Письма – двигатель жизни.

Утром все просыпаются поздно, еле плетутся в столовую, а после неё отдыхают. Для Рекса с Максом отдых сейчас – это просто сидеть в окружении стаи в привычной им комнате с пёстрыми стенами и вглядываться во всё, что угодно, только бы смотреть. Вонючка с Фокусником старательно пытаются играть дуэтом, Слепой канул в небытие, а Волк устраивает какие-то разборки с шумящими соседями… Правда, про то, что его состайники-музыканты издают больше шума, он предпочитает не говорить. Иначе как-то неправильно получается. Но проходит время, Сиамцам, или уже вовсе не им, надоедает просто смотреть в стену, и братья начинают искать себе занятия: пристают к Табаки, чтобы тот научил играть хотя бы на чём-то, просят Фокусника показать трюк с доставанием чего-нибудь из шляпы, но в итоге бросают свои попытки научиться чему-то новому. Ну. Частично бросают. Потому что Рекс в скором времени идёт участвовать с Волком с небольшой дружеской перепалке, а Макс забивается в угол и начинает заниматься тем, что полюбил ещё в стенах Могильника, – писать себе письма под настроение. У него есть письмо «Если хочешь реветь», написанное на немного помятой от слёз бумаге, где написаны слова поддержки, письмо «Если хочешь велосипед», где он убеждает себя, что тот обязательно у него появится и описывает свой идеальный велосипед, который до этого только снился Максу во снах, письмо «Если думаешь, что ты некрасивый», где по пунктам написаны все черты внешности, которые ему в себе нравятся, и большими буквами совет «ПОСМОТРИ НА БРАТА». Таких писем себе он планирует написать ещё много. А сейчас ему хочется написать что-то, что будет затрагивать его зависть. Зависть ноге. Ведь он завидует не столько своему брату, сколько именно его возможностям, ведь Рекс сможет когда-нибудь кататься на велосипеде, сможет ходить без костылей, сможет играть во всякие разные игры, чего не сможет делать Макс. И всё это из-за его ноги. Ноги, которая могла бы достаться и Максу, но почему-то досталась не ему, и он часто недоумевает по этому поводу. Почему выбрали именно брата? Это было случайность? Что-то запланированное? Рекс лучше него? Если да, то в чём? Если нет, то почему всё же он, а не Макс? Очень много вопросов, на которые ни сейчас, ни когда-либо он не получит ответа. Ещё волнует вопрос, что именно стоит писать в таком письме? Может, все недостатки тех, у кого две ноги? А может, наоборот, свои преимущества? Но какие у него могут быть преимущества и какие могут быть недостатки в ином случае? Ну… у Макса, фактически, три ноги. Но две работают только при помощи рук… а ещё этими деревянными ногами можно отставлять от себя всех, кто неприятен, и больно ударять тех, кого не любишь… Но он не из тех людей, которые любят сильно бить других по любой причине, поэтому для кого-то это, может, и преимущество, но точно не для Макса. Но и минусов у тех, кто имеет две ноги он придумать не может… Зато он может заметить Вонючку, у которого, фактически, нет двух ног. Ну, как, они есть, но мальчик чувствовал себя примерно так же, если бы их не было, поэтому можно сказать, что у него их нет. Поэтому письмо Макса самому себе строится не на плюсах и не на минусах, а на некотором восхвалении. Он пишет о том, что его ситуация – не самое худшее, что могло произойти, и есть те, кому хуже, чем ему. Письмо сложено и подписано очень аккуратно, даже если написано не так уж и каллиграфически и не на очень красивом клочке бумаге. Он пишет для себя. И ему этого достаточно. И как бы странно и неприятно ни звучало его принижение всех колясочников, на удивление, это помогает. Особенно сильно это помогает ему, когда Макс вспоминает, что все его письма хранятся в коробке под кроватью, а до его коробки под его кроватью никому, кроме него, нет дела, поэтому все его письма находятся в полном порядке и читать их никто не вздумает. А если и вздумает, то, что ж, у него всё ещё есть две деревянные ноги, которыми Макс очень сильно может ударить тех, кто лезет туда, куда лезть не следует. Возвратившись после длительных разборок, которые, к счастью, не перешли в драку, но определённо находились на грани этого, Волк уходит в музыкальный кружок. И это одна из вещей, которые изменились за время отсутствия здесь братьев: кто-то нашёл себе занятие по душе, чему очень рад и даже не намерен скрывать это хотя бы в малой степени. А все, кроме Волка… развлекают себя всеми возможными способами. Играют, разглядывают облака, пытаясь найти в них фигуры, считают, сколько шагов в комнате вдоль и поперёк… В общем, в комнате царит жизнь и, конечно же, хаос, потому что его не может не быть там, где несколько детей живут, грубо говоря, без надзора. В самих детях буквально царит беспорядок. Они состоят из него. Кто-то больше, кто-то меньше, но тем не менее. Каждый из них – частичка мировой путаницы, которая в один день, когда-нибудь, обязательно настанет. И тогда мир полностью погрязнет во тьме и сумбуре, и всё станет удивительно разнообразным, непредсказуемым и очень-очень неожиданным. И Вонючке, кажется, пора прекращать писать письма, которые они писал до этого, потому что, отойдя на некоторое время в кабинет к директору, он возвращается странно воодушевлённым, но расстроенным, что между собой абсолютно никак не вяжется и вызывает одни только вопросы. Слишком уж его состояние противоречиво. Вонючка жестикулирует больше обычного, предпочитая жесты словам, а не наоборот, хотя стае это даже больше нравится, ведь этот ребёнок иногда говорит настолько много, что голова идёт кругом. И он в таком сильном недоумении, что от его голоса почти дрожат стены, что крайне удивительно, ведь раньше такого никогда не было. Даже тогда, когда мальчик бил всем, чем можно, обо всё, что можно, чтобы будить тех, кто вставать явно не хотел.