Часть 22

Мы видим за столом, выжидающе смотря на мать. Та тоже смотрит на нас с вызовом. На наши вопросы она отвечать отказывается, но и угрожать мы ей не можем. Все таки она моя мать. Пусть даже и немного лучше чем отец. Нервно осмотрев комнату я замечаю изменения. Столовые приборы сменены с золотых на серебряные. Служанок в доме больше нет. И обивка мебели теперь другая, ткань поменяли. Мой взгляд возвращается к матери. Я прекрасно понимаю что это лишь некоторые вещи, но все же неприятно осознавать что в доме, в котором я не была три месяца, многие вещи сменились на более дешевые. Долги? Или это из-за отца? —Мам. Ты в курсе что отец пытался со мной сделать? Где он? Где отец?— Тихо, но требовательно спрашиваю у неё. Её взгляд меняется и она сжимает в руках скатерть, а её взгляд мечется из стороны в сторону. — Я ничего не знаю. Уходите. Доминик хмурится и наклоняется к ней. Графиня Алисия, ваш муж пытался убить герцогиню. Такое карается законом и заключением Крепости Меропид. Вам лучше помочь нам поймать его, ведь пока он на свободе он представляет опасность не только ей, но и вам, Раму и многим людям. — Матушка вскакивает из-за стола. Её бледные, выцвевшие, рыжие волосы собраны в слабый пучок. Платье серое, старое, а на плечах накинута вязаная шаль. Её к зелёные глаза кажутся тусклыми при освещении свеч. Она отвернулась и схватилась за шаль. — Я сказала убирайтесь. Я ничего не знаю. Мы все переглядываемся. Я встаю со стола и сжав губы, опускаю взгляд на стол. Проходит пару секунд, прежде чем я поднимаю взгляд на неё и тихо говорю. — Мам, я беременна. Мы с Ризли скоро станем родителями. Неужели тебе настолько не жалко меня? Из-за чего? Почему ты с ним всегда, всю мою жизнь относились ко мне как к мусору? Как к разменной монете. Я что не заслуживаю вашей любви? Почему? Её глаза поворачиваются ко мне и мы встречаемся глазами. В комнате на несколько мгновений повисает молчание, прежде чем я делаю шаг к ней и шепчу. — Прошу... Я вижу, ты знаешь где он. Пожалуйста расскажи мне...— Она оказывается назад и испуганно кричит. — Нет! Я ничего не знаю! Уходи! Прошу тебя, уходи их этого дома!— Её слова режут будто нож по моему сердцу. Медленно делая сначала один надрез, потом второй, третий. Сделав шаг, я поворачиваюсь к Ризли. Тот уже встал из-за стола и притягивает меня к себе за плечи. Я жмусь к его груди, а в глазах стоят слезы. Муж целует меня в макушку и гладит по ней рукой.— Все хорошо, не нервничай. Пойдем от сюда. Видимо нам действительно сюда больше не стоит возвращаться. Развернувшись, он уводит меня из дома, а Доминик остаётся внутри. Я оборачиваюсь и смотрю на мужа. — А Дом?...— Он качает головой и успокаивающее гладит меня рукою по спине. — Он обыщет дом и посмотрит, нет ли там твоего глаза бога.— А, ясно. Только вот не понятно почему мы тогда вышли и оставили мать с ним наедине. Мы отходим ещё дальше, и через минут пятнадцать из дома выходит наемник. Он качает головой. — Твоего глаза бога там нет. Я осмотрел каждую комнату, но его действительно нет в этом доме. Возможно этот псих держит его с собой. Ризли задумчиво кивает головой, когда мы идем на остановку к аквабусу. — Возможно так и есть. Или, он спрятал его где-нибудь ещё.

***

Дилюк выглядит более-менее хорошо в его состоянии. Получив ранения и потеряв большое количество крови, он не оставил свои аристократичные манеры и когда я навещаю его в больничном крыле Меропида, он сначала просит рубашку, чтобы прикрыть своё тело, а уже потом соглашается говорить со мной. —Как ты? Я слышал что тебе тоже пришлось не сладко.— Его алые глаза придирчиво осматривают меня на раны. Но синяки и ссадины давно уже зажили и пропали. Чего не скажешь о нём. Рана на его груди, а так же пластырь на лбу, которые я увидела до того как он надел рубашку выглядели не до конца зажившими. — Я в норме, спасибо. Ты? Выглядишь бледным. Дернув щекой, мужчина отвёл взгляд к лампе которая тускло светила на столе Сиджвин. Та ушла на обед, а я поела раньше, поэтому удачно зашла сюда, что бы поболтать наедине. — Свет плохой. Я в норме. Что вообще происходит? Твой муж приходил ко мне один раз. Оглядел с ревностью, но промолчал, не желая говорить со мной или отвечать на мои вопросы.— Я вздыхаю. Ну да, конечно же Ризли бы приревновал меня к Дилюку. Не думаю что он забыл о том что я хотела с ним сбежать со свадьбы. Мои мысли прерываются когда аристократ касается моей руки. Я вздрагиваю и смотрю на него. Он смотрит в мои глаза внимательно, изучающе. А потом тянет к себе и я забираюсь к нему на кровать с ногами, сбрасывая обувь на пол. Сев рядом с ним, мы еще какое-то время смотрим друг на друга. Дилюк поднимает мою руку и целует её тыльную сторону. А потом каждый палец отдельно. Он ласково сжимает руку и снова поднимает взгляд на меня. — Я волновался за тебя, когда очнулся и увидел что ты лежишь на соседней кровати в синяках. Это все твой отец, да?— Кивнув головой, я устраиваюсь поудобнее и вздыхаю. Начав свой рассказ о том что произошло за те три дня, я попутно чувствую как он крепче сжимает мою руку, молчаливо предлагая свою поддержку. Когда мой рассказ заканчивается, он хмурится и наклоняется ко мне, его ладонь ложиться на мою щеку, большой палец гладит её и я слышу тихое. —Не волнуйся, мы со всем разберемся. Обещаю. Он заплатит за все. Надеюсь. В моих глазах всплывают воспоминания тех дней. Как я перерезала людям шеи. Как они умирали у меня в ногах, голод и жажду которую я испытала когда сидела в подвале. Как на третий день тела стали гнить, а запах разлагающегося тела от них я не забуду никогда. В моих глазах появляется слезы.— Я убила... Я убила человека. И не одного.— Дилюк кивает головой, и тянет меня на себя. Я обнимаю его, кладя голову на его плечо. Вскоре я начинаю полноценно плакать, пока мужчина обнимает меня, молча гладя по спине и голове. Он не говорит мне не слова, давая мне время чтобы я выплакалась. Когда поток моих слез заканчивается, Рангвиндр целует меня в макушку и шепчет. — Ты всё сделала правильно. Ты спасала себя. Или ты, или они. Ты не убийца. Ты жертва.— Я поднимаю взгляд к нему, глаза стали немного красными от слез и он пальцами вытирает мокрую дорожку. — Я знаю. Просто тяжело осознавать что я собственными руками лишила кого-то жизни. Это... Опустошающее чувство. И кровь на моих руках... Мне кажется она не смоется никогда с моих рук. —Может быть и так. Но ты и вправду молодец. Ты показала своему отцу что можешь защитить себя, что не боишься его. И теперь он будет осторожнее. Потому что ты больше не та наивная девочка которая только приехала в Фонтейн. Ты повзрослела, научилась сражаться и даже получила Глаз Бога.— Повзрослела. Это слово кажется мне таким далёким, потому что родители постоянно говорили мне что я всего-лишь ребенок. Что я не понимаю многих вещей в жизни и врядли вообще, ими когда-нибудь научусь. Сзади раздаются тяжёлые шаги по железным ступеням и обернувшись, я вижу Ризли, Доминика и Пьерро. Муж смотрит на Дилюка, который быстро убирает руки от меня и хмурится. Они втроем подходят к кровати мужчины и герцог скрещивает руки на груди. — Вижу тебе уже лучше. Значит, ты сможешь рассказать нам, что было там, в тот вечер. Мы слушаем. Дилюк кивает головой. Он смотрит как я надеваю свои балетки и встаю с кровати. Муж тут же обнимает меня за талию, притянув к себе. Рангвиндр недовольно сжимает губы, но вздохнув начинает.

***

Я прохожу мимо кустов. Скоро должна прийти Деви, поэтому я прислоняюсь к дереву и поднимаю взгляд к луне, которая предстала в форме полного круга. Прохладный ветер треплет волосы и я со вздохом закрываю глаза. Наверное это глупо. Так хвататься за уже замужнюю девушку, которая явно счастлива в своем браке. Но я просто не могу её отпустить. Сердце сжимается всякий раз, когда я представляю как руки герцога скользят по её телу, или как он шепчет ей нежные слова, украдкой целует в уголок губ или дарит подарки. Я бы хотел оказаться на его месте. Целовать её, баловать, гулять за руку. Иметь права называть её своей женой, своей женщиной. В кустах что-то шуршит, и я могу предположить что это белка, но нет. Врядли белка может заткнуть мне рот тряпкой намоченой чем-то. Я дергаюсь, а потом бью локтем своего неудавшегося обидчика в ребро. Обернувшись, вижу что он стоит весь в чёрном. Высокий, предположительно мужчина, скрывает лицо за маской, но через прорези глаз, даже при свете луны ясно видны зелёные глаза. Он откидывает тряпку в сторону и достаёт из-за пазухи кинжал. Нападает на меня, пытаясь ударить в горло. Я отступаю назад, и призываю своё оружие. Глаз бока на боку опасно блестит, когда я делаю ответный удар, поджигая меч. Он проходит рядом с его боком, но убийца оказался проворливым, наверняка хорошо умеет драться. Он быстро уворачивается от атаки, и спрятав кинжал, тоже достаёт одноручный меч. Мы скрещиваем мечи, и будто танцуем в смертоносном танце, где каждый пытается убить другого. Но удача видимо не была на моей стороне потому что пока он одной рукой не давал мне расслабиться своим мечом, второй рукой он снова достал кинжал и всадил мне в бок его, а после вынул и разрезал бок. Кровь хлынула из него, и я с болью застонал. Мужчина пнул меня ногой в живот и я упал на землю. Он снова ударил меня кинжалом, но уже в ногу и я закричал от боли. Кровь текла из моего бока, а теперь еще и из ноги. Незнакомец наклонился ко мне и схватив за волосы, ударил несколько раз головой о землю. Я не вижу, но по ощущениям, у меня был раскроен лоб или бровь. Я призвал глаз бога, огонь появился из неоткуда и вышел им моего меча в виде горящего феникса, который полетел в него. Мой неудавшийся убийца отскочил назад, а я тем временем собрал последние силы и встав с земли, развернулся и скрылся среди деревьев, уходя так быстро как только мог в своём состоянии. К моему великому счастью, он не погнался за мной. Я выбежал в озеру, в глазах все плыло и в висках пульсировало. — Бездна... Я огляделся. Этого придурка не было видно, но это не значит что он не прийдет за мной. Начав оседав на землю, я понял что скоро отключусь. От слишком сильного кровотечения, я потерял слишком много крови и потерял сознание, упав прямо около воды.

***

Ризли кивает головой и переводит взляд на Доминика, тот сжимает губы и пожимает плечами. — Так все и было. Мы с отрядом нашли его лежавшим на земле без создания, вокруг была лужа крови. Он был бледным, будто вот-вот откинет коньки. Как я уже говорил я как смог оказал ему первую помощь.— Так значит Дом спас Дилюка? Интересно, он не говорил мне этого. Я перевожу взгляд на Пьерро. Тот хмуро смотрит с Доминика на Дилюка и обратно, сжав в руках блокнот в котором он обычно записывал все дела. Слабая улыбка появляется на моем лице, когда я смотрю на этих двоих. Оказывается не только Ризли здесь ревнует. Хотя это необычно. Смотря на Пьерро по нему и не скажешь... Качнув головой, я поворачиваюсь к мужу. —Я устала, я хочу спать.— Доминик и Ризли поднимают бровь.— Спать? Сейчас же обед. Пьерро закатил глаза и аккуратно взял меня за запястье. — Будто вы не понимаете что она постоянно устает. Она ведь беременна, ей нужно больше отдыхать.— Я вижу как вздрагивает Дилюк, он смотрит на меня пару секунд, а после переводит взляд на мой живот и сжав в руках одеяло, закрывает глаза. Пьерро уводит меня из больничного крыла и провожает до спальни, а потом желает хорошо отдохнуть и уходит обратно. Я прохожу сначала в ванную комнату и принимаю теплую ванну, а после ложусь спать. Усталость сказывается на мне, и поэтому пролежав на кровати несколько минут, я уже заснула.

***

Я вижу отца который стоит перед матерью с ножом. Она лежит на полу со страхом смотря на него. На её щеке длинная рана от носа и до уха, из которой хлещет кровь. Взляд старика безумен. Он хохочет, и двигается на неё. Мама кричит от страха, забиваясь в угол. Задев ногой стол на котором стоит канделябр, стол трясется а сам канделябр падает и огонь с горящих свечей перекидывается на шторы. Здание загорается и вскоре весь дом охвачен огнём. Я слышу крики матери и ругань отца. Вижу как рушатся стены дома и скоре как он обваливается. Слышу последние крики отца и матери, прежде чем дом падает на них. Я слышу чужие голоса и крики. Свой крик и крик Рама. Вижу как он тушит с помощью гидро глаза бога горящую груду, которая когда-то была нашим домом. Домом которого больше нет. Ничего больше нет.

***

Я подскакиваю с кровати, зажимая себе рот, чтобы не закричать. В комнате темно, рядом спит Ризли, поэтому могу предположить что сейчас ночь. Встав с кровати я быстро собираюсь. Рубашка, штаны и кунаи на бедрах. Собрав волосы в высоких хвост и ещё как нащупав в темноте минетки, я быстро хватаю их и выхожу из комнаты. Уже поднимаясь вверх я надеваю их, а после иду в корпус охранников. Всю неделю здесь велись ремонтные работы и теперь почти у каждого охранника есть своя личная клмната, ну почти у всех. Некоторые все еще спят в общей комнате, но Ризли говорит что скоро сделают ещё комнаты. Комната Доминика я нахожу быстро, потому что уже была тамтам когда помогала ему раскладывать в ней вещи. За дверью раздаются тихие звуки. Я замираю, не решаясь мешать им, а потом вздохнув, тихо стучусь в дверь. Звуки тут же прекращаются, и через пару минут дверь мне открывает очень недовольный Доминик. Его рубашка была надета на изнанку, а шея покрыта в багровый точках. Он зло смотрит на меня и тихо шипит. — Золотце, ты время не попутала? Вали от сюда. Я занят. Вздохнув, я качаю головой и скрещиваю руки на груди.— Это срочно. Мне приснился сон где мать и отец в нашем доме умирают в пожаре.... Долго объяснять, просто пожалуйста! Пожалуйста... Мне нужно быть прямо сейчас дома с мамой...— Дом закатывает глаза и закрывает перед моим лицом дверь, а через пару минут снова открывает дверь и выходит в коридор уже собраный. Он проходит мимо меня молча, и вздохнув я тихо говорю. — Прости Пьерро, это срочно.— Развернувшись, я ухожу вслед за наёмником.