4

Пока Даша красит глаза на встречу с подружками, расположившись за письменным столом, Ваня дипломатично молчит, уткнувшись в свой телефон. Ему категорически не нравится, что благоверная намылилась куда-то на ночь глядя, но он напоминает себе, что запрещать что-либо своей девушке — нонсенс. Тем более, что Ваню от одиночества выходного дня спасает Костя, напрашиваясь к другу в гости. Даша не обращает на ворчание Вани никакого внимания, коварно улыбаясь своему отражению в зеркале для макияжа, и стряхивает излишки ярко-розовых теней для глаз прямо на его конспекты. Когда Дашка остаётся довольна результатом, она елейно произносит: — Да не переживай ты так! Ну да, поздно. Но сейчас же лето! Мы просто посидим где-нибудь и выпьем пару коктейлей… Про себя Даша думает, что насчёт количества алкоголя, конечно, соврала, но полагает, что это даже к лучшему. Может быть, Ваня уже перейдёт на новый уровень их BDSM отношений и захочет выпороть её не потому что Дашка старательно нарывалась или намекала благоверному, а потому что он сам этого захотел. Ну, или на крайний случай, посчитал, что так нужно. Ведь возвращаться домой подшафе для приличной девушки в отношениях не очень-то и правильно…  «Эх, мечты-мечты» — тут же напоминает себе раскатавшая губу Дашка, и прислушивается к Ване. Благоверный к такому совершенно не готов. Выпороть Дашу за что-то и по велению сердца Верхнего у него всё ещё не выходит. Не получив ответа на свои пылкие оправдания, та аккуратно напоминает Ваньке о себе, продолжая рассматривать своё отражение и сравнивать длину стрелок: — Вань… Когда проходит ещё минута, а благоверный так и не отвечает, Даша раздражённо поворачивается к нему лицом и требовательно вздыхает. А Ваня спит, выронив телефон из рук. Его видавший виды самсунг прокручивает на повторе один и тот же рилс, скатившись на диван, пока его хозяин нагло дрыхнет. Видимо, как в мемах про отцов, прикрыв глаза всего на минутку. Дашка тут же хихикает, заинтересовано рассматривая благоверного. Она даже закусывает губу, ощущая приступ внезапного веселья. Кидает взгляд на дисплей своего телефона, проверяя, сколько времени у неё осталось до выхода, и понимает, что за час они с Ваней могут успеть многое. Да и разве он устоит, когда увидит свою благоверную с таким ярко-розовым и кукольным макияжем? Даша ещё раз проверяет, спит ли Иван. А затем тихонько расстёгивает свой универский пенал, доставая оттуда два стойких маркера для конспектов — лавандовый и розовый. Едва сдерживая смех, она усаживается на пол рядом с диваном и выбирает, где и что будет аккуратно рисовать на Ваньке. Секунда — и розовый маркер украшает правую руку Вани розовыми облаками и бантиками. Даша старательно прокрашивает воздушные края, поражаясь тому, как крепко спит её благоверный, что ничего не чувствует. Даже щекотку. На руке Вани очень быстро заканчивается место, поэтому Дашка рискует и переходит к его животу, задирая Ване футболку вверх. Она задумчиво выбирает между желанием нарисовать там простого лавандового мишку или совсем разбаловаться и написать на благоверном «собственность Дарьи». Ей кажется, что если она посмеет написать на своём мягком и добром Ваньке подобную глупость, то точно вызовет из Преисподней демона! И Ваня не только её отлупит, но и запретит идти на пьянку с девчонками. А Дашка ведь уже собралась! И как она потом им это объяснит? «Мне запретил парень»? Впрочем, это стыдно, но фетишно… Даша шлёт к чёрту здравый смысл, решив, что живёт один раз, и если «демона» действительно можно призвать таким образом, она согласна и пропустить одну из еженедельных встреч за коктейлями с Катей и парой её университетских подруг. Она и в самом деле успевает криво-косо написать на животе Ване «собственность Д…», случайно допустив ошибку в слове, перед тем, как всё-таки будит благоверного щекоткой. Ванька просыпается с мыслями из мемов: «где я?» и «какой сейчас год?», и Даша даже успевает закрыть лавандовый маркер и сунуть его под диван, напуская на себя невинный вид. Она с трудом сдерживает улыбку, понимая, что шалость удалась. Забирается к Ване на диван и самым сладким голоском спрашивает его: — Хорошо поспал, милый?  Благоверный тут же замечает Дашин ехидный вид, всматриваясь в её лицо. Трёт пальцами переносицу, окончательно просыпаясь, а затем широко зевает. — Что ты сделала? — настороженно уточняет Ваня, не зная, как реагировать на хищное выражение лица Дашки. Та только жмёт плечами в ответ, соскакивая с дивана, чтобы пересесть от Вани подальше. Даша с довольным видом убегает на кухню, наливая себе воды, а благоверному мятный чай. Это, чтобы он успокоился побыстрее. Ване не нравится зловещая тишина, но он решает сначала умыться холодной водой, а потом уже прижать Дарью к стенке и добиться от неё ответа. Благоверный медленно плетётся в ванную, открывая кран. Стоит ему сунуть обе руки под прохладную струю, как его взгляд падает на правую руку, полностью расписанную художествами Дашки, и тут же всё понимает.  Спектакль окончен!  Ваня на всякий случай рассматривает и вторую руку, удивляясь, что та чудом осталась без розового дизайна его благоверной. А потом по инерции стягивает с себя и футболку, всматриваясь в зеркало. С трудом разбирает кривую надпись у себя на животе, и закипает.  — Даша, я тоже люблю рисовать! — орёт благоверной Ваня, надеясь, что та его услышит. — Я тебе задницу в фиолетовый раскрашу! Дашка на кухне только понимающе кивает на эту угрозу, в душе зная, что страшная сказка сказкой и останется. В реальности Ванька всыпет ей ремнём разок-другой, «нарисовав» на жопе бледно-розовые полосы, которые сойдут уже через пять минут, и будет таков! Ваня хлопает дверью ванны и пытается смыть с себя маркер до прихода Кости, который должен прийти с минуты на минуту. Однако ни простое мыло, ни мочалка чёртовы художества не берут. Облака и бантики на руке чуть бледнеют, но не спешат смываться разноцветными каплями в раковину. Иван со злостью обратно натягивает на себя футболку, догадываясь, что надпись на животе сейчас лучше вообще не трогать, и сдаётся. Вытирает руку полотенцем и выходит из ванной.  Дашка вновь его удивляет. Она смиренно стоит в углу гостиной, уткнувшись в него носом и сложив руки за спиной. Ваня усмехается, поднимая вверх бровь. Ему становится интересно, в какой момент благоверная вдруг захотела опробовать на себе одно из самых скучных детских наказаний? Дашка ещё и задирает подол своей коротенькой розовой юбки в клеточку вверх! Ну ни дать, ни взять маленькая провинившаяся школьница! Ваня окидывает взглядом её почти голую попу, поражаясь, что женское бельё практически ничего не прикрывает, и даже сожалеет, что не успеет отшлёпать Дарью перед тем, как та убежит из дома. Пожалуй, она заслужила поход в бар с ноющей задницей, чтобы обдумать своё поведение. Он с улыбкой поглаживает благоверную по попе, замечая, как та покрывается мурашками от предвкушения, и с трудом сдерживает себя. — Прекрасная идея для наказания, дорогая! — подшучивает над Дашей Ваня, опуская подол её юбки вниз. — Только юбку лучше всё-таки опустить. Я забыл тебе сказать — скоро Костя придёт.  Иван готов поклясться, что у Даши краснеют уши, едва она слышит его слова. Однако, из угла он намеренно решает её не выпускать, продолжая эту странную игру. Ваня уверен — стоит Косте зайти в квартиру, Даша сама выскочит из гостиной куда-нибудь подальше, чтобы скрыть и своё смущение, и детский внешний вид. По правде, он и не видит ничего существенно страшного в проступке благоверной. В иных обстоятельствах он бы даже нашёл его забавным. Но не сейчас. Сейчас Дарье однозначно стоит поскучать в углу и пересмотреть свои манеры. Дашка разочарованно вздыхает. Она-то искренне надеялась, что благоверный просто выпорет её на скорую руку и, может быть, оставит неудовлетворённой после, чтобы проучить. Но уж точно не прикажет стоять в углу, как маленькую! И до выхода из дома у неё ещё уйма времени… — Когда ты меня разрисовывала, ты на свой возраст себя вела, Пуговка? — насмешливо интересуется Ваня, словно читая Дашкины мысли. — Мне кажется, что нет. Как ребёнок. Вот и стой теперь здесь, как маленькая девочка. Дашка краснеет ещё сильнее, вдруг решая упрямиться. Она ехидно ухмыляется в стенку, зная как отомстить Ване. Даша уверена, что если Костя застанет её скромно стоящей в углу, то покраснеет и растеряется уже Иван. Минуты до прихода Константина тянутся отчаянно медленно, и Даша даже успевает мысленно проклясть друга благоверного за медлительность. Когда Ваня, наконец, открывает Косте дверь, Дашка волей-неволей краснеет, не сомневаясь, что Костик по обыкновению сразу же проследует в гостиную. — Да у тебя семейная жизнь бьёт ключом! — ожидаемо шутит Константин, оказываясь в комнате с Дашей. Он быстро окидывает её взглядом, удивляясь и странной одежде и местоположению. — Может, я не вовремя? Ты бы предупреждал! Даша сгорает от стыда, слыша самый обычный тон Костика, и уже жалеет, что решилась на это. Невозмутимость Константина её смущает. Она даже думает, что теперь Ваня принципиально не выпустит её из угла, наказывая за упрямство. Даша прикидывает, каковы шансы, что благоверный отшлёпает её при Косте, и не понимает, как относится к этой идее. Почему-то она вдруг видится Дашке невероятно эротичной. Ваня заходит в гостиную после Кости и не успевает предпринять меры. Он настолько не верит, что Даша и в самом деле на такое способна, что даже не подумал предупредить друга, что сегодня гостиная — не лучшее место для их посиделок. Видимо, полагаться на её благоразумие было ошибкой.  — Я её туда не ставил, — тут же спокойно объясняется Ваня и, в общем-то, даже не врёт, хоть и избегает встречаться глазами с другом. — Сама встала.  Костя недоверчиво улыбается, произнося насмешливое: — Ну-ну! Ваня кидает на благоверную свой самый строгий взгляд, а потом предлагает Косте выпить на кухне чай. Константин понимающе кивает и соглашается, даже не напоминая другу, как ненавидит чай. Он первый дипломатично покидает комнату, скрываясь в дверном проёме. И только на кухне позволяет себе хмыкнуть, выпуская эмоции. Да, с Дашей не соскучишься, это точно. Костя ожидает услышать, как минимум, красноречивый хлопок из гостиной. Но видимо Иван тоже решает включить дипломата, потому что ни звука шлепка, ни Дашиных писков Константин не слышит. Костя считает, что это к лучшему. Всё-таки участвовать в процессе перевоспитания девушки друга ему не хочется даже косвенно, в качестве зрителя. — Вернёшься с тусовки — я с тобой серьёзно поговорю! — очень тихо предупреждает благоверную Иван, выходя из комнаты и закрывая за собой дверь. Даша едва заметно вздрагивает, понимая, что доигралась. Эта угроза Вани, в отличие от всех предыдущих, кажется ей серьёзной. Она даже не успевает пропищать ему «извини». Когда Ваня появляется в кухне и в молчании усаживается на стул, Костя быстро теряет свою весёлость. Он замечает странное настроение друга и решает не шутить, хотя его так и подмывает спросить, не играют ли его друзья в «дочки-матери», только с «папочкой».  — Да ладно тебе, — старается поддержать Ваню Константин. — Ну, побаловалась твоя Дашка. Мне всё равно. Не чужие же люди. В играх, конечно, не зовите меня участвовать, а так… не грузись. Ваня даже не улыбается шутке друга, только встаёт с места и ставит чайник, шумно наливая в него воды из-под крана. Пока вода закипает, он рассматривает улицу за окном, не торопясь задавать вопрос, который вдруг приходит ему в голову.  — Кость, что я делаю не так? — сдаётся Ваня, заваривая себе чай, а другу кофе. — Почему Виталина тебя слушается, а Даша надо мной вот так издевается? Ваня разводит руками в стороны, явно не получая никакого удовольствия от сегодняшнего вечера. Он уже и сам знает ответ, но почему-то хочет его услышать от друга. Однако, Костя его удивляет, когда медленно отвечает: — Потому что я — просто жестокий муж, а у тебя, вроде как, BDSM. Тебе бы установить для неё границы, как Верхнему.  Ваня жмёт плечами, в душе соглашаясь с другом. Он не говорит, что Даша хочет от него слишком многого, считая это личным. Они Тематики всего несколько месяцев, а благоверная ждёт от него Доминанта с тридцатилетним стажем, при этом даже не собираясь играть роль покорной нижней. А он сам не до конца разобрался в себе, и не знает, нужно ли ему это... Костя размеренно пьёт кофе, рассказывая другу последние новости про себя, Виталину и Марка, и Ваня незаметно расслабляется. Наконец, он показывает Константину Дашино художество, которое не отмылось, и ожидает реакцию друга. И хотя Костя заприметил «временные татуировки» друга практически сразу, вежливо молчал, правильно расценив состояние Ваньки. — Ремня не пробовал давать? — не выдерживает Костик, не понимая, как Даша вообще могла догадаться изрисовать своего серьёзного мужика такой ванильной и девчачьей ерундой. — Или здесь это, наоборот, стимул повторить урок изобразительного искусства? Ваня усмехается такому комментарию, вновь рассматривая розовые бантики. — А ты бы дал? — с хитрым прищуром интересуется у Кости он. Ваня не сомневается, что Дашка всё это затеяла ради порки, а значит лупить её как-то нецелесообразно. Костя задумчиво крутит кружку в руках. Он даже не может представить себя в такой комичной ситуации. Разве что жена решит совершить изощрённое самоубийство. И то не факт. — Да на самом деле, нет, — неожиданно для самого себя отвечает Ване он. А потом с улыбкой дополняет, — Ну, может быть, один отпечаток ладони бы оставил. А так… отмыл бы все эти художества спиртом и оставил на Виталине фломастерами своё, которое стыдно кому-то показывать.  Ваня кивает — это очень похоже на его друга. Неожиданно, но Константин подкидывает ему хорошую идею. Иван оставляет свой чай на столе и ищет в ящике кухонного шкафа водку. Он обильно выливает её на полотенце и с силой трёт кожу, радуясь, что проклятый маркер, наконец, поддаётся. Останавливается Ваня только тогда, когда его рука почти приобретает привычный вид, и вздыхает с облегчением. — А Даша не должна была куда-то уйти? — вдруг вспоминает Костя, уже собираясь менять тему разговора, если бы не эта маленькая деталь. Ваня кидает взгляд на часы, замечая, что благоверной уже пора, если та хочет успеть к подружкам. В его голове рождается план, как проучить Дашу, и при этом не испортить ей вечер. Он просит у Кости минуту и уходит в гостиную. К счастью, Даша сама догадывается выйти из угла, и сейчас грустно сидит за столом, разрисовывая клеточки в Ваниной тетради. Иван глубоко вздыхает, а потом разворачивает благоверную к себе лицом. Со странной улыбкой он берёт один из её маркеров в пенале, стараясь выбрать цвет, который понравится Даше, и ласково пишет на её предплечье «собственность Хозяина».  — Вот теперь правильно, — лукаво комментирует рисунок он. — Можешь идти на свой девичник. Дашка с минуту в шоке смотрит на надпись, не веря, что её благоверный сделал это на самом деле. Её щёки тут же краснеют, но Даша соглашается с тем, что заслужила такое наказание. Тем более, что Ваня выбрал для текста не самое очевидное место на её руке. Хоть всё же и заметное. Стыдно перед подружками будет… но фетишно! — Простите, — мгновенно извиняется она, вживаясь в роль и привыкая к новому украшению. За такую понятливость Ваня дорисовывает рядом с текстом небольшое сердечко, а после примирительно целует благоверную в щёку, показывая, что не злится. Впервые в жизни его не задевает обращение на «Вы». Словно так и должно быть. Пожалуй, в такие моменты слышать от Дашки «Вы» даже совершенно естественно. — Но ты не думай, что легко отделалась. Я тебя ещё накажу. Строго!   Даша привычно едко улыбается на эти слова, поправляя помаду на губах и поднимаясь со стула. — Как пожелаете, Сэр! А сейчас дайте мне пройти, пожалуйста, я опаздываю. Ваня сдерживает милую улыбку, оставаясь наигранно серьёзным для счастья своей благоверной, когда уступает Дарье дорогу, впрочем не забывая тут же больно ущипнуть её за талию напоследок. Чтобы не забывала, кто из них главный! Их вечер будет долгим…