Часть 1

— Да, Матвейка, — с усмешкой протянул писклявый голосок.- Не по-христиански как-то получается. Пообещал и не принес. — Я принесу, правда. Завтра обязательно принесу.- крепкая рука на плече сжалась сильнее. Сердце пропустило удар, когда чужие холодные пальцы обхватили подбородок. Матвей поежился, в зелёных омутах напротив плескались озорные искорки. — Что помешало тебе принести их сегодня? — явно наслаждаясь моментом, мелодично прошептал хулиган. — Юр, моя бабушка, она увидела, что я беру деньги, и.. Матвей не успел договорить, его перебило тихое хихиканье. Румянец выступил на бледных щеках и, чувствуя себя ещё хуже прежнего, паренёк опустил голову вниз, стараясь сдержать рвущиеся наружу слёзы. — Прости-прости, как я мог забыть. Ты же у нас придурок, который даже деньги нормально стырить не может. Юра зарылся в мягкие каштановые волосы Матвея, обманчиво ласково поглаживая локоны. — Но ты ведь понимаешь, что просто так мы не можем простить тебе этого, верно? Он оставил его голову в покое, отходя на несколько шагов назад, и потянулся за сигаретами в заднем кармане стареньких джинс, рассматривая ссутулившуюся фигуру одноклассника. — Приподайте ему небольшой урок, ребята, только побыстрее, я не хочу задерживаться здесь слишком надолго, — произнёс он, обращаясь к двум высоким мальчишкам рядом, и закурил сигарету, вальяжно облокачиваясь на кирпичную стену. — Сейчас повеселимся, — издевательски промолвил Антон. — Дело говоришь, — подхватил Дима и, не долго думая, повалил Матвея на землю. Ударившись затылком об лёд, парень скривился на миг, в ушах зазвенело, но тяжёлый отрезвляющий кулак быстро привел его в чувства. Матвей встрепенулся, пытаясь прикрыться, но Антон ловко подхватил его руки сзади. Неприятный металлический привкус появился во рту, а с ним и осознание того, что сегодня он может остаться без зубов. В этот же момент Юра взмахнул рукой, призывая остановиться, и бросил сигарету в снег, медленно опускаясь на корточки. — Думаю, мы друг друга поняли, правда? — Я принесу, честное слово, — прокряхтел мальчишка, шмыгая носом. Юра не выносил отказов, как уже понял Матвей, ещё больше он не выносил невыполненных обещаний. — Славненько! — Юра издевательски похлопал парня по щеке и поднялся на ноги, медленно уходя прочь. Антон с Димой ухмыльнулись, разглядывая помятого Матвея, и, помахав ему на прощание, поспешили скрыться. Подул ветер, небольшие снежинки медленно завертелись в воздухе. Паренёк перекатился на бок, облокачиваясь на мусорный ящик, и осторожно пощупал пальцами разбитую губу. К его огромной радости, все зубы остались на месте. — Даа, не хило они тебя — послышалось поблизости. Мальчишка лет семнадцати завернул за угол, подходя ближе. Он остановился рядом и опустился на землю. Матвей вздрогнул, внимательно рассматривая незнакомца. Глаза сразу зацепились за чересчур белые волосы, наверняка осветлённые и ярко-голубые глаза, скрытые под линзами очков. На смену минутному удивлению пришёл нешуточный гнев. — Чего тебе?! — вспылил он, вскакивая на ноги. Голова закружилась из-за резкого подъёма, заставляя всё вокруг поплыть, но он тут же прикрыл глаза, постепенно приходя в себя.- Если видел всё, почему не позвал никого?! — недовольно буркнул парень, потирая виски. — Не стоит вставать так резко, — улыбнулся незнакомец, поднимаясь следом. — Ты что, мать Тереза?! — проворчал Матвей, вытаскивая пачку сигарет из кармана куртки. — Нет, я Рома, а тебя как зовут? — улыбнулся он, рассматривая как клубы белого дыма медленно поднимались ввысь. — Ром, тебе чё нужно?— чуть ли не прорычал Матвей. — Мне нужна сигарета. Можно? — через несколько секунд молчания вновь заговорил мальчишка. Матвей удивленно вскинул брови вверх, затушив бычок о мусорный бак. — Ты очень приставучий, да? — недовольно, но уже более спокойно промолвил парень. Рома хихикнул, скрещивая руки за спиной. — Все мои знакомые говорят так удивительно, правда? — Ты курил раньше? — поинтересовался Матвей, протягивая сигарету в одной руке и зажигалку в другой. — До этого момента ещё не пробовал, — спокойно произнёс Рома. — Может тогда не стоит? Я тебя не отговариваю, но первый раз у всех и всегда одинаковый. Не думаю, что тебе понравится. — Если не попробую, никогда этого не узнаю, — решительно заявил чужой голос, на что Матвей лишь пожал плечами. Рома зажал сигарету между губ, поджёг её и, затянувшись, вмиг покраснел, заливаясь хриплым кашлем. Он скрутился пополам, оседая на землю. Сигарета благополучно, выпала из рук а Матвей, сдерживая смех, присел рядом. — Нормально? Голова не кружится? — спросил он, придерживая Рому за плечи. — Я думал, будет хуже. Мне даже понравилось, — прокряхтел парень, явно приукрашивая действительность. — Неужели? Может, тогда ещё одну? — хитро сощурился Матвей, и Рома вновь залился кашлем. — Думаю, воздержусь, пока..- улыбнулся он. Погода ухудшалась, но никакого желания возвращаться домой не было. Там ждала разгневанная бабушка и новая головная боль, а здесь, не смотря на усиливающийся снег, было спокойно. Рома помялся на месте несколько секунд и, неловко почесав затылок, неуверенно начал. — Я могу узнать, за что ты так отхватил? — Зачем тебе это? Ты должен понимать, что из-за общения со мной они могут начать приставать и к тебе.- тяжело выдохнул Матвей, не желая впутывать в свои проблемы постороннего человека. Шайка Юры Жолудева, мягко говоря, недолюбливала его, и все, кто каким-то образом был связан с ним, автоматически становились новыми жертвами издевательств. — Просто ответь на мой вопрос, ты слишком загоняешь себя, — серьезно произнёс Рома, постукивая указательным пальцам по лбу Матвея. — Отвали! — воскликнул парень, уворачиваясь. — Ну, хорош ломаться! Может, я смогу помочь тебе. Матвей удивлено уставился на него, заливаясь смехом. — Ты серьёзно? Знаешь, помощь мне была нужна, когда меня били, а сейчас.. Навряд ли ты что-то сможешь сделать. — Я слышал, как один из них сказал, будто бы ты что-то не принес. Что именно? — Рома прижал ноги к груди, зарываясь лицом в колени. Матвей тяжело вздохнул, руки вновь потянулись к сигаретам. — Деньги, — на выдохе прошептал парень.- Я должен был принести им деньги, но бабушка спалила, что я беру их из её кошелька. Чёрт, она так заистерила, что я уже весь день шатаюсь по улице. — Если не секрет, сколько ты должен был принести? — Пятихатку, — прошептал Матвей, прикрывая глаза. Через несколько минут он почувствовал непонятное копошение рядом и повернулся к источнику звука. — Держи, — улыбнулся Рома, протягивая слегка помятую купюру в пятьсот рублей. Матвей удивлено уставился на деньги, приоткрыв рот от изумления. — Я..я не возьму, — покачал головой он. — Да брось ты, бери и не парься. — Но ты даже не знаешь моего имени, — до сих пор не веря в происходящее, промямлил парень. — Тогда просто скажи мне его. Как тебя зовут? — небольшая улыбка мелькала на бледных губах напротив, и Матвей, сам того не замечая, тихо представился. — Рад был познакомиться с тобой, Матвей. Надеюсь, мы ещё встретимся, — Рома быстро закрепил знакомство рукопожатием, оставляя в правой руке деньги, и поднялся на ноги, помахав на прощание. ••• — Где ты был? В середине коридора стояла бабушка, её короткие чёрные волосы были завязаны в небольшой хвост, а всегда идеально выглаженная белая ночнушка плотно прилегала, выставляя напоказ толстый живот. Она скрестила руки на груди, рассматривая Матвея. Парень спокойно прошёл на кухню, достал из ящика кружку, заваривая себе чай. — Я гулял, бабушка. Женщина облизала сухие потрескавшиеся губы, расплываясь в широкой ухмылке. — Неужели? Посмотрите-ка на него! Гулял он! — закричала она, подбегая к заполненной посудой раковине.- Дома бардак! Посуда не мыта, снег не вычищен. Всё это должна делать я?! Выполнять все эти дела, чтобы окончательно загнуться?! Парень закатил глаза, он отпил немного чая, стараясь успокоить бешено забившиеся сердце. — Ты, мелкий крысёныш, всё ждёшь, чтобы я поскорее сдохла, не так ли? В тебе нет ни капли жалости, — сквозь зубы прошипела женщина, хватая в руки тарелку. Дыхание перехватило, когда в тот же миг послышался звук разбитого стекла. Осколки разлетелись по всей кухне. Маленькие и небольшие кусочки некогда целой посудины приковали внимание. Пальцы намертво вцепились в кружку, кожу жгло из-за кипятка внутри, но Матвей почти не чувствовал этого. Дряхлые морщинистые руки опустились на стол, и старушка с силой схватила чужой подбородок. — Больше ты ничего от меня не получишь, понял? Я не дам тебе ни монеты. Таким подонкам, как ты, следует отрубать руки, — прошептала она. В потускневших серых глазах читалось презрение.- Завтра же пойдёшь со мной в церковь. Тебе нужно покаяться.