пришла, значит! — Я обернулась и увидела фигуру Игоря. Улыбнулась. По-детски невинно. — Здравствуй, Игорь! — Гося. Называй меня Гося. Игорь я только в паспорте, но в жизни меня так никто не называет! Я энергично закивала, еще шире улыбаясь. Я обернулась на студентов, пробежалась глазами по ним, пытаясь запомнить их имена. Саша...Люда....Юра... Рустем...Саша...Николай...Юра и Кривонищенко Георгий Алексеевич! "Наглый и высокомерный человек. Ну что же, буду знать, что лучше с ним не иметь дело..." — Ребят, ложимся спать. Завтра рано встаем. И завтра же нас ждет еще одна поездка. Так что не расслабляемся! — Игорь сурово насупился, сдвигая брови и хмуря их. Я сняла рюкзак с плеч и огляделась по сторонам. "Где я буду спать?" — Лизавета, ложись на второй ярус! Посмотрим, какой из тебя альпинист! — Рустем расхохотался, его смех поддержали многие, только не Гося. Он был серьезно настроен и его недовольный взгляд смотрел в самый край, на Золотарева. Я улыбнулась Рустему, закинула вещи наверх и с лёгкостью взгромоздилась на верхнее спальное место. — Не зря ты взял ее, Игорь! — Золотарев радостно посмотрел на меня, улыбнулся по-настоящему тёплой, какой-то отцовской улыбкой. Он встал около второй двухъярусной койки, которая была прямо напротив моей, и лег снизу. Проведя рукой по усам, он зевнул и натянул на себя тёплую куртку. Все вскоре разбрелись по своим местам. Юра Юдин лег на нижнюю койку, прямо подо мной, а напротив меня, тоже на втором ярусе, в метре-полтора поместился Кривонищенко, который тут же отвернулся к стенке. Я вздохнула, убрала рюкзак в ноги и накрылась тёплым пледом. Моя матушка очень за меня волновалась, поэтому заставила почти весь рюкзак набить тёплыми вещами. Я подложила ладони под голову и осмотрелась. В соседнем отсеке плацкарта тихо болтали Люда и Зинка, а Гося то и дело делал им замечания. Я смеялась, слушая их ежеминутные ругательства. Койка подо мной заскрипела. Я приподнялась на локти, склонила голову вниз и увидела, как Юдин ворочается и тихо стонет. "Видать, кошмары снятся..." Я вздохнула и снова легла на место, на правый бок. Плед приятно согревал, я довольно улыбнулась. Перед глазами я видела спину Кривонищенко, которая мерно дышала. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!