Пролог.

      Мэри Хэйл не была уверена в том, хочет ли она будить свою соседку по комнате.       Сейчас в её глазах ты выглядела ужасно и не смогла бы добиться презентабельного внешнего вида в течение следующих десяти минут, чтобы быть готовой к началу новой лекции. Твои волосы выглядели спутанно, на спящем лице было странное выражение, а мешки под глазами казались тёмными. Ты слабо сжимала в руках книгу в изумрудном переплёте, которая выдала, чем [Имя] [Фамилия] занималась всю ночь.       За это ты винила всех писателей, чьи романы были страстными, увлекательными и не давали тебе спать в весьма поздний час. Ночью в студенческом общежитии было весьма тихо. Было достаточно тихо, чтобы ты могла сфокусироваться, и достаточно темно, чтобы успешно скрывать яркий румянец на твоих щеках на тот случай, если твоя соседка по комнате проснётся. Однако она могла бы отчитать тебя за использование лампы и тогда настрой был бы испорчен, поэтому ты всегда приглушала свет.       Мэри Хэйл закатила глаза и решила оставить тебя в покое. В любом случае, она не так хорошо тебя знает, чтобы заботиться настолько сильно, даже если вы делите комнату уже полгода. Девушка тратила часы за пределами общежития, чтобы совершенствовать свои навыки в кокетстве, а ты... что ж, она догадывается, что ты много читаешь и не возражаешь, чтобы показаться на лекции без подготовки.       Девушка не могла быть такой беспечной по отношению к собственному внешнему виду в отличие от тебя, поэтому она не планировала тратить ещё больше времени на книги. Мэри Хэйл найдёт обеспеченного любовника и больше не будет шевелить даже пальцем, чтобы работать. Она позволит себе утонуть в бесчисленных комплиментах и будет обожаема мужчиной всей её жизни. Это мечта, которой девушка себя посвятила.       Она покинула комнату, едва ли не хлопнув дверью.       Мэри не намерена опаздывать на эту лекцию. Математика не была настолько важной, как юный профессор, который был особым кандидатом на роль её любовника. Мысль о запретных, в некотором роде непристойных отношениях заставила девушку весело ухмыльнуться.       Хах. Она удивлена, что такого рода вещи не дают тебе уснуть, пусть они и были только на бумаге.