8. Не крутой.

_две недели спустя_ пов: Саша. Утро сегодня началось просто отвратительно. На улице хлестал дождь и долбила гроза, так выспаться мне никто не дал. Жена же в свою очередь на это не обращала никакого внимания и спокойно дрыхла рядом, вытолкнув меня на край. В доме было холодно, отопление еще не включили и пришлось одеть флиску. На выходе из комнаты я споткнулся об злосчастного кота и чуть не полетел со второго этажа. Закончилась зубная паста и я чистил зубы мылом. В душе меня продристало холодной водой так как горячу отключили еще вчера и я забыл об этом. Кофемашина сломалась и пришлось разводить растворимый кофе, но оказалось, что нет молока. Утро без кофе для меня не утро, так что как только я уже приготовился сделать глоток этого ссанья, я въебываюсь головой в приоткрытую дверцу шкафа, роняю кружку и хватаюсь за лоб. Стекло разлетается по всей кухне, лужа затекает под холодильник, я бегу к выходу, но подскальзнувшись, благополучно падаю в нее жопой. Одной рукой глажу рубашку, другой держу лед на лбу. Потом вспоминаю что не выключил духовку, все бросаю и бегу опять на кухню. Завтрак сгорел, возвращаюсь - рубашка тоже. Штож, значит без рубашки обойдусь. Черные джинсы, красный свитшот, конверсы. Иду будить сына и собирать вещи на работу - кучу проверенных мной ночью школьных тетрадей, набор гелевых ручек разных цветов, сменные кеды, ноутбук, новые распечатанные тесты, ежедневник, классный журнал, пропуск. Вещи собраны и аккуратно сложены в пороге, чтобы не забыть. Тороплю сына, ругаю что оделся не по школьному, выдаю подзатыльник и отправляю переодеваться. Смотрю на часы - опаздываем. Забегаю в спальню, чтобы подарить жене поцелуй и покидаю с ребенком квартиру. На дороге пробки восемь баллов, до урока восемь минут. - Пап, что со лбом? - Интересуется Димка с заднего сиденья. Я смотрю в зеркало и наблюдаю огромную красную шишку. - Блять, ударился. С его стороны слышен тихий смешок, я не поленился обернуться на него и наградить грозным взглядом. Двигались мы очень медленно, и на место прибыли полностью опоздав на первый урок. Сына я высадил у главного входа, сам же припарковавшись на стоянке школы, зашел с заднего. Я бежал по лестнице как нашкодивший школьник, перепрыгивая через две ступеньки, как меня остановил резкий голос. Хотелось быстренько пробежать в свой кабинет, чтобы не встретить никого из начальства, но не тут то было. - Волков! А-ну стоять! Останавливаюсь, как вкопанный и на пятках нехотя поворачиваюсь назад, натягивая глупую улыбку. - О, Сергей Викторович, здравствуйте! Какая встреча. Директор скрестил руки на груди. - Саша, ты опять опоздал. - Говорит он строго. - Знаю, простите. - Отвечаю я, склонив голову. Директор тяжело вздыхает. - Саш, ты в детстве таким паинькой был, это скорее всего потому что отец твой тогда директором был и приходил всегда во время, и уроки делал и оценки хорошие, радость одна. Я тогда русский язык вел, помнишь? - Помню. - Знаешь, Саш. Хотел сюрприз сделать, но раз такая ситуация, скажу сейчас. Он выдержал театральную паузу и продолжил: - С папкой то я смотрю ты связь совсем не поддерживаешь, да? Но ничего, ты слышал, что он опять директором этой школы будет? Со следующей недели, а я опять приступлю к обязанностям учителя русского языка у пятых классов. Вот хоть увидитесь, соскучился небось? - Чт..то? Кто вам это сказал? - Свои связи, Саш, свои. Так что и порядок в школе скоро вернется и опаздывать все перестанут. Я совсем не гожусь для роли директора, уж слишком слабохарактерный. Твой отец другое дело, да? Я кажется впервые за десять лет испытал такой зверский страх полностью сковавший меня. На глаза выступили слезы и я отвернулся, чтобы не показать слабости. - Это единственный способ наладить дисциплину, Саш. Я правда старался, но не вышло видишь же. Не обижайся, но тебе нужен наставник и это не я. - Мне не нужен никакой наставник! Я уже взрослый человек! - Закричал я, не оборачиваясь. - Какой же ты взрослый, Саша. Взрослые люди умеют сдерживать свои эмоции, а ты разве умеешь? -Умею. - Развернись ко мне, Волков. Директор подошел ближе ко мне. - Сейчас же, Волков! После моего неподчинения, он сам берет и разворачивает меня к себе. Вглядывается в мое лицо и вытирает большим пальцем слезинку. - А говоришь взрослый. - Он улыбается. - Если даже тебе двадцать восемь, это не значит, что ты уже взрослый. Мне жаль тебя, недолюбленный ребенок.