Глава VIII. Посох Магнуса. III

Банри настояла на том, чтобы убрать осветительные заклинания, и остальные согласились, почти не споря. Онмунд все еще бурчал себе под нос, желая продолжить обсуждение древних верований, но Брелина напомнила, что у них есть дела поважнее, и он умолк. Волшебники медленно двигались по древней дороге, растянувшись в линию. Не слишком широко, но достаточно, чтобы иметь свободу действий, и не задевать друг друга руками, когда придется плести заклятья. Банри шла в середине, не сводя взгляда с точки прямо по центру. Нежить вокруг по-прежнему игнорировала пришельцев, но Банри подозревала, что это продлится недолго. Она перевела взгляд на далекие огоньки – живое или скорее магическое пламя, зажженное кем-то века или даже тысячелетия назад – и вновь перебрала всплывшие на поверхность из глубин сознания воспоминания. Огонь должен гореть над курганом, кажется… Додумать мысль не удалось. Шагая бок о бок с приятелями, Банри вдруг ощутила, как все они разом пересекли некий рубеж, и что-то в этом давно покинутом всеми живыми месте изменилось. – Какого?.. – начал Дж'зарго, и тут твердь под ногами задрожала. В этот же самый момент все маленькие синие огоньки разом обратились к чужакам, а затем начали приближаться, издавая угрожающее шипение. Скрип древних иссохших костей становился все громче, теперь его слышали и остальные. Онмунд рявкнул «Скелеты!» и, мгновенно сплетя заклинание Магического Света, швырнул сияющий сгусток энергии в сторону шума. Светильник плавно поплыл вперед, разгоняя на своем пути мрак и озаряя покрытые тысячелетним прахом камни, а еще – гротескные иссохшие фигуры, неверным шагом ковыляющие к пришельцам. Банри едва обратила на них внимание – оное приковало нечто в самом центре этой каверны. Огромная нежить, еще недавно почивавшая в кургане, пробудилась. Банри замерла на месте. Ее приятели вовсю развлекались, разнося скелеты на раздельные косточки, но она целиком сосредоточилась на более крупной проблеме, хотя видела, что слабаки скоро закончатся, и в дело вступят ходячие мертвецы покрепче. Земля тряслась все сильнее, но Банри понятия не имела, замечает ли это кто-нибудь еще. Она укрылась Оберегами, защищаясь от ледяных заклинаний, пущенных парой костяков, которые в отличие от остальных были «одетыми» – вернее, замотанными в остатки грязных тряпок. Рядом забранилась Иллия – мелкое ледяное крошево оцарапало ей щеку… Древние булыжники под ногами ходили ходуном, казалось, от вибрации они уже начали покидать «насиженные» за тысячелетия места, и дорога потихоньку разваливалась. Онмунд шагнул в сторону, уворачиваясь от летящего заклинания, споткнулся о выступивший из земли камень и чуть не упал. Он удержался на ногах, но едва не пропустил атаку слева. – Что происходит?! – рявкнула Иллия, загораживаясь от заклятий нежити Оберегом. – Это что, землетрясение?! – Он выходит, – пробормотала Банри, глядя вперед. – Выходит… Грохот, раздавшийся следом, на секунду оглушил всех живых и заставил повалиться на колени. Где-то там, впереди, что-то гигантское активно выбиралось из своего лежбища, разбрасывая вокруг камни и куски промерзшей земли с такой силой, что некоторые долетали до пришельцев. Банри, умудрившись встать на ноги, заорала: – Чего вы ждете, мать вашу?! Бегите! Все назад! Дж'зарго, видевший в темноте лучше всех, стартовал первым. Наверное, он сумел разглядеть тварь, выползшую из кургана, и та произвела на него такое впечатление, что кот предпочел показаться остальным трусом, нежели задерживаться в опасной близости еще хоть мгновение. Остальные, впрочем, если и отставали, то не слишком. Брелина попискивала от страха, но ее слышала только Банри, разбиравшая эльфийкин голосишко среди глухого и одновременно визгливого воя, издаваемого чудовищем. Самое ужасное, что вой и скрежет, с которым тварь передвигалась, становился все ближе – нежить явно их преследовала, а не сидела на одном месте. Банри ускорилась. Дж'зарго должен был добраться до решетки первым. Видно, так и случилось, потому что он вдруг заголосил из темноты: – Нет! Нет! Проклятье! – Что?! – взревел Онмунд, на ходу выплетая Магический Свет. – Чего орешь?! Дж'зарго бранился на та'агра, причем в его голосе отчетливо слышалось отчаяние. Когда светляк Онмунда взмыл над головой хозяина, всем стало понятно, почему. Проклятые канделябры, и без того неустойчивые, не выдержали локального тремора земли и все повалились, а с ним и решетка, которая теперь намертво перекрывала единственный выход на поверхность. Брелина неожиданно расплакалась. – Не реви, – хрипло велел Онмунд и повернулся к Дж'зарго: – Тут есть за что зацепиться, эти дерьмовые подсвечники хоть на что-то сгодились – оставили зазор. Давай вместе, мы сможем ее поднять… – Не ерунди! – прошипела Иллия. – Ничего вы не сможете! А даже если и сможете, пока вы тут корячитесь, гадина сто раз до нас доберется… – Есть предложения получше?! Иллия молча оглянулась – нежить выла уже гораздо ближе. Онмунд уставился на Банри: – Как у тебя с телекинезом? Сможешь потянуть рычаг удаленно? – Нет, извини. Для этого мне все еще нужно концентрироваться, а обстановка явно не располагает. Прежде чем ты спросишь – нет, решетку вырвать я тем более не смогу. – Точно? – свирепо спросила Иллия. – Никаким способом? – Ты хочешь, чтоб нам потолок на головы упал? Я вот не поручусь за крепость здешних сводов и опор, а ты? – Тогда что прикажешь делать? – выдавил Дж'зарго. – Просто умирать? Арен-то выбрался отсюда… как-то. Банри повернулась лицом к угрозе, стащила мешок со спины и расправила плечи. – Ну, я предлагаю то же, что и раньше: бегите. – Куда?! – К боковым стенам пещеры. Разделитесь на пары – мальчики налево, девочки направо, или наоборот, – и бегите. – А ты чего?! – А я попробую… – Банри указала вперед. Пауза сделалась какой-то особенно тяжкой, и она посмотрела на друзей и закатила глаза. – О боги, да не собираюсь я приносить себя в жертву. Просто… мне нужно место для маневров. Если вы не будете путаться под ногами – без обид, – то я смогу сосредоточиться. Они все еще колебались. – Мы можем попробовать отвлечь ее, – шепнула Брелина. – Чтоб выиграть тебе немного времени. – Нет. Слишком опасно. Ее атаки, скорее всего, будут беспрецедентны по силе, и кто-то наверняка погибнет. А если зазеваетесь и угодите в пасть – это точно конец. Так что… убегайте, прошу вас. А, вот. – Банри сняла со спины Розу Сангвина, закутанную в мешковину, и вручила Иллии. – Онмунд, давай мне посох Йурика, пригодится. Ну что медлите, вперед! Поколебавшись, все четверо, наконец, начали двигаться. Дж'зарго и Онмунд исчезли в темноте – Магический Свет последнего иссяк, и Банри вызвала свой, предварительно наказав приятелям пока не пользоваться этим заклинанием. Она надеялась, что светящийся объект привлечет больше внимания, чем вторженцы, крадущиеся во мраке. Брелина тоже брызнула в сторону, и только Иллия задержалась, судорожно сжимая в руках Розу. – Банри… ты точно справишься? – Не знаю, – честно отозвалась та. – Но если нет… Иллия. Не ждите эту гадину, вы ее не убьете точно. Пробирайтесь к вратам Бромйунара, а потом вниз. Используйте Розу и любые средства, чтобы добыть Посох. Если вы – мы – потерпим поражение, всему Тамриэлю крышка.

***

Это был ненастоящий дракон. Только его скелет, поднятый магией. В этом и была основная проблема – Драконобой на эту дрянь не подействовал бы, потому что поражал, пусть и на время, все естество дракона – Тело, Дух и Имя. А здесь остались только кости, вместо души выступал искалеченный обрубок какой-то иной сущности, а Имени не было и в помине. Глядя на ползущую смерть сквозь колеблющееся поле Оберега, Банри приказала себе успокоиться. Расстояние между ней и драконом-нежитью стремительно сокращалось, но все ее внимание было поглощено поисками той связи, что удерживала чужую душу при останках. Банри называла ее «нитью». И представляла так же – Колетта, когда они только начали изучать тему, предложила мысленно визуализировать эти узы каким-нибудь понятным для ученицы образом, сама она, к примеру, представляла их в виде цепей разной сложности и толщины, а собственные заклинания, направленные против оных – молотом и зубилом. Банри остановилась на нитях и ножницах. Наконец она увидела то, что искала и содрогнулась. Это была никакая не нить, а нечто, смахивающее на переплетение корабельных канатов. Очевидно, что создатели костяного дракона хорошо потрудились, чтобы их творение было как можно сложнее упокоить. Созерцая внутренним взором вязь заклятий разной степени сложности, Банри начала сомневаться, что уничтожить эту дрянь вообще возможно. Промелькнула мысль, не податься ли ей в бега вместе с остальными, на фоне других показавшаяся очень здравой. «YOL», – шепнул кто-то, но Банри дернула головой, поморщившись, и вновь сосредоточилась на нежити. В надежде найти брешь в сети заклинаний, она окинула весь драконий скелет магическим зрением, но выяснилось, что сеть вовсе не сеть, а скорее многослойный панцирь из плетений разных Школ. Кажется, там была даже стихийная магия, наверное, для защиты от атак огнем или электричеством… Банри перевела взгляд на посох Йурика: похоже, от него будет мало проку, невзирая на потенциальную мощь. Итак, даже если бы она объединила усилия со всеми своими друзьями, «панцирь» устоял бы. Ему, похоже, не навредила даже совместная атака шестерых колдунов Коллегии, прошедших тут раньше – Банри не находила брешей в магической броне дракона-скелета. А может, они и были, но затянулись. Тварь была уже совсем близко. Ей оставалось подползти еще совсем чуть-чуть, чтобы Банри очутилась в опасной близости от оскаленного черепа: один выпад, и жертва окажется в зубах нежити. Пришло время действовать. Для начала Банри выпустила по дракону пучок молний из йурикова посоха, но те, как и ожидалось, скользнули по его магическому панцирю и ушли в темноту пещеры. Банри бросила бесполезный артефакт и усилила Обереги, когда скелет вдруг откинул рогатую башку назад. Она прекрасно знала, что будет дальше, и потому совершенно не удивилась, когда из пасти нежити вырвалось подобие Ледяной Бури и обрушилось на щиты. Заклинание было очень мощным, но Банри устояла, как и ее Обереги. Тут было над чем подумать, жаль только времени уже не оставалось – дракон был совсем рядом. Помня, что эта тварь опасна со всех сторон, Банри нырнула под ее «крыло» – костяную пятерню с непомерно длинными пальцами – и со всех ног помчалась вперед, к разрытому кургану. Теперь у нее будет немного времени на подготовку, пока гадина разворачивается. Из мрака вынырнул скелет – на сей раз человеческий – и неловко замахнулся ржавым топором, но Банри едва его заметила, погруженная в размышления. Она отмахнулась от мертвеца, одновременно «отпуская» его, и перепрыгнула через раскатившиеся кости, сумев не потерять в скорости. Итак, дракон-нежить не умел Кричать, используя вместо силы Слов магию. Большая удача – Крики были более разрушительны. Значит, всего-то нужно уворачиваться от ледяных атак и убегать от зубов, а так же хвоста и крыльев, избавленных от плоти, чтобы быть в относительной безопасности. – Ага, всего-то, – проворчала Банри, всматриваясь в темноту. Увидеть ничего толком не удалось, но дракон, судя по звукам, еще топтался, пытаясь сменить направление. Банри обновила заклинание Магического Света и взмахом руки передвинула светляка за спину, чтобы не слепил. У нее оставалось немного времени, чтобы ощупать узы, связывающие останки с духом и попробовать нарушить эту связь между ними. Через некоторое время Банри почудилось, что она пытается распилить стальной канат перочинным ножиком, и все это – пока на нее надвигается гигантская костяная гадина, дышащая морозом. Она подергалась еще немного, но быстро бросила все попытки – ее верные заклинания оказались поразительно бесполезными. Впервые. Конечно, сиди дракон неподвижно и не пытайся прикончить ее, она бы рано или поздно одолела «канат», где-нибудь через месяц непрерывной работы, но столько у нее не было, к тому же чудовище оказалось неожиданно мобильным – Банри распахнула глаза и обнаружила, что он уже вползает в световой круг, вычерченный ее заклинанием. Она не стала ждать, когда он выдохнет. Тварь вновь приподняла голову, и Банри снова метнулась в просвет между крылом и ребрами, но на сей раз дракон попытался ее задержать, молниеносно притиснув костлявым локтем к своему торсу. У него почти получилось, и Банри, с испуганным воплем вырвавшаяся из плена, рванула к забранному решеткой проходу. «Выходит, он мало-мало, но соображает», – думала она, хватая ртом воздух. Нежить оказалась еще опаснее, а значит, времени оставалось не так много. В подтверждение своей сообразительности дракон взмахнул костяным хвостом и сбил убегающую Банри с ног самым его кончиком. Она с силой врезалась в брусчатку грудью и подбородком и даже не смогла вскрикнуть от шока. В глазах на долю секунды потемнело, но разлеживаться было нельзя – нежить заносила хвост для нового удара. Банри откатилась в сторону и быстро встала на ноги. Пора удрать подальше. Она оглянулась – дракон вновь разворачивался для атаки, а ей совершенно нечего было ему противопоставить. Кроме Криков. Их она еще не пробовала. Не слишком надеясь на успех, Банри глубоко вздохнула несколько раз, по возможности успокаиваясь, и сосредоточилась, вызывая в памяти нужные Слова и их суть. Пламя вырвалось из ее глотки и естества огромным языком, но не исчезло, как со страхом ожидала Банри, а, к ее огромному изумлению, охватило костяную тварь целиком, и кости со свистом занялись. Нежить издала глухой визг, вертя башкой и топчась на месте, ее возня почти заглушала рев пламени, которое разгоралось все сильнее. Банри отбежала подальше, прикрываясь Оберегами, а потом спряталась за ближайшей колонной колоссальных размеров, наблюдая за врагом из укрытия. Костяной дракон, кажется, утратил к ней интерес. Хотя бы на время. Движения его стали рваными и дерганными, будто у марионетки с поврежденными или оторвавшимися от ваги нитями. Банри моргнула. Потом постаралась взять себя в руки, глубоко вздохнула и сконцентрировалась, снова взглянув на чудовище магическим зрением. Его магический панцирь теперь изобиловал прорехами, узы, удерживающие эфирную сущность, истончились, и тут и там виднелись, вернее, ощущались надрывы. Банри повела рукой, словно осязая «канат» ладонью, и почувствовала слабость в общем плетении. С трудом удержавшись от победного вопля, она выскочила из-за колонны. Тварь все еще вяло топталась на месте и ее не замечала. Банри припустила. Если только ей удастся Крикнуть еще раз, дело будет сделано. Ах, как жаль, что она так и не нашла третье Слово… Подобравшись к нежити, она еще раз окинула его волшебным взглядом и немедленно напряглась: кажется некоторые прорехи в вязи заклятий стали меньше… Банри развеяла собственное заклинание и мысленно выругалась – неужто древние колдуны Культа Драконов были настолько круты, что состряпали такое? «Посмотрев» на скелет дова еще раз, она в этом убедилась – дыры в плетении затягивались, пусть и медленно. Прекрасно. Значит, чтобы уничтожить эту дрянь окончательно, придется несколько раз подряд облить ее драконьим огнем. И Банри не была уверена, что сможет это провернуть. Пламя, весело пляшущее на древних костях, начало угасать, и она решилась. Огонь вновь исторгся из ее нутра, объяв огромный костяк, Банри, пытаясь игнорировать боль в гортани, оббежала врага с другой стороны и Крикнула в третий раз, а затем, собрав остатки сил и дыхания – в последний. Казалось, в ее нутре поселилось жидкое пламя. Оно все вытекало наружу и никак не могло остановиться, но потом ее Голос иссяк, и огонь остался заперт внутри, обжигая внутренности и растекаясь в крови. Она должна была вопить от ужаса и боли, но не могла выдавить ни звука – горло словно запеклось и не могло больше выпускать – да и впускать тоже – воздух. В страхе Банри хватала его ртом, но никак не могла вздохнуть. В ушах зашумело, а в глазах начало темнеть. Сперва она осела на пол, когда ноги ослабели, а потом опрокинулась навзничь и умерла.

***

Хриплый вопль вырвался из ее истерзанной глотки и вознесся к сводам пещеры. Банри, моргая, перекатилась на бок и тяжело и влажно закашлялась, а потом сплюнула мокроту. Весь свет умер, так что она не могла разглядеть, какого цвета отрыгнутая жижа, но не сомневалась, что кровавого – во рту чувствовался привкус железа. Голова была свинцово-тяжелой, но она заставила себя сесть, а потом попыталась сотворить заклинание света. Получилось только с четвертой попытки – нужные слова не задерживались в голове, а пальцы плохо слушались. Сияющий шар взмыл в темноту и завис на высоте пары локтей над головой хозяйки. Банри медленно повела взглядом и дернулась: совсем недалеко от нее валялось что-то большое и черное. Она послала светильник вперед, и вскоре тот озарил обугленные фаланги огромного крыла. Теперь неподвижного. Хрипло и часто дыша, Банри с натугой поднялась на ноги. Затем, помедлив, приблизилась к останкам, направляя заклинание-фонарик вдоль хребта к черепу. На заклятье поиска магии у нее не было ни сил, ни концентрации, но кажется, этот скелет наконец-то стал по-настоящему неживой материей. Набравшись храбрости, Банри приблизилась к костяной морде и заглянула в пустые темные глазницы. Потом дотронулась подрагивающими пальцами до закопченных клыков и устало уронила руку. Броню из невыразимо мощных заклятий наложенных древними, не могла пробить магия, но справилось Огненное Дыхание. Возможно ли, что эту тварь создали из останков почившего собрата сами драконы, лишив свое творение любых уязвимостей, кроме слабости к Крикам? В прежние времена Кричать могли лишь дов, да их смертные бескрылые родичи, коих никогда не было слишком много, скорее наоборот. Это уж потом Партурнакс начал обучать Языков… Банри в изнеможении посмотрела на костяк. Ей совершенно необходимо было отдохнуть, но она понятия не имела, как и где. У нее хватало зелий, снимающих усталость, правда, большая часть осталась в ее заплечном мешке, брошенном где-то у входа в сады… Кстати, там же осталось шерстяное одеяло, скатанное в валик – оно было привязано лямками ко дну мешка. Что было сил она заковыляла по дороге назад, к предательской решетке. Надо найти мешок. На ходу Банри приняла пару зелий и стала чувствовать себя куда как лучше, лечебный состав даже слегка унял кинжальную боль в голосовых связках. Она продолжала идти. Светляк летел впереди, освещая путь, но кроме ложившейся под ноги древней мостовой ничего не было видно. Странно, путь к кургану костяного Стража казался не таким долгим. Наконец из тьмы проглянула стена пещеры, забранная камнем. Мешок лежал тут же, у решетки, будто Банри бросила его все несколько минут назад. Времени, наверное, и впрямь прошло немного, не больше пары часов, даже если посчитать ее обморок, но ей казалось, что с тех пор, как она велела друзьям убегать, а сама осталась один на один с драконом-нежитью, минуло, самое малое, несколько дней. Она плюхнулась на колени рядом с мешком, развязала лямки непослушными от холода и утомления пальцами и первым делом достала флягу с водой и напилась. Проглотила пару кусочков вяленого мяса со вчерашним хлебом и снова зарылась в нутро мешка. В Скулдафне ей помогал согреваться бренди, так что Банри прихватила небольшой запас из погребов Коллегии. Вытянув пробку зубами, она отхлебнула глоток обжигающей жидкости, сморгнула выступившие слезы и выпила еще немного. Веки почти сразу отяжелели, и потянуло в сон, будто она и не пила недавно микстуру от усталости. Из последних сил Банри отвязала одеяло от мешка и завернулась в него, прислонившись спиной к стене. Сумку она подсунула под бок, чтобы было на что опереться, а потом закрыла глаза. В следующее мгновение она уже спала.

***

– Сколько мы тут уже торчим, как по-вашему? – Никто не захватил клепсидр из Коллегии, а неба тут не видать. Понятия не имею. – Можно подняться наверх, к преддверию. Мы не так уж далеко ушли. – Ага, только сперва нам нужно избавиться от этой сраной решетки. Кстати, есть идеи, как? Голоса умолкли. Банри, все еще пребывая в объятиях сна, больше похожего на обморок, тем не менее, медленно приходила в себя. Дышать она стала чуть чаще и чуть менее глубоко, но сознание все еще было затянуто мраком. – Можем попробовать поднять ее руками. – Ты опять за свое? – Я серьезно. Посмотрите, подсвечники, хоть и упали, не дают нижней кромке достигнуть пола. Тут есть за что уцепиться. – Зато места, чтоб уцепиться, едва хватит двоим. Ты уверен, что двое смогут приподнять эту хреновину? – Давай хоть попробуем. – Не-а. Дж'зарго пас. Но если хочешь руки и спину ломать, верзила, дерзай. – Он прав, Онмунд, тут даже и пробовать не надо – дохлый номер. – И что же нам теперь, до скончания веков тут сидеть?! – В крайнем случае можно попробовать вынести решетку магией. Или поступить тоньше – опустить тот рычаг при помощи телекинеза. – Ты сможешь такое провернуть? Он ведь даже вне поля видимости. – Ну… попытка не пытка… А вообще… не рано ли мы заговорили о возвращении? Подумаем об этом на обратном пути. – Может и рано. Но знать, что мы тут, по сути, замурованы… Свободные пути отхода как-то больше вдохновляют. Банри дернула ногой и глубоко вздохнула. Сон отступал, и теперь она стала различать другие звуки – гул сквозняков и легкое потрескивание сучьев в огне. Голоса начали различаться по тембру, и она начала осознавать, кто с кем говорит. – Как долго она еще… проспит? – тихо спросил Онмунд. Иллия, похоже, все время молчавшая до сего момента, хрипло отозвалась: – Не знаю… – Ты же говорила, что уже наблюдала нечто такое. – Да. Но не то же самое. В этот раз ей пришлось сильно поднапрячься, даже не думала, что она на такое способна. Возникла пауза, а потом Онмунд угрюмо произнес: – Ты должна была сказать нам. – Нет, не должна. Ни разу. – Иллия. – Нет, довольно. Мне пришлось дать пояснения, потому что все вы стали свидетелями, а я была столь беспечна, что не выказала должного удивления при виде… ну в общем, того что случилось. Это все. Я больше ничего не скажу и не стану отвечать на вопросы. Если Банри захочет поделиться с вами, когда придет в себя – ради богов. Но от меня отстаньте. Они вновь умолкли. Банри зашевелилась и моргнула, наконец-то почувствовав, что лежит на спине, укрытая чем-то до подбородка. Голова ее покоилась, похоже, на заплечном мешке, скорее всего, на ее собственном. – Кажется, она просыпается, – напряженным голосом уведомил Дж'зарго. Остальные разразились чередой беспокойных вздохов, а когда Банри завозилась, пытаясь сесть, чьи-то руки подперли ее спину и плечи, чтобы она не свалилась в импровизированную постель обратно. Голова сильно кружилась. Чтобы отвлечься, Банри уставилась на махонький костерок, разведенный примерно в паре локтей от ее укрытых шерстяным покрывалом ступней. Рядом лежала небольшая горка кривых сучьев, неизвестно откуда взявшихся в этом подземелье. – Дж'зарго знает, что разводить костры в пещерах – дурная затея, – сказал каджит, проследив за ее взглядом, – но ты была такая холодная, что пришлось нарушить правила. Банри молча указала на заготовленное топливо. – Мы нашли их в пещере, по обе стороны от дороги, – тихо объяснила Брелина. – Кажется, ты была права насчет этого места – раньше тут и впрямь что-то росло. И эти деревяшки даже не превратились в окаменелости за столько лет. – Чтобы они превратились в окаменелости, нужны самое малое десятки тысяч лет и подходящие условия, – фыркнул Дж'зарго. – Тут скорее надо радоваться, что этот хворост не обратился в прах за прошедшие века. Брелина нахмурилась, но Иллия быстро пресекла начинающийся спор: – Ну хватит. У нас есть заботы поважнее. – Она посмотрела на Банри: – Встать можешь? Нам пора двигаться вперед. С помощью приятелей Банри встала. Брелина помогла ей не свалиться в первую минуту, пока остальные укладывали вещи и тушили костер. Дж'зарго и Онмунд, посовещавшись, захватили хворост и даже собрали еще горячие угли в какой-то древний горшок, видно, найденный где-то в пещере. Рюкзак Банри забрала себе Иллия, вручив ей только посох Йурика Голдурсона, который та бросила в самом начале схватки с драконом. – Вот, опирайся. Пока Банри возилась с костылем, Иллия обернулась к приятелям. – Думаю, теперь можно просто идти вперед по дороге, не прячась. Брелина пожала плечами: – Мои заклинания не находят признаков чужой активности поблизости, так что, видимо, да. Выходим.

***

Банри шагала по древней брусчатке рядом с Иллией, стараясь держаться к той поближе, но все говорило о том, что помощь ей не требуется. Голова все еще кружилась, хоть и не так сильно, как в первые минуты после пробуждения, но походка становилась все уверенней. Врата Бромйунара были где-то впереди. Довольно далеко, судя по воспоминаниям драконов. Банри на ходу пыталась вытащить из этих обрывков что-нибудь полезное, осторожно обращаясь к ним мыслями, но кроме отдельных невнятных фрагментов ничего не удалось вспомнить. И Салокнир наконец-то умолк, перестав делить с ней разум. То ли это гибель Стража так подействовала – в самом начале битвы старик все еще неразборчиво бормотал на задворках сознания, – то ли еще что, но теперь никто не комментировал неозвученные идеи Банри с желчным ехидством. Пришельцы миновали первую пару колоссальных колонн, поддерживающих пещерный свод, а потом из темноты вынырнул скрюченный скелет давно погибшего дракона. Все пятеро остановились, как по команде. Банри молча таращилась на черные кости, рассеянно отмечая, что в некоторых местах они блестят под волшебным светом, как стеклянные. Она никогда раньше такого не видела. – Ну что, – кашлянул Онмунд, – идем дальше? Говорил он отчего-то шепотом, но Банри его понимала. Они разделились на две неравные команды и обошли скелет с обеих сторон, после чего вновь воссоединились и зашагали вперед. Через некоторое время им пришлось обогнуть разрытый котлован посреди пещеры – курган, где покоился дракон-нежить. Дорога здесь расходилась надвое, как и уверяла Банри до того, как случилась битва. Когда пришельцы миновали курган, она поймала на себе испуганный взгляд Брелины и незаметно пожала плечами. Она ведь говорила… По правде, Банри не могла не заметить, что и остальные стараются смотреть на нее пореже, а когда такое случается, в их глазах виден все тот же страх. Может, только в глазах Иллии он не отражается, или отражается не так сильно. Банри опустила голову, мрачно глядя под ноги. Оставалось надеяться, что однажды они перестанут бояться, и наоборот, не перестанут быть ее друзьями. – Ого, – вдруг выдал Онмунд, шедший первым, и остановился. – Это, что ли, врата? Банри уставилась вперед: высоченная треугольная арка обрамляла огромный проем неправильной округлой формы. На черных опорах высоко над поверхностью земли были закреплены большие светильники, по сию пору пылающие – такие же освещали пространство вокруг кургана Стража. Банри снова окинула взглядом портал, который чернел прямо по курсу. Рядом валялись крупные каменные обломки – остатки собственно врат. Банри бегло осмотрела места сколов – не свежие. Значит, они разрушены давно. – Вперед, – тихо сказала Иллия, и все вместе они шагнули к черному зеву, лавируя между обломками. У подножия портала по бокам стояли многочисленные угасшие подсвечники, Банри оглядела их и стала спускаться – недра священного города простирались на большую глубину, а здесь, рукой подать, была развилка. Отсюда можно было попасть в три его отделенные друг от друга районы. Банри приблизилась к небольшому постаменту с памятной табличкой и огляделась. Два из трех ходов, северный и восточный, были завалены наглухо – потолки просторных тоннелей, выстроенных на века и тысячелетия, обрушила некая сила, закупорив ходы грудами больших и маленьких обломков. На то, чтобы расчистить пути, потребовалось бы не меньше десятка лет, много труда многих рабочих и средства, соизмеримые с годовым бюджетом небольшого города. Банри с тяжелым вздохом повернулась к единственному не заваленному коридору, вход в который преграждали древние ворота. Тоннель вел на юг, Салокнир, или кто-то из других павших от ее руки драконов, наверное, знал, что в той стороне, но от самой Банри это знание было скрыто. – Тут что-то написано, – сказала Брелина, склонившись над табличкой. – Странные символы. Мы видели похожие на той стене в Саартале. – Верно, – проворчал Онмунд. – Такие иногда встречаются в самых древних руинах. Дж'зарго шевельнул кончиком хвоста: – Ты можешь прочесть? – Нет. Никто не может. Правда я слышал краем уха о каком-то ученом из Солитьюда, который вроде бы нашел ключ и мог прочесть какие-то надписи, но он не издал своих изысканий. Да и вроде как вообще уехал из столицы неведомо куда. – Жаль… Банри отвернулась от них и уставилась на ворота на юге. Завалы тут давно – может, целые тысячи лет. Во время Войны Драконов защитники города сами заложили ход в сады, так может, они и своды обрушили, чтобы мятежники не добрались до самого ценного? Но ведь Савос Арен и остальные, очевидно, смогли спуститься… Она не додумала. Рядом с постаментом разом возникли призрачные фигуры, только на сей раз их было пятеро – на одного меньше. – Нам… нам нужно возвращаться, – выпалила, кажется, Элвали. – Нельзя оставлять Гирдуина. Остальные привидения разом загомонили: – Мы еле ушли живыми, и ты хочешь опять туда?! – Боги, что мы наделали… – Слишком поздно. Скорее всего, он уже мертв. – Все-таки, что это за штука?.. – Назад дороги нет, – мрачно заключил призрачный Арен. – Значит, пойдем вперед. Еще не все потеряно. Этот проход свободен, туда и направимся. Атма кивнула: – Савос прав. Мы пройдем, только нужно быть настороже. Привидения исчезли. Брелина вздохнула: – А вот и первые потери. – Да, и нам таковых удалось избежать, – проворчал Дж'зарго. – Конечно, благодаря… Он бросил взгляд на Банри и отвел глаза. Та легонько качнула головой. Кажется, это затянется надолго. – Интересно, что стало с останками этого Гирдуина? – озадачился Онмунд. – Какая разница? Где-то в этой пещере позади. Она такая огромная, что там и мамонта потерять можно, не то что человека. – Дж'зарго обновил свой светильник и шагнул к воротам на юг. – Ну, начнем, благословясь.