Часть 13. В которой Марк учится вязать

      Не будет как в сказке у нас,

В конце не уедем в закат,

Под музыку белых танцев

Любовь бывает зла. Всегда.

Не будет как в сказке у нас,

Ночные сонаты

Теряются на фоне скандалов

Любовь бывает зла. Всегда.

Без обид — Любовь бывает зла

      Марк не ответил на её прикосновение. Глаза были опущены, словно ему было стыдно смотреть на неё. Лу казалось, что она понимает, какие эмоции сейчас испытывает Жонсьер. Наверняка обиду, боль, разочарование. И она испытывала чисто человеческую потребность как-то подбодрить его.       — Можете идти, — послышалось тихое.       Лу решила, что она ослышалась.       — Что?       — Идите Рид, — голос его стал твёрже.       Ей стало обидно.       «Вот, значит, как? Свалите, Рид, вы тут больше не нужны?»       Она бросила руку Жонсьера, которая так и висела без признаков движений. Уже коснувшись ручки двери, Лу обиженно отметила:       — Знаете что?! Могли бы быть хоть немного благодарны! Я, между прочим, хотела вам помочь!       Гордо уйти, хлопнув дверью, не получилось. Едва Лу нажала на ручку, как ладонь Жонсьера захлопнула дверь обратно. Рид подпрыгнула от неожиданности. От того, как быстро он оказался рядом. Как близко стоял. Не давая ей возможности повернуться.       — Почему вы никогда не делаете того, о чём вас просят? — яростно прошипел Марк.       — Вы, походу, просить не умеете!       Дыхание Рид участилось. Она не понимала, что делать дальше. Попытаться вырваться? Или ждать, пока вспышка гнева Жонсьера утихнет?       — Я благодарен, — услышала тихое. И тут же почувствовала лёгкое прикосновение пальцев к своем плечу. Едва уловимое, будто пылинку стряхнули. Но сердце тут же ухнуло вниз и радостно забилось в предвкушении.       — Хотите отомстить?       — Хочу.       Лу обернулась к Жонсьеру. Он тут же поймал её взгляд. В его — не было ни боли, ни стыда. Только хищная ярость. Первобытное Желание. Одержимость.       «Хочу ли этого я?»       Марк не двигался. Словно ждал от неё какого-то знака, подсказки.       «Хочу»       Лу опустила взгляд на быстро вздымающуюся грудь Жонсьера. На ней ещё оставалось несколько капель воды после бассейна. Провела пальцем дорожку по нескольким из них и, дойдя до груди, почувствовала, что его сердце стучит так же быстро, как её собственное.       Он словно понял, что Рид не собирается никуда убегать. Удерживая её взгляд, он медленно протянул руку ей за спину, слегка задевая талию, прикрытую рубашкой. Казалось бы, одежда должна перебивать ощущения, но Лу ощутила, как от этого лёгкого касания её бросило в жар.       Щёлкнул замок.       Назад пути нет.       Или?..       Марк решительно притянул Лу к себе, выбивая из неё остатки сомнений. По-хозяйски впился в губы, делая поцелуй сразу глубоким, интимным. Проникая языком в рот, надавливая. Она запустила руки в его ещё влажные волосы, сжала их, едва удерживая себя на ослабевших ногах.       Обнимая её за талию одной рукой, другой тут же принялся расстегивать маленькие пуговицы на рубашке. Горячие прикосновения к пылающей коже. Лу прикрыла глаза, отдаваясь целиком во власть Жонсьера. И сразу была вознаграждена чередой дразнящих поцелуев по чувствительным местам: мочка уха, вытянутая шея, ключицы. Она ощутила приятное тепло, распространяющееся от паха во все стороны по телу. Шёпотом произнесла его имя, поощряя продолжать.             Лу почувствовала, что Марк, разобравшись с пуговицами, провёл ладонями по рукавам и вниз, сжимая запястья. Ощутив ещё какое-то движение, она приоткрыла глаза и обнаружила, что он завязывает ей руки рубашкой. Заметив её взгляд, вопросительно кивнул на руки. Получил утвердительный кивок. На его лице медленно расцвела предвкушающая улыбка.       «О, месье Жонсьер, да за такую улыбку я готова и убить ради вас», — промелькнуло в голове.       Завязав узел, он резко развернул Рид и придавил собой к двери. Зафиксировал руки над головой. Она ощущала его горячее сбитое дыхание на своей коже. И это окончательно лишило её способности сосредоточиться на чём-то, кроме получения сексуального удовлетворения. По телу растекалось покалывание и приятное ноющее чувство. Она призывно потёрлась о выступающую часть тела Жонсьера, а он в ответ укусил её за шею, вызывая тихий стон и толпы мурашек.       Губы нежно касались шеи и плеч, оставляя влажные отметины и следы. Мешавший ему бюстгальтер он просто поднял выше, и тут же сжал упругую грудь. Теребил пальцем сосок, прикусывал лопатки, заставляя Лу задрожать от желания.       Он расстегнул брюки Лу и стянул их вниз вместе с бельём. Несколько секунд она ничего не чувствовала, а затем его рука умело коснулась её клитора. Лу инстинктивно хваталась за рубашку над своей головой, пытаясь сохранять равновесие. Марк поддерживал её за бёдра, не давая упасть и продолжая изучать её спину короткими поцелуями, ласкал её пальцем всё более интенсивно. Она ощущала, как его горячий твёрдый член упирается ей в ягодицу, и это будоражило ещё больше. Каждый её стон отзывался в нём приятной вибрацией, и Лу нравилась эта сила воздействия на него.       Когда казалось, что окончание уже близко, Жонсьер остановился и, прогнув Лу вперёд, резко вошёл в неё сзади. Она думала, что сильнее возбудиться уже просто невозможно, но услышав его стон позади, осознала, что готова сделать для этого мужчины всё что угодно. Помогая ему бёдрами, она удерживалась за стену и благодарила Единого, что он послал ей этого умелого мужчину.       Марк снова остановился и вышел из неё. Когда Рид хотела возмутиться, он снова развернул её и, подхватив бедро, жёстко вошёл, глядя прямо в глаза. Поддерживая ногу одной рукой, другой держал её подбородок, будто не давая отворачиваться и заставляя смотреть на него.       Она и не пыталась. Эти коньячные глаза пьянили её, вводили в состояние эйфории сильнее всяких запрещённых веществ.       Темп всё нарастал. Палец Жонсьера, оказавшийся рядом с губами Лу, тут же был захвачен ими в плен. Она, не отрывая взгляда от глаз Марка, посасывала и покусывала его, и ей показалось, что Марк был в полнейшем восторге от этого. По крайней мере, улыбка была всё такой же хищно-восхитительной.       Вздох. Стон. Он прижал её к себе, будто хотел стать единым целым. И сбивающимся шёпотом на ухо:       — Лу...       Содрогнулась от наслаждения. И он следом.       Попытка отдышаться.       Он отпустил её ногу и чуть отошёл, видимо, чтобы они могли видеть друг друга.       Снова взгляд глаза в глаза.       Снова немой вопрос.       Заметив, что Марк собрался что-то сказать, перебила:       — Только попробуйте.       — Что?       — Сказать спасибо. Или что это была ошибка.       Жонсьер виновато улыбнулся и, обняв лицо Лу ладонями, произнёс тихо, будто их могли услышать:       — Это было прекрасно, Лу. Вы — прекрасны.       Она отмахнулась:       — Будем считать, что помогла вам по-дружески.       Кивнула на рубашку:       — Развяжете?       Казалось, Марк был настолько изумлён, что не расслышал просьбу Лу. Его застывшая поза говорила о сильной мозговой деятельности.       «Так вам и нужно, месье Жонсьер. Определитесь сначала сами, чего хотите, а потом рассыпайтесь в комплиментах»       Рид старательно сдерживала уголки губ, которые так и норовили разъехаться в разные стороны. Глазами пыталась найти свой нижний комплект одежды, следя боковым зрением за инквизитором. Наконец, он несколько раз усиленно моргнул и, взглянув на Лу новым взглядом, остановился на рубашке. Развязывая, будто выдавил через силу:       — Вы хороший... друг, Лу.       — Спасибо, месье Жонсьер. Хорошими друзьями, знаете, не разбрасываются.       — Да, я бы точно... не стал.       — Обращайтесь, если что, — Лу тут же отвернулась, натягивая обратно мятую рубашку. Для Жонсьера, вероятно, это выглядело, как нелепое стеснение, для Лу это была попытка удержать рвущийся наружу смех.       Он ничего не ответил, Рид быстро оделась и, пригладив всё, что можно было, обернулась. Марк был задумчив.       — Я могу идти?       — Конечно.       Схватились за ручку одновременно. Она улыбнулась.       — Позвольте мне, — тихо произнёс Марк. А по плечам Лу снова побежал мурашки. От мягкого учтивого голоса Жонсьера. От того, насколько близко он стоял. От тепла его ладони на своей.        Чувствовать даже такое незначительное ухаживание было приятно.       Отошла в сторону, позволив ему открыть перед ней дверь. В комнате отдыха было пусто, видимо, все ещё плескались в бассейне. И она снова направилась к Кею.       Марк проводил взглядом Рид, которая уверенным шагом шла в комнату ожидания.       Была ли она действительно такой равнодушной, какой хотела казаться? Её слова значительно отличались от её поступков.       «Никогда не считал Лу хорошей актрисой, но сейчас...», — он отчаянно не мог разобраться, где ложь, а где правда. «Да и нужно ли? У меня и без этого проблем хватает»       Дав выход своей злости, Марк чувствовал опустошение и растерянность.       «Как поступить дальше? Прийти к Летиции открыто, с фразой: "Я всё знаю?" Или дать ей доиграть свой спектакль? Чего именно она добивается? Неужели действительно думает, что я настолько потеряю голову от девчонки, что тут же побегу разводиться с ней?»       Его холодная и рассудительная супруга не могла быть настолько наивной. Тогда что?       Голова окончательно разболелась и, сморщившись, Марк начал растирать ноющие виски.       «Надо возвращаться. Во избежание, так сказать»       Но стоило ему выйти из комнаты, как двери, к которым он планировал пойти, открылись сами, и оттуда появились его друзья. Гектор окончательно расслабился и, судя по широкой улыбке, всю дорогу травил какие-то шутки. Иво был спокоен и сосредоточен, его лёгкая улыбка говорила о приятном времяпрепровождении. Ришар же был в бешенстве, судя по взгляду, брошенному на Жонсьера.       — Ну, как? — задал вопрос Баретти.       — Что "как"?       — Удовлетворил девушку? — хохотнул Гектор, будто пошутил самую смешную в мире шутку.       Ришар грохнул недопитый стакан с пивом на стол и молча направился в сторону парилки.       Марк усмехнулся вполне искренне. Вспомнил содрогавшуюся в его объятьях Рид. Заметив на себе заинтересованный взгляд Иво, понадеялся, что его усмешка выглядела как смешок от шутки.       — А то! — И потирая руки, добавил: — Ну что, а теперь попаримся?       — А тебе не хватило? — вроде поддержал шутку Иво, а взгляд — такой пронзительный, словно у Марка всё на лбу было написано.       — Не хватило, — ответил и понял, что не соврал.       «Но я надеюсь, что ещё наверстаю»       Ещё некоторое время они пробыли в сауне, расслабляясь и обсуждая что-то незначительное. Ришар непривычно молчал, Жонсьер старался не обращать на него внимания. Затем разошлись. Марк отпустил Лу домой, убедившись в том, что она говорит правду и ей можно верить. Ему хотелось оказать ей эту толику доверия. Она, вроде, даже обрадовалась.       «Соскучилась по своему мотоциклу, наверное», — подумал, усмехнувшись, старательно игнорируя тот факт, что от такой её радости ему стало немного грустно.       Домой его отвёз свободный Фарук. Летиции дома не оказалось. Наверное, готовилась к выставке. Раньше он и не обращал внимания на то, как часто его жена отсутствовала дома. Не отрывает его от работы — и хорошо.       Осознал, что так лучше. Что пока не готов с ней разговаривать. Не понимает, о чём.       «Подумаю об этом завтра. Да, Марк, снова твоё "завтра". Теряешь хватку»       Утром Рид ждала его на парковке. Спокойно кивнула севшему позади Жонсьеру и вырулила на дорогу. Пока он обдумывал, с чего начать разговор, она начала первая:       — Я немного пошуршала насчёт «Рандома». Собираются сегодня, в три часа.       — Странное время — разгар трудового дня. Интересно, как они объясняют своё отсутствие на рабочем месте? — рассуждал Жонсьер вслух.       — Может, приезжают туда вместе со своим начальством?       Хоть Марк и не видел губ Рид, но готов был поклясться, что она улыбается.       — Возможно. — Затем задумчиво: — А кто это у вас там такой просвещённый?       — Не имеет значения. Но без приглашения туда не попасть.       — И у вас оно, конечно, есть?       — Ну, разумеется.       — Вы умеете удивлять, мадемуазель Лу Рид, — сказал слегка приглушённым голосом, едва сдерживаясь от желания сесть прямо за её спиной и вдохнуть запах волос.       — То ли ещё будет, — ответила она в такт, а взгляд в зеркале заднего вида был таким хитрым, будто Марк озвучил свои мысли вслух.       «Нет же?»       — Значит, нужно доделать все важные дела до обеда. Потом у нас сходка БДСМ-щиков, после этого — выставка Летиции. Надеюсь, нам повезёт, и мы всюду успеем.       — О девушке с котиком ничего нет? — задала неожиданный вопрос Лу.       — Я ничего не получал. Думаю, она жива и здорова, — нахмурился Жонсьер. — Надеюсь, в этом клубе нет строгого контроля одежды?       — Вроде, нет, но в рабочем я бы вам не рекомендовала, — Лу свернула на парковку Инквизиции. — Приехали. Если хотите, могу одолжить что-нибудь для вас у Кея, — и обернувшись, улыбнулась так искренне-открыто, что пульс Жонсьера прибавил пару десятков ударов.       — Спасибо, я лучше закажу из магазина.       — Как хотите.       Они вышли из машины и направились к зданию. Жонсьер шёл немного позади и рассматривал своего телохранителя. Светлые длинные волосы, собранные в высокий хвост. Чёрная обтягивающая кофта с высоким воротником, чёрные кожаные брюки, заправленные в длинные сапоги. Добавь плётку в руки — и будет как своя на этом сборище.       «Такой костюм вряд ли будет мне к лицу», — подумал Марк, хотя идея с Лу и плёткой ему понравилась.       Громкая музыка била сразу по мозгам. Марк так часто стал посещать клубы, будто решил добрать то, что не получил в молодости. И постоянно с Рид.       «Она плохо на тебя влияет»       Кинул взгляд на Лу, что уверенно продвигалась к бару. Отблики прожекторов на её лице придавали какого-то особенного шарма. Она пританцовывала, и, казалось, чувствовала себя здесь, как рыба в воде. Марк поймал себя на мысли, что не отказался бы побыть тут ещё несколько лишних минут, глядя на плавные движения Рид. На то, как она призывно и маняще изгибалась в этой пульсирующей комнате для него одного.       Горячий шёпот на ухо выдернул Марка из мыслей:       — Нам по коридору и направо, — она ухитрилась оказаться позади Жонсьера и, почти вплотную прижавшись к его спине, вытянула руку вперёд, указывая направление. Запах Рид тут же защекотал его ноздри, сбивая с толку. Он порадовался, что надел чёрную рубашку с воротником-стойкой, а не футболку, так как предательские мурашки от близости Рид тут же разбежались по напрягшимся плечам и вниз.       Решив, что Рид и так достаточно сделала, Марк вспомнил, что он тоже тут не абы кто, и, уверенно взяв её за руку, повёл в указанную сторону. У двери стояла охрана, но стоило только показать приглашение, их сразу пропустили.       Они попали в огромную деревянную пристройку, напоминавшую собой старый амбар. Музыки из клуба слышно не было, из чего Марк сделал вывод, что здесь хорошая звукоизоляция. Внутри звучала медленная тягучая мелодия, задававшая атмосферу расслабленности и раскрепощённости. Не смотря на огромные панорамные окна, что занимали одну стену полностью, дополнительный свет был обеспечен множеством висячих светильников. Потолок был утыкан большими деревянными балками со спецсредствами, прикреплёнными к ним. Множества вертикальных балок с какими-то приспособлениями и креплениями.       «Да тут реквизита больше, чем у нас в пыточной», — подумал Марк, осматриваясь и предполагая, как бы им расположиться. На удачу Жонсьера, для каждой пары здесь были приготовлены бочки, на которых лежало всё необходимое. А люди здесь были именно парами, что тоже было отмечено инквизитором. Провёл Рид в дальний угол, с которого неплохо просматривался вход, но у них самих была неплохая возможность спрятаться за практикующимися и одной из вертикальных балок. Лу с интересом рассматривала картины, на которых, по предположению Марка, были нарисованы различные техники и узлы.       Народ потихоньку подтягивался. Когда почти все "столики" были заняты, вышла какая-то мадемуазель в сопровождении нескольких девушек и парней. Марк прикинул сразу, что по количеству их было ровно столько, сколько "столиков".       — Доброго дня, уважаемые месье и мадемуазели. Для тех, с кем мы сегодня встречаемся впервые, представлюсь. Меня зовут Дайон Абеляр, и сегодня мы с вами познакомимся или, с некоторыми, продолжим знакомство с искусством Шибари. К каждой паре я направляю своего помощника, чтобы помочь вам разобраться и найти свой неповторимый стиль. Желаю вам приятного времяпрепровождения.       Она кивнула своим помощникам и направилась к деревянной лестнице, которая вела на второй этаж. Открытые маленькие площадки, вероятно, со столиками. К ним подошла девушка с мягкой улыбкой на лице:       — Добрый день, вы у нас впервые?       — Да, мы с супругой услышали от своего знакомого о вашем... искусстве и решили разнообразить нашу сексуальную жизнь.       Лу закашлялась, а Марк заботливо налил ей воды в стакан и подал запить.       — Стесняется, — пояснил для девушки. Та понятливо улыбнулась. — Слишком давно мы вместе, уже не заводит меня как раньше, понимаете меня?       Краем глаза заметил, как взгляд Лу из удивлённого стал разъярённым.       — У нас приветствуется только добровольное участие, — аккуратно заметила девушка, рассматривая Лу.       — Да-да, всё добровольно, — выдавила Лу, продолжая сверлить Жонсьера взглядом.       — Отлично, тогда начнём, пожалуй, с самого простого. Первое, что вам нужно будет сделать, это выбрать подходящую веревку...       Марк вполуха слушал начавшуюся лекцию и постоянно оглядывался назад, пытаясь разглядеть знакомое лицо. Таковых пока видно не было. Находиться спиной к выходу было совершенно бесполезно, и он ждал случая, когда можно будет повернуться лицом.       — Попросите свою партнёршу сесть на стул со спинкой. Вам также понадобится верёвка длиною около семи метров...       — Прекрасно! Прошу, — он толкнул Рид на стул, а сам обошёл его сзади.       — Но в первый раз мы обычно связываем руки спереди, чтобы ваш партнёр чувствовал себя максимально комфортно и не боялся...       — А она и не боится, правда, милая?       — Правда, милый, — прошипела Рид.       — Возьмите верёвку и обмотайте её...       «Да где ж ты ходишь? Время-то поджимает»       Бросив очередной взгляд на часы, он заметил, с каким негодованием смотрит на него помощница.       — Я что-то сделал не так?       — Если вы куда-то торопитесь, то можете прийти в другой...       — Нет, всё отлично. Правда, милая? Руки не затекли?       — Нет, всё прекрасно, — сказала Лу, удерживая руки позади стула.       — Хорошо, тогда мы продолжим. Затяните верёвку, сделав двойной узел в районе запястья...       Тут к девушке кто-то подошёл, и она отвлеклась на разговор. Лу тихо прошептала Жонсьеру:       — Пока ничего?       — Нет.       Он потянул чуть сильнее, чем следовало, и Лу шикнула на него:       — Поаккуратнее можно?       — Я что, по-вашему, профессионал? Впервые в жизни этим занимаюсь.       — А в Инквизиции слухи ходят, что вы сами верёвки вяжете для висельников.       — Так специально пустил. Чтоб боялись, — ухмыльнулся и снова дёрнул.       — С рубашкой у вас лучше получалось.       После этой фразы воспоминания вспыхнули в голове Марка, и он почувствовал приятное возбуждение.       — Развязать-то потом сможете?       Он наклонился к её уху и еле слышно прошептал:       — Если нет, могу использовать по назначению, — увидел, как щёки Рид слегка покраснели, а грудь стала вздыматься чаще. И подняв довольный взгляд на хозяйку клуба, стал сразу серьёзным и собранным.       Она разговаривала с Лоуренсом.       — Рид, нам нужно уходить.       Видимо, оценив всю серьёзность тона Жонсьера, она кивнула и постаралась не мешать ему распутывать верёвки.       Если бы Марк не опасался привлечь к ним ненужное внимание, то просто бы разрезал верёвки ножом, заботливо оставленным кем-то для особо сложных случаев. Но так как Лоуренс находился на площадке, с которой отчётливо просматривался весь "амбар", приходилось соблюдать осторожность. Извинившись перед помощницей и сославшись на неотложную встречу, они быстро выскользнули оттуда и быстрым шагом пошли к машине.       — Вы знаете его? — пытаясь привести сбитое дыхание в норму, уточнила Лу.       — Не то, чтобы очень близко. Пересекались несколько раз по работе. Но его фамилию я уже встречал недавно в отчётах.       Отключив запись в служебной машине, Марк быстренько рассказал Лу всё, что знал об этом деле сам. Пока она была в глубокой задумчивости, с удивлением заметил, что на улице уже начало темнеть. Они провели внутри гораздо больше времени, чем ему показалось.       — Значит, этот Лоуренс был среди тех, кто убил этого вашего Мина в день нашей встречи. И он же подписал бумаги, утверждающие, что второй свидетель лгал. Который, к слову, тоже был найден позднее мёртвым.       — Всё так. Вы с ним встречались?       Лу отрицательно покачала головой.       — Нет, никогда.       Что-то царапнуло в голове Марка, но мимо проезжающий автомобиль ослепил его фарами и, резко закрыв глаза руками, он потерял мысль.       — Надо ехать на выставку, Иво уже, должно быть, там. И всё ему рассказать.       — Поняла, а по какому она адресу?       — Чёрт! — Жонсьер тихо выругался себе под нос, но Лу услышала. — Сейчас позвоню секретарю, узнаю.       — Вы не знаете, где у вашей жены проходит выставка? — всё-таки задала постыдный вопрос Рид.       — Не знаю, не до того как-то было, знаете ли. Покушение, неожиданная любовница, предательство жены...       — Я не ваша любовница!       — Да твою ж мать! — Марк с силой долбанул несколько раз по впереди стоявшему креслу.       Рид ошалело распахнула свои серые глаза.       — Простите, не вам. Телефон забыл. Дайте свой.       Лу молча проглотила обиду, видимо, догадывалась, что настроение Жонсьера было и так где-то на грани. Протянула ему телефон. Тот быстро набрал номер Инквизиции.       — Алло. Марк Жонсьер, соедините с моим секретарём. Да.       Несколько секунд тишины снова прервались отдельными репликами Марка:       — Энио, мне нужен адрес, по которому проходит выставка Летиции сегодня. Да, спасибо. Не знаешь, Иво Мартен давно туда поехал? Хорошо, спасибо.       — Едем, Рид.       Марк продиктовал нужный адрес и задумчиво уставился на солнце, склонившееся почти к самой земле. Ещё желтое в середине, но красное по краям, оно создавало ощущение того, что вокруг него расползаются всполохи огня. Или крови.       На душе было ощущение страха, тревоги. Интуитивно ощущалось, что что-то не так. Рид, казалось, тоже это чувствовала. Губы поджаты, руки на руле напряжены. Ехидные шуточки не вылетают одна за одной.       Чувствуя потребность облегчить как-то её переживания, положил руку ей на плечо. Она тут же вздрогнула, будто от неожиданности.       — Всё будет хорошо, Рид.       Она глубоко выдохнула, но ничего не ответила.       Не успели они подъехать к нужному месту, как сразу стало понятно, что хорошо уже не будет. Они увидели, что движение было перекрыто. Гражданские машины, даже не доезжая до поста, разворачивались и уезжали в обратную сторону.       — Что за чёрт? — напряжённо спросила Рид.       — Хотел бы я сам знать.       Их машина всё ближе подкатывалась к блокпосту. Марк настороженно ожидал каких-то внезапных изменений. Не зря.       Дальше стояла пара джипов, развёрнутых поперёк дороги. Люди в форме Корпуса Содействия. Автоматы, бронежилеты, шлемы. Понимая, как Рид всё это страшно видеть, что ей это в новинку, он снова стиснул её плечо и, открывая дверь, сказал:       — Оставайтесь в машине, я разберусь.       К нему подошла пара силовиков с автоматами. Жонсьер степенно представился:       — Марк Жонсьер. Инквизиция. Что здесь происходит?       Силовики медленно переглянулись. Затем тот, что стоял около Жонсьера, резко выкрутил ему руки и приложил лицом к капоту машины, за рулём которой сидела Лу. Она тут же выскочила из неё.       — Рид! Стой!       Но к ней уже подскочил ещё один силовик и всадил блокатор в открытое место на шее.       — Что за хрень?       — Рид, не дёргайтесь. Вам вкололи блокатор. И как правильно спросила девушка, хотелось бы знать: что за хрень, любезные? — поинтересовался Жонсьер, всё еще находясь в неприглядной позе для инквизитора.       — Извините, месье Жонсьер, — видимо, на всякий случай извинился силовик. — У нас приказ.       За спиной Марка щёлкнули наручники. После этого разрешили выпрямиться. Марк, несмотря на то, что руки были прочно зафиксированы сзади, смотрел на всех сверху вниз:       — Чей приказ?       — Мой, — послышалось из-за спины одного их силовиков, и на свет вышел Гектор Баретти собственной персоной.       — И это значит?       — Вы арестованы, месье Жонсьер. За покушение на Приора Инквизиции Иво Мартена.       Марк моментально застыл.       Гектор смотрел на старого друга будто испытующе, но что мог сказать ему Жонсьер? Мысли неслись, пытаясь разобраться в ситуации. Но прежде:       — Он жив?       — Не твоими молитвами.       Гектор махнул силовикам:       — Обоих в Инквизицию, на разных машинах. Там их определят, куда следует.