Над водой

Солнце уже опускалось за горизонт, окрашивая небо в багрово-оранжевые тона, когда оба выскочили из бара. Воздух разрывали крики людей, охваченных ужасом. Горожане, словно испуганное стадо, бежали подальше от входа в город. Кали, не теряя ни секунды, рванула сквозь обезумевшую толпу, прокладывая путь локтями. Хисока двинулся следом. Наконец, оба вырвались из людского водоворота и оказались за пределами города. Над горизонтом поднимались столбы густого дыма — именно оттуда и бежали люди. Это было маленькое поселение, формально принадлежащее городу, но находившееся за его чертой. Не раздумывая, Кали трансформировалась. Её фигура на миг окуталась голубоватой дымкой, и за спиной раскрылись небольшие крылья. Она стремглав взмыла в воздух и направилась к песту бедствия. Хисока остановился на мгновение наблюдая за её полётом. В следующую секунду он бросился следом. Его ноги едва касались земли, но Кали уже скрылась из виду. Когда он добрался до места, воздух был тяжёлым от гари. Хижины, покрытые копотью, стояли обугленные в лужах воды, будто их только что потушили. Между домами тянулись тёмные лужи. — Феечка уже успела поработать? — выдохнул он, шагая между развалинами. Он шагал между разрушенными постройками, взглядом выискивая Кали. Пройдя дальше, он вышел к обрыву. Внизу расстилался океан — отражавший закатное солнце… и кое-что ещё. Хисока поднял голову. Янтарные глаза сузились — высоко над водой шло сражение. Кали, в своем голубом костюме с крыльями, сражалась с целой стаей гигантских мутантов-москитов. Громадные крылья насекомых издавали жужжание, а из подобия ртов вырывались вспышки огня. Его взгляд скользил за каждым движением девушки, изучал как она уклонилась и атаковала монстров. Его губы растянулись в довольной улыбке. — Я уже было подумал, что пропущу самое интересное… — пробормотал он, склонив голову чуть набок. Москиты сомкнулись вокруг неё плотным кольцом. Кали оказалась в ловушке. Хисока, стоя у края обрыва, усмехнулся. — Ну же, птенчик… покажи, на что ты способна. Кали резко подняла руки — от них вырвался мощный поток. Водяная вспышка прорезала небо, сметая всё на своём пути. Гул оборвался. Тела москитов падали в море с хлопками, как дождь. Вода поглощала их без следа. Однако сама девушка тоже похоже была на пределе. Кали зависла в воздухе — крылья затрепетали. Голубой свет, что окутывал её, стал тускнеть. Похоже после такого, её энергия достигла пика, и теперь она должна была отключиться, чтобы восстановиться. Если не разобьётся о поверхность воды, то неумение плавать точно станет фатальным. Может захлебнется, не успев прийти в себя, или очнется уже на дне океана. Как Хисока и рассчитал, тело девушки действительно обмякло, и крылья окончательно перестали совершать взмахи. Безвольно, как сломанная кукла, она теперь стремительно летела вниз к поверхности моря. Хисока хладнокровно рассуждал: Когда она перевоплотится обратно? Нужно ли для этого пребывать в сознании? Может ли она умереть, так и не трансформировавшись?И главный: Достойна ли она спасения? От самой формулировки стало приятно. Этот момент был почти упоительным: власть над ситуацией, возможность решать, жить ли кому-то или умирать. — Фея воды, утонувшая в собственной стихии… — пробормотал он, губы тронула усмешка. Он сузил глаза, следя, как тело Кали ударилось о воду с глухим всплеском и исчезло под пеной. Поверхность быстро успокоилась, оставив лишь слабое колыхание. Его глаза сузились наблюдая как тело девушки уже ударилось о поверхность с громким хламом и тут же исчезало под толщей воды. Место падения покрылось пеной. Хисока уже развернулся. Он решил не вмешиваться: зрелище исчерпало себя. Он уже продумал, как преподнесёт её гибель другим: сдержанная печаль, намёк на сожаление — всё выглядело бы вполне убедительно, будто он случайно оказался свидетелем момента, когда спасти ее уже было невозможно. Однако тут же воспоминание поразило его, как удар молнии. На мгновение мир, казалось, застыл. Вдруг перед глазами вспыхнули изумрудные глаза. Что-то знакомое - похожее на ключ к давно забытому замку его сознания. Чувство дежавю нахлынуло на него, вызвав целый водоворот эмоций. — Чёрт... — тихо выдохнул он. Он сам не понимал, что именно заставило его передумать, но он бросился с обрыва с неестественной скоростью. Его золотистые глаза горели, когда он вошел в воду. Мысли путались. В голове были только образы и что-то невероятно важное и ускользающее. Эти зеленые глаза — они принадлежали кому-то из его прошлого, кому-то "важному", но воспоминание, будто так и оставалось недосягаемым. Где... где же он видел их раньше? Это было уже не просто любопытство — а было что-то личное. Он не позволит ей ускользнуть, пока не получит ответы. Его мышцы работали слаженно, пробиваясь сквозь толщу воды. Хисока наконец различил в воде силуэт, девушка медленно погружалась всё глубже и эластичная нить метнулась к телу, обхватив ее. Он тут же подтянул её к себе и заключил в железную хватку. Когда он вновь достиг поверхности, то подтянул к себе девушку и обхватил ее безвольное тело. Ее глаза были закрыты, и она никак не отреагировала оказавшись снова над водой. — Ещё немного, птенчик, — пробормотал он, устремляясь к берегу. Он плыл стремительно, прижимая тело девушки одной рукой и гребя другой. Добравшись до берега он положил девушку на песок. Хисока нагнулся над ней, проверяя дыхание. Оно было слабым, едва различимым. Он помедлил, а затем начал осторожно надавливать на её грудную клетку, выкачивая воду из лёгких. Его руки двигались, чтобы не сломать ребра. Девушка вдруг резко распахнула глаза и закашлялась, судорожно выплёвывая воду. Её тело выгнулось. Хисока сделал шаг назад, наблюдая, как она, дрожа, хватала ртом воздух. Мокрые пряди прилипли к лицу, а плечи подрагивали от холода. — Где… я… где… — голос Кали был едва слышен, слова путались. — Ты в безопасности, — произнёс он спокойно, однако странное чувство похожее на беспокойство нарастало. Она тут же упала обратно на песок, ее голос зазвучал отстраненно, а глаза были устремлены в невидимое пространство сквозь него: — Папа… я… уже… иду… я скоро… присоединюсь… — Ты пока ни к кому не присоединишься, милая, — пробормотал он, и в тот же миг подхватил её на руки. Он мчался к городу, чувствуя, как под ногами хлещет грязь, а вечерний воздух режет лёгкие. Главное — добраться до Леорио. В какой-то момент дыхание Кали стало неглубоким, сбивчивым… а потом стихло. Хисока ощутил, как её тело обмякло. Руки сами собой сильнее сжались вокруг неё, словно пытаясь вернуть ей жизнь, и дыхание. Его золотистые глаза не отрывались от ее лица, следя за подрагивающими ресницами, бледными губами, ища в нем признаки жизни. Он стиснул зубы, продолжая бежать: — Давай же! Очнись!