Глава 1

«Поражение неминуемо ждет лишь того, кто отчаялся заранее.»

Гендальф, «Властелин колец», Джон Р. Р. Толкин

꧁꧂

      Ботинки на ногах, перчатки на руках, сумка на плече, карты и перекус в сумке… Ещё раз проверив свой арсенал, он вылетел из своей комнаты и пронёсся мимо пышной женщины с такими же изумрудными волосами. Та охнула, но улыбнулась, глядя на восторженное лицо юноши.       — Извини, мам, я очень спешу!       — Удачи! И всегда смотри под ноги!       — Ну всё, мам, хватит! Люблю тебя! — крикнул он, взмахивая рукой, когда уже выбежал на улицу и перескочил через невысокий заборчик.       — И я тебя!       Она глубоко вздохнула, смотря как её сын убегает вверх по дорожке. Когда он скрылся за сарайчиком, женщина сцепила руки на животе и обвела взглядом деревню, залитую солнцем. Маленькие домики с округлыми крышами тонули в зелени деревьев, цветов и полян. Люди только-только выходили из своих домов: детишки выскакивали на улицу, чтобы приступить к играм, взрослые развешивали постиранные вещи сушиться на припекающем солнце. Это место можно было назвать раем.       Юноша выглянул из-за угла домушки — мама ещё несколько секунд постояла на крыльце и ушла в дом, аккуратно закрыв за собой дверь. Тогда мальчишка быстро обошёл сарайчик и юркнул внутрь. Раздвинув лейки, какие-то мешки и инструменты в дальнем углу в самом низу стеллажа, он вытащил меч в ножнах. Запихав вещи на место, он выскочил из домика, закрыл дверцу и вернулся в своё прежнее укрытие. Юноша закрепил ножны на поясе и подёргал рукоять меча — держался он крепко. Вдохнув полной грудью и сжав лямку своей походной сумки, он уверенно пошёл выше по дороге прямиком в ту сторону, где находился небольшой город.       Этого мальца зовут Изуку Мидория. Он живёт в мире, где встретить оборотня, волшебника или кого-то с экстраординарными способностями — не большая редкость. Мидория с раннего детства мечтал о какой-либо причуде, но, к его великому сожалению, он не обладал магией, не наблюдал у себя хвоста или потрясающих физических и умственных способностей. Он даже пытался изучать магию по волшебным книгам, учился пользоваться рунами и варить зелья, но каждая его попытка венчалась неудачей. В итоге Мидория понял — для того, чтобы стать великим путешественником и героем, ему не нужна магия. Он своими силами сможет стать тем, кем захочет.       Сейчас юноша направлялся в город, или же очень-очень большую деревню, обитатели которой звали её Мусутафу. Она была больше той, в которой он вырос, и в ней часто появлялись приключенцы, герои и волшебники. В Мусутафу было множество лавок, таверн и гильдий, и Мидория часто туда убегал из своей деревни — мама сильно волновалась, когда он ввязывался в какие-то аферы, и просила его не ходить по этим тавернам. Но, как мы все знаем, юность — время глупостей и безрассудств.       Мидория уже вышел на широкую дорогу, которая вела в Мусутафу и пружинистым шагом направился к своей цели. Идти было не очень далеко, но услышав за спиной топот копыт и скрип деревянных колёс, он обрадовался. Окликнув извозчика, он представился и попросил подвезти его до города. Мужчина согласился, большим пальцем указав на свою телегу, полную сена. Когда Мидория сел на её край, она двинулась, а он наслаждался видами. Вскоре они выехали из леса, и вокруг расстелилось широкое зелёное поле. На самом горизонте был виден другой лес, своей синевой напоминавший море.       Юноша сделал себе навес из ладони и посмотрел, где солнце. Оно ещё только поднималось к своему пику, тем самым предвещало долгий и насыщенный день. Мидория широко улыбнулся и прикрыл глаза, подставляя лицо его теплым лучам… Но вдруг за его спиной зашуршала солома, и не успел он повернутся, как услышал не самый приятный звук.       — Буэ… — Девушка в белом хлопковом платье, красной накидке и большой красной шляпе висела через край телеги. Она упёрлась руками бортик и приподнялась. Её лицо было совершенно бледным, уходящим даже в зелёный оттенок. — Дяденька… Извините, меня укачивает… Я, пожалуй, сойду здесь…       Телега остановилась, и девушка спрыгнула с неё и вытащила из сена длинный деревянный посох с большим блестящим круглым камнем на конце. Она отряхнулась и огляделась по сторонам. Тогда Мидория тоже слез с повозки и поблагодарил мужчину за то, что тот подвёз его. Он кивнул в ответ и взмахнул поводьями. Когда на дороге остались только они двое, Мидория прочистил горло. Девушка резко обернулась и вздрогнула, видимо, не ожидала кого-то ещё здесь увидеть.       — Привет! Я Изуку Мидория. — Он протянул девушке руку и улыбнулся.       — Здравствуй, Мидория. — Она аккуратно вложила свою руку в его, едва её пожав. Затем она приложила одну руку к груди, а второй сжала посох. — Моё имя Очако Урарака.       Повисла небольшая пауза. Мидория повернулся в сторону города, который виднелся впереди, и снова вернулся взглядом к Урараке.       — Ты идёшь в Мусутафу? Можем дойти до него вместе, если нам по пути.       — О, конечно!       Молодые люди двинулись дальше по дороге. Сперва между ними держалась какая-то неловкость, но Мидория старался разговорить девушку. Через некоторое время они уже открыто рассказывали о себе и бурно обсуждали оказавшиеся схожими интересы. Очако Урарака, как узнал Мидория, выросла в семье волшебников, где её и обучили магии. По началу она думала, что останется с родителями и будет помогать им в лавке волшебных товаров, когда вырастет, но только ей исполнилось 16 лет, Урарака покинула дом. Её звали приключения — вдруг захотелось использовать свои силы не в изготовлении зелий и магических предметов, а в сражениях и исследованиях мира. Когда девушка узнала, что Мидория увлекается созданием карт, то сильно восхитилась его способностями. По её словам, магия бывает намного бесполезнее, чем обычные навыки путешественников.       Время за разговором пролетело слишком быстро, и они внезапно для себя оказались у ворот Мусутафу. В городе кипела жизнь — здесь всегда было много людей, но сегодня их было очень много. Туда-сюда шныряли жители, путешественники, по главной улице носились дети. Вдалеке даже слышались звуки музыки, выступали уличные музыканты.       Мидория повернулся к своей новой подруге. Девушка с открытым ртом смотрела на всю эту красоту, обеими руками сжав посох.       — Ты впервые здесь? — спросил Мидория, засунув руки в карманы, начиная двигаться по главной дороге.       — Да… Я и не думала, что тут так оживлённо.       — Поэтому я и люблю Мусутафу. Более полувека назад его основал легендарный искатель приключений — Всемогущий Тошинори. В самом центре города есть его памятник, если будет время — обязательно посмотри на него! Здесь есть много гильдий и таверн, где можно отдохнуть, так что этот город просто прекрасен! — Он взмахнул руками и широко улыбнулся.       — Ты что, типа гид какой-то? — подняла одну бровь Урарака.       — Ох, нет, просто я люблю это место. Если позволишь, я пойду по своим делам, но если захочешь — можем встретиться позже и… ну, погулять? Я буду в таверне «Герой №1», приходи туда, как освободишься.       — Договорились. Увидимся, Мидория! — Она помахала ему ручкой и быстро растворилась в толпе. Юноша помахал в ответ и направился в таверну, находящуюся чуть дальше по улице.       Это было двухэтажное деревянное здание, из которого раздавалась весёлая музыка. Только он зашёл за порог, в него чуть не прилетел стакан, в итоге попавший в стену возле Мидории.       — Минета, ещё один стакан, и я вышвырну тебя отсюда! — крикнула черноволосая девушка с… пышным бюстом, выглядывающим из-за её красного платья. Она сидела на краю барной стойки и протирала стаканы.       — Я буду только рад! — ответил ей низкорослый парень с фиолетовыми волосами, сидящий за ближайшим столиком. — Я зачем, по-твоему, тут стаканы бью?       — Момо, оставь его в покое… — тихо сказала ей девушка за барной стойкой, которая всегда напоминала Мидории лягушку. То ли из-за её больших глаз, то ли из-за вечно зелёной одежды, то ли из-за чуть квакающего голоса. Он как раз подошёл к стойке и сел на стул, оказавшись рядом с девушкой-барменом.       — Привет, Тсую. У вас тут сегодня людно, — сказал он, окинув таверну взглядом. Действительно, почти все столики и на первом, и на втором этаже были заняты. Девушка поставила на стойку напиток, который Мидория заказывал чаще всего — холодную воду с засахаренными дольками лимона.       — Есть такое. Кстати, у нас появились новые заявки для героев, посмотри доску объявлений.       — Спасибо. К слову, он сегодня здесь? — спросил парень, чуть понизив голос, отпивая из стакана.       — Конечно, — со вздохом ответила Тсую, кивнув на другую сторону таверны, где находилась небольшая сцена, на которой, надрываясь, громко и шустро играл скрипач. — Сейчас увидишь, он снова рассказывает о своих приключениях.       Сразу после этих слов из-за голов посетителей показалась сначала хрупкая девушка с короткими тёмными волосами, а когда стало видно её колени, стало понятно, что она сидит на плече у молодого человека. Голый по пояс блондин, увешанный украшениями из разных бусин и клыков животных, с накинутым через плечи мехом какого-то белоснежного зверя, держал Джиро, певичку, чаще всего выступающую в этой таверне, и громко ухахатывался. Музыкант уже отчаялся своей музыкой перекричать толпу, так что просто собрал свой инструмент и спустился со сцены. В таверне стало чуть тише. Мидория тут же отвёл глаза от парня на сцене — не дай Бог тот его заметит, у них с юношей были очень трудные отношения.       — Да уж… Я пойду посмотрю поручения.       Изуку встал из-за стойки и просочился к доске. На ней всегда было довольно пусто, максимум просьб пять, и они занимали определенные места в зависимости от важности — самые серьезные наверху, те, что попроще — внизу. Парень почти всегда брал лёгкие и безопасные задания, которые висели ближе к нижней половине. Обычно листовки болтались где-то посередине, но сегодня Мидория увидел листок почти на самой верхушке доски. Он прочитал название поручения «Голова дракона Средиземной пещеры». Награда за такое поручение почему-то была не указана.       — Это какая-то шутка? — спросил парень, показывая пальцем на листок и оглядываясь на Яойрозу, всё ещё сидящую на стойке.       — Ах, точно! Мы увидели это задание с Асуи, посмеялись, но всё же повесили его на доску.       — Средиземная пещера? — спросил парень со светлыми волосами в черном бархатном костюме и беретке с пером. Он сидел возле Минеты, наблюдая за Мидорией. Он глянул на девушек за барной стойкой: — Это разве не та самая?       — Спроси у Изуку, он тут лучше всех эту легенду знает, — кивнула на парня Тсую.       Мидория действительно отлично знал легенду о Средиземной пещере. Она гласила, что уже три столетия ни один герой не может победить ни одного дракона из живущих в ней. Но эта легенда была настолько старой, что сейчас никто уже и не пытается дойти до той пещеры — из-за того, что это всего лишь легенда, или же из-за страха… В любом случае, это поручение было больше похоже на розыгрыш, чем на серьезное задание.       Но сердце Мидории затрепетало — он читал истории об этой пещере в детстве и мечтал, что вырастет и отправится в неё, чтобы сразить дракона. Хотя это и была всего лишь детская мечта, попытаться стоило.       — Я беру его! — воскликнул Мидория, срывая лист с доски.       В таверне стало тихо. Все замолкли, услышав слова юноши. Средиземная пещера — это легенда, но эту легенду знал каждый, и любой человек мог бы с уверенностью сказать, что поход в эту пещеру — это верная смерть, ведь никто так и не вернулся из неё, живым или мертвым.       Тишину нарушил тяжёлый стук от сапог. Мидория обернулся, но было уже поздно. Блондин рванул листок из рук парня и вчитался в него.       — Слыш, Деку, — усмехнулся он, — а у тебя кишка не тонка на такие задания ходить?       — Каччан, отдай мне поручение. Я взял его первый. — Мидория протянул руку к Бакуго Кацуки, которого обычно звал Каччан. Тот злобно улыбнулся и почти хищно посмотрел на Деку.       — Неа.       — Прекратите, — прервала их Яойрозу, спрыгнувшая с барной стойки. Цокая каблуками, она подошла к парням и выдернула листовку из руки Бакуго. — Ты — не смей забирать поручения, которые кто-то уже взял. А ты, — она глянула на Мидорию, — читай задания до конца. Тут черным по белому написано: «Поручение для команды героев». Если я не ошибаюсь, команда не может состоять из двух, а тем более одного человека. Пока не найдешь ещё двоих — задания тебе не видать, — отрезала девушка и медленным шагом вернулась на свое место. В таверне стало ещё тише.       — Вот это женщина… — шепнул приятелю Минета.       — А ну закрой своё хл-…       Она не успела закончить свое весьма нелицеприятное выражение, как двери таверны с грохотом распахнулись. Гремя доспехами, в помещение влетел рыцарь, подмышкой держа брыкающуюся подружку Мидории. Он взволнованно заозирался по сторонам и вскрикнул:       — Мой конь наехал на эту леди! Ей нужна помощь!       — Ничего мне не нужно! Отпусти меня! — взмолилась Урарака.       Мидория задумался — если его новая знакомая согласится, то в его команде будет уже двое. Это лучше, чем ничего, так что он поспешил на выручку бедной волшебнице.

꧁꧂

      — Я за! Всегда любила эту легенду, будет интересно побывать у той пещеры, — жизнерадостно ответила Урарака на предложение Мидории. Он не сомневался, что девушка согласится, так что вытащил свои карты на стол и раскрутил свёртки.       — Отлично. Нам нужно найти ещё хотя бы одного человека, тогда получим поручение и сможем выдвигаться. Давай пока решим, какой дорогой мы-…       — Я иду с вами, — грубый голос послышался за спиной Мидории. Парень вздрогнул и медленно повернулся к говорящему.       — Ты серьезно?       Ответа не последовало. Бакуго сложил руки на груди и плюхнулся на один из свободных стульев у стола. Теперь они втроём молча смотрели друг на друга, пока Каччан не продолжил говорить.       — Мне плевать, что там с вами будет, но мне нужно получить это поручение. Мы в одной лодке, но не друзья, Деку.       — Какой-то ты слишком грубый, — буркнула Урарака, из-за чего получила один взгляд от Мидории — испуганный, и второй от Бакуго — агрессивный.       — Ты вообще кто? Какая-то мелкая магичка ещё будет мне замечания делать! — рыкнул на неё Каччан.       — Попрошу подбирать более лестные выражения в диалоге с дамой! — послышался новый голос за спиной Мидории. Он уже проклял своё место — почему все всегда подходят к нему со спины?       Он снова обернулся, и увидел перед собой сияющие начищенные латы. Рыцарский доспех чуть ли не слепил его, и парень поднял глаза выше. Там он увидел юношу с идеально уложенной причёской, поправляющего очки. Он сурово посмотрел на Бакуго, который поднялся со своего стула и явно рассчитывал задавить оппонента ростом, но, к своему удивлению, оказался ниже. Теперь он просто исподлобья смотрел на рыцаря и рассерженно пыхтел.       — А ты ещё кто?       — Меня зовут Иида Тенья Второй, я сын-… — начал представляться рыцарь, но его перебили.       — Да мне плевать, чей ты сын. Ты чего лезешь?       — Я тоже хочу пойти к Средиземной пещере.       Все они снова переглянулись. Мидория аж расцвёл — в его команде уже четыре человека. Это значит, что Яойрозу наконец отдаст ему то самое поручение. Юноша встал из-за стола и подошёл к девушке, которая теперь сменила Асуи и сама смешивала коктейли за барной стойкой. Он кивнул на свой столик и сказал, что нашёл себе команду. Яойрозу с подозрением оглядела компанию — растерянная девчонка и, как бараны, упершиеся лбами рыцарь и известный драконорожденный-не-драконорожденный.       — Ладно, держи. — Она достала листочек из кармана платья и бросила его на столешницу. — Дай бог хотя бы реку перейдёте в такой компании.       — Конечно! — улыбнулся ей Мидория и вернулся к столу. Теперь он обращался к своей команде: — Отправимся завтра же. Встречаемся в 12 на этом месте. Берите всё нужное, путь обещает быть тяжёлым.       — Но очень интересным, — добавила Урарака, положив подбородок на сплетённые пальцы.

꧁꧂

      Ближе к вечеру в таверне стало меньше людей. Бакуго и Иида разошлись по своим делам, а Урарака и Деку продолжили обсуждать план. Когда маршрут был намечен, они заказали себе что-нибудь перекусить и просто продолжили болтать. Девушку поразил контингент этой таверны, и она попросила Мидорию рассказать о тех, кого он знает.       — Ну, если говорить о Каччане — то есть Бакуго — он говорит всем, что он драконорожденный, хотя на самом деле мы выросли в одной деревне. Лет в 13 он сбежал из дома и начал слоняться из деревни в деревню, рассказывая всем свою легенду.       — А как же его родные?       — Они знают, что он не пропадёт, поэтому даже не волнуются. Тем более я часто встречаю его здесь и иногда рассказываю им, что видел его то тут, то там, и что у него всё хорошо.       — Ясно… А девушка у бара? Яойрозу, кажется.       — О, у нее интересная история — если это, конечно, правда. Говорят, она родилась в семье знатного барона, но тоже сбежала из дома и оказалась тут. Они подружились с Асуи и теперь вместе тут всем заправляют. Под сомнение её историю ставит только характер Яойрозу — она ужасная грубиянка и любительница шумных компаний, — тише добавил Мидория. — Но она очень хорошая, мы с ней давние друзья.       Он окинул взглядом помещение и остановился на одном из столиков.       — А вон тех парней видишь? Минета и Каминари. Они знатные пошляки — по большей части, конечно, Минета. Он липнет ко всем девушкам, которых видит. Каминари чуть лучше — проделки Минеты не осуждает, но сам ничего такого не выкидывает. Мне кажется, он влюблен в Джиро — девушку, которая часто тут выступает. А он, я думаю, нравится ей. Вот как раз и она.       На сцену вышла невысокая девушка, взяла лежащую на стуле гитару и села на её место. Она провела большим пальцем по струнам и прочистила горло. Люди в таверне по очереди замолчали и приковали свои взгляды к Джиро. Она подвигала пальцами по грифу, чуть поменяла своё положение и, глубоко вдохнув, начала перебирать струны и петь.

«Я пел о богах, и пел о героях, о звоне клинков и кровавых битвах

Покуда сокол мой был со мною, мне клекот его заменял молитвы

Но вот уже год, как он улетел — его унесла колдовская метель

Милого друга похитила вьюга, пришедшая из далеких земель

И сам не свой я с этих пор, и плачут, плачут в небе чайки

В тумане различит мой взор лишь очи цвета горечавки

Ах, видеть бы мне глазами сокола, воздух бы мне на крыльях сокола

В той чужой соколиной стране, да не во сне, а где-то около»

      Её голос мягко заполнял таверну. Ни один человек не смел издать скрип или вдох, который потревожил бы её пение. Ранее шумные и весёлые мужчины и девушки теперь молча взирали на певичку.

«Стань моей душою, птица, дай на время ветер в крылья

Каждую ночь полет мне снится — холодные фьорды, миля за милей

Шелком — твои рукава, королевна, белым вереском — вышиты горы

Знаю, что там никогда я не был, а если и был, то себе на горе

Мне бы вспомнить, что случилось не с тобой и не со мною

Я мечусь, как палый лист, и нет моей душе покоя

Ты платишь за песню полной луною, как иные платят звонкой монетой

В дальней стране, укрытой зимою, ты краше весны

Ты краше весны, ты краше весны… и пьянее лета.»