Глава 1.

Необъятные тёмно-синие тучи заволокли небо, грозясь обрушиться на землю проливным дождём. Где-то вдали сверкнула молния, а через несколько секунд раздался оглушительный раскат грома, заставив идущую по каменной дорожке девушку непроизвольно вздрогнуть. Однако вовсе не погода вызывала внутри Грейнджер нарастающий шквал эмоций… Крайне неприятные воспоминания, связанные с этим местом, готовы были завладеть мыслями, но Гермиона сумела взять себя в руки. Чем ближе она подходила к старинному особняку, тем больше верила в то, что МакГонагалл сошла с ума, настойчиво попросив её явиться прямо в «змеиное логово». Ещё три минуты назад Грейнджер отчаянно надеялась, что не сможет трансгрессировать сюда из-за Фиделиуса или другого заклинания защиты от незваных гостей. Но увы. Ей удалось. И более того — стоило ей подойти ко входу в поместье, как металлические задвижки неприятно заскрежетали, так любезно открыв ворота. Атмосфера накалялась. Вряд ли Малфой Мэнор так приветствовал гостью, самовольно приглашая войти. Нервно усмехнувшись, Гермиона попыталась найти взглядом того, кто впустил её, но поблизости никого не было. Это казалось подозрительным, и всё же не настолько чтобы отступить. Девушка зашагала вперёд. Когда до особняка оставалось буквально несколько шагов, Гермиона уже физически могла ощутить своё нежелание здесь находиться. «И какого чёрта я здесь…» Но как только она подумала, что хуже уже не будет, массивная дверь внезапно распахнулась, являя взору высокую фигуру Драко Малфоя. — Грейнджер? Какого хрена! Возмущение на лице парня граничило с яростью, и Гермиона даже не смогла понять — она в шоке или всё до чёртиков ожидаемо. То, что он явился сюда, словно домашний эльф, встречающий уважаемую гостью, было вполне забавно. Но это не отменяло того, что ситуация довольно странная. Было крайне неловко? Да. Хотелось ли просто уйти отсюда? Определённо, да! — Я спрашиваю. Какого. Мать твою. Хрена. Ты здесь. Забыла. Каждое слово — концентрация кристально чистого яда. Пришлось медленно сделать вдох-выдох, чтобы желание уйти не пересилило просьбу МакГонагалл. Но всё равно… К чему этот его приступ ненависти? Неужели из-за её появления в его доме? Или он так сильно ненавидит её без причины? А, может, он просто больной на голову? Все варианты звучат максимально правдоподобно. — Послушай, я тоже не в восторге от происходящего, — предельно спокойно (насколько это было вообще возможно при данном положении дел) произнесла Грейнджер, твёрдо решив выполнить свою задачу и удалиться из этого злосчастного места как можно скорее, — Но мне нужно кое-что сказать тебе. И это важно. «Важно? Это важно?! Кому важно? МакГонагалл разве что. Плюс один неуравновешенный кретин в качестве ученика Хогвартса. С ума сойти как это важно!» — Давай я первый скажу, — Драко бесцеремонно перебил её и медленно наклонился вперёд, вкладывая в свой и без того язвительный взгляд дополнительную тонну отвращения, — Пошла нахер отсюда. Несколько секунд тишины прервал новый раскат грома. Гермиона мысленно искала хоть одну причину здесь находиться. Унижаться перед этим человеком. Зачем ей вообще это надо? Ах да, её цель — убедить этого подонка закончить обучение в Хогвартсе. Уж она-то прям мечтает лицезреть его высокомерную рожу ещё целый год и терпеть все издевательства в свой адрес! Нет. Всему есть предел. — Знаешь что, Малфой… Даже не смей возвращаться в Хогвартс! Неявка одного человека мало что изменит, но поверь… Отсутствие такого ублюдка как ты будет иметь колоссальный вес! Это всё что я хотела сказать. Развернувшись в сторону выхода из поместья, Грейнджер не смогла сделать и шага, так как Малфой резко схватил её за волосы, потянув на себя. Девушка вскрикнула от боли. — Что ты сказала? — его голос прозвучал над самым ухом, а затем парень ещё крепче сжал кулак, не позволяя ей пошевелиться ни на миллиметр. Другая рука легла на горло, отнимая кислород и заставляя Гермиону ощутить волну ужаса, прокатившуюся по внутренностям. — Повтори ещё раз, если сдохнуть захотела. Грязнокровка. Последнее слово мерзко застыло в воздухе. Но всё что могла чувствовать Грейнджер — это боль и свой же пульс под ледяными пальцами на её горле. Она, разумеется, знала куда шла, и всё же была совершенно не готова к такому развитию событий. А что она, собственно, ждала? Тёплый приём, чашку чая и разговор по душам? Рука девушки поспешно метнулась к карману с волшебной палочкой, но Малфой мгновенно перехватил её, сильнее сжав хрупкую шею. — Довольно жалкая попытка, — со злой усмешкой процедил он, вдруг осознав, что сложившаяся ситуация начинает ему даже нравится. Тупая Грейнджер заявилась сюда, понадеявшись, что ей сойдёт это с рук. Смех, да и только. — Отпусти, — едва уловимый хрип вырвался из горла девушки, которая не прекращала отчаянно пытаться отцепить руки мерзавца от своего тела. Ответом была очередная тихая усмешка. — Я всегда знал, что мозгов тебе хватает только на еблю с учебником. Неужели это и в правду так? А, Грейнджер? — Драко убрал руку с шеи девушки, обхватив её словно заложницу. — Да что ты несёшь вообще? — новая безуспешная попытка вырваться из крепкой хватки. Сложно было понять что бесит больше — отборный бред, который мелет этот идиот, или тот факт, что её касается человек, который противен ей как морально, так и физически. Неадекватное поведение Малфоя не входило ни в какие рамки. От него веяло каким-то безумием. Словно рядом стоял не Драко Малфой, её однокурсник со Слизерина, а слетевший с катушек маньяк, чьи дальнейшие действия было невозможно предугадать. Возникшее замешательство готово было вот-вот перерасти в панику. Сердце лихорадочно гоняло кровь по телу, наполняя его теплом. Стало жарко, поэтому первые капли дождя принесли вовсе не дискомфорт. — Это не я ворвался в чужой дом с оскорблениями, а затем хотел уйти как ни в чём не бывало, — на удивление спокойно произнёс Малфой, до сих пор не понимая зачем она вообще пришла. — Что?! Я не врывалась! Ты сам меня впустил, а затем решил выгнать! У тебя проблемы с памятью? И отпусти меня, наконец! Ты переходишь черту. — Да неужели… Перехожу черту? — едва слышно ответил Драко. Его слова смешались со звуками пока ещё слабого дождя. — Это должное обращение с гостями, которых никто не звал. Или ты ждала чего-то другого? Ситуация казалась до того глупой и чудовищно странной, что Гермиона всерьёз задумалась о том, что жизнь проверяет её на прочность. Пора было заканчивать этот цирк… — Всё это, конечно, замечательно. Но обнимать грязнокровку под дождём и обмениваться любезностями видимо приносит тебе отдельное удовольствие. Очень романтично! Да, Малфой? Слова возымели эффект и парень отшвырнул Грейнджер от себя, словно только сейчас понял к кому прикасался. Это движение было даже не его решением, а скорее невольным порывом. От падения на мелкие камни садовой дорожки девушка с трудом смогла сдержать болезненный возглас. Часть одежды испачкалась, а руки покрылись крупными ссадинами. «Вот ведь подонок. И как таких только свет носит?» — от мысленного оскорбления легче не стало. Поднявшись на ноги, Гермиона не сдержалась и пронзила Драко убийственным взглядом. Парень на это противно ухмыльнулся. — Запомни только одну вещь, Грейнджер… Ты — мерзкая грязнокровка, хуже домашнего эльфа, отвратительней грязи. Одно твоё существование оскверняет мир волшебников. Малфой был доволен собой — на лице девушки мелькнула тень обиды. Это говорило о том, что его слова всё-таки задели её за живое. А ведь он даже не «оригинальничал», выбрав привычные оскорбления. Но и этого хватило на то, чтобы Грейнджер мгновенно решилась покинуть поместье, быстрым шагом устремившись к выходу. Вот только в её мыслях были не слова, произнесённые им. А поступки. Иметь дело с невменяемым человеком не входило в планы Гермионы. Нужно было бежать отсюда как можно скорее. Такое быстрое завершение их «дружеской» беседы вызвало у Драко двоякие чувства. С одной стороны он ликовал — ему удалось так унизить грязнокровку, что она сбежала. Но с другой… Хотелось рвануть вперёд и припечатать её голову прямо об землю. Хотелось кричать о том, какое она ничтожество. Хотелось увидеть как она перестаёт контролировать себя и начинает рыдать, пока он причиняет ей боль, снова и снова. Всего двадцать минут назад ему пришло письмо из Министерства. Он думал, что был готов к его содержимому, но стоило прочитать эти проклятые строчки, как внутри поднялся безудержный ураган, сотканный из самых отвратительных эмоций. Его отца приговорили к пожизненному заключению в Азкабане, а мать посадили под домашний арест на неопределённое время, запретив ей как покидать поместье, так и поддерживать связь с кем-то, кроме сына. Драко считал, что Люциус, возможно, заслужил подобное, но Нарцисса… Сидеть в четырёх стенах в одиночестве, когда твой муж в тюрьме, а сын — отпрыск Пожирателя Смерти, которому закрыты все дороги в общество. Ах нет, все, кроме одной. Пару недель назад МакГонагалл, эта мерзкая старуха, «великодушно» расщедрилась и отправила ему, словно кусок хлеба паршивому псу, несколько писем с просьбами вернуться в ненавистный Хогвартс. Разумеется, он их сразу сжёг, не став размышлять об этом ни секунды. «Неужели чёртову Грейнджер прислали устно продублировать письма МакГонагалл, а вместо этого грязнокровка осмелела и решила, что в поместье Малфоев ей всё дозволено!» Грейнджер вызывала только злость и желание втоптать её в грязь. Драко нервно повернулся в сторону входной двери. Дождь продолжал набирать силу, но его холодные капли не проясняли разум. Постояв так ещё пару минут, Малфой вернулся в дом.