Новые и старые знакомые

      Знала Мао Мао, что консьерж в мужском общежитие дотошен, но, пока случай не столкнул их лично, не подозревала о масштабе проблемы. Допрашивая ее, он так щурил веки, что его и без того приплюснутое лицо больше напоминало древнюю мультипликацию, чем живого человека. И приходилось идти на поводу у этой великой тупости, даже расписаться, подтверждая оставляемые о себе данные. Увы, на пропускном пункте этот человек, каким бы он ни был, всемогущ; студентка подозревала, что без присутствия рядом с ней Джинши вряд ли её вообще пропустили.       — Зануда, — оставила она такую характеристику в качестве заключительного аккорда и выкинула консьержа из усталой головы, впервые попав в комнату Роберта и Джинши.       Скинув при входе обувь, студентка покрутила головой, знакомясь с новым помещением. Первым делом взгляд упал на снятые спинки обеих кроватей. Совсем беда, и иронией подумала она, с невольным уважением отметив, как просто и эффективно оба разобрались с проблемой.       Джинши опустился на край одной из коек, легким движением головы пригласив ее присесть рядом. Стоило ей приблизиться, он слегка нахмурил бровь и дотронулся до ее лица.       — Респиратор?       Пока парень пропадал в зале кендо, шлифуя навыки с тренером, которого все почему-тот называли «ханши», она заскочила в лабораторию, где исследовала и описала клетки заживших ранок, а также провела сравнение со здоровыми клетками кожи, не контактировавшими с убитыми цианидом соседками. К своему изумлению, нашла расхождения — когда голова обретет способность мыслить ясно, а тикающая бомба, подложенная судьбой им с Джинши, обезвредится, нужно будет посвятить больше времени тщательному сравнению. Мао Мао потерла щеку, разминая оставшийся от защиты след, и протянула Джинши свеженапечатанные листы.       — Не знаю, будет ли польза, — добавила она. — Информация из Сети. Нейтральная и вроде свежая.       Судя по лицу парня, буквально озарившемуся светом, её бессонная ночь прошла не зря.       — А я опасался, что не хватит времени всё найти и придется играть по наитию!       — Но это ведь не панацея, — пожала плечами девушка, откидываясь назад, опираясь на освободившиеся прямые руки. Голова еле держалась на плечах, хотя сознание наоборот было четким и ясным. Как там называется эта стадия недосыпания? Недолго думая, она подтянула ноги на кровать и прислонилась спиной к стене. — Бойцы учитывают информированность своих врагов и будут остерегаться, не позволяя использовать свои слабые стороны.       — Конечно, — согласился Джинши. Он проследил за ее передвижением, а потом резко перевел внимание на листы. Перевернул один и снова украдкой бросил на нее взгляд из-за плеча — вернее, из-за рассыпанных по спине шелковых волос. Сделал глубокий вдох, отчего перекатились под черной майкой отчетливые мышцы. — С любой информацией нужно внимательно поработать. Уж с этим я справлюсь. Главное, что, благодаря тебе, она вообще есть.       — Как же славно, что на тебя никто подобного не нароет, — улыбнулась девушка.       Джинши молча перебрался с края кровати ближе к ней, точно так же облокотившись на стену. Мао Мао невольно вспомнила, как они сидели в засаде в ожидании лунатившей Джины. Тогда Джинши изучал маркетинг и точно так же находился справа от нее, а еще оба держались друг от друга на почтительном расстоянии. Теперь лишь едва не касались друг друга.       — Хотелось бы мне так сказать, — вздохнул наконец Джинши. — Но, к сожалению, если Юки не дурак, он мог заметить мое слабое место.       — Да ладно? У тебя такое есть?       Джинши насупился и капризно отвернулся:       — Я ж не идеален всё-таки!       С этим Мао Мао готова была поспорить. Все известные ей косяки он совершал из-за собственной неосведомлённости, которая в его случае даже была простительна. Всё, за что парень брался всерьез, пока ему удавалось если не идеально, то просто великолепно.       — Как так?       — Не всегда могу справиться с уворотом после своей контратаки, если враг парирует и бьет прямо и влево, — признался он. — Я так и не смог добиться в этом положении автоматизма, а «восьмерка» не доходит вовремя.       — Думаешь, Юки всё поймёт по вчерашним боям?       — Нет, вчерашние бои ему ничего не дадут, — с этими словами Джинши слегка повернулся к ней. Дотянувшись правой рукой до ее ладони, он расправил ее пальцы и отодвинул ими свои волосы, обнажив левое плечо. На нем и предплечье едва виднелись три тонкие разнонаправленные белые полосы, похожие на зажившие следы от кошачьих когтей… Мао Мао вздрогнула, а парень прислонил к ним ее руку, накрыв своей сверху. — А вот в раздевалке он видел эту подсказку. Вопрос лишь в его смекалке.       Так вот почему, даже будучи в безрукавке, он держал это плечо закрытым. С другой стороны — шрамы ну слишком незаметные. Острые, наверное, были клинки…       — Юки говорил, что кендо — это про какое-то учение о духе сражения, которое не постичь за пару дней. Откуда ты его знаешь?       — О, а здесь меня подстерегал неожиданно приятный сюрприз!       В этот момент вернулся Роберт. Парень выглядел неприлично счастливым, и, хотя очевидно не ожидал встретить Мао Мао в собственной комнате, удивления или смущения не выказал. Прошерстив набросанную на спинку стула гору своей одежды, он сложил ее обратно и продолжил поиски в шкафу. Джинши перекинулся с ним парой фраз и продолжил:       — Когда сэнсей начал затирать про особое японское учение, мне подумалось, что он ведет речь про нечто уникальное. Я никак не мог уловить суть. И не сразу понял, что ничего эксклюзивного вовсе нет и мне было о нем известно еще… раньше. — перед последним словом Джинши сделал выразительную паузу, ловко завуалировав смысл от незнающего подтекста Роберта. — В одном из моих первых походов…       — О, ты любишь походы? Пешие, с палатками? — вмешался подозрительно бодрый Роберт, которому было невдомек, что речь шла про военные походы против японских ронинов.       — Да, с палатками, — не стал отрицать его сосед.       — Куда ходил?       — На побережье Желтого моря, — спокойно ответил Джинши.       — Круто! Где стояли лагерем?       — В Наньтуне.       — Порекомендуешь кемпинг?       — Нет, тот ...кемпинг я никому не порекомендую. Так вот, со мной были очень любопытные попутчики, которые всю жизнь провели в одном известном монастыре. Мы с генерал… — тут Джинши запнулся.       — Генеральным организатором похода, — подсказала Мао Мао, которая не знала, плакать ей или смеяться от такого спектакля.       — Ага, с ним. В общем, едва находили свободную минутку, мы слушали их рассказы и учения. Организатор впечатлился настолько сильно, что после возвращения связал этими учениями свою жизнь. А я просто запомнил, сколько смог. Так вот, они говорили о том же, что и современное кендо, только более понятными словами.       Роберт наконец-то выбрал себе одежду, тут же без стеснения переоделся и подхватил мяч. Махнув рукой, он направился отмечать пятничный вечер на баскетбольной площадке; Мао Мао знала, что, даже вступив в сборную университета, парень не забросил стритбол и свою уличную компанию.       Поделившись событиями сегодняшнего дня и узнав, что завтра Джинши поедет смотреть предварительные бои — поскольку Бункё кроме их университета ни один ВУЗ не представлял, Джинши пропускал районный этап — а также договорившись, что он достанет для нее и собутыльников зрительские билеты на городскую арену, девушка устало потерла кулаком глаза. Кажется, тело исчерпывало последний запас энергии. А вот парень, стремясь добиться к воскресенью лучшей формы, позволяет себе спать до полудня и поэтому под вечер еще бодр и свеж. Он улыбнулся и одной рукой наклонил ее голову, положив на свое плечо.       — Я так усну, — предупредила Мао Мао, наслаждаясь любимыми ароматом и теплом.       В ответ Джинши лишь хмыкнул и, подхватив ее обеими руками, легко поднял с насиженного места. Подобрав под себя ноги, он переложил её на кровать; Мао Мао почувствовала под головой подушку.       — Вот теперь спи, — улыбнулся было он, но в следующее мгновение их взгляды встретились. Джинши замер.       Мао Мао вдруг бросило в жар. Она резко села, приподнявшись на руках:       — Я пойду…       Но договорить ей не удалось. Наверное, из-за усталости (хотя, казалось, секунду назад она не чувствовала себя настолько невнимательной) она совершенно не поняла, каким образом парень, который сидел в стороне, в момент оказался настолько близко. Она успела заметить его взгляд совсем рядом с собой — и он был направлен на неё, — и тут же почувствовала его нетерпеливый и жадный поцелуй. Она ответила, поддавшись порыву и смутно понимая, что действует прежде, чем усталый мозг анализирует ситуацию. Сквозь затмевающую все лишние чувства пелену она уловила сопровождаемое шорохом движение на одеяле, и едва приоткрыв и скосив в сторону звука глаза, поняла, что это Джинши подтянул колено, черными джинсами проехав по пододеяльнику. На долю секунды ослабил поцелуй, пока перекидывал ногу через нее, и, расположившись устойчивее, вдвойне крепче обхватил ее горячие губы.       Несчастный разум пискляво подавал голос где-то на задворках сознания, но Мао Мао отмахивалась, игнорируя его предупреждения. Но когда руки, на которые она опиралась, задрожали, не выдерживая двойного давления, она с усилием отстранилась, позволяя им расслабиться и уронить ее на подушку. Синие глаза вновь встретились с божественными лиловыми; оба дышали, словно после гонки. Неудержимая магия, правившая мгновения назад, отступала, но не менее прекрасно — хотя и по-иному — просто лежать вот так, по глазам перед собой понимая, что чувства у обоих идентичны. Мао Мао не могла бы увидеть ничего яснее даже в зеркале, ведь подходя к своему отражению, человек задает о нем вопрос отражающему стеклу. А здесь вопросов не стояло.       Джинши с особой теплотой улыбнулся, пипнул ее по носу и, вытащив с края кровати одеяло, обернул им девушку. И сам, длинно вздохнув, лег вдоль стены, наконец-то снова обнимая ее одной рукой.       — Мне точно не стоит уйти? — на всякий случай уточнила Мао Мао, пригревшись в теплом гнёздышке.       — Точно. Спи, — прошептал он.       Вот фига с два теперь получится заснуть! Девушка вздохнула, решив, что полежит немножко до возвращения Роберта. Разогнавшийся пульс потихоньку успокаивался. Стоило его замерить. В исследовательских, разумеется, целях. Вера Мао Мао во всемогущую науку дважды давала трещину за последний месяц, а теперь замаячило третье антинаучное наблюдение. Утверждалось, что телепатия невозможна и душа человека — потемки, но, наверное, и эти утверждения следует предать пересмотру. С такими мыслями она уснула.       А проснулась поздним утром. Одна.

***

      Навигатор утверждал, что автобус прибудет через пять минут. Ускоренным шагом две студентки ломились к остановке по аллее кампуса, огибая редких лениво прогуливающихся студентов — хотя декабрьский день выдался солнечным и совсем не морозным, немногим хотелось покидать теплую постель воскресным утром. Из-за поворота показался знакомый силуэт с баскетбольным мячом.       — Роберт! — громко позвала его Ли Хонг, немножко задыхаясь от ускоренной ходьбы, заметив парня одновременно с Мао Мао. — Давай с нами болеть!       Поравнявшись с ними, студент грустно покачал головой и приподнял на ладони мяч:       — К сожалению, у меня другие планы. Извините.       — Смотри не пожалей! — через плечо крикнула ему Ли Хонг. Опасность пропустить прямой транспорт до Адачи перевешивала желание потрепать языком.       — Наши билеты будут нас ждать около служебной будки, — оповестила Мао Мао, озвучивая свежий мессендж с незнакомого номера, когда наконец-то отдышалась и забила место у надежного автобусного поручня.       — Вот это уровень, — задумчиво протянула подруга, без особого любопытства рассматривая проплывающий мимо окон городской пейзаж. — Токийский будокан хоть и не Косиэн, пофиг, но вдумайся: прожекторы, телевидение, вход по билетам… А ведь оба могли танцевать и петь, а не палками своими махать! Еще большие стадионы бы собирали…       Время идет, но надежда Ли Хонг направить Юки на путь айдола остается неизменной.       А на следующей остановке в салон запрыгнул Роберт. На молчаливый вопрос двух девушек он, глубоко дыша, только рассмеялся:       — Если б не пошел — точно пожалел бы.       — Но… автобус… ?!       — Догнал, — просто пояснил он.       Мао Мао некоторое время посверлила взглядом его темное лицо, но не нашла на нем ни малейшего осуждения за то, что вчера вечером просто отрубилась в его комнате. А затем, успокоившись, выразительно вперилась глазами в прижатый к бедру студента мяч. Логично, что раз парню пришлось аж бегом догонять автобус, времени оставить его в надежном месте у Роберта просто не было. Но теперь бедняге предстоит таскать его с собой целый день, если, конечно, в Токийском дворце боевых искусств не найдется укромного уголка, куда можно будет без потерь зашкерить мячик.       Дворец боевых искусств, хоть и был основан еще до двухтысячных, представлял собой прикольной неоднородной формы отдельностоящее здание с собственной территорией. Дизайн фасада все еще мог соперничать своим духом с самыми новейшими архитектурными сооружениями, но вместе тем, во множестве углов и ромбов отчетливо читалась отсылка на нечто традиционное японское. Зрители несколькими ручьями стекались к стеклянным входным дверям; Мао Мао даже немного опешила от такого количества людей. Полицейская будка возле стадиона в качестве места встречи оказалась выбрана очень удачно; благодаря узнаваемому символу японской полиции — стилизованному цветку сакуры, что возвышался над людской толпой, — студенты обнаружили ее сразу же. Но, к сожалению для Мао Мао, не одни они приметили ее как место встречи.       — Мао Мао? — раздалось в стороне, едва девушка приготовилась набирать номер.       Трое студентов повернулись на голос.       К ним обращался незнакомый молодой человек в очках с черной оправой и серьгой в левом ухе. Джинши не представлял их друг другу, но одного взгляда на широкую рубашку поверх нижнего слоя из чего-то легкого, черного и вязаного, ей хватило, чтобы опознать в незнакомце человека из фешн-индустрии. Нужно быть очень близким к моде, чтобы носить на себе многослойные образы из неожиданных фактур и выглядеть аккуратно и адекватно.       — Меня зовут Фан Вэй, — по-китайски подтвердил мужчина ее догадку, вежливо приветствуя и выслушав ответные приветствия Ли Хонг и Роберта. — К сожалению, билеты удалось достать лишь на задворки.       — Джапаниз, плиз… ор инглиш, — неуверенно попросил Роберт.       — Shure, — кивнул Фан Вэй и, передав Мао Мао три билета, продолжил на идеальном японском: — Из-за Тойоты сегодня вокруг турнира слишком большой ажиотаж. Знай я о нем раньше, мог бы заранее подрядить перекупщиков. А так придется довольствоваться только пригласительными от участника, которые, увы, выдаются на самые неходовые места.       — Всё равно большое спасибо. Но я не ожидала вас лично встретить в Токио.       «…и что вы меня узнаете в толпе с одного лишь взгляда.» — мысленно дополнила Мао Мао, протягивая друзьям бумажные проходки. Глаза Ли Хонг расширились, как два блюдца. Студентка с нескрываемым благоговением переводила взгляд с нее на Фан Вэя и обратно, ведя себя непривычно скованно. Странная реакция; мужчина безусловно симпатичен, но вроде никакой сногсшибательной красотой похвастать не может.       — Участие в подобном мероприятии — неплохая реклама, — промурлыкал агент. — Чтобы договориться с операторами, проконтролировать фотографа и выпросить равки, нужно мое личное присутствие.       — Стремная у вас работа, — отшатнулась Мао Мао.       — Хочешь узнать, сколько платят? — тотчас кинул он ответочку.       Деньги деньгами, а человек перед ней наслаждался своим делом. Вот как бывает — есть на земле люди, искренне любящие те профессии, которые для нее стали бы истинным адом на земле.       Группа уже было направилась ко входу, как вдруг к будке приблизилось еще одно знакомое лицо.       — Детектив Ямагучи?! — не сдержала Мао Мао изумленного возгласа.       Полицейский совершенно не изменился, разве что на груди, поверх бежевого костюма, болталась карточка с символикой дворца: пропуск в служебную зону. Услышав знакомый голос, детектив притормозил и повернулся к студентам. Лицо, искаженное озадаченным выражением, спустя несколько секунд озарилось узнаванием.       — О! Ты та самая! Умная из университета! И хитрая подружка с тобой. Как же я рад вас тут видеть!       Чего это он так счастлив? Еще и подошел поближе... Сияет счастьем и чешет пятернёй в затылке. Черт, и почему вдруг Мао Мао охватило дурное предчувствие?       — Вы ж в Бункё работаете, так что забыли в районе Адачи? — процедила она, прерывая ряд неудачных попыток детектива Ямагучи поприветствовать Роберта на ломаном английском.       — Кто-то же должен следить за безопасностью турнира!       — Да с таким мувом мы наоборот оказались в опасности, — прокомментировала Ли Хонг настолько тихо, что ее могли услышать лишь Мао Мао и Фан Вэй, которого в тот же момент заставил отойти в сторону телефонный звонок.       — Кстати, эээ... как тебя по имени? Забыл. А, точно, Мао Мао. Не желаешь помочь? Здесь случилось одно подозрительное происшествие. Перед открытием зала кто-то…       — Детектив Ямагучи, разве вам можно все происходящее разглашать посторонним? — бесцеремонно перебила она его, вперив фирменный уничижительный взгляд синих глаз. Фан Вэй, который уже успел вернуться, одобрительно хмыкнул.       — Ну не совсем посторонним, — детектив нахмурил лоб, словно раздумывая раз сложной математической задачей. — Раз ты уже помогала, значит…       — Нет, — отрезала она. Теперь понятно, куда клонит эта бестолочь. — Извините меня, но сейчас начнется очень важный турнир, где я собираюсь побыть зрителем.       — Ну вот… — осуждающе протянул он. — А ведь еще до того, как меня перевели из Гуммы в Токио, здесь водился один дьявольски умный старшеклассник, который мечтал стать частным детективом. Он помогал местному инспектору и раскрыл десятки запутанных дел, от краж до коварных убийств. Как же мне не повезло, что о нем уже давненько ни слуху ни духу…       Ли Хонг цыкнула — даже ей такой намек оказался предельно понятен. Действуя на опережение, Мао Мао развернула ее, схватив за плечи и, едва уловимо мотнув головой Роберту, поспешила убраться подальше до того, как нетерпеливая подруга выкинет какие-нибудь предосудительные финты на глазах японской полиции.       — Извините нас, но я тут совсем не при чем, — попрощалась она, надменно показав проходку. — Скоро начнутся бои, нам пора.       — Последний ряд? — издевательским тоном усмехнулся детектив, с гордым выражением лица демонстративно поднимая висевший на груди пропуск. — А вот с этим можно наблюдать за вашим дорогим турнирчиком аж с самого паркета! Из зоны СМИ и судейства. От спортсменов отделяет лишь ленточное ограждение… Заманчиво? Хочешь?       «Хочу!» — встрепенулась Мао Мао, чувствуя, что с головой выдает себя загоревшимися глазами.       — Хочу! — не постеснялся Фан Вэй.       Увидел шанс на эксклюзивные рилсы с самого близкого расстояния, что ли? Но вот чёрта с два она ему уступит…       — Вы — точно посторонний, вам я ничего не дам, — высокомерным голосом охладил его пыл полицейский, а затем вкрадчиво обратился к студентке: — Ну так что?       — Я подумаю, — поклонилась она напоследок.       И на протяжении всего пути к стадиону её лопатки жег сверлящий взгляд Фан Вэя. Чертовы агенты с их навыками давления на простых людей! Понятно, что он готов схватить за хвост любую возможность добиться лучшего материала с турнирных боев, и, похоже, не собирается запросто отступать. Он же не думает, что Мао Мао будет пахать на карточку, дабы потом передать ценный приз ему? Ещё чего! Да она вообще не станет заморачиваться, ведь какой бы вопрос не подкинул детектив, на поиск разгадки ей потребуется время, а значит, придется пропустить часть боев Джинши. Её участие просто исключено.       Оставалось надеяться, что Фан Вэю далеко до манипулятора-Джинши, способного одним разговором добиться почти всего желаемого.