Часть 21

Вода повсюду. Она проникает в мой рот, нос, уши. Тяжело открыв глаза в слабой щели, я будто вижу как мимо меня проплывает большая чёрная точка. Мне кажется что это акула, поэтому я из-за страха начинаю барахтаться, пытаясь всплыть. В глазах темнеет, от недостатки воздуха, а в легких я чувствую адское жжение, готовое убить меня. Я вижу свет вверху, от солнца. Мой свет в конце тунеля, до которого я не доплыву, потому что гребя вверх я будто только глубже ухожу под воду. Протянув руку вверх, я почти чувствую как кончики моих пальцев выходят за поверхность воды. Но меня дыстро тянет назад, обратно в самую пучину вод, потому что и этот свет закрывает черная тень, которая кажется движется прямо на меня. Перед тем как закрыть глаза, я вижу родные черты. Ты просто идиот. Спаси меня. спаси нашего малыша. Прошу.

***

Яркий свет солнца ослепляет меня. Слабо приоткрыв глаза, мои губы двигаются в шепоте, который не слышу даже я сама. Рядом мелькают тени, а после, вода поступает к моим губам и я жадно глотаю её. Зрение проявляется спустя пару минут и я вижу своего любимого мужа. Он смотрит на меня с паникой и тревогой, гладя по руке. По потолку можно предположить что я лежу в лазарете Крепости Меропид. Рядом я вижу старшую медсестру, которая тоже тревожно осматривает меня. —Маленькая госпожа, как ты?— Тихо спрашивает муж. Взгляд снова переводится на него и я тихо шепчу.— Что произошло? Я ничего не помню. Ризли гладит меня по щеке, взгляд его полон грусти. Он хочет что-то сказать но молчит, а Сиджвин тем временем вздыхает и что-то записывает себе на листок. — Твой организм очень слаб. Могу предположить что ты не ела несколько дней и не пила. Это очень плохо. Сейчас тебе нужно пить больше воды и сбалансированно питаться. И ещё...— Она замолкает и выразительно смотрит на меня, я же понимаю что она хочет сказать и качаю головой. —Можно мы поговорим наедине? — Мелюзина переводит взгляд на герцога и после того как он соглашается, она быстро разворачивается и выходит из лазарета. Рядом со входом мое зрение улавливает слабую синюю точку, которая тут же исчезает, стоит старшей медсестре выйти из больничного крыла. Голова болит, но могз упрямо подкидывает события тех дней, которые я пережила. Похищение, нападение, убийство человека, голодание и то как родной отец сбросил меня с обрыва. Мою руку крепче сжимает большая мололистая ладонь и я прикусываю губу. Долго молчать не выходит и мне приходится рассказать Ризу что я пережила за три дня. Он хмурится и после моего его прорывает на неостановочный поток бранных слов. Но через время он конечно же успокаивается. А я сижу. Сижу и не знаю как рассказать ему о ребенке, которого мы должны вырастить вместе. Хотя нет, это было глупо сказано. Дети же не заказники или ягоды чтобы их выращивать. Но все равно, даже когда я глубоко вздыхаю и поднимаю на него взгляд, то сжимаю в руках одеяло. —Риз... Я беременна. Он настороженно смотрит на меня, замерев на мгновение. Его глаза снова осматривают меня всю. Наконец он берёт мои руки в свои и тихо шепчет. —Как давно?— Я мешкаю с ответом, потому что сама не помню точную дату. Но в итоге пожимаю плечами. — Я не уверена. Я узнала в день когда меня похитили. Может Сиджвин сможет определить такое? Он качает головой и улыбается, а потом наклоняется и утыкается лбом в мое плечо, тихо вздохнув, муж целует оголеный участок моей кожи и шепчет. — Больше не шагу без меня, слышишь? И тебе нужен теперь хороший воздух. Этот сносный, но ты теперь беременна. Тебе нужно много свежего воздуха.— Я улыбаюсь и качаю головой, поглаживая его свободной рукой по спине. — Ты противоречишь сам себе, ты в курсе? Без тебя не выходить, но при этом мне нужен свежий воздух и при этом ты работаешь более-менее достаточно много. Мой муж снова вздыхает и отпускает мои руки, только для того чтобы положить одну руку на мой живот, а другой обнять меня за талию. —Может быть, но будь я проклят Архонтами, я больше не доверю тебя одному Доминику. Этот идиот явно не справляется со своими обязательностями. Теперь с тобой будет ходить Пьерро. Ему я доверяю чуть больше. Хоть он и мой помощник, но когда-то точно так же как и Доминик был наемником, поэтому драться он умеет. Но в отличие от этой пустой синей головы, он навсегда завязал с этой работой и встал на пусть исправления и честной работы. Ага, а кто вообще здесь не умеет драться? Сиджвин? Хотя даже на счет неё у меня есть сомнения. Кажется что драться здесь умеют все. Но все же интерес об его отношениях с подчинёнными не оставлял меня никогда. —Сколько ты работаешь с Пьерро? Ризли задумавыется, задумчиво, слабо стуча пальцем по животу. —Чуть больше пяти месяцев. Он появился в крепости сразу как работник, а не заключённый за два месяца до нашей свадьбы. Но очень быстро заслужил мое уважение и доверие своими способностями быстро принимать решения и вести хитрые махинации которые помогают мне быстрее управляться с делами. В особенности с бумагами. Я киваю головой, глядя на масленную лампу, которая горела на столе старшей медсестры. Так значит Пьерро умеет быстро принимать решения и хитер? Чтож... Это вполне хорошие качества для наёмника. Интересно, какой работой он занимался до того как пришёл работать в Крепость Меропид? Но думаю что Ризли бы не рассказал мне, или попросту не знает об этом.— а Доминик? Разве заключенным разрешено работать охранниками после освобождения из крепости? Ризли довольно улыбается, будто ждал когда же я это скажу и медленно кивает головой. — Верно. Обычно такое не позволяется. Но. Если на протяжении всего своего срока заключённый вёл себя хорошо, и не был замечен в уклонении от работы, кражам и дракам, а так же на него ни разу не приходили жалобы от охранны, то при желании такие заключённые после своего освобождения могут стать служителями Крепости Меропид. Весь наш разговор проходит ещё до того момента, пока не возвращается мелюзина. За ней маячат беспокойный Доминик который выглядит как провинившийся ребенок, и спокойный Пьерро. Первый пытается со мной поговорить и извиниться за то что не был рядом, а второй оттаскивает первого и рассказывает доклад о проишествиях на сегодняшний день. В общем все сводится к тому что Доминик идет куда-то в Тряпье и Кости, Ризли и Пьетро идут работать с делами крепости и со мной остаётся только Сиджвин и одна охранница. Я перекидываюсь с мелюзиной ещё парой фраз и после, укрывшись одеялом проваливаюсь в сон.

***

—У него точно кукушка не идет? Я оглядываю свою комнату в которой теперь все было обклеено мягкими углами под смех Дома. На все углы были приклеены какие-то мягкие вещи, как я понимаю чтобы я не билась об них. Но это еще не все. В ванной нас с Домиником ждал еще один сюрприз. Все мои шампуни, гели для душа и маски для волос были заменены на какие-то другие с "безопасным" составом. Парень хватается за живот громко хохоча. А я даже не знаю как реагировать на такие перемены в моем муже. Новость о беременности будто сорвала ему катушку и на протяжении всей недели что я лежала в лазарете он носился вокруг меня будто курица с яйцом. По словам моего друга теперь все охранники в Крепости были увледомлены что я в положении и проинструктированы что теперь все должны помогать мне даже в самых простых вещах, такие как перенос подноса в столовой или прочая ерунда. Смеялись мы до момента, пока все это не дошло до какого абсурда. В общем Ризли действительно теперь как няня. Местами это напрягает, но никто не возмущается, потому что все понимают что в наших реалиях опасность может быть действительно везде. Начиная от безумного отца который может быть буквально везде, заканчивая тем что в крепости могут быть его шпионы. Тренировки мы с Домиником не прекращаем, хотя теперь он действует аккуратнее, не так быстро и резко, и не кидает на маты. К нам изредка присоединяется Пьерро. На время тренировок он выглядит по другому. Если в рабочее время он носит форму стражников Крепости Меропид, кроме берета. Он его не носит, потому что говорит что его стирать трудно, а когда он грязный то волосы быстро загрязняются. А во время тренировок надевает штаны карго и рубашку, закатив рукава. И волосы собирает в пучок на затылке. Они у него не особо короткие, но и длинными их назвать нельзя. Не пересекая линию плеч, он их постоянно оставляет распущенными и соглашусь, это выглядит красиво. Особенно вкупе с его раскосыми глазами. Хотя не только меня это удивляло, но и всех вообще. Сам Пьерро рассказывал что его родители оба из Инадзумы, и по рассказам его матери жили в традиционной семье. Но отец его был тираном, который бил его мать и младшую сестру. Поэтому его мать сбежала от него их Инадзумы в Фонтейн, забрав детей с собой. Они поменяли имена и фамилии и стали жить новой жизнью без тирании в семье. Хотя Пьерро мог спокойно это рассказывать, но своего имени из Инадзумы он не говорит и упорно молчит. Поэтому мы особо на него не давим. И вот сейчас мы снова вернулись на тренировку. Меня отбрасывает в сторону и я встаю снова на ноги, сжимая в руках деревянный кунаи. Немного тошнит, но в целом ничего, токсикоз у меня не сильный. Доминик наступает с левой стороны и я ухожу в право блокируя его удар рукой. Парень бьет меня другой рукой в которой зажат маленький тоже деревянный кинжал. Я снова блокирую его удары и отступаю назад. Силы уже начали заканчиваеться, поэтому подняв руки, я иду к Пьерро который стоит с полотенцем и водой. —Ты как?— Он осматривает меня и слабо улыбнувшись, я поднимаю палец вверх. — Лучше всех, больше не скажу.— Мое дыхание тяжёлое и Доминик спускается следом за мной с ринга. Он вытирает пот со лба и шеи. А после снимает рубашку, не обращая внимания на недоволое ворчание Пьерро. —Здесь Герцогиня, а ты оголяешься будто младенец в ванной. Синеволосый ухмыляется и поворачивается ко мне. — Золотце, знай, я не нудист, но тела своего не стесняюсь. Тут все естественно. А если вам не комфортно что я снял рубашку вы двое можете тоже снять рубашки. Клянусь, я не буду краснеть. — Брюнет закатывает глаза и обливает его водой из бутылки, а я громко смеюсь. Но кажется вода на Дома действует лучше. Теперь он стоит мокрый, и пытается флиртовать с нами, сжимая руки вместе и напрягая их, показывая свои бицепсы. Мы с Пьерро громко смеёмся, пока над друг ведёт себя как клоун, но мои глаза улавливает то, как покраснели уши брюнета, смотря на Доминика. Наше веселье прерывает лёд, который ползет по телу Доминика, замораживая воду на нём. Тот вскрикивает и кричит что-то о том что его бедные соски замерли, а сверху раздаётся веселый голос. — Раз уж тебе так жарко что ты готов раздеться, то предлагаю тебе всегда прохладную рубашку. Изо льда. Ризли спускается по ступеням к нам вниз и ухмыляется, смотря на него. — Начальник, уберите это. Клянусь, я надену рубашку!— Дом выглядит как испуганный ребенок и мы все в троем снова смеемся. — Ладно, но если я снова увижу как ты кадришь мою жену будешь ходить во льду пока он не расстает.— Риз щелкает пальцами, и весь лёд пропадает. Он подходит ко мне и целует в щеку, как и Доминик не стесняясь ничего. — Как ты? Может хочешь есть?— Я ловлю взгляд голубых глаз и качаю головой. — Все нормально, есть... Да, стоит перекусить. Ребята что думаете? Пьерро и Доминик согласно кивают головой и начинают собираться. Мы тратим ещё некоторое время чтобы убрать с бойцовского ринга маты и отнести их в кладовую, а после поднимаемся в столовую. Нам приносят обед и когда я открываю свой то тут же отворачиваюсь. Там лежит рыба и видя это Ризли вздыхает. Я ненавижу рыбу, причём настолько что с десяти лет её не ем, но это ещё все, во время того как интенсивнее начинает проявляться беременность меня начинает все больше и больше тошнить от разных запахов. И рыба стала одним из первых продуктов, от чего мой завтрак, обед и ужин могут оказаться смытым в унитаз. —Можно я обменяюсь с кем нибудь? Кто-то кто любит рыбу и у кого еда вкусно пахнет. — Я жалобно смотрю на ребят и на их лицах написано что все трое думают обо мне прямо сейчас. Но все равно, каждый двигает ко мне свой обед и я выбираю обед Ризли. Жареные ребра и мятая картошка, почти то, что прописал доктор. Медсестра. —А если серьезно, у кого-то есть догадки, где этот старик может быть?— Спрашивает нас Дом, когда мы приступаем к еде. Когда я упала с обрыва, то Риз первым делом побежал спасать меня, и мой отец удачно использовал ситуацию и скрылся в туман. Теперь мы не знаем где этот ублюдок, и как его искать. Но все равно, к нам недавно приходил Верховный Судья который выслушал меня и согласился с тем что объявит его как особо опасного преступника и запустит его розыск. Когда мы поймаем его он отправится, удивительно куда? Правильно, в крепость. А поскольку она автономна от законов Фонтейна, то в Крепости Меропид может внезапно появится новые, самые необычные правила который придумает управляющий крепости. —Он может быть где угодно, но я думаю что стоит наведаться домой и узнать о матери где он может быть. — Предлагаю я. И снова ловлю на себе три многоговорящих взгляда. Ну да, может быть это не лучшая идея идти в дом где вполне может быть человек который хочет меня убить. Но и он же не настолько глуп чтобы идти в свой дом после того как чуть не убил меня.

***

Мы стоим перед дверью в наш дом. Рядом со мной Ризли и Доминик. Хоть я и нервничаю, все равно мне немного не по себе. На плечо ложится сильная рука. — Не волнуйся, маленькая госпожа, все будет хорошо. Он наклоняется и целует меня в макушку. Глубоко вздохнув, я поворачиваюсь к нему. — Что если он там? Что если он снова попытается меня убить? Что если... Договорить мне не дают. Доминик, хлопает по спине и усмехается. — Если он там, мы его схватим и отдадим жандармам, а если он попытается тебя убить... Чтож, значит его жизнь, ему особо и не дорога.— Ризли поддерживая его, кивает головой. — Верно, мы не дадим ему снова сбежать. Не в этот раз. Если он там, он поплатится за все что сделал с тобой. — Ладно. Я вам верю, но есть еще. Вы ведь знаете что у меня нет глаза бога? Как думаете? Куда он мог его положить? Мужчины переглядываются и вскоре муж говорит. — Если твой глаз бога будет в этом доме, он сам среагирует на это, не волнуйся. Но я не понимаю почему он не среагировал тогда, в подвале.— Я пожимаю плечами, а Доминик задумчиво чешет затылок. —У меня есть догадка. Возможно он тогда вколол ей что-то, что много бы заблокировать их связь с глазом бога.— А ведь действительно, никто ведь не знает точно, что он мне ничего не вкалывал. Тем более пока я была там прошло три дня, наверняка к тому времени как я оказалась снова в Крепости Меропид все следы уже пропали. Я подхожу к двери и глубоко вздыхаю. Спереди меня стоит Ризли, загорождая меня собой, а сбоку стоит Дом, чтобы блокировать неожиданные удары. Мое сердце колотится с башенной скоростью и я сжимаю в руках юбку платья. — Архонты... Подняв руку, герцог аккуратно стучится в дверь три раза. И мы слишком быстрые шаги.